Заложники чужой воли

–– Сдохни! – выкрикнул и прикончил безрукую, а потом с разворота рубанул по лучнице.

Вот только топор со всей дури вошел в сиденье повозки и застрял там, а не в теле девки. Шустрая змеюка! Она успела откатиться в сторону.

–– Зараза славская!

Хотел придавить молодую ведьму сапогом, для этого и занес ногу, но в тот же момент получил чувствительный удар самим луком между ног.

–– Ну, все! Тебе точно не жить!

Но, удивляя самого себя, вдруг отбросил топор и снова ухватил девку за горло.

–– Попалась!

Та ощутимо лягнула его под колено. Нет, все же, что значит, никогда не дрался с бабами! Слишком близко подтянул девку к себе, чтобы с удовлетворением заглянуть в ее начавшие мутнеть зрачки, а она возьми и дотянись острыми ногтями до его собственных глаз.

–– Змея! – тряхнул и отвел трепыхающееся тельце подальше, но девчонка успела оставить отметины от ногтей на его лице.

–– Вонючий кабан! – прилетел ему вполне отчетливый хрип. – Ненавижу! Убей или я сама тебя прикончу!

В какой момент Ансгар передумал ее убивать, не мог бы сказать. Но теперь был уверен, что смерть – это слишком просто для такой дикой кошки.

–– Да неужели! Кошка ты драная! Не грози тем, чего не можешь исполнить…

Взял и как спеленал ведьму ее же пышными юбками. А потом сгреб подмышку и спрыгнул с телеги. И пусть себе сучила слегка оголившимися ногами – не достанет ни до чего жизненно важного. А ему сейчас надо было кое-что другое порешать.

–– Бранд! Эй! Крикни ребятам, что богатство нам сегодня боги все же послали. Что вылупился?! Телеги видишь? Вот наша главная добыча. Кажется, на нас угодил свадебный обоз….

–– То-то я гляжу!.. Все так разодеты!..

–– А женщины и того больше! На моем цыплаке… – Ансгар тряхнул брыкающейся и мычащей девчонкой. – Камней и жемчуга столько, что больше ее настоящего веса, наверное.

–– Так и приданое в тех телегах должно быть, верно?

–– Как ни быть! Так что ловите убегающее из рук богатство. Хватайте его и, айда, на драккары, пока к этим славсам еще подмога ни подоспела.

Сам сразу же направился в сторону своей ладьи. Вот только без новой заварушки не обошлось. Какой-то разодетый и не слишком высокий слакс набросился на него с мечом. Отбить девчонку хотел? Похоже. Но куда ему с его-то массой да против Ансгара! Норд только пару раз взмахнул топором, вот у того «воина» оружие и улетело в прибрежный кустарник. А потом и сам был опрокинут туда же.

–– Ах! – зашлась тогда девица под его рукой. Пережал, что ли? Вроде, не должен был, рука-то раненая, много силы в ней тогда уже не было. – Мерзавец! Гад!– вопила и брыкалась она, но норд лишь скалил в кривой ухмылке белые зубы. – Кровопийца! Скотина рогатая! Требуха медвежья, хорек вонючий… – девка начала подбирать все более обидные слова. От них Ансгар перестал уже ухмыляться и почувствовал новый прилив злости, а еще так и заныли те раны, в которых по-прежнему еще торчали стрелы с белым оперением.

–– Замолкни, гадюка! И успокойся. Не то, хуже будет!

И он опустил ее на землю, чтобы отломить древко стрел, торчащих из ноги и руки. Просчитался, однако, надеясь, что спеленал девку юбками крепко. Она тут же из них выпуталась и пнула в уже больное колено.

–– Зараза! – так и зашипел и пошел на нее. – Я тебя предупреждал!..

–– Мерзавец! Варвар! Коровья лепешка, дохлый мерин, мерзкий вонючий хряк!..

–– Что?!!

Хотел схватить, да мерзавка крутилась в траве юлой. Это уже довело до белого каления.

–– Все! Убью!..

Поймать получилось уже в падении, потому что ведьма сделала ему подсечку. Рухнул на бок и тут же почувствовал, как треснуло древко стрелы, торчащей в спине, когда покатился и притерся к стволу ивы. От боли взвыл. Тогда же разодрал подол платья девчонки, оказавшейся под рукой.

–– Я предупреждал, а ты нарвалась… Теперь можешь орать, сколько угодно, рабыня!..

Глава 3. Возвращение на острова

-– Думал, запросить потом за тебя выкуп, ведьмочка. Ты же явно дочь какого-то славского князя, так? Это и одежда твоя мне сказала и то, что обучена нашей речи. Молчишь? Как знаешь. Теперь все равно я уже передумал. Раз так вышло, что… в общем, я тебя присвоил себе. У нас женщины, добытые в походе, если их не берегли для выкупа, становятся рабынями. Что зашипела и сморщилась? Что произошло, то произошло! Теперь ты точно моя… наложница.

–– Скотина! – выдохнула в сердцах Ярослава и подтянула колени к самому подбородку, опутывая-заворачивая их в порванную юбку.

–– Глупая! – этот варвар с развевающимся на поднявшемся ветру хвостом темных волос, возвышался над ней, сидящей на измятой траве, и косился теперь беззлобно, и клыков больше не показывал в диком рыке, как совсем недавно. Спустил, гад, напряжение и теперь, как ни в чем не бывало, завязывал пояс на брюках. – Ты отныне полностью зависишь от моего расположения. Если хоть каплю ума имеешь, так станешь мне угождать. А я, если буду тобой доволен и меня станет к тебе тянуть… хм, иногда… велю не очень загружать личную рабыню работой. Поняла?

–– Ненавижу тебя! И лучше убей, иначе это сделаю я. Подберусь к тебе спящему и…

–– Не смеши, девка! Возомнила, что буду проводить с тобой ночи? Как есть, глупая гусыня! Можешь рассчитывать только на несколько коротких свиданий, а там и надоешь.

–– Убью! Точно прирежу…

–– Это вряд ли… – безразлично хмыкнул мужчина. – Поднимайся. Мы идем на драккар.

–– Не пойду! И слушаться не буду. И стелиться под тебя… и угождать не стану. Говорю же, лучше прибей сейчас, иначе…

–– Это никогда не поздно…

Взял и дернул ее вверх, ухватив за ворот платья. Ткань от такого захвата затрещала, но выдержала – не порвалась снова.

–– Пока что я тебя желаю, – пакостно так усмехнулся. – Иди вперед, ведьма!

–– Что б ты сдох! – из-за весомого тычка в спину Слава сделала несколько спешных шажков в требуемом направлении.

И почувствовала, как защипало у нее между ног. На глаза сразу же навернулись слезы. И если бы только от боли, о нет, больше всего от стыда, от позора. Ну как, как же она допустила, что над ней надругались? Зачем не убила себя, когда… когда этот монстр рвал ее на части недавно. Зря она колотила его по спине, зря кусалась и извивалась. Ее жалкие силенки да против литых мускулов этого зверя!.. Заломил руки, развел коленом бедра, прижал тяжестью своего тела и… О, боги! Надо было выхватить у насильника нож или дотянуться до брошенной им в траву секиры…

–– Что ты вся сжалась? – за спиной раздался ненавистный голос. – Плакать надумала? Это дело. Ваши женские слезы, они у вас, что вода, все смывают с души. Потому разрешаю: реви, сколько угодно. Но это пока до моих воинов не дошли. Поняла?

–– А если ослушаюсь? – девушка резко обернулась и дерзко вскинула подбородок. – Убьешь?

–– И не надейся, – хохотнул этот хвостатый демон. – Не сейчас. Думаю, с пару недель меня еще к тебе тянуть будет. Ну а дальше… там видно будет.

Нет, такой срок позорной жизни Ярославу не устраивал. Две недели надругательств? Это же мерзко и… очень больно. Вот и дала она себе слово, что постарается уйти с этого света как можно раньше. Поклялась мысленно всеми почитаемыми славскими богами и невольно покосилась на секиру, снова торчащую из-за спины ее мучителя.

–– Эй! На хозяина так не смотрят. Заруби это на своем курносом носу… Кстати! Звать-то тебя как?

–– Никак!

–– Зря дерзишь. Ничему-то тебя жизнь не учит…

И монстр посмотрел на ее губы и грудь в порванном вырезе платья так, что Ярослава невольно поежилась, а еще вскинула руку к вороту, чтобы хоть немного прикрыться.

–– Ай! – чуть вскрикнула, наступив на какой-то острый корень, выпирающий из земли. Свадебные туфельки были на очень тонкой подошве, все-то через нее чувствовалось.

–– Что такое? – немедленно подскочил норд и сгреб-прижал к себе ручищей, держащей топор.

–– Ногу наколола… Пусти!

–– Так ты неженка! – посмеялся он над ней, а потом перехватил другой рукой, раненой, и мигом взвалил себе на плечо. – Тогда до ладьи понесу. Так все быстрее будет. Сколько времени с тобой потерял!

А на берегу сновали норды. Свисая с плеча хвостатого монстра, Ярослава могла видеть, как они бегали по перекинутым с кормы корабля веслам туда-сюда, перетаскивая награбленное добро. Получилось, что она безучастно наблюдала, как ее собственное приданое оказывалось на драккарах захватчиков.

–– Моди! Куда на борт овец тащишь? Тебе серебра, золота и камней драгоценных мало, что ли? – орал какой-то татуированный лысый бугай на норда с множеством коротких кос, переправляющего на своих плечах блеющий скот. – Смотри! Есть теперь с каких блюд будешь, а ты за вонючий и спутанный комок шерсти схватился…

–– А мне все сойдет, – беззлобно огрызался тот. – И шерсть тоже. И есть предпочитаю мясо, а не черпак с диковиной росписью обгладывать. Что ржете? Забыли, какой падеж скота зимой был? У меня в хозяйстве всего баран да две ярки остались. А вы насмехаетесь!..

–– Оставь его, Бранд, – окликнул лысого норд, назвавшийся хозяином Славы. – И приготовь свой инструмент. У меня для тебя работа будет.

–– Что такое, Ансгар? – развернулись в его сторону сразу несколько воинов. – Кто еще ранен?

–– Я.

–– Да ну?! – удивились и уставились на него во все глаза.

–– Так и есть. Размочили мне прозвище в этом бою.

–– Иди ты!..

–– Да. Три стрелы продырявили мою заколдованную шкуру. И вот еще… подай-ка веревку, надо мою рабыню связать.

–– Ты взял рабыню? Ничего себе! Не знаю даже, чему больше удивляться. Что тебя вражеские стрелы достали или…

–– Погодите! – нахмурился норд, проходивший мимо. – Ансгар? Зачем тебе сдалась такая мелкая худая и раненая девчонка?

–– Как… раненая? – новоиспеченный хозяин немедленно спустил Ярославу с плеча и принялся обеспокоенно ее осматривать, поворачивая из стороны в сторону. – Где?..

–– Вон. У нее подол платья и нижние юбки в крови перемазаны.

–– А… это. Нет, это не то. Это я ее немного испачкал своей кровью, ну и еще девчонка оказалась девственницей.

–– Шутишь? Ты же никогда…

–– Погодите все! – выступил вперед лысый по имени Бранд. – Может, объяснишь, почему с тобой, предводитель, в этом походе столько всего нового приключилось?

–– А чего не ясно? – хмыкнул хвостатый Ансгар. – Она меня и ранила. Перед вами лучница, причем, вполне неплохая. Да, еще клянется своими богами, что обязательно убьет и меня и себя. Слышали? Оружие от нее свое убрали подальше!

–– Вот оно что! – затянул кто-то из нордов.

–– Ну, тогда понятно, отчего ты ее… того…

–– Я бы за такое вообще прикончил.

–– А я решил еще попользоваться. Уж больно по нраву потом пришлась.

–– Раз так…

–– А вот тебе твоя невеста покажет, как из походов рабынь привозить…

–– Не перегибай, Моди. Я этого не люблю!.. – рыкнул хвостатый на того, что с косами.

–– Будет тебе! Я ж шучу!

Кругом стоял гогот, и Ярославу очень неприятно рассматривали все эти бородатые мужики.

–– Ладно. Будет зря время тратить. Бранд, приступай. Заштопай меня поскорее.

–– Сначала наконечники стрел надо вытащить, – озаботился лысый. – А ничего так рука у этой малышки, крепкая. Вон как засадила в тебя, Ансгар, металл…

–– Так и он не промах, – заржали сразу в несколько луженых глоток. – Тоже… засадил девице…

Ярослава все больше сжималась в комок. От чужих голосов ее уже трясло. А как представила, что вражеский драккар собрался с минуты на минуту отплыть… Не выдержала и, оттолкнув какого-то мужика, направившегося к ней с веревками, кинулась в воду.

–– Смотрите! Топиться побежала! – как гром грянул новый смех за спиной.

–– Не упустите, олухи… – а это был голос обеспокоенного «хозяина»?

–– Сиди, не дергайся, я же уже в спине наконечник нащупал…

Нет, топиться Ярослава не собиралась. Пока, так точно. У нее была надежда, что за «мелкой и дохлой» рабыней никто не кинется в воду – не захотят свои меховые одежды мочить из-за всякого неказистого барахла. Потому постаралась сильнее оттолкнуться от крутого берега, чтобы нырнуть подальше и вынырнуть потом на значительном отдалении от корабля нордов.

Оказавшись под водой, был момент, порадовалась, что никто, кроме нее, не взбаламутил водной глади. Тьма, как же тянуло платье на дно – еле удавалось той тяжести сопротивляться. Но справилась, а чуть осмотревшись, направилась плыть к противоположному берегу, сколько хватило воздуху в легких. А вот как вынырнула, так почти сразу послышался всплеск – это за ней с борта драккара нырнул воин. Всего-то один норд начал преследовать, причем отчетливо рассмотрела ухмылку на его довольно молодом лице. Так уверен был, что догонит с легкостью?

Это он зря такое решил. Ярослава с детства неплохо плавала, причем и в озерах и в бурливой Крутне. Но вот сейчас… черт, ее очень быстро нагоняли. А все тяжелое платье и опутывающие ноги намокшие широкие нижние юбки. Одежда сковывала и опять тянула на дно. Вот только Слава не собиралась сдаваться: закусила губу и, что было сил, замолотила ногами и руками.

–– Не устала ли, гусочка? – рядом вынырнули голова и плечи норда. – Смотри, не израсходуй все силы в этом купании, девонька, нам же еще обратно к твоему хозяину плыть…

Ярослава покосилась на берег, захваченный нордами, и приметила крупную фигуру Ансгара. Кажется, он даже не смотрел в ее сторону, так уверен был, что и без него законное добро из реки выловят. Гораздо больше хвостатого в тот момент занимал раскаленный нож, с которым подступал к нему татуированный бугай, он же Бранд, он же их лекарь.

–– Сдурел?! – раздался знакомый рев над округой уже в следующую минуту. – Ты меня до кости прожег…

–– Подумаешь! Зато жить будешь. И рука с ногой при тебе останутся. А что, зажарил твоего мясца… Всего-то ожег размером с пенни! Что ты дерешься?.. До свадьбы же заживет…

Такое слышалось с того берега. Ярослава упорно туда не хотела. Она захватила ртом побольше воздуха и… вот только снова нырнуть и уйти от преследователя в мутной водице не вышло. Парень ее опередил.

–– Ну, все – хватит упрямиться. Мне не с руки гоняться за глупой девчонкой. Надоело. А ну, иди-ка сюда!..

И этот гад в рывке моментально приблизился до вытянутой руки, ухватил Славу за косу и… сначала ей показалось, что решил утопить: так смачно окунул под воду. Потом вытащил наглотавшуюся и отфыркивающуюся беглянку и потянул к ладье.

–– Попалась! Думала поиграться? Тащи, тащи ее, Вестар, – раздались мужские голоса.