— Согласен.

— Когда я строился — думал, что однажды приведу в дом жену, — продолжал старик. — Но я понял, что слишком поздно спохватился. Не нравлюсь я ни одной из тех, кто нравится мне. Я — слишком стар, а они — слишком молоды. Так и получилось, что я живу там в одиночестве. Если не считать индейцев, которые мне прислуживают.

— Находишь их надежными помощниками?

— Наилучшими. Не веришь?

Тим пожал плечами:

— Я не очень-то люблю индейцев. Для меня будет нелегко видеть их вокруг.

Сэм Смит обернулся, посмотрел в глаза Тиму и задумчиво проговорил:

— Забавно… Никогда бы не подумал, что ты — нервный…

— Вряд ли меня можно назвать нервным.

— Почему же ты так относишься к индейцам?

— Есть причина, — сказал Тим Паркер, пристально вглядываясь в темноту впереди. Дальше они ехали в полном молчании.

Глава третья

В эту ночь Тим не стал обследовать «Каприз Смита» полностью. И он, и старый старатель — оба были вконец измучены. Гостю показали огромную комнату на верхнем этаже, в которой он и проснулся на следующее утро. Солнце уже поднялось, и он увидел, что находится в спальне, обставленной в элегантном итальянском стиле.

Это его позабавило. Грубый наряд жителя дикого Запада и убогая дорожная сумка были как-то неуместны в роскошных апартаментах. Странно был выстроен и обставлен этот особняк. Неудивительно, что местные столько судачили о нем.

Одевшись, Тим вышел через застекленную створчатую дверь на балкон и принялся разглядывать округу. Особняк был окружен неухоженными, заросшими землями. Но дальше открывался вид на голубые и зеленые горные цепи, который действительно производил впечатление. Тим глубоко вздохнул и подумал; а как себя чувствует старый Сэм Смит после утомительного путешествия и обильных ночных возлияний?

Долго гадать не пришлось. Откуда-то со двора раздалось:

— Ну как тебе здесь, Паркер?

Он глянул вниз и увидел маленького старика, улыбающегося во весь рот.

— Держу пари, что ничего похожего во всей стране нет.

— Ручаюсь тебе! — сказал Смит, удовлетворенный ответом. — Я скопировал свой замок с одного из итальянских дворцов. Люди, которые строили его для меня, подбирали мебель и обстановку, где только могли. Здесь все самое лучшее, не правда ли?

— Судить не берусь, но согласиться готов, — ответил Тим.

— Спускайся, завтракать будем в гостиной, — гордо заявил Сэм.

Гостиная оказалась огромной комнатой с длинным столом, за которым можно было усадить по меньшей мере две дюжины людей. Во время завтрака Тим и маленький чернобородый старатель расположились на противоположных концах стола. Тим едва удерживался от того, чтобы не кричать гостеприимному хозяину — так далеко тот сидел.

Завтрак был сытный, с изобилием окорока и яиц. Прислуживал им безмолвный индеец средних лет. Он входил и выходил из комнаты совершенно бесшумно, приводя Тима в содрогание.

Сэм Смит оторвал взгляд от своей тарелки с ветчиной и яйцами.

— Ты уверен, что не сможешь остаться тут на несколько дней?

— Сожалею, — сказал Тим, — но мне нужно кое-кого повидать.

— Что ж, всегда буду рад тебе.

— Я это знаю. Очаровательное местечко. Никогда не видел ничего подобного.

— Позволь хоть, по крайней мере, показать тебе все, прежде чем ты уедешь.

Осмотр они начали с винного погреба, похожего на пещеру. Он был забит европейскими винами из отборных сортов винограда. Старик вел Тима от комнаты к комнате. Несомненно, это была точная копия дворца. Имелись даже башни на крыше. Вид оттуда открывался завораживающий.

— Я потратил на это кучу денег, — проговорил старик в то время, как Тим, не отрываясь, глядел в сторону гор.

— Думаю, ты потратил их не даром, — ответил Тим. — С удовольствием вернусь сюда, когда будет побольше времени,

— Мое приглашение остается в силе, — сказал Сэм Смит серьезно. — И не жди, когда тебя позовут. Я выбираюсь в город не так часто. Приезжай сам — в любое время, когда захочешь.

— Благодарю.

Сэм Смит хихикнул.

— И прихвати проповедника с его дочкой с собой, если тебе захочется. Я ведь видел, как в дилижансе ты строил этой девчонке глазки.

— Думаешь, они останутся в городе?

— Еще бы! Проповедник полон решимости.

— Я заметил это. К тому же городу необходимы священник и церковь.

— Они готовы открыть церковь хоть в здании суда… Остерегайся Флэша Морана, — вдруг предупредил Сэм. — Сдается мне, что неприятности прошлой ночи — его рук дело.

— Я и сам в этом уверен. Он что, работает в «Счастливчике Паломино»?

— Возможно. Во всяком случае всегда там ошивается, — усмехнулся старик. — Тебе бы лучше, как предлагал проповедник, присоединиться к нему и его хорошенькой телочке. Впрочем, как знаешь.

Лицо Тима Паркера потемнело.

— У меня уже был опыт семейной жизни. И я не намерен снова навечно связывать себя с женщиной.

Старатель пропустил эти слова мимо ушей.

— Большинство молодых мужчин полны такой решимости. Но рано или поздно они попадают в ловушку. Может, с тобой будет так же?

— Меня больше привлекает ваш шериф, — сказал Тим. — Как ты ее называл? Шериф Слейд? Или мисс Слейд?

— Ее зовут Сьюзан. Но только такому старикашке, как я, позволено называть ее по имени. Для тебя она шериф.

— Стоящая девушка! — сказал Тим и про себя подумал; «Даже если она и никудышный шериф… что вполне вероятно».

Через несколько часов Тим уже гнал пегую кобылу назад, в Мэд-Ривер.

В дневном свете Мэд-Ривер выглядел еще заурядней, чем казался ночью. Тим проехал прямо к магазину Трента. Привязав лошадь к столбу, он вошел в магазин — длинное, довольно тесное и темноватое строение. Товар громоздился на полках, свисал с потолка над прилавком.

Равнодушный молодой человек в нарукавниках, в очках с толстыми стеклами вышел из-за прилавка:

— Чем могу быть полезен?

— Ничем, — грубо сказал Тим. — Я хочу видеть Джима Трента.

— Лучше вам пойти домой, — ответил клерк.

Тим нахмурился.

— Я проделал долгий путь, чтобы повидать его. И не собираюсь ждать.

— Он сейчас занят.

— Он примет меня. Скажи ему, что здесь Тим Паркер.

Лицо клерка отразило досаду:

— Мне все равно, кто ты там есть. У него встреча с Нильсоном и с судьей и ему не нравится, если его беспокоят, когда они здесь.

— Передай ему, что я здесь, или я сделаю это сам.

Клерк занервничал:

— Он не делает исключений ни для кого.

— Хочешь, чтобы я прошел сам? — Тим шагнул в сторону задних комнат.

Знаком руки клерк остановил его:

— Я передам. Но он поднимет крик…

Он исчез.

Оставшись один, Тим предположил: «Этот Нильсон и судья, должно быть, тоже члены синдиката, руководимого Трентом. Может, именно они держат в руках этот городишко?

Вернулся клерк, явно сбитый с толку:

— Все о'кей. Вы можете пройти в офис Трента. Это через пару лестниц.

— Я же говорил, — напомнил Тим с мрачной улыбкой Он питал отвращение к людишкам, которые получают удовольствие, вмешиваясь не в свое дело. Пройдя между полками, ломящимися от товара, он обнаружил лестницу и, поднявшись, оказался перед стеклянной дверью. В частном офисе Джима Трента он увидел смуглого, толстомордого человека, сидевшего спиной к бюро.

В креслах рядом с ним расположились лысый толстяк, весивший, должно быть, все триста фунтов, и ссохшийся седой человек в сюртуке, с отвислой губой и колючими глазами, смотревшими искоса из-под лохматых белесых бровей. Все трое изучали его с нескрываемым интересом.

Смуглый поднялся и протянул Тиму руку:

— Меня зовут Джим Трент, — сказал он. — Мы тебя ждали.

Тим пожал руку.

— Я прибыл поздно ночью.

— Но успел к ссоре в салуне, — сказал Трент. — Я слышал.

— Да, хорошего мало. Но не я ее начал.

— Знаю.

Обернувшись к остальным, он сказал:

— Мои партнеры.

Трент показал на толстяка:

— Нил Нильсон, городской банкир. А это — судья Горд Парсон из местного суда.

Тим кивнул:

— Счастлив познакомиться с вами, джентльмены.

У тучного банкира были изящные белые ручки, удиви тельные для человека его размеров. Он спросил:

— Ты когда-нибудь прежде работал в наших краях?

— За сотню миль отсюда.

Кислого вида судья холодно произнес:

— Устроив драку, ты сам уменьшаешь свою ценность для нас. Я полагаю, ты это понимаешь?

— Меня это тоже огорчило, джентльмены, — сказал Джим Трент, вынимая сигару из жилетного кармана и откусывая ее кончик. — Но, может быть, инцидент — нам на пользу? Некоторые из ребят, что болтаются по округе, узнают, что Паркер — парень не промах.

— Это верно, Джим, — согласился банкир. И добавил для Тима: — Если ты рассчитываешь остаться в Мэд-Ривер, хорошо бы тебе держаться в стороне от Сэма Смита. Этот старик — сумасшедший.

Судья Гордон Парсон неприятно рассмеялся.

— Вот уж правда! Человек, который вкладывает богатство в груду камней на окраине — точно сумасшедший!

Джим Трент раскурил сигару и сделал глубокую затяжку.

— Нас не касается, что Сэм Смит сделал со своими деньгами, Паркер. Просто воздержись от общения с ним, пока работаешь на нас.

— Пока я еще не нанялся на работу…

Наступило неловкое молчание. Затем Трент улыбнулся.