Мудрость беспокойства. Как научиться слушать себя, когда сердце не на месте

• беспрерывная болтовня

• компульсивные ритуалы, включая онлайн-активность

Данный список ни в коем случае не исчерпывающий (подумать только, сколько у тревоги симптомов), но это самые распространенные проявления тревоги у моих клиентов и участников курса.

Происхождение тревоги

Корни тревоги могут расти из целого ряда источников – от отношений в семье и влияния школы или религии до глобальных культурных или социальных контекстов. Когда вы понимаете хотя бы некоторые причины своей тревоги, стыдливое чувство неполноценности отступает.

Теперь мы знаем, что тревога имеет также и генетический компонент и что если один или оба ваших родителя страдали тревожным расстройством, то вы, скорее всего, тоже с ним столкнетесь. Но гораздо важнее генов тот опыт, который мы пережили в детстве. Другими словами, если в детстве вы видели, что ваши родители страдают от тревоги, но не принимают никаких мер, с большой долей вероятности вы переняли этот паттерн. Когда я спрашиваю клиентов, испытывал ли тревогу кто-нибудь из их родителей, ответ всегда утвердительный.

Важно отметить, что, даже если у вас семейный анамнез тревожного расстройства, вы не обречены жить с тревогой до конца своих дней. Хотя эта информация может помочь вам понять истоки, она не определяет направление вашего пути. Тревога заставляет вас верить, что вы всегда будете бороться с ней, что вы никогда не будете чувствовать себя хорошо и уверенно. Тревога заставляет вас видеть мир в черно-белых красках, жить по принципу «все или ничего», поэтому знайте, что, если вы используете такие слова, как «никогда» и «всегда», вы попали в сети тревоги. Во время чтения данной книги я призываю вас противостоять голосу уныния фразами вроде: «Мое прошлое не определяет мое будущее. Когда я пролью свет на его болезненные узоры, я смогу наставить себя на новый путь».

С одной стороны, тревога – это искаженная чувствительность. Если ваша чувствительная натура (а каждый человек таков глубоко внутри) не была встречена с нежностью и добротой и ваши родители не знали, как подготовить вас к большим чувствам (печаль, гнев, ревность, одиночество, разочарование, безысходность и т. д.), и не смогли помочь вам пройти через осознание смерти, а вместо этого обходились фразами вроде «смирись с этим» или отвергали ваши чувства, потому что не знали, как справиться с ними (так и не научившись справляться со своими), у этой чувствительности не было иного выбора, кроме как превратиться в тревогу. В этом смысле тревога – это защитный механизм, который защищает вас от травмирующих чувств. Тревога заставляет уйти от сердца к безопасности разума. Это был блестящий защитный механизм, который когда-то хорошо служил вам.

Когда я работаю со взрослыми, то часто спрашиваю: «У вас были проблемы с тревогой в детстве?» Ответ почти всегда положительный. Интересно, что проявление тревоги часто идет по одному и тому же пути: все начинается с беспокойства о том, что с родителями произойдет что-то плохое («Что, если моя мама умрет?»), которое затем сменяют навязчивые мысли о сексуальности («Что, если я гей/натурал?»). При этом тот, кто склоняется к гетеросексуальности, будет зацикливаться на гей-принадлежности, и наоборот. Также важно понимать, что навязчивые мысли о сексуальной ориентации не имеют с ней самой ничего общего, а лишь являются попыткой ума обрести уверенность в ситуации, когда тревога взяла верх. Попытка ответить на этот вопрос не только не устранит тревогу, но и усилит ее. Далее озабоченность сексуальностью трансформируется в озабоченность здоровьем. И наконец, когда клиенты обычно появляются на моем виртуальном пороге, предметом их беспокойства являются отношения, беременность или карьера. Сюжеты меняются, но основная потребность остается прежней: обрести уверенность и безопасность. Каждая история начинается с того, что ребенок чувствует себя дрейфующим в море постоянно меняющейся и сокрушительной эмоциональной жизни без руководства и поддержки взрослых опекунов.

Наряду с семейными проблемами существует множество аспектов школьной системы, которые порождают тревогу, например социальное давление, состоящее в необходимости соответствовать, и академическое давление, состоящее в необходимости высоких достижений. Кроме того, по меньшей мере 20 % школьников испытывают трудности в процессе обучения: детей, которым нужно двигаться во время обучения, заставляют сидеть неподвижно; детей, большую часть информации воспринимающих визуально, заставляют в основном слушать; интровертов, которые предпочитают заниматься в тихой обстановке, заставляют учиться в шумном и переполненном классе. Таким детям хватает нескольких лет или даже дней пребывания в системе, которая не соответствует их ритму и темпераменту, чтобы поверить, что с ними что-то не так или они не очень умны. Все это порождает тревогу.

Религия, хотя часто и предлагает чувство доверия к чему-то большему, чем мы сами, может также транслировать послание о нашей фундаментальной неправильности, особенно в отношении мыслей, тела и сексуальности. Когда дети воспитываются в системе установок «дурные мысли – это грех», они гарантированно столкнутся с тревогой. Религия может подорвать чувство уверенности в себе, поскольку зачастую она побуждает людей полагаться исключительно на источник, находящийся вне их самих. Мои клиенты, воспитанные в религиозной среде и испытывающие трудности с принятием важных жизненных решений, таких как выбор спутника жизни, часто говорят: «Что, если это не входит в Божий план?» Этот страх проистекает из убеждения, что есть правильный и неправильный образ жизни и что неправильный обрекает человека на жизнь в страдании и позоре. Такой тип мышления непременно порождает тревогу.

Наконец, средства массовой информации транслируют тревогу в огромных количествах. Куда бы мы ни посмотрели, отовсюду получаем сообщение: «С тобой что-то не так. Ты все делаешь неправильно. С миром что-то не так. Ты в опасности». Сейчас мы больше, чем когда-либо, подвержены влиянию негативных ментальных установок в течение дня. Каждый раз, когда вы включаете новости, на вас в избытке льются сообщения о катастрофах. Каждый раз, когда вы смотрите на экран, вы узнаете о том или ином последнем политическом, социальном или экологическом кризисе. Каждый раз, когда вы видите рекламу или просматриваете социальные сети, вы чувствуете, что недостаточно хороши. Тревога включает в себя чувство или убеждение, что вы в опасности, и наша культура на полную катушку использовала эту первичную потребность чувствовать себя в безопасности и создала систему, к которой мы подключены на уровне зависимости. Страх вызывает привыкание. Негатив цепляет. Тема незащищенности продается. Это порочный круг: чем больше мы тревожимся, тем больше подключаемся к экранам, новостям и технологиям, и чем больше мы подключаемся, тем больше тревоги чувствуем.

Проникая через наши экраны, массовая культура действует нам на нервы, без конца напоминая, что мы все делаем неправильно. Однажды мой сын рассказал мне, как на вечеринке по случаю дня рождения он подслушал, что его подруга солгала насчет своего возраста и добавила себе несколько лет. Он спросил меня, зачем она это сделала, и я ответила: «Когда ты молод, мир заставляет тебя быть старше, а когда ты вырастаешь, он говорит тебе выглядеть и вести себя моложе. От тебя всегда требуют быть тем, кем ты не являешься».

Как можно чувствовать что-то еще, кроме тревоги, когда эти послания ежедневно и даже ежечасно выливаются на нашу психику?

ПРАКТИКА

МЕДИАДИЕТА

Один из самых быстрых и эффективных способов умерить тревогу – это сесть на медиадиету. Это означает, что вы должны ограничить себя от социальных сетей и новостей в течение следующих тридцати или более дней. Если это кажется невозможным, все равно попробуйте. Несмотря на то что социальные сети якобы предназначены для общения, они почти полностью сосредоточены на внешнем мире, и, зайдя в Facebook, практически невозможно не наткнуться на очередные ужасные новости или избежать сравнения с другими. Если социальные сети – это ваш способ общения с друзьями, то попробуйте вместо переписки позвонить своим близким или поговорить лично. Текстовые сообщения – это не разговор, и, хотя они дают возможность поддержать связь, они не служат более важной цели – наполнению себя здоровыми, значимыми связями и действиями, как внутренними, так и внешними.

Тревога – это не игра в «Ударь крота»[10]

Когда тревога становится всепроникающей, она захватывает все ваши системы: тело, ум, сердце и душу. В острых состояниях тревоги адреналин заливает тело, что заставляет вас находиться в состоянии повышенной готовности: быть готовым сражаться или бежать от опасности. При хроническом течении тревога проявляется через мышечные или головные боли, трудности с дыханием и бессонницу. Навязчивые мысли крутятся в голове как белка в колесе, заставляя бесконечно искать ответы, чтобы создать в себе некую уверенность. Будучи прежде всего психическим состоянием, хроническая тревога заставляет людей отречься от своих эмоций, что затем вызывает состояние оцепенения или пустоты. А на уровне души, когда мы не обращаем внимания на попытки тревоги достучаться до нас на уровне сознания, наши сны и кошмары, говоря с нами языком метафор и символов, становятся посланцами психики.

Опять же, классический подход направлен на избавление от симптомов, но даже если вы сумеете их искоренить, тревога найдет другой способ привлечь ваше внимание. Помните: тревога – это способ души сообщить, что внутри нас что-то не так, призыв обратить внимание. Когда вы игнорируете или устраняете симптом, вы упускаете это сообщение и ваше внутреннее «Я» удвоит свои усилия, чтобы сообщить о необходимости заглянуть в него, посылая все более тревожные и явные мысли, чувства или физические симптомы. Тревога играет с нами в игру «Ударь крота»: если вы прибьете одного крота (симптом), не обращаясь к корню проблемы, на его месте быстро появится другой. В конце концов физические симптомы, пристрастия или ментальные пытки достигнут критической точки, и у вас не останется иного выбора, кроме как прислушаться к внутреннему зову. Вам будет предложено найти в себе мужество изменить образ мышления, и, вместо того чтобы сопротивляться тревоге и возмущаться ею, вы можете подойти к ней с любопытством, состраданием, спокойствием и даже благодарностью.

Четыре ключевых элемента: любопытство, сострадание, спокойствие и благодарность

Есть четыре ключевых элемента, которые помогут вам на вашем пути исцеления. Я намеренно использую здесь производное от слова ключ, поскольку герой, отправляющийся на поиски своего «Я», всегда делает это с помощью духовных наставников и амулетов. В мифах и сказках эти наставники появляются в виде животных, мифических существ или магических предметов, которые являются символами внутренней силы, которой обладает каждый человек. Если тревога – это зов, ведущий вас в темный лес, то внутренние ключи, о которых я скажу далее, – это союзники и амулеты, которые освещают путь.

Первый ключ, позволяющий справиться с тревогой, – это сознательный переход от неприятия боли и защиты от нее к проявлению любопытства к своему внутреннему миру. Это не единовременный сдвиг, а ежедневное, если не ежечасное, напоминание о необходимости перевести ваш внутренний компас в режим любопытства. Для этого необходимо понять, что ваша первоначальная мысль – будь то «Что, если я не люблю своего партнера?», или «Что, если я причиню вред своему ребенку?», или «Что, если у меня неизлечимая болезнь?» – это сигнал бедствия; это ваше внутреннее «Я» бьет тревогу. Это те части вас, которые вы бросили в подвал своей психики, грязные, темные, борющиеся с неуверенностью и отсутствием контроля. Части, которые требуют теперь вашего внимания. Там, внизу, стало тесно, и им пришла пора выходить. Если вы примете эти мысли за чистую монету, вместо того чтобы копнуть глубже, то упустите возможность исцеления. Но стоит вам распознать в ней тревожный звоночек, и вы сможете обратиться к тому, что действительно требует внимания.

Например, у одной моей клиентки был конфликт с мужем по поводу того, стоит ли им переезжать обратно на родину с шестимесячным ребенком или остаться в Соединенных Штатах. Она была одержима мыслью о том, что они должны вернуться, иначе ее дочь вырастет ужасным человеком. Это вызывало в ней чувство тревоги и одиночества. На первый взгляд ее конфликт казался вполне разумным: она хотела, чтобы ее дочь росла в той же атмосфере, что и она сама, – с ее мамой, сестрами и кузенами; вместо этого она воспитывала свою дочь в изоляции большого города. Но когда вопрос становится навязчивым и основан на страхе – страхе того, что ее дочь вырастет ужасным человеком, если они не переедут домой, – мы знаем, что находимся в царстве тревоги и что сам вопрос таит в себе богатства. Если мы попытаемся ответить на этот вопрос так, как принято в мейнстриме, составляя списки «за» и «против», спрашивая совета у людей, постоянно думая об этом, то так и останемся в плену собственных мыслей. Мы упустим не только глубокое знание о самих себе, которое жаждет быть узнанным, но и возможность найти истинное направление, основанное на этом знании. Как сказал Эйнштейн, «ни одна проблема не может быть решена на том же уровне сознания, на котором она была создана»[11], то есть когда мы пытаемся нашим тревожным умом найти «ответ» на вопрос, связанный с тревогой, мы тем самым только генерируем еще большую тревогу.

В течение первой части сеанса я попросила свою клиентку отвлечься от основного вопроса. Это было непросто, так как она настойчиво задавала себе этот вопрос в течение многих месяцев, и нейронные связи в ее мозгу закрепили убеждение, что это вопрос жизни и смерти. Вот как работает тревога: она цепляется за вопрос или тему, как собака за кость, и вы становитесь одержимы поиском ответа в надежде, что, найдя его, обретете покой.

Но, когда мы покинули царство мыслей, моя клиентка начала устанавливать связи. Она поняла, что ее беременность преувеличила важность этого вопроса, что часто бывает в периоды трансформации. Она увидела, что скрывалось за этой мыслью: тоска по дому и грусть от того, что десятью годами ранее она переехала, чтобы сохранить свое самоощущение. Ее желание вернуться домой – это метафора желания вернуться в свой внутренний дом. Ей пришлось осмыслить некоторые болезненные аспекты своего детства, ее горе по поводу того, что она оставила свою дочь, чтобы вернуться на работу, и многое другое. После этого она смогла принять решение, основанное на обретенной ясности, а не на безумной тревоге. Как только обнаруживаются истинные сообщения, заключенные в тревоге, первоначальная мысль растворяется и достигается ясность.

ПРАКТИКА

СТАНЬТЕ ЛЮБОПЫТНЫМ: ЗАМЕЧАЕМ И НАЗЫВАЕМ

Для начала потратьте пятнадцать-двадцать минут на то, чтобы записать, какие проявления тревоги вы чувствуете. Будьте любопытны! Напомните себе, что тревога – это не враг, а посланник, и начните интересоваться, какие сообщения она хочет вам передать.

Первый шаг к освобождению от тревоги – заметить, когда она появляется, а затем назвать, как она проявляется у вас. Чтобы стимулировать любопытство, задавайте себе следующие вопросы: «Где я чувствую тревогу в своем теле? Какие мысли или темы связаны с моей тревогой сейчас и были связаны в прошлом? Каково мое первое воспоминание о тревоге? Как мои родители справлялись с моей чувствительностью и тревогой?»

Каждый раз, когда вы почувствуете тревогу, произносите: «Тревога. Это навязчивая мысль». По возможности в течение дня делайте заметки, если заметите проявления тревоги. Раздел заметок в вашем телефоне хорошо подходит для этой цели, но еще лучше вести дневник от руки.

Второй ключевой элемент исцеления – научиться встречать свою тревогу с состраданием. Это означает замену вашей выработанной годами привычки реагировать на свои сложные чувства и переживания стыдом на более мягкую реакцию. Учитывая, что большинство людей в детстве усвоили, что трудные чувства – это «плохо» и их нужно игнорировать, стыдиться или подавлять, эта задача не из легких. На протяжении книги мы будем более глубоко исследовать, как перестроить привычную реакцию стыда, и во многих отношениях вся концепция этой книги основана на переходе от отторжения тревоги к ее принятию. Но сейчас я хотела бы научить вас одной из простейших практик, направленных на принятие себя, – Тонглен.

ПРАКТИКА

ТОНГЛЕН

Одной из наиболее эффективных практик, позволяющих избавиться от привычки отталкивать нежелательные чувства, является буддийская практика Тонглен, с которой наше общество познакомила американская буддийская монахиня Пема Чодрон. Эта практика «на месте» очень проста. Вдыхайте то, что мы обычно считаем «нежелательным» и выдыхайте нужное, или, как учит Пема Чодрон на своем сайте: «Когда вы делаете Тонглен на месте, здесь и сейчас, просто вдыхайте и выдыхайте, принимайте боль, а посылайте в пространство свободу и облегчение». Сила этой практики заключается в том, что она идет вразрез с тем, как мы обычно реагируем на болезненные чувства, поэтому, когда мы практикуем ее в течение долгого времени, мы учимся принимать и даже приветствовать боль и страх во всех их проявлениях.

Теперь попытайтесь приступить ко второму шагу практики Тонглен: вдохните боль всех других людей на планете, тех, кто в этот самый момент чувствует себя одиноким, печальным, разочарованным, подавленным, с разбитым сердцем, и выдохните любовь и взаимность. Если вы думаете, что вы единственный, кто испытывает трудности в жизни, подумайте еще раз. Каким-то странным и прекрасным образом мы все связаны, и когда вы можете подключиться к невидимой паутине сердечных нитей, которые соединяют нас в боли и красоте, что-то открывается внутри и тревога утихает.

Третий ключ к исцелению от тревоги – каждый день находить время и место, чтобы перевести дух. Нельзя расшифровать сигналы тревоги, если нестись со скоростью света, потому что ритм души не совпадает с ритмом современной жизни. Когда мы заполняем каждую свободную минуту работой, развлечениями, вечным движением, текстовыми сообщениями, разговорами, прослушиванием музыки, прокруткой, кликанием и просмотром, мы теряем способность слышать и соединяться со своим внутренним «Я». Тревога пытается донести до нас: «Притормози! Я не слышу собственных мыслей. У меня нет времени на рефлексию. Когда я теряю связь со своим внутренним миром, я не знаю, кто я, и чувствую тревогу». Наша культура с каждым днем движется все быстрее, и наши души не поспевают за ней.

Каждая практика, которой я учу в этой книге, требует взять передышку, замедлиться. Вы можете взять короткую паузу и углубиться в осознание момента, например, стоя у светофора, глубоко вдохнуть и рассмотреть свое окружение вместо того, чтобы проверять телефон или менять музыкальный трек. Вы можете взять передышку и на более длительные периоды, например в начале и в конце каждого дня, когда вы будете выделять время для ведения дневника, медитации или просто спокойного размышления. Часть работы по освобождению от тревоги включает в себя позитивные действия, такие как следование практикам, которые я привожу. Некоторые из них подразумевают, что вы должны погрузиться в пространство спасительной тишины и буквально ничего не делать, например, просто сидеть рядом с деревом или лежать в траве без телефона поблизости. В пространстве безмолвия ключи любопытства и сострадания объединяются, чтобы помочь вам в вашем путешествии к исцелению.

ПРАКТИКА

МЕДИТАТИВНЫЕ ВОПРОСЫ, КОТОРЫЕ ПОМОГУТ ВАМ ПЕРЕВЕСТИ ДУХ

Проявив любопытство, спросите себя:

• Что происходит, когда я нахожу время, чтобы насладиться моментом? Когда вместо того, чтобы запечатлеть его и выложить в Instagram, я полностью прислушиваюсь к своему одиночеству и тишине, пока не услышу, как капли дождя моей души поливают мою собственную почву?

• Что произойдет, если, проснувшись утром, когда мои веки медленно, болезненно открываются навстречу утреннему свету, вместо того чтобы протянуть руку к телефону с целью прокрутить ленту и кликнуть на что-то, я потянусь к образу сна, который все еще играет на задворках сознания, прежде чем образ испарится, как воздушные пузырьки?

• Что произойдет, если в конце дня я задержусь у открытого окна достаточно долго, чтобы посмотреть в ночное небо и получить мудрость лунного света? Какие тайны могла бы нашептать мне луна своими серебряными нитями?

А произойдет то, что вы окажетесь лицом к лицу с самим собой в этот момент, в настоящем времени. В эти короткие мгновения тишины и одиночества вы встретите свою боль. Да, те части вас, что вы упрятали подальше, потому что в ранние годы вашей жизни они считались непривлекательными. Но также, если вы осмелитесь представить и ваши светлые места: поэму, которая жаждет быть написанной, песню, которая рвется быть спетой, сладкие слезы горя, которые ждут, чтобы упасть в ваши сложенные ладони.

Четвертый ключ, который поможет вам проявить любопытство и развить больше сострадания к себе, – это настроить ваш внутренний компас на благодарность, что означает быть благодарным не только за радости, которыми изобилует ваша жизнь, но и за трудности. Как говорит брат Дэвид Стейндл-Раст[12] в своей аудиосерии «Благодарное сердце»: «Стать живым – значит пробудиться и осознать те тысячи и тысячи радостей, которые мы получаем, даже в тот день, когда нам нужно идти к зубному врачу или когда мы реально больны».

Вот что значит видеть дар в тревоге. Именно через наши проблемы мы учимся и растем больше всего, а это значит, что вложенные в каждый приступ тревоги или навязчивую мысль, спрятанные внутри кошмара панической атаки и изнурительной бессонницы лежат алмазы, которые при правильной огранке ведут к исцелению и спокойствию. Это трудно представить в самом начале вашего путешествия, но каждый, с кем я работала и кто выбрал этот путь познания своей тревоги с помощью четырех ключей, возвращается, чтобы сказать: «Я не верил, когда вы сказали, что я буду благодарен своей тревоге, но это действительно так. Благодаря ей я смог вернуться к самому себе настоящему. Я и подумать о таком не мог». Это может стать правдой и для вас.

Я призываю вас взять с собой эти ключи – любопытство, сострадание, спокойствие и благодарность, – когда вы будете читать эту книгу и работать с вашей тревогой. Вы не знаете, какие сокровища найдете в своей тревоге, какие сообщения скрываются в ваших навязчивых мыслях, какие дары спрятаны в болезни. Сокровища у всех разные, так как не существует универсальной формулы исцеления, но когда вы начнете эту внутреннюю работу, то выйдете на такой уровень спокойствия, силы и ясности, какой никогда не считали для себя возможным. Вы обнаружите, что с вами все в порядке, что в мире есть красота и симметрия, которых вы никогда до конца не понимали, и что у вашей жизни есть цель. В места напряжения придет расслабление. Ваше дыхание станет глубже. Возможно, впервые в жизни вы узнаете, кто же вы на самом деле.

ПРАКТИКА

ДЫХАНИЕ ЖИВОТОМ

Глубокое дыхание животом – одна из наиболее часто рекомендуемых практик «на месте», предназначенных для успокоения нервной системы и, следовательно, снятия тревоги. Суть метода заключается в том, что, когда вы глубоко дышите, выпячивая живот, как воздушный шар, ваш блуждающий нерв активируется таким образом, что он успокаивает миндалевидное тело, центр эмоциональных реакций, расположенный глубоко внутри вашего мозга. Даже если вы сделаете пять глубоких вдохов – медленных вдохов, наполняющих ваш живот, и медленных выдохов, сжимающих его, – это успокоит вашу нервную систему и даст небольшую перезагрузку, которая облегчит ваше состояние.

В следующий раз, когда вы заметите явные признаки тревоги, остановитесь на минуту и выполните следующие простые действия:

1. Положите руку на нижнюю часть живота, ниже пупка. (Когда вы намеренно кладете руку на свое тело, вы выражаете любовь к себе.)

2. Вдохните как можно глубже, выпячивая живот, как воздушный шар. (Если вы не можете вдохнуть очень глубоко, не волнуйтесь. Трудности с глубоким дыханием – распространенный симптом тревоги, поэтому, когда люди говорят «сделайте глубокий вдох», это может вызвать еще большую тревогу. Просто выпятите живот как можно дальше.)

3. На секунду задержите дыхание.

4. Сделайте медленный выдох.

5. Повторите еще четыре раза.

Дыхание животом – это одна из тех практик «на месте», о которых я упоминала во введении и которые можно выполнять в любом месте и в любое время. Помните: чем больше вы будете заниматься этими практиками, тем скорее перестроите свою привычную реакцию на тревогу от страха и сжатия к расширению и принятию. Чем больше вы исследуете симптомы тревоги, тем больше вы сможете извлечь из них уроков и продолжать двигаться вперед на своем пути исцеления.

2

Два культурных послания, создающих тревогу

Наша задача в жизни как человеческих существ состоит в том, чтобы помочь людям осознать, насколько каждый из нас на самом деле редок и ценен, что у каждого из нас внутри есть что-то, чего нет у других – и, возможно, никогда не будет, – что-то поистине уникальное. Наша задача заключается в том, чтобы побуждать друг друга открывать эту уникальность и предлагать способы, развивающие ее проявление[13].

ФРЕД РОДЖЕРС

Миф о нормальности и ожидании счастья

В центре тревоги, навязчивых мыслей и недостатка самореализации находится общий источник – отсутствие доверия к себе. Доверие к себе – это хрустальный компас в центре бытия, который позволяет нам легко и уверенно ориентироваться в нашем внутреннем и внешнем мире. Он помогает нам отличать полезные мысли от вредных и с состраданием относиться к своей эмоциональной жизни. Без уверенности в себе трудно принимать решения. Люди, борющиеся с тревогой, часто замирают в оцепенении, как олень в свете фар, когда сталкиваются с необходимостью принять решение, будь то важное решение, такое как смена работы, или пустяковое, как заказ в ресторане.

Больше всего человек боится сделать «неправильный» выбор: совершить ошибку, о которой он будет сожалеть, поддавшись вере в то, что существует идеальный вариант, который он может упустить. Мы настолько глубоко убеждены, что есть правильный и неправильный выбор, что, когда приходит время принимать даже незначительное решение, мы боимся все испортить. Как будто принятие решения – это тест с несколькими вариантами ответа, и если мы обведем не тот вариант, то потерпим неудачу, или, наоборот, если ответим «правильно», нам откроется Святой Грааль вечного счастья.

Чего мы не понимаем, так это того, что уверенность в себе и благополучие, которые являются противоположностью тревоге, могут быть доступны только тогда, когда мы подключаемся к нашим внутренним источникам мудрости и целостности. Эта целостность живет внутри вас, погребенная под сомнениями, возникшими в результате того, что другие диктовали вам, что делать, чувствовать и думать. Если вы понаблюдаете за ребенком, то быстро поймете, что мы рождаемся, зная, что нам нравится, а что нет, когда мы голодны, устали или нуждаемся в общении. Мы достаточно хорошо знаем себя с самого рождения, и только благодаря «лучшим намерениям» родителей, учителей, врачей, других взрослых и воспитателей мы лишаемся нашего врожденного доверия к себе. Тревога, если взглянуть на нее через призму мудрости, – это проводник, который укажет вам путь к самому себе. Давайте сначала рассмотрим, как мы лишаемся доверия к себе, прежде чем займемся его восстановлением.

Миф о нормальности

Можно сказать, что идея «нормальности» лежит в основе неуверенности в себе и как таковая является одной из самых психологически разрушительных идей, когда-либо поражавших современную культуру. Как показывает практика, за вездесущим вопросом «Что со мной не так?» обычно скрывается вопрос «Почему я не могу просто быть нормальным?».

Но что есть нормальность? Нормальность – это попытка втиснуть себя в узкий круг того, что наше общество считает приемлемым поведением. Это жизнь в режиме «без звука», потому что громкие звуки, яркие цвета и сильные чувства не соответствуют шаблону. Это необходимость приглушить внутреннее сияние, потому что оно не вписывается в размытое определение «обычного» человека. Это значит не выделяться, быть не слишком умным и не слишком тупым, не слишком общительным и не слишком тихим, не слишком уверенным и не слишком неуверенным в себе, жить в серых местах и безопасных зонах.

Вероятно, вы столкнулись с необходимостью соответствовать норме еще в утробе, когда врач сравнивал вашу диаграмму роста с другими «типично» растущими плодами. Сравнение продолжалось на протяжении всего вашего девятимесячного пребывания в утробе матери, поскольку ваша мать добросовестно приходила на пренатальные осмотры и получала подтверждение – с помощью ультразвука, амниоцентеза или пальпации, – что вы нормальны. А может, новости были не очень хорошими и показания говорили о «ненормальности», и в этом случае волны тревоги передавались по телеграфу пуповины с сообщением: «О нет, что-то не так. Ребенок растет не по стандарту». Сравнение с нормой продолжалось и при рождении, и при каждом плановом посещении врача-педиатра, и при ежегодном осмотре, и, конечно, после того как вы пошли в школу. Вооруженные «благими намерениями» родители и учителя бессознательно сговорились убедиться, что вы вырастите «нормальным», и любое отклонение быстро пресекалось в зародыше.

Если вы были «хорошей» девочкой или «хорошим» мальчиком и обладали необходимыми социальными и академическими навыками, то, вероятно, быстро усвоили правила игры и научились самостоятельно себя одергивать. Вы выкачали из себя всю эту «странную дрянь». Вырезали всю «некрасивость». Чтобы над вами не смеялись, вы быстро прятали где-то глубоко внутри себя любое необычное поведение. Вы достигли нормального состояния и жили своей жизнью до тех пор, пока что-то не сломало вас. Вероятно, в этот момент проявления тревоги достигли критической точки и к вам пришло осознание, что вы живете в царстве теней.

Если вы не сумели достичь «нормальности», вероятно, в детстве вам пришлось несладко. В то время как другие дети «понимали правила», вы просто не могли сидеть спокойно. Сколько раз ваш учитель говорил вам, не скрывая раздражения: «Почему ты не можешь просто быть нормальным?» Вы пытались приспособиться, пытались избавиться от «странностей», но что-то внутри вас не позволяло этого сделать. Вы с большим трудом преодолели школьные годы, но если добрались до колледжа или университета, то, вероятно, нашли мир, который наконец принял вас таким, какой вы есть, с вашими странностями и всем прочим. В каком-то смысле вам повезло: из-за вашей неспособности соответствовать системе ваше подлинное «Я» осталось почти нетронутым. Тем не менее боль, которую изгои обычно испытывают в ранние годы, оставляет глубокие и широкие шрамы.

Что интересно, нормальность – понятие недавнее. Как пишет имевший трудности с обучением в школе Джонатан Муни в своей книге «Школьный автобус: путешествие за пределы нормального»[14]:

«Пока я ехал, я думал об этом слове – нормальный. Перед тем как отправиться в эту поездку, я наткнулся на замечательную книгу под названием “Принуждение к нормальности”[15] Леннарда Дэвида, который утверждает, что слово “нормальность” вошло в английский язык только в 1860 году. До этого у нас было только понятие об идеале, которого никто никогда не надеялся достичь. В Соединенных Штатах нормальность возникла в культурном контексте, поскольку нация стремилась контролировать растущее городское население и американизировать иммигрантов со всего мира. Однако нормальность – это прежде всего идея, которая берет свое начало из статистики. Норма или нормальность не существуют в реальном мире реальных людей [я подчеркиваю], несмотря на то что нам говорят, что мы можем изменить наше поведение и натренировать наши тела и умы, чтобы достичь ее. Нас заставляют стремиться к ней – в нашей культуре, в наших семьях, в нашей жизни. Но, когда мы приближаемся к ней – как это делал я, – она исчезает. Нормальность подобна горизонту, который продолжает отдаляться по мере приближения к нему».

Погоня за горизонтом нормальности приводит к появлению огромного количества тревоги, поскольку заставляет вас думать, что с вами что-то не так. Трагедия заключается в том, что мы тратим свое детство, пытаясь втиснуть себя в стандарт «нормальности», только для того, чтобы впоследствии узнать, что больше всего мы уважаем тех, кто осмелился жить вне стандартов. И перед нами встает труднейшая задача – в лучшем случае в конце третьего десятка, чаще всего в середине жизни – раскопать погребенные части самих себя и заново узнать, что значит быть живым и быть самим собой. Разве не было бы легче с самого начала поощрять нас быть самими собой, признавая, что человеческие существа бывают всех форм, размеров и вариаций и что именно это и делает нас живыми? Разве не было бы полезнее искоренить понятие «нормальность» из детских ожиданий и позволить детям быть теми, кто они есть, не извиняясь за это?