Тайный паладин 4: Мастер

Никита вспомнил, что на шее Марики действительно висел кулон с горящим на нем числом. Парень даже смог его вспомнить — девять тысяч шестьсот двенадцать. Но почему дневник так этому удивился?

Глава 7. Мастера

К удивлению Никиты, разговор с древней книгой после пары ничего не значащих фраз с ее стороны не заглох. Наоборот, дневник не умолкал, пока не объяснил парню все, что скрывается за этим знаком на груди Марики. Причем их мысленное общение уже стало чем-то настолько привычным, что воспринималось парнем как самый обычный диалог.

— Понимаешь, — книга словно и думать забыла, как таилась в последние дни, — чтобы стать мастером среднего уровня, нужны только сила и упорство. Ну, еще могут пригодиться деньги и удача, но дальше… Дальше важны только две вещи: талант, то есть сама возможность развиваться дальше, но с этим мы вроде бы разобрались, когда повысили максимальный уровень особой формы, и…

Дневник сделал паузу.

— А что второе? — Никита задал этот вопрос, ожидая чего-то простого и понятного в ответ. Но все оказалось гораздо сложнее, чем он мог даже представить.

— Второе — это Охота! — дневник так и произнес это слово, с большой буквы «О». — Все мастера мира, попав в десять тысяч сильнейших, получают значок, где отображается их текущий уровень среди всех остальных.

— То есть девять тысяч шестьсот двенадцать — место Марики в этом рейтинге? — не так уж и много, подумал парень.

— Не много?! — дневник прочитал мысли Никиты и взвился. — Она входит в десять тысяч сильнейших бойцов во всем мире — это очень круто! И, поверь, это значит, что показанное ею в бою в секте Теней — лишь малая часть ее истинной силы…

— Так что там насчет Охоты? — уточнил Никита, раздумывая, на что еще может быть способна эта девушка, вытащившая его из родного мира.

— Раз в пять лет, — дневник не стал тянуть с ответом, — устраивается турнир. С одной стороны те, кто защищают свой титул — слабейшая сотня среди мастеров тысячи (те, кто посильнее, могут обезопасить себя от этой суеты). Впрочем, поверь, это только звучит так — слабых там нет, и любой из них, например, мог бы стереть тот же Никс с лица земли за пару часов. А с другой…

— Остальные девять тысяч кандидатов, которые хотят попасть в список лучших? — предположил Никита, немного округлив цифры.

— Не совсем, — усмехнулся дневник. — Только первая тысяча среди них, места с тысяча первого по двухтысячное… Так что во время перерыва между Охотами среди претендентов идут постоянные сражения. Кто-то хочет пробиться наверх, чтобы принять участие в грядущем состязании, кто-то, наоборот, старается отстоять свое место. И Марика, судя по всему, относится к числу первых. Тот демонолог, о котором она говорила — не удивлюсь, если он окажется одной из ступеней для ее повышения в рейтинге.

— То есть, не став мастером тысячи, не стать сильнее? — спросил Никита, потом дождался утвердительного хмыка со стороны дневника и тут же продолжил. — А что они делают в свободное время? Ну, между Охотами?

— Примерно то же самое, — ответила древняя книга. — Оттачивают свое мастерство и сражаются друг с другом. Здесь тоже есть те, кто просто старается не оказаться в последней сотне, чтобы не тратить время на Охоту. А есть и другие, кто думает не о последних, а о первых местах. Потому что раз в двадцать лет начинается Большая охота, и вторая сотня мастеров тысячи может попытать счастья, сразившись за место мастера сотни.

Никита подумал, что вся эта система с постоянными сражениями лично ему не очень нравится. С другой стороны, в такой ситуации никто и никогда не сможет сидеть на месте — словно весь мир построен так, чтобы все мастера боевых искусств постоянно находились начеку, постоянно готовились… Но к чему?

— А обязательно проходить все эти Охоты? — осторожно уточнил парень, задавая очевидный на его взгляд вопрос. — Разве нельзя просто убить сразу того же мастера сотни и занять его место?

— Первое убийство может сработать разве что с кандидатами в мастера тысячи вроде твоей Марики… — начал объяснять дневник, но Никита быстро его перебил.

— Она не моя!

— Не твоя так не твоя, — хмыкнула древняя книга. — Так вот, убив кого-то из числа претендентов, ты можешь получить значок и цифру. Именно поэтому я так обрадовался, что у нас получилось заранее вычислить кого-то из десяти тысяч — теперь через нее будет не так сложно подобрать подходящую для нас жертву и добиться участия в Охоте, когда ты достигнешь уровня обычного мастера. Но вот убить кого-то, кто получил один из следующих титулов заранее — просто нереально. Они слишком сильны, и только в рамках испытания можно хоть немного уравнять шансы…

Никита хотел задать еще множество вопросов об этой стороне жизни местных мастеров боевых искусств, но тут дневник неожиданно сменил тему разговора.

— Кстати, хотел тебя поздравить с тем, что ты смог победить сегодня живую тьму, разрушив ее ключи.

— Спасибо, — Никита ответил немного неуверенно, начиная подозревать, что за словами дневника кроется нечто большее, чем просто желание отметить его успехи.

— А ты знал, — продолжала тем временем древняя книга, — что ты как привратник можешь использовать ключи убитых таким способом противников?

— Как использовать? — парень неожиданно осознал, что впервые за долгое время дневник решил взяться за его обучение, и упускать этот шанс ни за что не собирался.

— Я покажу тебе, как использовать способность воплощения ключа, — книга продолжала говорить, использовав сегодня, наверно, больше слов, чем за все время до этого. — Конечно, половину ключей на твоем уровне ты просто потратишь зря, но часть точно сработает и откроет тебе путь в верхний мир. Особое место, созданное кем-то в прошлом по подобию Небес, где законы земли действуют лишь частично и где можно развивать свои способности с гораздо большей скоростью, чем обычно.

Никите очень хотелось тут же закричать «да» и поскорее приступить к новой тренировке, но он не смог не задать один очень важный вопрос.

— Всю эту неделю ты и орки отказывались тренировать меня из-за того, что шаман и тан Гаррен ищут нас… И это было в городе, где помимо нас были еще миллионы других живых существ. А теперь в лагере, где мы все, считай, на ладони, ты предлагаешь заняться тренировками! Что изменилось? — Никита не отказался бы взглянуть в глаза дневнику в этот момент, но сделать так было несколько проблематично. Книга все еще висела у него на поясе, а разговор велся исключительно в его голове.

— Раньше у тебя не было ключей среднего уровня, — тем временем начало ответа древней книги ничего особо не объяснило. — Да, ты использовал силу привратника и раньше, но либо против способностей, либо против обычных врагов… Разрушение же родовой силы Квиллов, успевшей неплохо так отъесться в том переулке, дало нам целых шестнадцать попыток пробиться в верхний мир. Причем не на самые нижние уровни, где и ловить особо нечего, а куда дальше… А ради такого можно и рискнуть.

— То есть нас все же могут засечь? — Никита вычленил для себя самое главное.

— Маловероятно на самом деле, — отмахнулся дневник. — Шаман знает, что его ученицу кто-то увел, и думает, что это мог бы сделать только другой шаман. Так что они с таном будут отслеживать, прежде всего, именно способности орков, а наша сила Света, если мы проведем ритуал врат именно с ее помощью, не привлечет ничьего внимания. Серьезно, как часто, по-твоему, кто-то использует способности по отслеживанию тех, кто вроде как уже несколько веков считаются уничтоженными?

Аргументы дневника показались парню довольно убедительными. Сказать по правде, он и сам сразу же проникся идеей отправиться в какой-то верхний мир, где можно было попробовать стать сильнее… Никита уже был готов согласиться на предложение дневника и полностью отказаться от сна этой ночью, когда в их разговор вмешались.

— Вот ты где… — парень все еще стоял чуть в стороне от палаток своего отряда, когда к нему с решительными лицами подошли И-Хоу и Ши-Гун. Говорил при этом младший из братьев То, а старший кивал. — Джел-Лу рассказал нам, как ты вчера победил живую тьму Квиллов, и мы хотели бы помочь тебе сделать следующий шаг…

Орк замолчал, а Никита неожиданно осознал, что победа над черной кляксой вдохновила на начало тренировок не только дневник, но и его краснокожих друзей.

— А что за следующий шаг? — быстро спросил он.

— Когда кто-то из нашего народа одерживает верх над сильным врагом, в ауре победителя может задержаться часть силы поверженного, — теперь заговорил И-Хоу. — И если использовать ритуал врат Ша-Гара, то эта сила сможет открыть тебе испытание. Чем мощнее и опаснее враг, тем сильнее это испытание будет и тем больше силы ты сможешь забрать себе после его прохождения.

— Только учти, во время испытания вратами можно и умереть, — дополнил слова брата Ши-Гун. — Впрочем, ты-то, я уверен, точно справишься.

И оба брата замолчали, ожидая ответа Никиты, а сам парень в этот момент думал, что уж больно предложенное орками похоже на то, о чем с ним только что говорил дневник. Разве что описано другими словами и без упоминания ключей…

«Ты прав, ученик, — отозвалась древняя книга в голове парня. — Орки умеют использовать что-то вроде силы привратников Света. Они не видят сами ключи, но обращаются к их сути — процент сбоев в итоге, конечно, выше, но результат их вполне устраивает…»

«То есть их Ша-Гара — это упрощенная версия того, что предлагал ты?» — уточнил Никита.

«Частично, — было видно, что дневник с неохотой признает чье-то превосходство над ним. — У Света выше точность запуска, мы можем попадать на самые дальние уровни верхнего мира, но… Орки могут создавать более точные испытания, задавать для них конкретное место, время или врага… Последнее, например, позволяет даже пробить границы миров».

«То есть я могу выбрать кого-то врагом, меня перенесет к нему, и мне только и останется, что убить его?» — Никита в мыслях тут же прикинул, что в подобном виде способность очень бы пригодилась кому-то вроде Марики. Да что она — любой мастер тысячи или даже сотни не отказался бы так быстро добиться своего с ее помощью.

«Нет, так просто все не работает, — дневник прочитал мысли парня и усмехнулся. — Во-первых, врага не выбрать. Тебя просто перенесет к тому, кого ты в данный момент искреннее всего ненавидишь. Во-вторых, враг будет всего лишь копией, созданной из энергии верхнего мира. В-третьих, даже потренироваться перед будущей схваткой не получится, потому что силы врага во вратах Ша-Гара будут не настоящими. Сам ритуал выберет их случайным образом и потом подстроит под твой текущий уровень развития… Впрочем, конкретные способности будут строиться на конкретных же особенностях этого человека, что в итоге где-то и может пересечься с реальностью. А после победы… ты перенесешься в то место, где происходила ваша битва, уже в реальности, чтобы получить свою награду. Буквально на пару мгновений, но это тоже можно применить для своей пользы. Впрочем, те же мастера тысячи знают об этой особенности врат орков и всегда следят, чтобы такой вот неожиданно перенесшийся на их территорию победитель смог выбраться оттуда разве что инвалидом, а то и трупом…»

Выдав столь длинную речь, дневник замолчал, уверенный, что смог рассказать своему ученику обо всех опасностях, которые будут его ждать в случае прохождения орочьего ритуала, и что тот сейчас по-быстрому откажется от предложения братьев. Вот только мысли Никиты были направлены совсем в другую сторону, и, что характерно, на этот раз древняя книга не могла их прочитать.

«Если использовать ритуал орков, то их силу могут заметить тан Гаррен и его шаман?» — спросил парень.

«Точно», — дневник обрадовался еще одной проблеме у покушающихся на его ученика краснокожих.

«Даже если созданный нами ритуал будет направлен в другой мир?» — осторожно уточнил Никита.

«Ну, если твой враг находится в другом мире, а это единственный вариант, при котором будет перенос… — древняя книга задумалась. — Нет, тогда не заметят. Почти все отслеживающие способности и артефакты настроены на момент выхода из испытания, а если выброс энергии пройдет в другом мире, то и засекать будет нечего. Но что ты задумал?»

«Помнишь, как мы с тобой в виде духов летали на Землю? — голос Никиты звучал спокойно, но внутри него все дрожало. — Помнишь, как мы увидели змею проклятья над моей бабушкой? Так вот я больше всего на свете хотел бы разобраться с тем, кто это сделал! А потом, как ты сказал, когда я на мгновение окажусь в реальном мире, можно будет заодно и весточку ей передать, чтобы не волновалась».

Парень замолчал, молчал и дневник. Он размышлял о том, что все это время рассказывал своему ученику, как стать сильнее, а тот в итоге увидел во всем этом лишь возможность передать привет. С одной стороны, подобный несерьезный подход расстраивал, но с другой…

«А что, если именно эта часть его, что заботится о других, даже когда он почти полностью смог перебороть действие ритуала, и позволяет ему так успешно идти по пути Света? Что, если именно в этом и скрыт его потенциал?» — думал дневник, и эти мысли он не собирался показывать никому постороннему.

— Я согласен! — Никита не стал дожидаться ответа своего внезапно замолчавшего учителя (он и так уже услышал подтверждение всем своим идеям), а сразу обратился к оркам. Те все это время терпеливо ждали его, и сейчас их суровые лица озарились улыбками.

— Я в тебе и не сомневался, маленький вождь, — И-Хоу довольно хлопнул парня по плечу. — Будет опасно, но ты справишься. Предлагаю начать с чего-то попроще… Такие шансы, конечно, выпадают очень редко, чтобы их упускать, но и про шамана не стоит забывать. А тихие ритуалы заметить гораздо сложнее.

— Нет, — Никита решительно тряхнул головой. — Никаких вариантов попроще или потише. Мы будет открывать врата Ша-Гара, чтобы я сразился со своим главным врагом! Ты ведь сможешь?

— Смогу! — И-Хоу задумался, прежде чем ответить, лишь на одно мгновение. Орк понимал, что выбранный человеком вариант очень опасен, но их народ потому и добился так многого на пути силы, что они никогда не боялись рисковать.

— Каждый сам решает, чем платить за силу! — кивнул Ши-Гун. — Таков путь…

Решение парня, возможно, было не самым разумным в его ситуации, но его товарищи по отряду и дневник после всего, через что они вместе прошли, были готовы признать за Никитой право на это решение. Или даже на ошибку…

Орки, воспользовавшись статусом отряда разведчиков, вывели Никиту за пределы лагеря и, отойдя от палаток примерно на километр, начали подготовку. Срубив два дерева, они расчистили место под ритуал, а заодно порубили стволы на двухметровые бревна, соорудив из них что-то вроде ворот. Два столба по краям, четыре опоры и еще одно бревно сверху — простая конструкция, но Никита сразу же почувствовал, как в ней начинает собираться сила.

«Врата чувствуют, что у тебя есть ключи…» — пояснил дневник и замолчал. Он мог бы рассказать, как правильно увидеть собранную после победы над живой тьмой силу, мог сэкономить ключи, часть из которых наверняка будет потрачена впустую, но это был не его ритуал. В том, что задумал его ученик, сила Света помочь не могла. Слишком она была правильной, слишком следовала законам Небес… То ли дело хаотическая мощь орков — они могли спустить просто так целое море энергии, но в то же время им было под силу сделать то, что другие считали невозможным.

— Дай руку, — И-Хоу тем временем взял ладонь Никиты, провел по ней ножом, пуская кровь, а потом, наполнив ее своим Красным пламенем, плеснул вперед.

— Не сработало, — философски заметил стоящий чуть в стороне Ши-Гун. — Ничего страшного, с первого раза никогда не получается. К счастью, твой враг был достаточно силен, и мы можем пробовать еще и еще.

И-Хоу ничего не говорил — он просто собрал еще немного крови, натекшей из руки Никиты, и опять плеснул в собранные из бревен врата.

«Второй ключ коту под хвост», — дневник тоже наблюдал за происходящим, но его больше интересовал не результат, а то, сколько ключей останется на его собственные тренировки после варварского ритуала орков.

В итоге с седьмой попытки, когда у Никиты от потери крови уже начала кружиться голова, и он начал подумывать о паузе на лечение, все получилось. Красные капли зависли в воздухе, и в тот же миг Ши-Гун, до этого никак не проявлявший себя как участник ритуала, метнул прямо в них свой нож. Клинок тоже завис в воздухе, будто воткнулся в невидимую преграду, а потом в месте соприкосновения крови и стали появилось темное пятно, похожее на ржавчину. Оно медленно начало расползаться в стороны, пока не заняло все пространство между бревнами, а потом вся эта странная конструкция словно бы замерла в равновесии. Через бурую пленку еле-еле виднелись звезды, и эта картина одновременно тревожила и завораживала. Никита почувствовал легкую вибрацию, словно металлический лист дрожал на ветру, но это так и осталось на уровне ощущений.

— Крепкие врата получились, — И-Хоу подошел к своему творению и неожиданно изо всех сил попытался выдернуть висящий в ржавой пелене нож. Казалось бы, тот должен был легко поддаться, порвав тонкую пленку, появившуюся из крови парня, но нет. Сталь сидела в ней как в камне, не сдвинувшись с места, несмотря на всю силу старшего из братьев То.

— Часа два точно простоят, — младший тоже подергал нож, а потом повернулся к Никите. — Ну что, теперь тебе нужно через них пройти, победить своего врага, забрать награду и вернуться.

— Пока врата будут открыты? — уточнил парень. Об этой особенности ритуала ему раньше никто не говорил.

Глава 8. Враги

«Впрочем, — подумал Никита, — как будто это меня бы остановило! Два часа так два часа — значит, надо будет просто вернуться раньше».

И, не дожидаясь ответа орков, Никита сделал несколько шагов вперед, врезаясь в ржавую пелену врат Ша-Гара. После попыток вытащить нож пленка начала казаться чем-то твердым, и парень невольно ожидал удара. Но нет — он спокойно прошел через нее, словно они с оружием Ши-Гуна находились в совершенно разных плоскостях. А то и мирах… На мгновение по телу прокатилась холодная волна, словно от дикого водопада, а потом все резко кончилось…

Никита сначала подумал, что он уже на месте и прошел в место испытания, но нет. На самом деле он просто оказался на развилке. Откуда-то в голове появилось знание, что если он пойдет налево, то увидит и сможет сразиться с тем, кто наложил проклятье на его бабушку. А если двинуться направо, то встретит того, кто усилил это проклятье, превращая технику, способную довести разве что до травмы, во что-то по-настоящему смертельное.

— Странно, что дневник не предупреждал ни о чем подобном, — задумался парень вслух.

Он выдержал небольшую паузу, проверяя, не подаст ли древняя книга голос, но в этом месте, похоже, Никита мог рассчитывать только на себя.

— Наверно, это из-за того, что я не знал, кто именно мне нужен, и врата помогли найти ответ на этот вопрос. Кстати, интересная возможность, которой можно пользоваться… В будущем! Но пока надо просто сделать выбор!

Никита еще раз попытался разложить все по полочкам. Итак, на Земле нашлись целых два человека, которые напали на его бабушку. Один хотел просто навредить, второй был нацелен именно на убийство. С одной стороны, было очевидно, что последний более опасен и надо выбирать именно его. Но с другой, парень невольно склонялся к следующей мысли: если он хочет узнать, что именно произошло на самом деле, то надо начинать с самого начала.

— А сюда я зайду в следующий раз… — парень посмотрел на правую тропинку, а потом уверенно свернул налево.

Мир вокруг него тут же погрузился во тьму, а потом он неожиданно обнаружил себя посреди мощеной камнями улицы. Парень быстро огляделся по сторонам: если старинное дорожное покрытие можно было увидеть и на Земле, то вот деревянный дом, стоящий перед ним, газовый фонарь над дверью — это было уже неожиданно… Никита не отказался бы снова осмотреться и увидеть что-то еще, но весь остальной город вокруг него был скрыт туманом, словно показывая — твоя цель находится не там…

В этот момент из небольшой пристройки рядом с домом, оказавшейся приспособленной под конюшню, раздался недовольный всхрап пары лошадей. А потом парень увидел блеснувшие в темноте красные глаза, и все окончательно встало на свои места. Красные глаза — значит, перед ним не обычные кони, а немертвые создания вроде тех, с которыми он не раз сталкивался на улицах Никса. И, значит, он все еще находится в этом мире.

— Я думал, что враг, напавший на бабушку, будет на Земле, — парень яростно сжал кулаки. — А он, получается, тоже перебрался в Эдем вслед за мной. Кто же это такой?

Параллельно у Никиты еще мелькнула мысль о том, что раз он сам во время ритуала никуда не перенесся, то после победы его смогут засечь Гаррен и его последователи. Вот только поделать с этим уже ничего было нельзя, и парень постарался сосредоточиться на самом главном. Убить врага и узнать, кто же это такой… Никита решительно открыл дверь стоящего перед ним дома и очутился на первом этаже таверны, чем-то похожей на ту, в которой они с Серегой, Данилой и Алисой жили в первые дни в этом мире.

«Это постоялый двор, сейчас ночь, — мелькали мысли в голове парня. — Если мой враг сейчас здесь и спит, то я примерно знаю, где тут номера, и тогда можно попробовать застать его врасплох…»

Никита так и не успел додумать эту мысль до конца, потому что из темного провала, ведущего на кухню, выскочили две фигуры и, блеснув сжатыми в руках кинжалами, бросились на него. Скорость, с которой они двигались, была просто огромной, но все равно она не могла сравниться с той, которую развивали крылья Никиты. Два щупальца рванули вперед и попробовали проткнуть летящих на парня убийц.

Вот только те оказались неплохо подготовлены — даже особая форма не смогла пробить их броню. Но и Никита не делал ставку на один-единственный удар. Воспользовавшись тем, что его первая неудачная атака все-таки немного замедлила несущихся на него врагов, он использовал остальные четыре щупальца, чтобы спеленать их… А дальше было не так уж и сложно напитать молот Красным пламенем и хорошенько пройтись им прямо по головам пытающихся освободиться противников.

И ведь они даже почти успели — Никите пришлось сжимать зубы от боли, когда они яростно кромсали его крылья, но он, не останавливаясь, все бил и бил их своим молотом, пока тела перед ним не перестали шевелиться… А потом не успел парень добраться до скрывающих их лица масок, как его откинула в сторону стрела, запущенная кем-то со второго этажа. Вернее, сама стрела по задумке еще одного убийцы должна была пронзить Никиту насквозь, но тут сработала броня дварфов. Во время ударов активировалась одна из взрывных рун — в итоге снаряд оказался отброшен встречной волной. И она же откинула назад самого парня, позволяя избежать еще двух попаданий.

«Кажется, про скрытное проникновение можно забыть, — он постарался отползти еще немного влево, чтобы окончательно уйти с линии обстрела. — И ведь можно было догадаться, что раз это испытание, что раз тут не настоящие люди, а их копии, то они точно будут готовы к моему появлению».

Продолжая думать над всем этим и заодно еще внимательно осматриваясь по сторонам, чтобы не пропустить новую атаку, Никита налепил на пол бумажку с руной цели Ист, а потом быстро отполз назад. Как он и думал, лучник последовал за ним — в итоге через пару минут тот оказался ровно на том месте, где парень ползал, получив в грудь первую стрелу. Убийца двигался очень осторожно, ожидая возможного ответного удара от своей жертвы, но даже несмотря на это Никита смог его удивить.

— Получи! — парень запустил молот в своего врага прямо из-за угла. Благодаря руне тот в процессе полета повернул почти на девяносто градусов и, не теряя скорости, понесся точно в цель.

Убийце пришлось потратить время на то, чтобы заблокировать наполненное Красным пламенем оружие, и Никита тут же воспользовался этими мгновениями. Крылья толкнули парня вперед, потом еще один прыжок, чтобы на этот раз нацелиться именно на врага — в обычных обстоятельствах тот бы уже встретил Никиту парой стрел. Но когда тебе в грудь несется пышущий красным светом молот становится немного не до этого.

В итоге парень добрался до убийцы ровно в тот момент, когда тот отбил в сторону его оружие, и уже привычным маневром спеленал того своими щупальцами. Еще мгновение, и отброшенный молот скользнул в руку Никиты, притянутый руной на ладони, и парень принялся что есть силы бить по голове своего врага, стараясь побыстрее проломить его защиту. К счастью, лучник смутился подобного приема сильнее, чем два его первых товарища, и даже не догадался использовать нож, чтобы освободиться.

— Минус три, — убедившись, что его враг больше не шевелится, Никита сдернул скрывающую лицо его противника повязку. Парень, как он думал, был готов к чему угодно, но превратившаяся в черный дым фигура все-таки заставила его вздрогнуть.

Потом он проверил тела и двух первых убийц, и те тоже превратились в ночной туман, лишь их одежда с оружием остались лежать на полу аккуратными кучками.

— Я знала, что когда-нибудь мы обязательно встретимся в бою… — не успел Никита решить, что же делать дальше, как на площадке второго этажа появились две фигуры. Одна определенно принадлежала женщине: хоть ее лицо, на этот раз даже не скрытое капюшоном, состояло из черного дыма, из-за голоса, гривы волос и того, как именно она говорила, в этом не было никаких сомнений.

Ее спутник выглядел точно такой же туманной фигурой, на теле которой выделялись лишь сталь висящих на поясе клинков и длинный белый шрам на лице. В любой другой ситуации Никита решил бы, что его враг — это Квилл… А кто еще ходит в компании помощника со шрамом? Вот только женский пол самого врага и то, что эльф был вместе с парнем в лагере, а никак не в таверне — все это говорило о том, что эта догадка ни имеет ничего общего с реальностью.

Никита продолжал обдумывать план на продолжение боя, решив уступить инициативу своим противникам… И те не замедлили начать — мужчина со шрамом спрыгнул со второго этажа, а потом побежал к парню. Никита тут же сделал несколько шагов в сторону, оставляя на том месте, где стоял, очередную наклейку с руной цели… Но воин со шрамом словно знал, что означает эта бумажка, как будто уже сталкивался с этим раньше — не теряя времени, он бросил в наклейку с руной один из своих кинжалов, и вырвавшееся из него пламя сожгло бумагу дотла.

— Опасно, — пробормотал про себя Никита, продолжая отступать.

А тут еще и женщина на втором этаже сделала свой ход. Продолжая удерживать одну руку у груди, словно охраняя что-то очень важное, она махнула другой, и пространство вокруг парня словно превратилось в густой вязкий кисель. Движения сразу замедлились, а убийца со шрамом, как будто именно этого и ждал, бросился вперед с еще большей скоростью.