Помоги проекту - поделись книгой:
Андрей и Ника уже около часа петляли по узкой грунтовой дороге по лесу. Ехать приходилось максимум на первой передаче. Двигатель надрывно рычал, пару раз глох, видимо из–за перегрева карбюратора. Вдруг стрелка датчика температуры охлаждающей жидкости скакнула к красной зоне, а из–под капота повалил пар.
— Всё, приехали, — Андрей с раздражением ударил по рулю и заглушил двигатель, — выгружаемся, дальше на своих двоих.
В ответ Ника глубоко вздохнула, закрыв глаза ладонью.
— Никак починить нельзя?
— Скорее всего нет, — Андрей вышел из машины и открыл капот и быстро отстранился, потому как оттуда вырвался клуб пара, химическая вонь усилилась.
— Пойдем дальше по дороге? — Ника высунулась из окна.
— Тихо, я кажется что–то слышу, — поднес Андрей указательный палец к губам и повел головой в поисках шума, — кажется, звук мотора и это скорее всего… люди! Зомби вряд ли могут управлять транспортом. Давай пока достанем вещи из машины.
Через пару минут сквозь деревья метрах в ста замелькал корпус рычащего автомобиля, а затем из–за поворота вырулил УАЗ кабриолет цвета хаки и направился в их сторону. На морде внедорожника установлен мощный агрессивный обвес из труб, переходящий к ветровому стеклу и дальше по верху, образуя каркас. Козлик был явно переоборудован для передвижения по пересечённой или горной местности, на что указывали шины повышенной проходимости и задранный клиренс. Скрипнули тормоза, автомобиль остановился в 15 метрах от преграды. Водитель в бейсболке поднялся с места. Андрей пригляделся, ба! Да это же девушка! Она встала в кабине и оперевшись локтями в трубу жёсткости, проходящей над ветровым стеклом, весело спросила:
— Привет, потерялись?
— Почти, — процедил Андрей. Он заметил, что девушка на вид тридцати лет, брюнетка, небольшого роста, одета в камуфляж, на груди разгрузка со сменными рожками, похоже, от калаша, на поясе висит кобура.
Девушка заметила его подозрительный взгляд, осмотрела себя, снова улыбнулась и произнесла:
— О, не обращайте внимания на вид, местные реалии вынуждают соблюдать все меры защиты. С мертвяками, вижу, уже познакомились, — кивнула она на замызганную кровью лопату в руке Андрея.
— Типа того, — отозвался Андрей, — а ты кто такая? Тебе что–нибудь известно об этом месте и происходящем здесь?
— Я Аида. Не буду вам как новичкам забивать голову, все равно не поверите. Пусть будет биологическое оружие и война, это вкратце. Я спасаю выживших, таких как вы. Я, скажем так, хм, военная. Если вам тут стало скучно, могу взять с собой, вывезу к людям, места есть, — показала она себе большим пальцем за плечо.
Андрей сначала колебался. Доверять первой встречной, вооруженной девахе на внедорожнике было верхом идиотизма, но непринуждённое обращение к нему и Нике, а также их бедственное положение не оставляли шансов на отказ от столь привлекательного предложения. Странным было и то, что девушка ездила на таком специфическом транспорте одна, да ещё при условиях зомби–апокалипсиса умудрялась улыбаться и вести себя не принужденно.
— Забирайтесь, — приветственно махнула незнакомка и уселась на кресло.
— Пойдём, — умоляюще уставилась на Андрея Ника.
— Ладно, поехали, — прихватил рюкзак и направился к внедорожнику.
— Чур я впереди! — радостно ответила Ника и побежала к пассажирской двери.
Проходя около борта машины, Андрей заметил, что Водитель уже убирала с соседнего кресла автомат на свою сторону у двери, по виду это АК 103 под патрон семёрку, на что указывал большой изгиб магазина. Обвес также внушал уважение — прицел, рукоять под вторую руку и массивный глушитель. Специфическое оружие, надо отметить. В руках этой Аиды оно выглядело нереально и не вязалось с кажущимся хрупким телосложением девушки. Как будто она взяла покататься автомобиль у своего высокопоставленного папика на военных учениях.
Задних сидений не было, вместо них установлены две лавки–ящика по бокам, рассчитанные на 4 бойцов. Удобство обеспечивалось только лишь за счёт дуг безопасности над головами и небольшими спинками под поясницу. Заднего борта не было, скорее всего для высокой скорости погрузки и вылазки пассажиров. Андрей разместился на одной из лавок, удобство так себе, но зато не пешком.
Тронулись. Сомнения, что девочка была не в своей тарелке, а вернее сказать не в своей машине, улетучились у Андрея, когда Аида лихо поехала задним ходом, резко развернулась через 100 метров на повороте и сорвала с места с пробуксовкой внедорожник по узкой лесной дороге, что он едва не выпал из кузова. Краем глаза заметил в зеркале заднего вида ухмылку новой знакомой.
Ехали долго, около пары часов. Аида гнала внедорожник с большой скоростью. С ее слов надо успеть добраться к временному лагерю до наступления ночи. Всю дорогу молчали. Дорога петляла и была не в лучшем виде, отвлекать водителя не хотелось, да ещё и голова трещала невыносимо.
— А есть аптечка? Голова болит, хоть таблетку выпить какую–нибудь — страдальческим голосом спросила Ника у Аиды.
— Скоро доберёмся уже, — односложно ответила та и сильнее придавила газ.
Андрея мучали сомнения. Аида не спросила их имен, откуда они, как здесь очутились. Всю дорогу молчит, водит внедорожник как профессиональный водитель, вооружена почти до зубов. Военная? И что за спасательная операция? Почему не поинтересовалась, есть ли ещё выжившие? На протяжении пути он не раз встречал контролирующий его взгляд водителя через зеркало заднего вида. Не доверяет нам? Слишком много вопросов и так мало ответов. Взглянул на часы — 8 вечера, почти стемнело, из леса они выехали и мчали по асфальтированной дороге посреди полей. Голова уже взрывалась от боли, сил держаться за поручни уже не было, когда впереди показались силуэты колонны боевой техники, грузовиков и нескольких разбитых палаток большого размера, вместимостью человек на 10 каждая. Ну наконец–то.
Встречали их три мордоворота в бронежилетах, серьезном обвесе и при стволах, взятых на изготовку. Скрипнули тормоза, машина остановилась перед бойцами.
— Ну ты опять в своем репертуаре! — пробасил один из них и направился к пассажирской двери, — перевыполняешь план, смотри, как бы нам планку не подняли.
У Андрея ёкнуло внутри. Вальяжная походка громилы и кривая улыбка в сторону Ники не предвещала ничего хорошего. Разговоры и вовсе звучали угрожающе.
— Они ваши, — Аида спрыгнула с подножки, захлопнула дверь и не оборачиваясь пошла в сторону палаток.
— А ну, мясо, выгружаемся! — рявкнул второй боевик, заходя сзади внедорожника.
Глава 8
Оказывать сопротивление было бесполезно. Андрея мощным рывком за грудки буквально вырвали как пушинку из кузова, хотя в нем было не меньше 80 килограмм при росте 180 сантиметров, следом в лицо прилетел здоровенный кулак, свет погас. Сквозь уходящее сознание он слышал визги Ники. Снова открыл глаза, его уже тащили волоком за шкирку. Возле входа в одну из палаток стояла предательница Аида и разговаривала с мужиком в медицинском халате.
— По 20 за голову, как всегда? — поправлял пожилой доктор очки.
— Девку за 30 отдаю. До разделки ещё поработает как следует, личико уж больно смазливое и фигура, хм, ничего, — облизнула та губы.
— Что–то они совсем плохие, — указал старикашка на Андрея тонким пальцем, — живец давала им?
— Ой, забыла, — с издевкой и показным участием покачала та головой, — так они сговорчивее. Вот сам и давай.
— Этого заноси на разделку, — доктор приказал тащившему и отошёл от входа в палатку, чтобы пропустить пациента, — и плесни ему живца немного, того и гляди, загнётся.
— Ссука… — прошипел Андрей в сторону Аиды. Та не обратила на него никакого внимания, закурила сигарету и пошла прочь как ни в чем не бывало.
Движение прекратилось, тело кинули на пол.
— Пасть открыл! — приказали над ухом. Тут же в рот полезли вонючие пальцы перчаток и разомкнули губы, а после внутрь плеснули ещё более отвратительную жидкость, выплюнуть не удалось, ладонь бугая сжала подбородок. Андрей поперхнулся, но часть омерзительного напитка все же сглотнул. Странное дело, но чувство жажды начало отпускать, голова ещё трещала, но уже не так сильно, пришло облегчение. Андрея подняли на ноги и придерживая за воротник провели во второй отсек, завешанный вместо дверей плотными клеенками. Под большой навесной лампой стоял складной полевой операционный стол. И тут Андрей нутром учуял весь ужас происходящего. Да его сейчас на органы разберут! Ноги подкосились, но его быстро подняли и ловко закинули на стол.
— Зафиксируйте пациента, — сзади их догнал старик.
Охранник ремнём затянул правую лодыжку Андрея. Потянулся было за вторым фиксатором, как резко отлетел от стола, как будто его дёрнули сзади за спину привязанным тросом, так что голова, руки и ноги уже безвольно следовали за увлекаемым туловищем. Тут же засвистело все вокруг звуками рассекаемого воздуха, в операционной разбивались шкафы, падала мебель, из–под Андрея выбило опору, он начал заваливаться набок, через долю секунды плечо доктора взорвалось кровавым фейерверком, отделив руку от туловища, тело его тут же крутанулось и повалилось на пол. До ушей донеслось глухое и частое «ду–ду–ду–ду…» Свинцовые злые шмели калибра не меньше 12.7 жужжа и свистя прошивали насквозь все, что было на их пути. Где–то крикнули «мочи рейдерню!», а дальше начало прилетать вообще что–то серьёзное и громкое, взрывалось все вокруг, осколки разрывали насквозь полотнища палаток, сотрясалась земля, крики боли и стоны тонули в какофонии адских звуков. Заводилась военная техника и грузовики, пахло гарью. Андрей лежал на полу под завалившем его столом. Охранник не подавал признаков жизни, а вот доктор кряхтел и ползал по полу в луже собственной крови. Андрей освободил ногу и тут же вжался в пол, по палатке снова прошлась шальная автоматная очередь. Доктор снова дернулся и вскрикнул — прилетело в этот раз в ногу.
— Получил? — выкрикнул ему Андрей.
Старик моргая осматривался вокруг, шаря глазами по операционной, на лице без труда читалась растерянность и боль, взгляд его остановился на чем–то рядом с Андреем. Попытался подползти в ту сторону, но тут же изобразив мучительную гримасу, оставил попытки.
— Помоги мне, — жалобно взвыл старик, — меня заставили, я не по своей воле… С хирургами тут беда… Вот и оставили здесь, не разобрали.
— А потом что, втянулся, понравилось?
Доктор зажмурился и сжал губы.
— Рядом с тобой коробочка, там черная жемчужина и спек, дай мне, — всхлипнул, чуть–ли не плача дед, — не могу больше терпеть, загнусь сейчас.
— Жемчужина? Спек? — недоуменно Андрей открыл белую пластиковый контейнер, — тут шприц и черная таблетка какая–то, уголь активированный что–ли, странная она.
— Да–да, — оживлённо закивал старик, глаза его жадно впились в содержимое коробочки.
— И что, реально тебе это поможет? С такими ранениями? — Андрей задумчиво взял шарик двумя пальцами, витаминка вроде как потеплела, а может показалось.
— Поможет. Это мой неприкосновенный запас, на экстренный случай берёг, черная же, долго копил на нее, сбежать хотел, отдай, — взмолился тот, не сводя взгляда с жемчужины, протянул трясущуюся окровавленную ладонь в сторону Андрея — у меня ещё есть спораны и горох, я тайник сделал, все тебе отдам, только спаси меня. И спек, да, шприц этот, вколи.
