Кила (ЛП)

Я его очень любила, но он больше не был моим щитом от реальности. Все, что случилось со мной, с нами, больше года назад начало возвращаться в мои мысли, и это начало беспокоить меня. У меня начались кошмары с теми мерзкими вещами, что я увидела во «Тьме» — жутком клубе моего дяди, куда меня увез против моей воли прежний владелец, оказавшийся врагом Алека и его братьев.

У меня также были воспоминания об Алеке и двух людях, делающих то, что переворачивало мой желудок и ранило мое сердце одной только мыслью. Я простила Алека за эту… ситуацию. Поняв, что у него не было другого выбора, и что он должен был сделать что-то настолько мучительное, чтобы это сломило нас и заставило меня уйти от него. Дядя приказал Алеку вступить в половую связь со своей женой и его новым сотрудником из эскорта — Данте.

Мой дядя хотел, чтобы у меня не было никаких связей ни с одним из братьев Слэйтер, особенно с Алеком. Однако к тому времени, у меня уже были сильные чувства к Алеку, и я никому не позволяла говорить мне, что у нас не может быть отношений. Мое неповиновение подтолкнуло дядю. Он заставил Алека порвать со мной, угрожая причинить вред его братьям и их девушкам, если тот не сделает то, что ему приказали. Просто расстаться со мной было недостаточно… Нет, дядя хотел, чтобы я возненавидела Алека, и ему это удалось. Несколько дней после того, как я покинула Багамы, я ненавидела Алека. Я ненавидела его за то, что он обманом заставил меня влюбиться в него. Я ненавидела его за то, что он разбил мне сердце. Я ненавидела его по многим причинам, но самое главное, я ненавидела его за то, что он заставлял меня скучать по нему.

Боже, я так скучала по нему, что мне было больно.

Я была в ужасе от того, насколько сильны были мои чувства к тому, кого я едва знала, но я не могла их отключить. Поверьте мне, я пыталась. Я не знала об этом в то время, но я любила Алека, и мне пришлось одновременно и любить его, и ненавидеть. Когда старый босс Алека — Марко, пришел отомстить Алеку, я оказалась на его пути, поэтому он похитил меня вместе с Алеком и Броной, девушкой Нико, которые в тот момент находились в моей квартире. Короче говоря, братья Алека вместе с дядей Брэндоном спасли нас. Марко и его люди умерли, и мы смогли вернуться домой.

Проблема в том, что теперь, когда я снова абстрагировалась с помощью Алека и его замечательного щита от реальности, я не чувствовала себя свободной. И я не чувствовала себя в ловушке, я просто ощущала… ограничения. Не знаю, почему я так себя чувствовала, потому что Алек был для меня всем. Я хотела быть с ним… Я просто не хотела торопить события и непреднамеренно разрушать их. Мы с головой прыгнули в наши отношения, и я чувствовала, что нам нужно замедлиться, но боялась рассказать Алеку что-либо из этого, потому что знала, как это прозвучит.

Так, будто я больше не уверена в нас.

Я вздохнула и покачала головой, прогоняя свои мысли, как и множество раз ранее, я заставила их вернуться на задворки моего разума и сосредоточилась на поставленной задаче.

Упаковка.

Упаковка огромного количества вещей.

— Черт возьми, — проворчала я.

Я положила руки на бедра и покачала головой.

Эта работа не для одной женщины.

Я вошла в гостиную и взяла свой телефон с кофейного столика. Постучала по экрану своего телефона, разблокировав его, прокрутила контакты, пока не нашла человека, которому хотела позвонить.

Прижала телефон к уху, и после трех гудков на звонок ответили. Я еще раз оглядела свою квартиру и сказала:

— Это я. Мне нужна твоя помощь. 

Глава 3

— Привет? Ваше Величество здесь!

Я закатила глаза и повернулась к дверям своей квартиры.

— Закрой дверь, пока мистер Извращенец не вышел посмотреть, что тут за шум.

Эйдин Коллинз, моя лучшая подруга, закатила карие глаза и захлопнула дверь моей квартиры.

Я прошипела.

— Никаких повреждений. Иначе я не получу депозит от арендодателя.

Эйдин фыркнула, когда бросила сумку и ключи на кухонный стол и вошла в гостиную.

— Перестань, деньги это последнее, о чем тебе нужно беспокоиться. Ты при деньгах.

Я не при деньгах, Алек — да.

— Я на мели, Алек — нет. Уясни разницу.

Эйдин усмехнулась.

— Алек даст тебе все, что ты захочешь, ты знаешь это. Деньги для него не проблема.

— Я не хочу, и мне не нужны его деньги, и будет проблемой, если один из нас не добьется стабильного дохода. Конечно, у Алека много денег на счету, но это не будет длиться вечно. В любом случае, не с тем, как он тратит их.

Эйдин рассмеялась:

— Не думаю, что грузовик и дом опустошат его банковский счет.

Я покачала головой.

— Дом стоил триста двадцать тысяч, и единственная причина, по которой мы заполучили его по этой цене, заключалась в том, что покупатели хотели быструю сделку. Потом его грузовик, который стоил тридцать тысяч… что в целом чертовски много денег.

Не думаю, что факт того, что мой парень богат, когда-нибудь уложится в моей голове. Я привыкла к минимальной зарплате и выживала на лапше, когда мне недоставало еженедельных часов на моей прежней работе. Я не привыкла покупать все, что захочу, не задумываясь о финансовых последствиях.

Раньше я работала в местном супермаркете, но когда в прошлом году случилась вся эта херня, я пропустила слишком много дней без уважительной причины, и меня уволили. Я ненавидела свою прежнюю работу, но она оплачивала мою аренду. Я знаю, что мне не нужно беспокоиться о том, чтобы платить аренду теперь, когда Алек купил нам дом, даже если он вписал мое имя в документы. Но я все еще хочу иметь свой собственный доход. Я не хочу полагаться на него в своих финансах.

Надеюсь, что мое писательство перерастет в большее, чем страсть, и превратится в полноценную работу. Видит Бог, мне это нужно.

— Ты рассказала ему, как относишься к тому, что он тратит так много денег? — спросила Эйдин, сидя на диване позади меня.

Я повернулась к ней.

— Нет, — нахмурилась я. — Это его деньги, я не могу говорить ему, что с ними делать.

Эйдин понимающе кивнула.

— Я думаю, ты должна поговорить с ним. Просто объясни, какой была твоя жизнь до его появления. Твой дядя, как и твоя мама богаты, и ты не взяла ни копейки ни у одного из них. Он не может ожидать, что с ним все будет по-другому только потому, что вы вместе.

Ты будешь удивлена его мыслям.

— Он много о чем думает, теперь, когда мы вместе… Он пошел и купил нам дом без моего ведома, и он подумал, что это хорошая идея. Он не осознает того, что происходит прямо у него под носом.

— Ты не хочешь переезжать? — спросила Эйдин, широко открыв глаза.

Я не знала, как ответить, поэтому уклонилась от вопроса и сказала:

— Он даже никогда не спрашивал меня, он просто пошел и купил этот чертов дом. Нам и здесь отлично. Я не понимаю, почему он хочет все изменить, когда я все еще привыкаю к тому, что он есть в моей жизни.

Эйдин помолчала несколько минут, прежде чем сказала:

— Ты должна сказать ему, что чувствуешь, Кей. Ты будешь несчастна, если не сделаешь этого.

Я знала это, я не спала по ночам, мучаясь от мыслей об этом, но не могла сказать ему ни слова.

Я бы не стала.

— Он так счастлив переехать в новый дом и двигаться дальше в наших отношениях… Я не хочу испортить все для него.

Эйдин нахмурила брови, когда я оглянулась и пристально посмотрела на нее.

— Если ты не будешь с ним откровенна, в конце концов, не останется отношений, чтобы рушить, — произнесла она строгим голосом.

Я неподвижно сидела перед Эйдин и смотрела на нее немигающим взглядом.

— Не хочу показаться грубой, — начала она. — Но как думаешь, сколько времени пройдет, прежде чем ты начнешь раздражаться на Алека за то, что он руководит твоей жизнью за тебя?

Я не отвечала, просто сидела на полу и смотрела.

— Ты независимая женщина, Кей, и тебе комфортно быть одной. Мне нравится Алек, правда, но если он не перестанет принимать решения за вас обоих, он потеряет тебя.

Я удивилась, когда на мои глаза навернулись горячие слезы, упали с глаз и потекли по    щекам, когда я моргнула. Я быстро протянула руку и вытерла слезы, но было слишком поздно, Эйдин увидела и оказалась на полу передо мной, протягивая руки и обнимая меня.

— Как давно ты себя так чувствуешь? — спросила она.

Я обхватила руками ее талию и опустила голову ей на плечо.

— Довольно давно, — призналась я.

Эйдин вздохнула, несколько секунд покачав нас из стороны в сторону.

— А еще мне снятся кошмары, — прошептала я.

Эйдин замерла, потом через мгновение отстранилась и грустными глазами посмотрела на меня.

Она сглотнула.

— О чем они?

Я фыркнула.

— Обо всем подряд. «Тьма». Багамские острова. Раненый Шторм. Просто… обо всем.

Я взорвалась в неконтролируемом рыдании, и это, должно быть, поразило Эйдин, так как она поежилась. Она вновь обрела самообладание и быстро обняла меня. Подруга покачивала и успокаивала меня, пока мои рыдания не превратились в легкие всхлипывания и мои глаза не высохли.

— Тебе нужно поговорить с кем-то, Кей, — прошептала Эйдин.

Я крепко сжала ее.

— Уже. Я разговариваю с тобой.

Эйдин вздохнула и крепко сжала меня в ответ.

Она больше ничего не сказала, и я была благодарна за это, потому что, если бы она сказала что-нибудь еще, я бы подробно рассказала ей все, что происходит в моей голове. Я не могла этого допустить — освобождение этих демонов ничего хорошего не даст.

Прошло тринадцать месяцев с тех пор, как я оставила «Тьму» и всех этих ужасных людей позади, и, насколько кто-либо мог судить, я была в порядке. Казалось со мной все прекрасно, потому что я контролировала себя, но Эйдин увидела проблеск того, как прошлое давит на меня. Теперь, когда она знала, что у меня кошмары, она будет давить на меня, пока я все не расскажу ей. Достаточно того, что я уже рассказала ей об Алеке, потому что теперь она не успокоится, пока я не поговорю с ним о своих чувствах.

— Я в порядке, — сказала я и откашлялась.

Я заставила себя дышать, чтобы успокоиться и перестать всхлипывать, а когда слезы прекратились, я отстранилась от Эйдин и легко улыбнулась. Хотя я могла точно сказать, что она на это не купилась.

— Я злюсь, что ты уже какое-то время борешься с этим, и только сейчас говоришь мне, что происходит. Твое психическое здоровье важно, вывали все на меня, если это заставит тебя почувствовать себя лучше, — надавила она.

Я отмахнулась от нее.

— Мы скоро поговорим, я обещаю… Я просто хочу, чтобы сегодняшний день прошел без раздумий обо всем том дерьме, что творится у меня в голове. Ладно?

Эйдин не обрадовалась, но все равно кивнула.

— Спасибо, — сказала я и схватила ее за руки.

Она сжала мою руку, а затем сказала:

— Подожди, ты же все еще хочешь пожениться, верно?

Я промолчала и Эйдин ахнула.

— Не хочешь?

Я пожала плечами.

— Я не знаю.

— Ты что, струсила?

— Нет, я просто говорю, что брак может отличаться от свиданий. Я имею в виду, кто знает, что может случиться? Дисней никогда не рассказывал, что произошло с Золушкой после того, как туфелька подошла? Они продолжили отношения? Или они развелись? Мы никогда этого не узнаем.

— Кила… ты действительно волнуешься, что твой будущий брак с Алеком может развалиться, потому что ты не знаешь, что было с Золушкой и ее парнем после того, как они поженились?

Правда?

— Я не знаю, — призналась я.

— Я знаю. Они жили долго и счастливо, об этом говорится в конце фильма.

Я закатила глаза.

— Ты очень странный человек.

— Говорит женщина, которая только что сравнила диснеевский фильм со своим будущим браком.

О Боже, она права.

Я застонала: