Русская армия 1812 года. Устройство и боевые действия

Основные военные учебные заведения в 1812 году:

Рисунок 1–5.

Примечание к рисунку 1–5. С 1811 года начал готовить офицеров и знаменитый Царскосельский лицей, в который поступил 12-летний Александр Пушкин. Вместе с ним учились сыновья высших дворян. Через 6 лет 12 человек вышли из лицея офицерами (7 в гвардию и 5 в армию).

Подчеркнём: офицером мог быть только дворянин. Это правило ввел ещё Петр I, и оно соблюдалось строго. Даже если офицером становился бывший рекрут из крепостных крестьян, он вместе с офицерской шпагой получал личное дворянское достоинство (то есть, только себе), а с чином майора – потомственное. В гражданской службе, а тем более – в торговле и прочем предпринимательстве, такого положения достичь было нельзя.

В крепостной России офицерам полагалась прислуга – денщики. Младшему (обер-офицеру) – 1 денщик, полковнику – 6, ну а генерал-фельдмаршалу – 16 человек.

По манифесту царя Петра III-го «О вольности дворянства» офицерская служба с 1762 года стала добровольной, и в отставку можно было выходить в любое время. Но звание офицера ценилось высоко, и армия всегда была в комплекте. В регулярных войсках к 1812 году состояли на службе 15 тысяч офицеров, и почти каждый знал каждого и друзей своих друзей (говорят, что Пётр I знал всех офицеров армии и флота. Правда, их в те времена было меньше).

Рисунок 1–6

Но из 15 000 лишь 500 человек происходили из дворян-помещиков, а большинство (около 14 000) были сыновьями солдат, офицеров и небогатых дворян, зачастую тоже отставных офицеров. То есть, военная профессия была их наследственным делом.

Примечание к рисунку 1–6. Сведения о русских офицерах изучил в архивах и описал научный работник военно-исторического музея на Бородинском поле Дмитрий Целорунго. За что ему спасибо.

70 процентов офицеров были моложе 30 лет, и большой образованностью не отличались, особенно в армейской пехоте:

Рисунок 1–7

Армия в начале XIX века не выходила из войн, и боевой опыт имели больше половины офицеров. Неудивительно, что 5 500 из них были ранены, а 1 000 – по нескольку раз.

Непрерывные походы и риск гибели в бою не располагали к семейной жизни, и женатых офицеров было немного – 10 процентов. Женились уже в летах, достигнув штаб-офицерских чинов (старших офицеров), или выйдя в отставку. Отставной офицер лейб-гвардии Финлядского полка Павел Андреевич Федотов в 1948 году написал картину Сватовство майора, которая стала очень известной и украсила собой Третьяковскую галерею в Москве. Посмотрите на неё:

Рисунок 1–8. Сватовство майора. Павел Федотов, 1848 г.

1.2. Иррегулярные войска

Это в большинстве казаки.

Однозначная история их появления неизвестна, есть лишь разные догадки. По одной из них казаки появились во времена монголо-татарского нашествия на Русь.

Захватывая русские княжества, татары брали с них дань не только богатствами, но и людьми. Каждого десятого юношу и каждую десятую девушку уводили в Золотую Орду. Часто забирали и маленьких ребятишек (еще и сегодня русские матери грозят своим расшалившимся детям: "Вот погоди, придет бабай и заберет тебя с собой". Этот бабай – сборщик дани. А в сказках живёт и незабвенная Баба Яга, чьё природное имя – Бабай-ага, старший господин).

Пленники в Золотой Орде делали не только самую тяжелую работу, но и несли военную вспомогательную службу, большей частью сторожевую. Для этого их расселяли у границ Орды по берегам Днепра, Дона, Хопра, Яика (Урала) и Терека. Называли казаками. Казачья жизнь была суровой. Приходилось не только заботиться о пропитании, но и постоянно отбиваться от недобрых соседей. А то и самим делать набеги за военной добычей. Важная деталь: казакам запрещалось заниматься хлебопашеством, которое занимает много времени и привязывает человека к земле. Боевые навыки теряются. Поэтому казаки занимались рыбной ловлей, немного огородничеством, но главное – скотоводством и охотой. Благо, их степи были обширны, где всякого зверья водилось много. А охота – почти та же война. Поэтому жили казаки, не слезая с коней и не выпуская оружия из рук. Такая жизнь заставляла быть сплоченными, помогать друг другу, все дела решать сообща, в атаманы выбирать самых выносливых, умных, опытных и уважаемых людей.

Когда схлынули татары, казачьи области оказались на границах возрождавшегося Русского государства. К тому времени они превратились в настоящие военные республики со своей властью, землёй, хозяйством и армией. Московским царям было выгодно иметь казаков в союзниках. С ними заключали договоры, по которым казачьи войска охраняли русские границы и в случае войны выступали в поход, а взамен получали порох, свинец, деньги, сукно и хлеб (что в деле, однако, удавалось не всегда; одним из таких союзников оказался печально известный украинский казачий гетман Мазепа, кавалер высшего российского ордена Андрея первозванного, изменивший Петру Первому перед Полтавским сражением 1709 года).

Со временем влияние государства на казаков усиливалось. Они вошли в российское подданство, служба для них стала обязательной, главные атаманы теперь не выбирались, а назначались царём (и звались наказными атаманами). Но казачье сословие оставалось неподатным, со своей землёй. К 1812 году в России насчитывалось 10 войсковых казачьих областей: Войско Донское, Черноморское, Уральское, Сибирское и другие).

В казаки записывали с 19 лет. На службу казак был обязан явиться на своем коне, с шашкой или пикой, в собственном обмундировании. Ружья и боеприпасы покупались на казенных заводах за счет Войска, хранились на складах и выдавались казакам для несения службы и проведения учений.

Военную подготовку казаки проходили в своих станицах под началом офицеров. Каждый год проводились учения и смотры, на которых проверялась боевая готовность казачьих полков.

Служба делилась на внутреннюю и внешнюю (полевую). Внутренняя служба состояла в поддержании порядка на землях Войска. Казаки охраняли склады оружия, сопровождали важные документы и деньги, ловили преступников и несли другие обязанности.

Полевую службу казачьи полки несли в очередь за пределами Войска. Очередь длилась 2–3 года, после чего полк возвращался назад и распускался по домам до новой очереди. Только Лейб-гвардии Казачий и Атаманский полки несли внешнюю службу постоянно (казаки в них сменялись партиями). Постоянно находились на службе и казачьи конно-артиллерийские батареи.

На войну 1812 года Донское Войско должно было выставить 80 конных полков, Черноморское – 10 конных и 10 пеших, Бугское – 3 полка, и так далее, всего около 120 полков. Терские и Гребенские казаки были заняты охраной беспокойной кавказской границы, поэтому полков не выставляли, а должны были направлять на войну отдельные команды бойцов.

1.3. Ополчение

Как уже говорилось, ополчение служило резервом регулярной армии в большой войне. Резервом необученным, слабым, но других не было. И созывалось оно не только при угрозе самому существованию государства, но и в менее опасных случаях. Например, в 1806 году на войну с Турцией собрали в ополчение 200 тысяч человек, а когда пришло время распускать их по домам, подоспела война с Францией, и в 1807 году почти всех ополченцев просто перевели в армию (хотя боевые действия велись не в России, а за границей – в Румынии и Пруссии). Это показано в табличке рекрутских наборов 1–4, с которой можно свериться ещё раз.

В 1812 году с рекрутскими наборами была большая спешка, враг подошёл к центральным губерниям России, и правительству пришлось просить срочной помощи у общества. А в крепостной стране общественной силой признавалось только дворянство, хотя и составляло всего 1/100 часть населения. Ему и пришлось организовывать ополчение, потому что издревле носить оружие мог только свободный человек, а крепостному это позволялось только по решению барина. Не случайно самовольный уход крепостного в ополчение считался побегом и был наказуем. Дворяне по решениям губернских дворянских собраний сдавали своих крепостных в ратники ополчения на время военных действий, снабдив на первое время деньгами, одеждой и провизией. А после изгнания Наполеона возвращали их «в первобытное состояние», то есть в прежнюю крепостую зависимость, не глядя на военные заслуги.

Сами дворяне становились офицерами и командирами ополченских отрядов, а некоторые создавали их на свои деньги. Должности младших командиров занимали бывшие унтер-офицеры и солдаты. После 1812 года переведённым в армию ратникам оставили их форменные ополченские кресты в признание заслуг в Отечественной войне.

Рисунок 1–9. Ополченский крест на шапку

1.4. Звенья армии: от взвода и выше

Для наступления, обороны, небольшого боя или крупного сражения всякий раз требуются подходящие к обстановке группы бойцов – большие или малые. Быстро собирать такие группы из отдельных бойцов, пусть даже очень хороших, для каждого случая в ходе войны невозможно и неразумно. Нужны заранее сформированные, обученные, хорошо управляемые (на военном жаргоне сколоченные) подразделения, части и соединения, могущие вести бой в любой обстановке. Их заранее, ещё в мирное время, создают, обучают и постоянно тренируют в каждой серьезной армии, в том числе и российской. Это отделения (капральства), взводы, роты, эскадроны, батальоны, полки, бригады, дивизии, корпуса, армии и другие формирования.

1.4.1. Подразделения

Для разведки, охраны, дозорной службы, всяких хозяйственных работ лучше всего подходят небольшие группы – отделения. Люди в них хорошо знают друг друга, привыкают всё делать вместе, понимают командира и товарищей с полуслова, и это очень важно в армии. В 1812 году отделение насчитывало 12–18 рядовых солдат (4–8 рядов 3-х шереножного строя, в ряду солдаты стояли в затылок один за другим). В регулярной армии во главе отделения стоял младший унтер-офицер, а в казачьих войсках – урядник (старший у ряда). Во французской армии – капрал, в английской – сержант.

Рисунок 1–10. Отделение в строю

Интересно, что Наполеон, уже будучи генералом, получил от солдат прозвище "Маленький капрал" (он был невысок). Получил за то, что знал солдатскую службу во всех подробностях. Например, иногда он сам проверял караулы, что генералу делать вовсе необязательно. Однажды ночью в Италии он застал часового спящим. Сон на посту – очень тяжелый проступок, а на войне тем более. Однако Наполеон не стал будить солдата. Он взял его ружье и сам встал на пост. Наутро об этом узнала вся армия. Конечно, Наполеон – не простак, так он поднимал свою популярность. Но его поступок не выглядел фальшивым, потому что Наполеон много времени проводил среди солдат, понимал их нужды, многих знал по именам. Чем не маленький капрал?

Несколько отделений составляли взвод. Это уже отряд, способный на некоторые тактические действия. В обычном 3-шереножном строю взвод пехоты из 70 человек занимал полосу 15–20 метров, что в наступлении позволяло создавать фронт ударной колонны, а в обороне – одну из сторон (фасов) небольшого каре. Взвод более всего подходил для ведения залпового огня (лучшего способа сосредоточенной стрельбы, пока не изобрели пулемет). В бою командир взвода мог видеть всех своих людей, легко указывать цели и следить за перезарядкой ружей. А стрелки хорошо понимали команды, поэтому залпы получались густыми и чёткими. За одну минуту взвод выпускал из своих ружей до 100 пуль и даже больше. Крупные подразделения так стрелять не могли. Они вытягивлись в длинные линии, перед которыми было трудно выбрать какую-то одну цель, да и команды среди грохота боя не были слышны. В лучшем случае удавались первые 1–2 залпа, а затем все переходили на так называемый батальный огонь, когда каждый солдат стрелял сам без команд. Поэтому даже в большом сражении стремились вести огонь повзводно. Или, как говорили – плутонгами.

Кавалерийский взвод был поменьше – 36 человек (но с лошадьми), и ему тоже работы хватало. Например, в охранении на маршах, когда нужно было двигаться впереди походных колонн на некотором отдалении или сбоку от них (а значит – по бездорожью). При этом не отрываться далеко и не отставать, глядеть в оба, не пропусткать атаки противника с фронта и флангов из каких-либо засад. Сопровождение начальников, фельдъегерей с важными документами и деньгами, охрану обозов, конвоирование пленных и прочие задачи приходилось выполнять кавалерийскому взводу.

Артиллерийский взвод обычно включал в себя два орудия с прислугой.

Рисунок 1–11

Командовал взводом старший унтер-офицер (ныне это сержант с тремя поперечными нашивками – «лычками» на погоне). Но в серьёзном бою командование брал на себя один из офицеров роты, для которого это было чисто строевой обязанностью. Артиллерийским взводом командовал штатный младший офицер.

Пехотные и артиллерийские взводы объединялись в роту, кавалерийские – в эскадрон, казачьи – в сотню. Рота и равные ей подразделения насчитывали по 100–200 человек. В ней уже имелось некоторое хозяйство: ротный патронный ящик, повозки для палаток и провианта, артельные котлы для приготовления пищи (походных кухонь еще не изобрели), а также другое имущество. Заведовал хозяйством, да и всей внутренней службой в роте, фельдфебель – старший по званию среди унтер-офицеров. В эскадроне и сотне – вахмистр.

Рисунок 1–12

В русской армии ротой командовал капитан, или чином ниже – штабс-капитан,

кавалерийским эскадроном – ротмистр или штаб-ротмистр,

казачьей сотней – сотник.

Заместителем командира роты являлся поручик (от слова поручать).

Во французской армии ротой командовал капитан.

Несколько слов надо сказать об эскадроне. В своем обычном 2-шереножном строю он мог наносить мощные удары по противнику в полосе до 70–100 метров (в шеренге 70 всадников). Это уже позволяло решать в бою некоторые самостоятельные задачи и считать эскадрон первичной тактической единицей, от которой вёлся счёт силам кавалерии. Так, в Бородинском сражении французы выставили 267 эскадронов, русские – 164 (и еще около 100 казачьих сотен).

Особое место занимала артиллерийская рота. Она являлась самостоятельным подразделением, и поэтому имела всё необходимое для боя и повседневной жизни: до 12 орудий, боеприпасы, казну, канцелярию, мастерскую с инструментами и лабораторными вещами (снаряжать боеприпасы, в том числе зажигательные), кузницу, аптеку и прочее хозяйство. Командовал артиллерийской ротой штаб-офицер в звании от майора и выше. Подразделения батарея в артиллерии ещё не было, так называли просто ряд орудий или же подготовленную для стрельбы позицию.

Следующая ступень – батальон. Он состоял из 4–6 рот и насчитывал 600–800 человек. Из такой массы людей можно было составить плотный и глубокий строй – колонну, способную смять и опрокинуть ряды неприятеля. Вытянутый в линию батальон развивал сильный ружейный огонь в полосе 120–150 метров. И в то же время он легко маневрировал, был несложен в управлении. Такое сочетание мощи, подвижности и простоты делало батальон основной тактической единицей пехоты.

Рисунок 1–13

Командовал батальоном обычно майор, во французской армии – батальонный командир (шеф).

1.4.2. Части

Мы упомянули практически все подразделения. Они не могли вести сколько-нибудь долгий бой «в одиночку», да и просто находиться в отрыве от главных сил. Ведь люди не только воюют, они живут и обычной жизнью. Им надо готовить пищу, стричься и бриться, лечиться от болезней и ран, ремонтировать оружие и амуницию. Для всего этого нужны специальные службы. В мелких подразделениях их создавать невыгодно: дорого, да и будут сидеть без дела. Крупные же отряды слишком редко собираются в одном месте, не набегаешься. Удобнее всего оказался полк. Он уже достаточно велик (1000–4000 человек), но ещё не громоздок. Все его подразделения почти всегда находятся вместе. Полковые службы невелики и дёшевы, работы им хватает как раз в меру. Таким образом, полк стал отдельной войсковой частью, имеющей как сильные боевые подразделения (2–3 батальона, иногда с артиллерией), так и развитое хозяйство – тыл. По сути это уже маленькая армия. Для командования полком требуются солидные знания, опыт, недюжинные способности и сильный характер. Недаром среди солдат и офицеров командир полка носит уважительное прозвище Батя. А звание полковник как-то особо выделяется армией и народом.

И еще самое важное замечание. Полк – самая крупная единица какого-то одного рода оружия. В пехотном полку все – пехотинцы, в кавалерийском – конники, в артиллерийском – пушкари. Так принято не случайно. Однородные части легче обучать боевым приемам, снабжать однотипным оружием и амуницией. Но главное – такие части лучше действуют в бою. Ими легче управлять и вводить в дело крупными массами (по-военному: массированно). Тогда они сполна проявляют свои лучшие боевые качества: артиллерия – огневую мощь, кавалерия – стремительность маневра и удара, пехота – стойкость в обороне и упорство в наступлении. Поэтому роты, батальоны и полки строго делятся по принадлежности к родам оружия (сейчас – родам войск).

Рисунок 1–14

1.4.3. Соединения

Иное дело – бригады, дивизии и корпуса. Они насчитывают многие тысячи людей и могут действовать на больших пространствах в отрыве от главных сил. Здесь одним родом оружия не обойтись, нужны все. Пехота наносит удар, артиллерия поддерживает её огнем, кавалерия прикрывает фланги и преследует отходящего противника – целый оркестр. Подобные воинские формирования именуются тактическими соединениями.

Бригада включала в себя 2–3 полка и входила в состав дивизии. Если пехотная бригада вела бой самостоятельно, ей в усиление придавали несколько эскадронов кавалерии и артиллерийскую роту.

Русской бригадой командовал генерал-майор, французской – бригадный генерал.

Рисунок 1–15

Дивизия имела 2–3 бригады. Пехотной дивизии могли придаваться для усиления артиллерийская бригада и до бригады кавалерии. Все вместе – это примерно 15 тысяч человек – внушительная сила. Она могла составить крепкий ударный кулак в любом сражении. А рассредоточившись – держать под контролем обширную территорию. Так, в 1812 году весь Кавказ прикрывали две русские пехотные дивизии: 19-я со штабом в Георгиевске (30 км вост. Пятигорска) и 20-я – в Тифлисе.

Русской дивизией командовал генерал-лейтенант, французской – дивизионный генерал.