Капитан Магу

В коридоре шла какая-то возня, затем кто-то глухо замычал, будто ему зажимали рот. Алекс шепотом попросил.

— Алисия, там, в шкафу моя портупея, дайте мне ее, пожалуйста.

Девушка выполнила просьбу.

— Не волнуйтесь, Алекс, не думаю, чтобы в этом доме нам грозила опасность. Я сейчас все выясню.

— Стойте!

Но было уже поздно. Алисия двух шагов не успела дойти до дверей, дверь приоткрылась, на пороге возникла черная фигура. Девушка почти полностью закрывала видимость, а рука уже рвала клапан кобуры и тянула из нее револьвер. «Господи, там же две стреляные гильзы в барабане».

— А-а!

Коротко вскрикнув, Алисия начала оседать на пол, открывая цель. Щелкнул взведенный курок. Гах! Гах! Пороховой дым заполнил комнату.

— Алисия! Алисия!

Капитан сполз с кровати и добрался до тела девушки. Рука была теплой, Алекс попытался нащупать пульс сначала на запястье, потом на шее.

— Эй, кто-нибудь, на помощь! Да проснитесь же!

Дом наконец-то начал просыпаться, в коридоре зашлепали чьи-то шаги. На пороге появился мужчина в одном только нательном белье, один из раненых, находившихся в заведении Аврелии Архиловны.

— Что здесь…

Не дожидаясь ответа, офицер перешагнул через лежавший у порога труп, присел возле лежавшей на полу девушки, прикоснулся к шее и вынес вердикт.

— Мертва.

— Нет, этого не может быть! Как же так?!

В дверях уже торчало еще несколько заинтересованных рож. Офицер убрал руку от шеи девушки.

— Прекратите истерику! Вы офицер или гимназистка? Что здесь произошло?

Ответить Алекс не успел, из коридора раздался истошный крик.

— Пожар! Пожар!

Первым пришел в себя все тот же офицер.

— Всем покинуть дом! Кто может, выносите раненых! Берите его!

Его — это капитана Магу. Алекса подхватили, вытащили в коридор, задев раненым бедром дверной косяк, потащили на улицу. В коридоре уже плавали клубы дыма. Пожар начался в кухне, поблизости от входа. Капитана вытащить успели прежде, чем огонь отрезал людей в доме от входной двери. Раненых начали выносить через окна.

Капитан лежал на траве, по-прежнему сжимая в левой руке «голд», и невидящим взглядом наблюдал за происходящим. Вот набежали соседи, пытаются тушить пожар, передавая от колодца ведра по цепочке. Загорелся второй этаж. А вот и лестницы принесли. Когда рухнула крыша, с колокольным звоном приехали пожарные, раскатали рукава, начали тушить.

Кто-то вытащил револьвер из руки капитана. Алекс не препятствовал, ему было все равно. Его положили на носилки, куда-то понесли, положили на что-то жесткое, чем-то укрыли. Сколько он так лежал, когда уснул и, что ему снилось в эту ночь, он не помнил.

— Капитан! Капитан Магу! Проснитесь!

Алекс распахнул глаза, скачком перейдя от сна к бодрствованию. Жестокая память обрушила на него страшный удар воспоминаний о вчерашних событиях. Капитан закрыл глаза, через секунду открыл их вновь.

— Ротмистр, она умерла?

— Кто умерла? — не понял Крыжопуло.

— Сестра Кавелина.

— По крайней мере, среди спасшихся из огня ее нет. А кроме нее, еще нет госпожи Сетниковой и четырех господ офицеров. Собственно, обстоятельства вчерашнего происшествия мы сейчас и выясняем. А потому, у нас есть к вам ряд вопросов, господин капитан.

— Не надо вопросов, господин ротмистр, я все расскажу сам.

— С вашего разрешения, подполковник. А это — мой заместитель ротмистр Грозневецкий, он и будет вести следствие по этому делу.

— Простите, мне отсюда не видны ваши погоны. Впрочем, давайте к делу…

Крыжопуло внимательно слушал, а ротмистр что-то быстро строчил примостившись на табуретке, и держа на коленях папку с бумагами. Сам рассказ был довольно коротким и длился не более пяти минут. Когда Алекс остановился, Грозневецкий оторвался от своих бумаг и спросил.

— Вы сказали, что стреляли дважды, а в барабане вашего револьвера мы нашли четыре стреляные гильзы?

— Дважды я стрелял во время боя на Харешском перевале еще две недели назад.

Крыжопуло жестом фокусника извлек откуда-то весьма немаленький револьвер, выбил из барабана гильзы и, тщательно обнюхав их, кивнул ротмистру. Тот сделал какие-то пометки в своих бумагах и продолжил допрос.

— А что сестра Кавелина делала в вашей комнате в столь позднее время?

— Мы разговаривали.

Ротмистр уже начал открывать рот для следующего вопроса, но поймав предупреждающий взгляд начальника, захлопнул его обратно. Воспользовавшись паузой, Алекс поинтересовался.

— Я арестован?

— Ни в коем случае, — заверил капитана Крыжопуло. — Определенные подозрения в отношении вас имеются, но то, что вы рассказали, показаниям других участников происшествия не противоречит. К тому же, вы не могли устроить поджог, находясь у всех на виду в другом конце дома. Поэтому, нам осталось осмотреть место происшествия, собрать улики и начать искать истинных виновников. Вот с вашей бывшей комнаты, пожалуй, и начнем.

Жандармы уже собирались уходить, когда капитан остановил их.

— Подождите! У меня под кроватью лежал ранец, в котором было сто червонцев золотом.

Сумма не оставила жандармов равнодушными.

— Даже с учетом вашей фамилии, капитан, сумма довольна значительна. Откуда у вас это золото?

— Получено мной в казначействе Аллерта. В ранце были все расписки.

— Если они сгорели, то у вас могут быть трудности, — покачал головой подполковник.

— К черту трудности, как-нибудь вывернусь. Золото сгореть не могло.

— Конечно. О результатах поисков мы вас непременно проинформируем.

Когда жандармы все-таки ушли, Алекс несколько минут лежал неподвижно, и с каждой секундой все лучше понимал, что лежать просто так и ждать он больше не может, надо как-то действовать. Но как?! А вот так! Голова, это все, что было в распоряжении капитана Магу на данный момент. Придется действовать ей.

Итак, злоумышленников было двое, как минимум. Один был им убит, второй поджог дом. А зачем поджог? Хотел скрыть следы или была еще какая-то цель? И с какой целью они проникли в дом? Вопросов было много, но в целом картина преступления в голове Алекса сложилась.

Входная дверь запирается изнутри на засов, взломать ее бесшумно невозможно, кто-то из постоянных обитателей дома впустил их. Скорее всего, это была сама хозяйка. Так, Аврелия Архиловна видит перед собой не того, кого она ожидала, пытается поднять шум, они ее убивают. Затем один из них идет к моей комнате… Нет, не так. Алисию бандит убил одним точным ударом ножа, а с Сетниковой возился довольно долго, что-то здесь не так. После убийства Аврелии бандит направился прямо ко мне. Значит, ему был нужен именно я. А откуда он знал, в какой комнате меня надо искать? Выходит, ему это сказала хозяйка!

Тогда дело было так. Бандиты обманом вынуждают Аврелию Архиловну открыть им дверь, зажимают рот, приставляют нож к горлу и требуют указать комнату капитана Магу. Она сопротивляется, отказывается говорить, они ей угрожают. Эту возню в коридоре мы и слышали. В конце концов, хозяйка ломается, указывает им нужную комнату, ее тут же убивают. Бандиты идут к нужной двери, первый открывает ее, заходит, сталкивается с Алисией, убивает ее и тут же получает две пули. Второй бандит понимает, что покушение сорвалось, но вместо того, чтобы просто сбежать, задерживается на кухне, где устраивает поджог, используя сложенные там дрова и щепки для растопки. Боялся, что его найдут опознав первого или надеялся завершить дело, зная, что капитан Магу прикован к кровати и самостоятельно дом покинуть не сможет.

Да, так картина выглядит более правдоподобной. А из этого следуют три вывода, и все неутешительные для капитана Магу. Во-первых, покушались именно на него. Во-вторых, один, как минимум, участник покушения жив и находится на свободе. А значит, вполне может повторить попытку. И третье, если бы Алисия не задержалась у него в комнате, то, скорее всего, осталась жива. Это он, Алекс Магу является виновником ее гибели, пусть даже косвенным. Ценой своей жизни девушка спасла его.

— Найду. Найду и убью. Медленно.

Если бы кто-нибудь имел сейчас возможность взглянуть в глаза капитана Магу, то ему очень бы не захотелось оказаться на месте убийц. Спасти не сумел, оставалось только отмстить.

Вечером капитана повторно навестили оба жандарма. Грозневецкий принес с собой потертый саквояж. Первым разговор начал Крыжопуло.

— Ранец мы ваш нашли. На вашу удачу он почти не пострадал и все содержимое его уцелело. И деньги, и расписки, и вещи кое-какие. Вахмистр!

Третий жандарм втащил ранец с виду вполне целый, но в палате ощутимо запахло гарью.

— Сверху на кровать балки потолочные и перекрытия упали, а потом их еще и водой полили. Так что еле откопали. И в связи с этой находкой у меня к вам вопрос: не за этим ли золотом к вам приходили? Сумма по здешним меркам огромная.

— Абсолютно исключено, — отверг версию капитан, — кроме меня об этом золоте никто не знал, ни госпожа Сетникова, ни сестра Кавелина.

— Какая версия пропала, — огорчился Крыжопуло.

— Простите, господин подполковник, — прервал подполковника Алекс, — но у меня есть своя версия произошедшего.

— Ну, давайте, излагайте, господин капитан, а мы послушаем.

Когда Алекс закончил, оба жандарма переглянулись, первым заговорил ротмистр.

— В общем-то, мы пришли к тем же выводам и кое в чем можем вашу версию дополнить. Труп хозяйки был найден у входной двери. Убита она была таким же ударом, что и сестра Кавелина, под левую грудь точно в сердце. И орудие убийства было найдено рядом со злоумышленником. Извольте взглянуть, капитан.

Грозневецкий достал из саквояжа сверток и развернул его. В свертке оказался сильно пострадавший от огня кинжал и детали прибора ножен. Сами ножны сгорели.

— Никогда раньше не видели, капитан? Кинжал приметный.

Алекс внимательно рассмотрел кинжал. Клинок был покрыт узором, затейливым гарда и рукоятка чеканкой. Ого, а накладки-то из слоновой кости! Действительно, приметная вещь, вот только раньше ее Алекс никогда не видел.

— Жаль, что не видели, — огорчился ротмистр, — я на вас, признаться рассчитывал.

— А что еще установили по убитому?

— Еще…

Жандарм достал из своего саквояжа папку, отыскал в ней нужную бумагу.

— Росту он был среднего, телосложения крепкого, возраст около сорока, при жизни носил бороду, а голову брил. Убит двумя пулями в грудь, пули будут извлечены завтра. Больше особых примет не имеется, труп сильно обгорел.

— Горец!

— Мы тоже так думаем, да и кинжал на то же самое указывает. Никто из ваших кровников на ум не приходит? У вас ведь их здесь немало осталось?

— Сожалею, но здесь ничем помочь не могу. А тело сестры Кавелиной тоже сильно обгорело?

Ротмистр утвердительно кивнул.

— Родителям ее уже сообщили?

— Отец узнает дня через три, а матери уже сообщили, убивается несчастная. А охрану мы к вам все-таки приставим, во избежание так сказать. Второй злоумышленник остался на свободе, и может попытку повторить.

На этом оба жандарма простились с капитаном Магу и убыли восвояси, опять оставив его в одиночестве. Это даже хорошо, что его не было сегодня на месте происшествия, пусть в его памяти Алисия навсегда останется молодой и красивой. Алекс сжал кулаки и застонал. Хотелось действовать, а не лежать колодой.

— Санитар! Санитар! Санитар, мать твою!

Наконец, заявился неряшливый дядька в некогда белом халате.

— Принесите мне костыли. И мне наплевать, где вы их найдете! Неси костыли, я сказал!!!

Санитар ушел, вместо него пришел врач. Пришлось капитану выдержать еще одну битву. В конце концов, лекарь махнул рукой.

— Найдите ему костыли. Но я предупреждаю, вам еще рано вставать.

— Я сам разберусь, что мне рано делать, а что поздно, — огрызнулся Алекс.

Когда капитану принесли чудовищно тяжелую конструкцию, грубо сколоченную конструкцию, он тут же взялся за ее освоение. В принципе, ничего сложного, с учетом одной здоровой ноги не было, но каждый шаг отдавался болью в ране. Тем не менее, Алекс вновь обрел подвижность, а вместе с ней возможность действовать. Осталось только решить, как именно. Нет, жандармы, конечно, будут искать, носом землю рыть, за четверых сгоревших заживо офицеров, за двух женщин, из опасения за собственные погоны, наконец. Но он должен найти их первым.

Первый раз вновь обретенную способность ходить капитан решил использовать для похода в туалет. За дверью замер солдат с винтовкой у ноги. Штык примкнут, значит, при исполнении.

— Я в туалет.

Солдат молча подхватил винтовку и последовал за Алексом. Раненые с удивлением взирали на своего собрата, пришедшего на толчок с таким сопровождением. Увы, на обратном пути капитан понял, что еще слишком слаб и далеко не ускачет. До палаты он добрался с большим трудом и рухнул на кровать. Оставалось, надеяться, что следующий день принесет новую информацию.

Следующий день принес благообразного господина с коричневым саквояжем хорошей кожи и золотым пенсне на носу.

— Алекс Магу?

После подтверждения капитана господин представился.

— Шлепанов. Управляющий отделением местного банка.

— Вас отец прислал?

— Точно так-с, господин Магу. Вот здесь и здесь расписаться извольте.