Дар

– Алекс, мне страшно. Я знаю, что тебе все равно, – ее глаза были как у испуганной лани. Но упрямство так и сквозило в позе. Алекс чувствовал то же, что и Филипп: хотелось оградить, защитить это хрупкое создание, спасти от таящихся угроз. Но что он может? Его самого используют и не в его пока власти полностью распоряжаться своей судьбой, а уж тем более еще чьей-нибудь.

– Мне не безразлично. Я не монстр из твоих кошмаров, но есть действительно страшные люди и тебе надо именно их опасаться, – выдавил он из себя.

– Ты на них работаешь?

– Да.

– Они знают, что кольцо у меня?

– Да.

– Тогда почему оно еще у меня?

– Я не посчитал нужным сообщить им, что ты особенная (иначе ты была бы уже мертва).

– Почему?

– Что почему?! – не выдержав допроса, взорвался Алекс. – Я не справочное бюро для тебя!

– Почему ты не сообщил им, что я особенная? – не сдавалась Анна.

– Может потому, что ты мне нравишься, – и он встал, собираясь уходить, но Анна поймала его за руку и остановила:

– Алекс, подожди. Мы оба знаем, что скорее всего, больше у нас не будет возможности вот так общаться, – он вновь сел.

– Хорошо. Но обещай, что сделаешь все возможное, чтоб изменить то, что ты видела.

– Обещаю! Я ведь не планирую так рано умирать.

– Это кольцо принадлежало нашему ордену, не спрашивай не скажу кто мы. Один из наших решил, что может распоряжаться сам имуществом ордена. Ну и конец ты видела. Кольцо обладает мощной энергетикой и, возможно, оно решило с помощью этого бедолаги перейти к кому-нибудь другому. Знаю, звучит безумно, но для обычных людей наши таланты тоже кажутся чем-то не вероятным. Его оставили у тебя лишь потому, что думают, что ты не сможешь открыть его тайну и из-за твоего имени. Можешь как угодно отнестись к этому, но твой отец принадлежит к нам, – и видя ее растерянное лицо, добавил:

– Нет, у него нет дара. Не все наши обладают способностями. И странно, что он не сообщил о том, что у его дочери есть талант. Может он не знает?

– Знает…

– Тогда скорее всего он хотел оградить тебя.

– Ты расскажешь?

Алекс откинулся на спинку кресла и начал нервно постукивать ногой пристально глядя ей в глаза:

– Скажи я идиот? – и видя ее замешательство резко продолжил:

– Как ты себе это представляешь? Я приду и скажу: «Анна Кевилл – особенная, и кстати, я рассказал ей о кольце и о нас». Ты хочешь, чтоб меня порешили?

– Нет, – неуверенно протянула девушка.

– И отцу не рассказывай. Скажи, что тебе просто нравится эта безделушка.

– Не получится, он знает, что я не просто так там оказалась, – Алекс сначала весь побагровел, потом побелел и наконец выплюнул:

– Ты рехнутая!

– Я не подозревала, что он замешан! И потом, я просто ему сказала, что мне кажется, что я оказалась там не случайно.

– Будем считать, что он на твоей стороне, – пробормотал он. – Но не советую ему про меня болтать.

– Я не буду. И про кольцо я скажу, как ты посоветовал, – примирительно заверила Анна.

– Еще есть что-нибудь, что ты хотела бы узнать, сообщить? – Алекс опять стал похож на ленивого кота.

– Да. Утром, перед тем как я тебя позвала, в мою голову ворвался детский голос. Он просил о помощи и сказал, что кольцо поможет его найти.

– Один?

– Нет. Несколько.

– Да чтоб, – Алекс резко встал и, как и вчерашним днем, взял ее за локоть и потащил к выходу.

– У меня выходит время, – по дороге к машине произнес он, глядя на удивленную девушку:

– Есть другой орден. Наш по сравнению с ним просто ангельский. Это они убили твою мать. Ты не знала? Рад тебя просветить, – с сарказмом произнес он, не щадя ее чувства. – Они находят одарённых детей и похищают их. Сильно одаренных они используют в своих целях. Те у которых не очень развит дар – приносят в жертву.

Они остановились у ее машины. Анна побледнела от этой новости:

– Как можно? Они же дети, – на глаза навернулись не прошенные слезы.

– Такова жизнь, – пожал он плечами. – Не все в этом мире гладко, – и видя ее растерянность мягко добавил:

– Мне тоже их жаль. Возможно, кто-то из них смог с тобой связаться. Но я бы не советовал тебе лезь во все это. Это приведет к тому, что ты видела.

Они стояли друг на против друга. Каждый был погружен в свои мысли. Анна очнулась первая:

– И что мне просто смириться?

– Нет, ты вообще каким местом меня слушала? – взорвался Алекс и, прижал девушку за плечи к машине. Она невинно опустила глаза, его пристальный взгляд смущал ее:

– Я… не могу… они же дети, – наконец прошептала Анна.

– Тогда, потом, не обижайся! – грозно сказал Алекс и, взяв ее за подбородок, жестко впился в ее губы. Анна опешила и попыталась вырваться, но не тут-то было. Он пригвоздил ее тело к машине, не давая пошевелиться, а потом также резко оторвался и отошел на шаг:

– Я предупредил! – и он ушел, оставив негодующую девушку одну. 

Невидимая связь

Анна, растеряно постояв, села в машину. Дотронулась до своих губ кончиками пальцев. У нее было ощущение, что Алекс извалял ее в грязи. Поцелуй вывел ее из равновесия.

– Зачем ты так? – она специально отправила этот посыл Алексу, зная, что он до него дойдет.

– Побереги силы крошка, – ответил он. И через минуту добавил:

– Я же говорил, что ты мне нравишься.

И все. Анна почувствовала, что связь разорвалась.

Темнело. Девушка подъехала к дому Филиппа. Вышла из машины, достала пакеты с продуктами и неосознанно взглянула на его окна. Там горел свет. «Наверно он переживает» – мелькнуло у нее в голове. В принципе за продуктами она заехала лишь для того, чтоб Филипп не догадывался где она была на самом деле. Ей не хотелось обманывать, но и втягивать в неприятности его ей тоже не хотелось. Как и вчерашним вечером, она подождала пока кто-нибудь выйдет (ключи были в кармане, а руки заняты пакетами). Как и вчера он почти сразу открыл дверь после звонка.

– Я уже начал переживать, – беря пакеты из ее рук, проговорил он.

– Прости, я потеряла счет времени, – извинилась она. – Но я купила много «вкусняшек», – лукаво улыбнулась Анна.

Филипп пристально посмотрел на нее:

– Только магазины? Больше ничего?

– В смысле? – опустила она глаза, делая вид, что не понимает, о чем он.

– Я имею в виду неприятности.

Анна подошла к нему, обвила шею руками и нежно поцеловала:

– Какие неприятности в продуктах? – заигрывающе прошептала она. Он поднял ее и посадил на кухонный стол, чтоб лицо Анны оказалось на одном уровне с ним:

– Ты же мне расскажешь, если что-нибудь произойдет? – Анна прервала его поцелуем, с нетерпеньем сняла с него рубашку и начала ласкать его плечи руками. Губами спускаясь все ниже, пока он не, застонав, сдался и сорвал с нее ее кофточку. Филипп взял ее маленькие упругие груди в руки, пальцами стал ласкать соски, от чего те сразу набухли. Анна расстегнула ремень на его штанах, и они упали на пол. Он в свою очередь стащил с нее остатки ее одежды, проникая пальцами в ее влажное лоно, лаская клитор, вызывая каждым легким нажатием на него искры в глазах. Она выгнулась в нетерпенье, призывая насладиться ею и он, не заставив себя долго ждать, мощным толчком вошел в нее на полную длину. Она обхватила его ногами за бедра и застонала от удовольствия. Филипп, сжимая ее ягодицы все убыстрял темп пока оба тяжело дыша не взорвались от нахлынувшего наслаждения. Анна обвила его шею руками и удовлетворенно вздрагивая положила голову на плечо, вдыхая его срывающий крышу аромат. Филипп, прижимая ее к себе, страстно прошептал:

– Это был самый прекрасный ответ в моей жизни, – Анна усмехнулась и оторвала свою голову от него:

– Фил, ты стал дорог мне. Ты как будто вернул меня к жизни, – в ее взгляде читалась благодарность, нежность и что-то еще, что Филипп пока еще не понимал.

Он пристально смотрел в ее кошачьи глаза, провел пальцем по полной губе:

– Ты мне тоже дорога, – ласково произнес он. Анна закрыла глаза и теснее прижалась к нему. Это все, что сейчас ей надо было от этой жизни. Большего ей и не требовалось. Сильный, нежный мужчина… Когда-то ей казалось, что она больше не сможет никому довериться, и тем более решиться на близость, сейчас же это казалось нелепым, как будто те ужасы с Леонидом ей приснились или были в прошлой жизни, а может и не с ней. Филипп залечивал ее душевные раны и от этого она была бесконечно счастлива.

– Давай посмотрим, что же за «вкусняшки» ты принесла? – шутливым тоном произнес Филипп, натягивая, упавшие брюки. Анна грациозно соскочила со стола и в своей божественной наготе заглянула в пакет.

– Боже, ты сведешь меня с ума, – застонал Филипп от вида ее упругой попки.

– Тогда мне стоит пойти одеться, – смеясь и призывно покачивая бедрами (за что получила легкий шутливый шлепок по мягкому месту), произнесла прекрасная нимфа, выходя из кухни.

В комнате Анна быстро одела трусики и выглянув в коридор:

– Можно я возьму твою рубашку?

– Конечно, – послышался голос Филиппа. Девушка открыла шкаф и ее пронзил резкий электрический разряд, от которого чуть не лопнули глаза. Перед взором сидели в кругу на голом каменном полу трое детей. Два мальчика и девочка. Им было не больше восьми лет.

– Помоги нам, – плача протянула к Анне руки девочка. – Они хотят нас убить.

Анна рефлекторно протянула им на встречу свои руки. Они были прозрачные:

– Где вы? – сипло с трудом спросила она у них.

– Мы не знаем, – сказал мальчик. – Они нам завязывали глаза, когда везли сюда.

– Мы с вами разговариваем в реальном времени? – удивленно спросила Анна.

– Да, – сказала девочка и чуть позже торопливо добавила:

– У нас мало времени. Только ты можешь помочь, другие нас не слышат.

– Как мне это сделать? – Анна чувствовала, как мозг разрывается и из носа вновь хлынула кровь, капая на обнаженную грудь, но это позже, сейчас дети главнее ее.

– Тебе нужен, поисковик. Он поможет, – сказал до этого молчавший мальчик с темными кучерявыми волосами.

– Я знаю только одного, но он убьет меня.

– Мы знаем, – настойчиво продолжила девочка. – Но без него никак! – вдали что-то грохнуло, дети вздрогнули и повернулись на звук, затем девочка повернула к Анна заплаканное лицо:

– Они идут, тебе пора уходить, а то они тебя увидят! – и она, взмахнув рукой, оборвала видение.

Анна с грохотом упала на пол и ее тело забилось в непроизвольных конвульсиях. Мозг разрывался от пронзительной боли, а в глазах была сплошная темень. Филипп с испуганным лицом вбежал в комнату и, аккуратно подняв девушку, уложил на кровать ища глазами чем можно вытереть кровь, не найдя просто прижал к себе, пытаясь успокоить ее, укачивая как маленького ребенка. Понемногу тело стало успокаиваться, в глазах появилось осмысление. Она подняла руки сжав виски:

– Фил, в сумке… таблетки, – борясь с сильнейшей болью прошептала Анна.

Она полулежа в объятиях Филиппа. Не в силах пошевелиться. Голова понемногу проходила.

– Так всегда? – обеспокоенным голосом нарушил молчание Филипп.

– Нет. Чаще всего – это даже не заметно, – устало выдавила она.

– Должно быть жуткое зрелище, – ухмыльнулась девушка.

– Да нет, видали и похуже, – задумчиво ответил он. – Расскажешь, что видела?

– Ты будешь злиться.

– Есть за что? – удивился он.

– Да, – покраснев сказала Анна. Филипп повернул ее лицо к себе:

– Принцесса, ну как я могу злиться на тебя? Я лишь прошу не хранить от меня тайны. Я на твоей стороне, – Анна в знак благодарности погладила его по руке и помолчав немного, собираясь с мыслями, все рассказала Филиппу (умолчав поцелуй Алекса).

– С ума сойти, – негодуя проговорил Филипп после того, как Анна замолчала. – Тебя вообще можно одну оставить?

– Ты обещал не злиться.

– Я и не злюсь. Я просто переживаю, – смягчил он свой тон.

– Я не могу их оставить, – Анна решительно села и посмотрела в его глаза: