Ица

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Отстранён на месяц, — процедил сквозь зубы.

— Егор, я… — начал явно провинившийся.

— Мне повторить? — серый взгляд сгустился и ощутимо придавил попытавшегося возразить.

— Нет, — глухо прозвучало в ответ.

— И я тебя не на больничный отправляю. Здесь будешь на подхвате, — мотнул светлой головой в направлении гаражных отсеков. — Подучишь правила, подумать время будет.

— Пакет же был передан вовремя, — предпринял ещё одну попытку оспорить своё наказание этот тугодум, совершенно не считывающий ни сжатые челюсти, ни приподнятую бровь Егора.

С перил спрыгнул немногословный товарищ. Егор остановил его взмахом руки.

— Димон, не лезь.

Тот остался на месте.

— Ёрш, — Егор склонился, нависая над побледневшим парнем, — то есть ты позволил себя свалить каким-то отморозкам, отдал пакет случайному пацану, сообщил ему адреса, продолжаешь пререкаться и ожидаешь, что я тебя похвалю за находчивость и смелость?

Ёрш на глазах превращался в ёршика и молчал. Егор выпрямился.

— Без моего разрешения ни шагу ни влево, ни вправо, — Егор отвернулся, глядя во двор. — А теперь исчезни.

Парень проковылял внутрь дома. Димон вернулся на перила. Егор постоял, тряхнул головой и обратил внимание на Аню.

— Ты вообще откуда взялся?

— Со встречки, — она интуитивно чувствовала, что лучше отвечать кратко.

Егор усмехнулся.

— Ну, и ехал бы себе мимо.

Она уже не проехала мимо, поэтому добавить ей было нечего.

— Расскажи, что произошло на перекрёстке и кто принял у тебя пакет, — Егор достал сигареты и прикурил.

Аня рассказала, как увидела, предложила, сделала. Сухо и по делу. Подробнее описала только человека, который подошёл к ней за пакетом.

— Вот обратный конверт, — она шагнула к мужчине, протянула упаковку и отступила на прежнее место, когда он перехватил переданное.

— Что в нём? — Егор смотрел на пакет в своей руке, а казалось, держал её на прицеле.

— Думаю, деньги, — Аня решила не юлить.

Её окатило внимательным взглядом.

— А в первом? — серые глаза словно проникали в голову.

— Не знаю, — от напряжения голос Ани звучал сипло, — какие-то бумаги. Папка была очень тонкой.

— Шустрый и рисковый, — Егор затушил окурок в стоявшей на столе пепельнице, — как пуля.

У Аньки промелькнула неуместная мысль о пуле-дуре. Не самая приятная, зато подходящая под ситуацию.

— Номер машины нужен? Той, что вашего Ерша сбила, — у неё вспотела шея, хотя на улице не было жарко.

Димон перестал прикидываться статуей и вскинул голову. Егор посмотрел на него.

— Ёрш не запомнил, — кинул Егору.

Мужчина снова повернулся к Ане. Она назвала и спросила:

— Теперь я могу уехать?

Егор подался в её сторону. Она вся напряглась. Он заметил, остался на месте и облокотился обеими руками о перила.

— Других вопросов нет?

— Есть, — признала Аня. — Только это не моё дело.

В который раз Егор внимательно взглянул на неё, уголок его рта дёрнулся в подобии улыбки.

— Теперь твоё.

Аня замерла. Он продолжил.

— Чисто по-человечески — спасибо. Ты задницу Ершу прикрыл, а вот он твою подставил, — повисла пауза.

Аня ничего не сказала, делая не глубокие вдох-выдох, вдох-выдох.

— К нам многие хотят попасть, но не проходят проверку. Я не про личное дело и биографию — мы не прокуратура. А с тобой вышло наоборот. Ты проверку в действии изначально прошёл, хоть и не хотел. Ещё не один из нас, но уже с нами.

Егор надорвал конверт, вытащил пару купюр и приблизился к Ане.

— Твоя оплата за сегодня.

Она не шелохнулась. Егор потянулся к её нагрудному карману. Она резко вскинула руку и приняла деньги.

— Услуги должны оплачиваться, как и риск, — мужчина отошёл от неё и присел на край стола. — Успел тут осмотреться?

— Немного, — ответила Аня.

— Вкратце, мы занимаемся мототехникой, реже авто, подбор, перегон, соревнования, есть мастера, которые круто делают кастомы*. Попутно осуществляем разные доставки. Никаких наркотиков, если вдруг думал об этом. Но и не пицца с пирогами.

Она слушала, оцепенение понемногу отпускало.

— Сегодня ты отвёз выкопировку по налоговой отчётности. Кому и зачем — тебе знать без надобности. Завтра это может быть компромат на конкурента или записка от отца сыну, который не желает общаться с родителем лично. Я получаю заказ. Выдаю задание. Оно выполняется чётко, вовремя и без обсуждений. Отчёт. Оплата. Понятно?

Она кивнула.

— Есть конкуренты, некоторые пытаются мешать, шпионят и вставляют палки в колёса, — Егор встал. — Если узнаю, что ты из них, пожалеешь. Это не угроза.

— Обещание, — закончила за него Аня.

Он снова усмехнулся.

— Ловишь на лету, — достал из кармана телефон. — Диктуй свой номер.

Аня назвала цифры. Егор вбил данные, набрал и сбросил вызов, услышав звук сигнала входящего.

— Учишься, Пуля?

— Да, — всё так же придерживаясь кратких ответов, подтвердила Аня.

— Я или Димон позвоним ближе к выходным. Будь на связи.

— Хорошо.

— Можешь ехать, — будто мягче произнёс Егор.

Аня спустилась по ступеням вниз и скрылась за яблонями.

— Просто отпустишь и всё? — Димон встал рядом с Егором.

— Малой настороже и сообразительный, — он не изменил положение, просто скосил глаза на подошедшего товарища. — Тут главное не передавить. Присмотримся. Аппарат его видел?

— Явно неплохой механик с ним повозился, — согласился Димон.

— Именно, — Егор ухмыльнулся. — Парнишка — не горшок**. Не дёргается, едет ровно. Можно поработать. Любопытный, но не болтливый. Чужих не подвёл. Значит, своих не подведёт.

*Ка́стом (от англ. custom — сделанный на заказ, индивидуальный) — в единственном или ограниченном количестве, обычно это по-другому оформленные или полностью переделанные серийные модели мотоциклов или автомобилей.

**Горшок — (жарг.) неопытный мотоциклист

11. Шквал

Аня вырулила на улицу. Дико хотелось распахнуть куртку, скинуть шлем и продышаться. В то же время она переживала, что её увидят и больше точно никогда сюда не пустят. Она вцепилась в руль и не заметила, как добралась до общежития. Напряжение запустило дрожь по её телу, волнами накрывало возбуждение пополам с сомнением, и что-то непонятно давило изнутри. Вроде бы всё хорошо, и не хорошо одновременно.

Она закрыла дверь в комнату. Прислонилась к ней спиной. Постояла с минуту. Подрагивающими пальцами стянула куртку и сырую футболку. Накинула толстовку и пошла в душ. Аня долго стояла под тёплыми струями воды, пульс частил, мысли скакали. Ей был незнаком такой шквал эмоций. Она попыталась упорядочить свои ощущения.

Хотела узнать об этих мотоциклистах побольше — получите и распишитесь. Теперь хотелось узнать ещё больше.

За получасовую услугу сразу выдали половину её обычной месячной зарплаты, когда она работала в плотном графике. Она планировала подзаработать летом побольше. Учиться останется меньше года и после новогодних каникул нужно будет начать подыскивать съёмное жильё. Деньги пригодятся.

Себе можно было признаться, хотя накатывало какое-то неуместное смущение — ей снова помогал Егор, хотя даже не подозревал об этом. Вот, видимо, в этом и заключался главный момент, который её коробил и не давал покоя. Он ждал от неё честности. Ту, которую он ждал, она без уловок выдала, утаив важную деталь. Ей претило врать. Умом понимала, как некрасиво обманывать, что она не парень. Но ведь она не напрашивалась — они сами так решили. Значит, так тому и быть. В баню она с ними не собиралась и по нужде компанией ходить тоже.

Вроде бы всё понятно. Что же её так угнетало и заставляло нарезать круги по комнате, бессмысленно переставлять вещи, в сотый раз выдвигать и задвигать стул? Неужели не вовремя взыграло пресловутое женское начало? Не сосчитать сколько раз её принимали за мальчика. Раньше ей не было обидно. Она всегда этому радовалась и не стремилась ко всяким девичьим штучкам. Красилась в старших классах только на выступления и выпускной. Да и как красилась: чуть-чуть блеска для губ и туши на ресницы. Тогда что так задело сегодня?

Аня подошла к зеркалу вполовину её роста, которое они с Василисой осторожно несли из магазина и сами вешали на стену возле совместного импровизированного гардероба. Приблизилась почти вплотную и начала рассматривать своё лицо. Кажется, не страшненькая. Кожа чистая. Губы имеются, не тонкие, среднего размера. Брови бы оформить, но и так не зАросли. А как Лариску с Олькой вспомнить, так и вовсе боже упаси от такого кошмара.

Интересно, какие девчонки нравятся Егору? Аня замерла, сердце как будто ёкнуло где-то в горле. Она вздрогнула. Её это не касается. Он в ней девчонку совсем не разглядел, хотя и не всматривался. Она для него — досадное недоразумение, подкинувшее сегодня проблем. Да и не стал бы он с малолеткой возиться. Главное, не засланная и лишнее не болтает. Анька передёрнула плечами. Движение получилось резким, по привычке. Некогда ей было и сейчас ни к чему в девчонку играться.

Аня отошла немного назад. Достала шарф, примерила, прикрывая волосы. Вернула на полку, нашла в вещах Васи тонкий платок и повязала наподобие банданы. Чёлка ей нравилась, косая и игривая. Не мешала и добавляла задорности. Но к чёрту её, только жарко будет дополнительно.

Она никогда не носила приталенную одежду, кроме немногочисленных платьев в редких случаях. Хорошо, что сегодня оказалась в старых свободных прямых джинсах. Была у неё ещё пара в обтяжку, но не вариант. Спортивные штаны слишком мягкие и тоже обрисуют, и ладно бы ещё ногу, а вот попу… При всей её не выдающейся задней части, она всё же круглее пацанской. Аня переоделась в чистую футболку. В конце концов, она же в том дворе не жить собиралась. Одних джинсов за глаза хватит.

Она отвернулась от зеркала и тут же уставилась в него снова. Грудь у неё небольшая, как и «заказывала» подростком, когда та расти начала. Однако, соски вечно торчком. Без лифчика не походить. Хотя и в нём тоже. Если вдруг придётся снять куртку, лямки обрисуются под одеждой в любом случае.

Аня оделась и выскочила из комнаты. Добежала до простой неприметной парикмахерской. Изысков ей не требовалось, а девушка там работала с лёгкой рукой. Она снова коротко подстриглась, избавившись от отросшей чёлки. Вася будет ругаться, что ж поделать. Затем Аня зашла в аптеку и купила несколько рулонов широкого эластичного бинта. Порадовала себя слойками с лимоном из пекарни по пути и вернулась в общагу.

Она распаковала бинт, разделась и снова встала перед зеркалом. Сильно поджимать грудь не было нужды — не столько там у неё добра, но торчуны спрятались и появилась видимая сглаженность. Покрутилась — неплохо. Подумалось, что повязка всё равно может сползти. Замоталась по-другому, с перекидом полос через плечи. Почувствовала себя увереннее. Она так же обернула в пару кругов талию, которая, как прорисовалась, такой и осталась с соплячества. Явная. Аня провела по бокам ладонями. Слишком. Добавила ещё парочку оборотов бинта. Очевидные впадинки исчезли. Она надела сверху прямую плотную футболку и снова повернулась в разные стороны.

Остановилась, глядя на своё отражение. Если днём она не собиралась никого обманывать, просто не стала опровергать ошибочное принятие её за пацана. То, что же она делает теперь? Конкретно ищет способы отвлечь от женских ассоциаций по ней. А это уже обман. Она села на кровать и откинулась назад. Да, её не спросили, девчонка ли она. Даже именем не поинтересовались. Пуля и пуля. Ёрш. Интересно, как называют Егора? Прикрыла глаза. И решила не кривить душой, в первую очередь, перед собой. Ей хотелось приобщиться к такой жизни. Она попробует. Ну что он ей сделает, если правда откроется — отшлёпает? Аня покраснела. Бить точно не будет. Он не такой. Отругает, разозлится. На себя рассердится. Почему-то она была уверена, что Егор будет сердиться на себя. Он из тех, кто не пытается свалить всё на других. Его ошибки — это его ошибки. Ей было одновременно стыдно его обманывать и так хотелось побыть рядом хотя бы чуть-чуть. Пусть сами догадаются. Она приняла решение: «Спросят напрямую — отвечу. Не спросят — побуду пацаном». Ничего не скажешь, прекрасный способ обратить на себя внимание парня — прикинуться парнем.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Что ж такое! — простонала Аня и постучала кулаком себе по лбу. — Не хочу я обратить на себя ничьё внимание.

К выходным она купила себе лёгкие текстильные спортивные перчатки и чёрную бандану. Лицо под ней казалось бледным и невыразительным.

Егор прислал сообщение в пятницу вечером: «Завтра в 12 у наших ворот. Прокатишься с Димоном»

Она думала, что волнение не даст ей уснуть, а сама спала как убитая, глубоко и без сновидений. Потому что его короткие фразы действовали успокаивающе и вселяли в неё необъяснимую уверенность. Если зарекомендует себя, может быть, повезёт разок и с самим Егором проехаться.

Она подъехала чуть раньше, но заезжать во двор не стала. Осталась ждать у ворот. Димон выехал ровно в условленное время. Мотнул головой следовать за ним.

Казалось, они бесцельно катаются по городу. Он оставался молчаливым, иногда притормаживал у остановки и указывал в сторону ближайшего павильона связи, заворачивал на парковку крупных центров, проезжал по ним и покидал с другой стороны. У входа в какой-то парк парень заглушил мотоцикл.

— Бывал здесь? — спросил он у Ани.

Она отрицательно покачала головой.

— Мы с тобой сегодня ознакомительно катаемся. Не просто от нечего делать.

— Понятно, — Аня уже и сама сделала соответствующие выводы и мысленно ставила галочки по охваченным местам.

— После заедь сюда и прогуляйся. Дорожек немного, зато тропинок хватает. Деревья старые. Есть приметные. Запоминай.

Они покружили по городу ещё минут сорок.

— На связи, — кивнул Димон.