— Мне такая таблетка сейчас нужнее, — не раздумывая закинул себе в рот Андрей и проглотил, подмигнул доктору, затем закрыл коробочку со шприцом и убрал в карман, — это тоже возьму на всякий случай. Меня больше не проведёшь, не верю я вам, твари.
— Аааааа, — истошный крик отчаяния вырвался из глотки доктора. Он тщетно пытался ещё закрыть целой рукой обширную рану на плече, но его заметно уже лихорадило.
Андрей, не обращая внимания на скулеж и всхлипы, по–пластунски подполз к охраннику. Стрельба была ещё в разгаре, били с двух сторон, шальная пуля могла прилететь в любую секунду. По пути почувствовал, что по животу разошлось приятное тепло, но скоро сошло на нет, после скачкообразно начался прилив сил, головная боль мгновенно ушла.
— Фига себе, допинг научились делать! — ошарашенно пробормотал Андрей, — нашим бы спортсменам бы такое на олимпиаду, слышь, док, а WADA такое в крови смогло бы обнаружить?
Ответом было молчание, старик испустил дух, застывшие глаза продолжали смотреть на Андрея с прищуром и злобой.
— Не пугай так больше, — улыбнулся Андрей, снимая разгрузку и АК74 с тела бойца.
А теперь за дело! Энергия била ключом внутри, сердце забилось быстрее, словно мощный мотор разогнали утопленной в пол педалью акселератора, казалось, что сейчас он пойдет и хоть голыми руками будет крошить этих мясников и предателей. А ещё обязательно найдет ту суку, которая обвела его и Нику вокруг пальца как щенков. И да, свою спутницу нужно разыскать, это единственный нормальный человек в этой клоаке. Без Ники Андрей не уйдет отсюда.
Проверил рожок — полный, передёрнул затвор, на полусогнутых вышел в предбанник, осторожно выглянул на улицу. Ко входу как раз подбегала Аида. На цели они взвелись одновременно. Андрей отметил, что с реакцией у него стало лучше. Взгляды их встретились. На улице было уже темно, всполохи огня частично освещали лицо Аиды, но было заметно смятение, видимо, она не ожидала такого поворота событий.
— Не стреляй! — крикнула та и медленно попятилась назад, не сводя оружия, — я ухожу.
— Ну это вряд ли, — Андрей усилил нажатие на спуск, готовясь выстрелить.
Вдруг яркая вспышка залила всё пространство вокруг, ослепив Андрея. Удар! Свет и звуки отключились в ту же долю секунды, как будто в мозгу сорвали главный рубильник.
Глава 9
Андрей проснулся резко, рывком. Голова болела, очень. Не снилось ничего, совсем, просто была чернота. Приподнялся на локтях и огляделся. Где это он? Похоже на камеру тюрьмы, очень маленькую, размером три на полтора метра, в ногах металлическая решетчатая дверь из прутьев, навесной замок, сзади над головой под потолком маленькое окошко, через которое пробивались утренние лучи, они подсвечивали витавшую пыль в помещении, образуя строго очерченные линии в крохотном пространстве.
Скромные наблюдения Андрея прервали самым бесцеремонным способом. Сначала в узком коридоре послышались топот шагов нескольких человек, лязг замков и проворачиваемых ключей, скрип открываемых дверей, удары, стоны, крики. Все это циклично повторялось и смешивалось, все ближе подбираясь к его камере. Да что вообще тут происходит?
Показалось движение у решетки. Дверь распахнулась, внутрь забежали два бойца в камуфле. Андрея сдернули с кушетки, завели за спину руки и с силой приложили лицом к стене. Пластиковые наручники сильно затянули на запястьях. Работали эти двое жёстко и молча, иногда наносили удары для правильных безотказных действий пленников. Андрея пинком вывели в коридор. Несколько таких же арестантов вели по коридору неизвестные пленители, низко наклонив их головы и заведя руки высоко вверх.
Их выводили из полуподвального помещения, яркий солнечный свет резанул глаза Андрею. Некоторых тащили волоком, одни упирались и орали что–то невразумительное, их периодически поколачивали, другие были не в состоянии сами передвигаться, обессиленные, с кровоподтеками, они беспрерывно стонали. Андрей решил не нарываться, дальше будет смотреть по обстоятельствам.
На улице прошли через кирпичный коридор. Остановились. Некоторое время ничего не происходило. Впереди Андрея вели около 10 человек, примерно столько же арестантов было сзади.
— Выводи, — зычным голосом приказали впереди.
Колонна вышла на большую площадь, залитую солнцем. Пленников вывели в центр площади и повалили на колени. Некоторых били по ногам и другим частям тел, принуждая к покорности. Получилась шеренга из узников. Стояла безветренная жаркая погода без намека на облака, от поверхности песчаного покрытия также обдавало разогретым воздухом. Липкий пот каплями скатывался по лбу и щекам, задерживался немного на ресницах и попадал в глаза, вызывая раздражение. По периметру площади стояла и сидела разношёрстная публика. В основном это были мужчины и пацаны, преимущественно в военной форме. Девушки и женщины были в меньшинстве. Гул разговоров, возгласов и свиста пробежался по толпе. Сколько тут было людей Андрей прикинуть не смог, на вскидку человек 400–500 по периметру. Позади толпы виднелись двухэтажные постройки домов.
Гомон постепенно начал стихать и воцарилась тишина. К пленникам навстречу из расступающейся толпы вышло 10 человек, все вооружены пистолетами в поясных кобурах. Затем они разделились на две группы. Трое остались впереди шеренги, спиной к пленникам, остальные подошли с левой стороны, двое из них были вооружены дополнительно автоматами.
Один из тройки, стоящий по центру, выделялся среди прочих безукоризненной военной выправкой, что читалось по строгой походке, волевому лицу и цепкому взгляду. Андрей успел его рассмотреть, пока тот выходил на площадь. Без сомнения, это был главный.
Наконец он громко обратился к толпе:
— Граждане и гости Восточного! Вчера ценой своих жизней наши братья уничтожили одну из крупных группировок муров!
В ответ толпа взорвалась криками и возгласами «урра», но стразу стихла. Главный продолжил:
— Сегодня мы отдаем дань не пришедшим с поля боя, вставших на защиту иммунных. Они стали частью не только Улья, но продолжают жить и в нас. Остатки муровского отрепья у меня за спиной.
Свист и гневные выкрики поглотили площадь.
— Властью, данной мне на праве главы стаба Восточный, приговариваю главаря группировки муров «Скорпионы» Серого к «тройному подвесу», его заместителей к четвертованию и скармливанию тварям, остальных к расстрелу. Приговор привести в исполнение незамедлительно!
Андрей краем глаза заметил, как его сосед затрясся и тихо заскулил, под ним стало темнеть мокрое пятно, вонь испражнений ударила в нос. Первых трёх человек оттащили в сторону. Видимо, это те самые главари банды, для которых предусмотрена изощрённая смерть. Следом один из бойцов передёрнул калаш и зашёл за спину четвертого, щёлкнул переключатель режима стрельбы. Спереди стояли двое, один с электронным планшетом.
— Мур Леший, 2 года и 3 месяца в Улье.
Второй усердно вбивал данные. Выстрел! На песок плеснуло красным фонтаном. Толпа взорвалась радостным криком. Тело кулем повалилось на песок.
— Мур Штырь, 2 месяца и неделя.
Выстрел!
— Мур Заточка, 5 месяцев в Улье.
Выстрел! …
Поджилки Андрея тряслись крупной дрожью. Каждый приближающийся выстрел забивал очередной гвоздь в крышку гроба его новой жизни. Он старался не отсчитывать количество оставшихся смертей до его очереди.
Выстрел! Сознание путалось. Он закрыл глаза. Выстрел! «Вот и всё» — мелькнуло в мыслях.
В затылок больно уткнулся теплый ствол автомата. Заминка. Секунда, две, три.
— Я не «вижу» этого, — раздалось сверху.
Поделиться книгой: