Стервам слова не давали

– Я следую не только рецепту, но и голосу разума! И если мои рецепторы твердят, что нужно больше соли и меньше масла, я плевать хотела на этот рецепт и делаю так, как будет вкусно, а не слепо следую, как ты сказал, нормам и уставам. И, вообще, с чего это ты решил признаться, что всё знаешь, вчера ведь так хорошо поел, ещё и добавки просил, м-м?

 Он не то, чтобы покраснел, но порозовел однозначно. Интересно, интересно, что там задумал, кроме раскрытия моей хитрости?

– Ну, как сказать, в твою любовь с первого взгляда я и так не поверил, но ты усердно играла свою роль и подкопаться было не к чему, а потом, когда всё это выяснилось, стало ещё проще. Пользоваться твоей добротой и далее было кощунством и…

– Про доброту ты загнул, но в целом мне нравится ход твоих мыслей, – оскалилась, перебивая, проигрывать я не люблю.

– Да. В общем, я хочу предложить тебе работу.

– Исключено, не хватало ещё, чтобы конкуренты сказали, будто после того, как закрыли мой ресторан, я пошла побираться.

– Я неправильно выразился. Скажем так, я предлагаю тебе сделку. Взаимовыгодную. – Добавил тут же, чем заинтересовал меня окончательно. Я наклонилась над столом.

– В таком случае внимательно тебя слушаю.

 Наверно он думал, что меня ещё придётся поуламывать, но находить ключевые слова из всего словесного поноса окружающих я умею сходу, так что вперёд и с песней, мяться уже поздно! Примерно эти же мысли я передала своим взглядом и он решился.

– У меня есть брат. Двоюродный. Он бизнесмен. Довольно-таки успешный, но когда от него ушла жена, то Максим совсем сник. И вот такой человек как ты…

– Боже Гоша, а так и не скажешь, что ты сутенёр. – Усмехнулась я и напряглась, ход его мыслей нравиться мне перестал. Однозначно.

– Ты снова не так поняла. Ничего такого от тебя не требуется, ты сама по себе взрывоопасна и ударная волна от твоего присутствия летит на километры вокруг. И не нужно делать такие круглые глаза, после твоего ухода из кафе «Луч», я поговорил с администратором, он сказал, что ты была у них примерно год назад, но запомнилась надолго и теперь я понимаю почему.

– Допустим. – Снова приняла я деловой вид, если уж интима не предполагается, то можно и послушать этот бред до конца.

– Вот… и если ты хоть немного побудешь рядом с ним, – на мой грозный взор Гоша вскинул руки, защищаясь, – исключительно в качестве секретаря. То, возможно, он как-то оживёт, придёт в себя. В конце концов, он её и не любил, просто сам по себе факт, что его бросили, ну, ты понимаешь.

– Понимаю. Не услышала пока, какую выгоду ты сулишь мне, кроме заполненного времени.

– Твои выгоды на поверхности: я начальник пожарной инспекции, я хорошо общаюсь и имею влияние и авторитет между начальниками других служб, думаю, мы сойдёмся в цене.

– И ты не боишься говорить об этом вот так, вслух, в своём кабинете?

– А-а, – махнул рукой, – я просмотрел вашу историю: ни одного серьёзного нарушения, вас и наказывать-то не за что, это так, случайность. – Я нахмурилась. – И ещё я обещаю уведомлять тебя обо всех изменениях в законодательстве.

 Я удовлетворённо выдохнула и согласно кивнула.

– Только у меня одно условие: ты не должна говорить, что пришла от меня, Макс не любит, когда вот так бесцеремонно влазят в его жизнь, а попросить помощи или справиться самостоятельно не может.

– Тогда у меня к тебе разумный вопрос: как я, не зная делопроизводства и всех прочих секретарских штучек, и из всех профессиональных навыков могу воспользоваться только рецептом приготовлением кофе, попаду на такую завидную должность? Об этом ты не подумал?

– Мои знакомые напишут тебе рекомендательные письма.

– Но знаний от этого не прибавиться.

– Я уверен ты быстро учишься и к тому же, будешь именно секретарём, а не секретарём-референтом.

– А в чём разница?

– Разница есть! – Наконец, воскликнул он, и спектакль под названием «нападающий-жертва» подошёл к концу, я перестала хмуриться и набралась побольше терпения.

– Тогда говори какая. – Теперь уже спокойно, без нападок, с милой улыбкой.

– Секретарь-референт это всё одно, что помощник, он и оформляет договора и осуществляет предварительную работу по контрактам, ведёт и контролирует рабочий график руководителя, в общем такой геморрой, что не позавидуешь. А вот секретарь, там уже всё проще. Телефонные переговоры, кофе, подготовка базовой документации и ещё кое-что по мелочи.

– Когда ты говоришь вот так: «ещё кое-что по мелочи», мне кажется, что дуришь по-крупному и не краснеешь. – Скрестила я руки на груди и вопросительно изогнула бровь.

– Лариса, там, правда, всё проще, чем кажется. Соглашайся.

– Ага, и зарплата в месяц такая, как у меня за один рабочий день.

– Я же сказал, фирма престижная. – Обиделся он.

– Нет, ты сказал, что он успешный бизнесмен, а это две большие разницы, но ладно. – Я выразительно посмотрела на своего будущего заложника, ведь мне отработать нужно всего ничего – месяц, а вот ему придётся дружить со мной всю оставшуюся жизнь. – Так и быть, я соглашусь, но только до конца месяца, потому что потом мы открываемся и мне будет не до развлекаловки.

– Поверь, ему хватит и недели рядом с тобой.

– С тебя резюме. – Кивнула в ответ, поднялась со стула, немного погремела посудой и распрощалась.

 А уже завтра мне позвонили в шесть утра, наверно, на тот случай, чтобы я уж наверняка была готова к десяти, на которые назначено собеседование.

– Лариса, у нас ведь всё в силе? – Заговорщицким шёпотом выговаривал Гоша.

– Разумеется. – Отвечала я, стараясь, чтобы мой голос выглядел бодро, хотя сегодня встать с настроением что-то не срослось и я всё ещё валялась под пледом, без которого не могла уснуть даже в тридцатиградусную жару, видимо, особенности одинокой жизни сказываются на привычках.

 Повесила трубку и, что бы вы думали? Проспала! И не проснулась бы дальше, если бы ни Андрей, который уточнил, не заболела ли я, ведь даже он уже встал. На часах восемь, ехать на другой конец города, а ещё заскочить в парикмахерскую, чтобы выглядеть человеком и всё-таки разодрать слипшиеся от невероятного количество часов сна, веки.

 Любовь ко сну сделала своё дело и на место временной дислокации я приехала с опозданием в час. Девушка, временно заменяющая секретаря, а именно так я думаю, а не иначе (в смысле, что пока я спала, взяли другую раззяву) окинула меня лёгким презрением и сообщила, что Максим Викторович уже заждался. Так и сказала «заждался», словно гендиру заняться больше нечем, как меня ждать, но, войдя в кабинет я поняла, что именно так оно и было. Передо мной, ссутулившись в кресле, сидел этакий здоровячёк, ну, никак не тянувший на звания брата, пусть и двоюродного, этого Гоши, может, он меня так разыграть решил?.. Мужчина после нескольких секунд замешательства всё же глянул на меня вымученными красными глазами, а потом тяжело вздохнул, не раскрыв рта. И я решила брать быка за рога и, не дожидаясь приглашения, уселась на место. Следовала всем правилам желающего устроиться на работу, которые усердно изучала вчера, а именно: не складывать руки перед собой, не сцеплять пальцы в замке, не класть сумку на колени, а так же много всякой ерунды вроде того, что говорить и что одевать, отчего, собственно и опоздала. Приняв правильную позу, я минутку поскучала, а потом напомнила о своём присутствии деликатным покашливанием. Раз пять. После разуверилась в его вменяемости и командным тоном, который обычно использовала только на кухне, сказанула:

– Так вы меня берёте? – И посмотрела таким взглядом, словно он уже провёл собеседование и сейчас обдумывал решение.

 Только мой взгляд не помог, мужчина опомнился, выпрямился, посмотрел на меня и уточнил:

– Вы Лариса Читаева?

– Я.

– Вы опоздали на час.

– Не может этого быть! – Невозмутимо вздёрнула подбородок.

– Но сейчас одиннадцать, а вам было назначено на десять.

– А есть разница?

– Между десятью и одиннадцатью? – Я молчу. – Конечно есть, разница в час.

– Извините, что помешала вам спать. – Нагло заявила я, а он снова посмотрел на меня, словно впервые видит, так и ожидала его вопроса: «Вы Лариса Читаева?», но Викторович воздержался и принял положенный ему по должности деловой вид.

– Так… значит вы опытный сотрудник…

– Моё резюме у вас на столе. – Напомнила я, но он предложением не впечатлился.

– Что вы скажете о себе сами?

– А что вы хотите услышать?

– Это не верный вопрос.

– А какой нужно было задать?

– Вообще никакого, вы должны были рассказать о себе, как о работнике, грамотно выделив положительные стороны и завуалировав отрицательные. Вы что, впервые на собеседовании?

 Да, правдиво могла ответить я, но это полностью перечёркнёт шаткое доверие этого человека ко мне.

– Конечно, нет! – Разумно соврала я и кивнула в сторону всё того же резюме. – Вон, какая толстая папка.

 Он на неё всё же посмотрел, но, как и в прошлый раз, не притронулся.

– Так, что вы можете о себе сказать?

– А что тут скажешь, сотрудник я, как вы заметили, опытный. С в/о, без в/п, с ж/п. – Вспомнила старинный анекдот, но Максим Викторович снова не отреагировал, а лишь посмотрел на меня как на травмированную в детстве.

– В смысле, с ж/п? – Всё же решился он на вопрос и приклонился ближе, так как до этого в азарте сел на угол стола рядом со мной. – Это что-то неприличное?

– Нет, это значит с собственной жилой площадью.

– А-а… – Загадочно потянул, но больше к щекотливой теме не возвращался, видимо, было стыдно не знать азов юморески.

– Что-то ещё?

– Да, за что вас уволили с предыдущего места работы?

 И так уверенно он задал этот вопрос, что я ему поверила. Вот, честно. Отчего, мысленно сетуя на подлого Гошу и его «хороших» знакомых, вкрадчиво переспросила:

– А меня уволили? – И получилось отчего-то шёпотом.

– Это вы у меня сейчас спрашиваете? – Красиво улыбнулся Максим Викторович и я поняла, что передо мной не зомби, а вполне себе симпатичный, но замученный мужчина.

– Нет, но и утверждать я бы так не стала. Скорее, я ушла сама.

– И всё-таки, почему?

 Ну? И что мне отвечать, уважаемый Гоша, что ты там понаписал?

– Скажем так, – задумчиво потянула я, и на самом деле думала, за что можно уволить сотрудника или почему я могла уволиться сама? Вспомнила своего первого работодателя и выдала частичную правду. – Я развела в предыдущей конторе такую бурную деятельность, что директору стало стыдно передо мной за свою несостоятельность, как руководителя, и он предложил мне продолжить свой путь на более высоких постах.

– Видимо, вы его не послушались.

– Почему?

– Ну, вы, как и прежде, секретарь. Будете. Если я всё же приму вас на работу.

– Вы не учли того факта, что как мой непосредственный начальник, не будете компрометировать себя тупостью и проявите чудеса эрудиции и деловой хватки. Не так ли, Максим Викторович?

 На неприкрытую лесть он отреагировал как надо, то есть пропустил её мимо ушей, но мысленно плюсик мне поставил.

– Хорошо. Допустим, я вас возьму на работу, но моё условие будет не опаздывать.

– Я очень исполнительна. – Слишком поспешно ответила я.

– Но это разные вещи. Я хочу приходить на работу и чтобы меня встречала чашечка горячего кофе.

– Предлагаю брать кофе в термосе из дома, тогда ваше желание всегда будет осуществимо.

– Вы мне дерзите?

– Я предлагаю разумный выход из ситуации, которая может плохо отразиться на моей зарплате.

– Но это входит в ваши обязанности.

– Никогда не видела такого пункта в трудовом договоре.

– Тогда это будет моя личная просьба за которую вы будете получать премию – Не успокаивался он, чем меня заводил всё больше. Люблю неподдающихся.

– Пусть вам жена готовит кофе.

– Но у меня нет жены. – Без особых эмоций сообщил мой будущий начальник, что означало одно: мысленно он уже свыкся с этим фактом, осталось только подобраться и привыкнуть к жизни без неё. Всё не так плохо.

  Я внимательно посмотрела на Максима Викторовича, поняла, что он очень даже ничего, покосилась на плотное бедро, которое находится в непосредственной близости от меня и заявила:

– Тогда я не буду с вами работать.

– Отчего же?

– Вы не соблюдаете дистанцию, ведёте себя непозволительно развязно для неженатого мужчины и смущаете меня своими формами.

– Вы не интересуете меня как женщина.

– Тогда уговорили, я согласна. Когда приступать?

 Он рассмеялся. Натурально, заразительно, красивым мужским смехом, но ответила я только открытой улыбкой.

– Так значит, это я вас уговаривал всё это время? – Вытирая набежавшие слёзы, спросил начальник.

– А вы считаете, что должно быть как-то иначе?

 В этот момент зазвонил телефон, Максим Викторович отвлёкся, а я бессовестно подслушала.