Записные книжки дурака

Такой расклад. Радуешься, потом чёрт-те что, потом без малого тридцать лет, опять радуешься, потом ещё шестнадцать лет кое-как – и снова радуешься, потом тридцать лет более или менее ничего и радуешься, потом чёрт-те что, за ним кое-как, после более или менее ничего – всё на протяжении четверти века. А после постепенно накатывает облом. Хотя его не видно, но чувствуется, что он вот-вот будет. И даже если его не будет, останется оч-чень густой осадок. Самое время начать чему-нибудь радоваться, но радоваться будет нечему. И это печально. К слову, в графике всенародной радости последняя дата прошла уже не в СССР – в России. При том, что того хорошего, что осталось в Союзе, – жалко.

Последний юбилей Победы, который увидели те, кто её помнит, – об этом не сказал и не написал только ленивый. Хотя стариков жалко до слёз – в буквальном смысле. Особенно тех, кому запретили носить ордена и привычные для них георгиевские ленточки. Дали бы им помереть спокойно, что ли? Кому они мешают? Хоть на Украине, хоть в Прибалтике? Хочет там кто-то не сильно умный воевать с Россией всерьёз? Не так, как сегодня, в рамках ругани по телевизору, референдумов, помощи Донбассу и добровольцев, а по-взрослому? Чёрт его знает. Поскольку, если кончится именно этим, мало не покажется никому. Но идёт всё туда. И рано или поздно придёт.

Семьдесят лет назад мы с американцами и англичанами были союзниками. Потом была «холодная война» и много прочих взаимных гадостей, а потом Горбачёв решил развернуть страну и уйти с фронта этой самой «холодной войны». Вывел из Восточной Европы войска, ликвидировал там военные базы, вывел армию из Афганистана, бросив его на произвол судьбы… Скорее всего, он хотел как лучше. Получилось по Черномырдину – как всегда. И вот на Украине бомбят и обстреливают её города, танки утюжат населённые пункты, толпы вооружённых людей под бандеровскими знамёнами берут штурмом госучреждения, и всё это почему-то называется демократией. Или она там только такая и может быть?

На той же Украине – Западной – и в Прибалтике регулярно проходят парады ветеранов СС. Которых там осталось всего ничего, так что в основном на эти мероприятия приходят сочувствующие. Что создаёт упорное ощущение того, что всё возвращается в 1941-й. И опять – или ты их, или они тебя. А уверения, что это толерантность и не надо нагнетать, как-то не убеждают. Очень не хочется, чтобы опять была война – но она на самом деле уже идёт, хотя и не в таких масштабах, как может начаться. И не похоже, чтобы её кто-то прекращал. Хотя чёрта ли Украине не по нраву федеральная система, которая решила бы все её проблемы? И была бы страна как страна, вроде ФРГ или Соединённых Штатов…

Проблема в том, что никакие местные проблемы никому решать не надо, поскольку они сами по себе хороши уже тем, что они есть и создают Москве головную боль. Причём те, с кем на эту тему идёт дискуссия – европейцы и украинское руководство, похоже, решить ничего не могут. А с теми, кто, не исключено, может – руководством американским, дискуссия не идёт. Они там, в Америке, формально в стороне. То есть Соединённые Штаты в данном случае являются не частью решения, а частью проблемы. Что многое объясняет. Кроме одного: большая европейская война, которая не за горами, это такая специальная стратегия или о ней никто не думал, заваривая украинскую кашу?

Но Украина – только часть кроссворда, который приходится решать, живя в России. Есть брошенный на произвол судьбы после свержения Саддама Хусейна Ирак и Сирия, в которой Саудовская Аравия, Катар и Турция спровоцировали и успешно поддерживают гражданскую войну. И на значительной части их территории есть и ещё какое-то время будет «Исламское государство» с его боевиками. Беспредельно жестокое и уже этим привлекательное для всех, кто в этом мире поклоняется культу силы. По местным меркам, достаточно богатое, что ещё привлекательней. Расширяющее свою зону влияния и вербующее сторонников, несмотря ни на какие удары со стороны международной коалиции – как было и с Третьим рейхом.

Понятно, что это в первую очередь угроза для стран Северной и Центральной Африки, а также Ближнего и Среднего Востока. Но есть ещё Западная Европа. И Центральная Азия, что для России куда важнее. При том, что эксперимент с «Арабской весной» вполне может иметь продолжение в качестве «Центральноазиатской весны», и организаторы у него будут те же. А в Северном Афганистане идут бои, не прекращаясь даже в холодное время года, чего ранее там не наблюдалось. И население приграничных районов бежит под натиском исламистов на север по всей приграничной полосе, от Туркменистана до Таджикистана. Что означает начало нового этапа нарастания внешней угрозы для этих стран.

Бои в Кундузе, Багдисе и Фарьябе значат, что война может выплеснуться на северных соседей Афганистана в любой момент. Остаётся только гадать, пойдёт ли основной удар по долине Мургаба на туркменские газовые месторождения или через горные Таджикистан и Киргизстан на узбекскую Фергану? После чего на прочность останется попробовать разве что Казахстан да ещё Китай – в Восточном Туркестане. Причём Китай-то отобьётся и Казахстан отобьётся, а вот в отношении государств Средней Азии – это большой вопрос. И договариваться им не с кем – у Штатов и Европы на регион свои виды. Разве что с Россией, которая делает там в сфере безопасности что может – исходя из своих интересов.

Понимают ли в Брюсселе и Вашингтоне, что никакой управляемости исламисты, которые устраивают революции и гражданские войны в арабском мире и подтягиваются в Среднюю Азию через Афганистан, не потерпят? И ненавидеть Америку будут всегда? Хотя и бояться её тоже будут – в отличие от Европы, которую в исламском мире презирают? Вряд ли. Жаль, что на «мозговых штурмах» в вашингтонских исследовательских центрах всё меньше и меньше ветеранов «холодной войны». Они по крайней мере были профессионалами. Теперь таких нет. Их заменили теоретики, проигрывающие одну войну за другой. Кто мог подумать, что по старым врагам в Москве будут скучать?

Нужно это было кому-то, кто, как полагают российские сторонники теории заговоров, пытается организовать на планете «управляемый хаос»? Да нет. Просто старые кадры ушли – их заменили молодые. Какие уж есть. Те понимали, что в игре можно заиграться, – и зря не рисковали. Поскольку понятие неприемлемого ущерба ещё никто не отменял: Вьетнам это поколение помнило. Эти про Вьетнамскую войну забыли, а собственные провалы таковыми не считают. Хороший стиль! Их даже выгнать не за что. Главное, чтобы президент США и госсекретарь твёрдо знали, что они тут главные и на их авторитет никто не покушается. Всё прочее они простят, включая победные рапорты, не основанные ни на чём.

70 с небольшим лет со дня Победы… И мир во всём мире, который цивилизованное человечество, что бы ни понималось под этим понятием, гарантирует на поколения… Там, в словаре для идиотов, составленном хидровымудренными интриганами, ещё есть мировое сообщество и международное право. В соответствии с пожеланиями общественности. И ведь все теоретически пытаются сделать соседям по планете добро. Только результаты какие-то странные. Причём всегда и везде. Хоть на пространстве бывшего социалистического лагеря или бывшего СССР. Хоть за его пределами – в Африке и тех же арабских странах бывшей социалистической ориентации. Увы.

С войны, окончание которой в России отмечают 9 мая, не вернулось несколько десятков миллионов человек, у каждого из которых были близкие и родные. И всё опять возвращается на круги своя. Интересно, на какую войну, по результатам применения к реальной жизни нынешних политологических теорий, попадут наши внуки? Не хочется, чтобы так было. Но всё идёт именно туда. На фоне чего отечественные благоглупости, экономическая политика, не имеющая никакого отношения к интересам страны, глупые кадровые решения, на смену которым приходят ещё более глупые, и стремительная деградация всех институтов, которые отличают Россию от стран третьего мира, выглядят почти прилично.

Причём мир меняется и без большой европейской войны или чего-то столь же опасного с точки зрения глобальной стабильности и предсказуемого будущего. Какая стабильность? Какая предсказуемость? После решения Англии о выходе из Евросоюза? Избрания в США на пост президента Дональда Трампа? Референдума в Турции, по результатам которого Эрдоган стал её всемогущим диктатором – и совершенно неважно, какие предвыборные технологии были для этого использованы. Он стал тем, кем стал, и это ещё долго будет влиять на регион – и на мировую политику в целом. Да что референдум в Турции! А «Арабскую весну» кто-то предсказал? Или распад Советского Союза? Чёрта с два! Сплошные были сюрпризы.

В момент, когда автор пишет эти строки, во Франции начались президентские выборы, на которых у Марин Ле Пен, лидера ультраправых, серьёзные шансы победить. И это похоронит Евросоюз, чиновники которого ещё недавно раздавали всему миру советы по поводу того, как обустроить правильную государственную власть, даже не задумываясь о том, что в Азии, Африке и Латинской Америке люди живут не так, как в Европе, вовсе не потому, что хотят, но у них не получается, и если рассказать им, как надо… Наивность на грани идиотизма? Или за гранью? Обычное для европейских политиков ханжество? Расчётливая подлость? Глупость? А какая, собственно, разница? Результат всё равно один и тот же – причём всегда.

С другой стороны, если Евросоюз осточертел большей части его собственных жителей, то, как бы брюссельские чиновники ни старались, уговорить население европейских государств, что они должны присягнуть голубому знамени с жёлтым звёздным ожерельем вместо своих национальных флагов, им не удастся. Сколько выгоды от европейской интеграции людям ни расписывай, они должны быть заметны ещё кому-то, кроме немецких банкиров, Ангелы Меркель и приглашённых ею в Европу широким жестом африканских и ближневосточных мигрантов. Сколько реакцию на то, что она со товарищи сотворила, ни называй ксенофобией, у обычных людей это называется инстинктом выживания. И работает он однозначно.

Если «европейский дом» – не «мой дом – моя крепость», а проходной двор, то голосовать европейцы будут за политиков, которые смогут покончить с этим безобразием. Рождаемость у них, конечно, низкая, и других проблем, которые их политические лидеры хотели решить с помощью мигрантов, достаточно. Но обустраивать за собственные деньги не пойми кого, при том, что люди эти зачастую становиться частью общего дома не хотят, а хотят использовать его, попутно превращая в то малопривлекательное общество, которое только что покинули? Увольте. И тут никакой агитации против европейского истеблишмента и русских хакеров не нужно, не говоря уже о поддержке Путина. Изберут и так.

Впрочем, к Путину ездят – та же Ле Пен. Зачем – Б-г весть, ему хватает дел в России и с теми направлениями её внешней активности, которые он курирует. Внешняя политика: война в Сирии, ситуация на Украине, отношения с США, Китаем и постсоветскими странами, да и большие экономические проекты – тоже его сфера приложения усилий. Выборы в Европе и за её пределами – точно не его забота. Но общается российский президент, надо отдать ему должное, со всеми, вне зависимости от текущего состояния отношений с данной страной. По принципу: «а вдруг». Как с Турцией, которая то демонстрирует миролюбие, то наоборот, что на фоне отечественной невозмутимости смотрится невероятно забавно.

При этом чем больше Кремль использует возможность сосредотачиваться на собственных делах и проблемах, которых более чем достаточно, тем больше в отношении него подозрений и обвинений во вмешательстве в дела чужие. Доказательств нет, но они уже и не нужны. Всё сводится к формуле: «а чего тут доказывать, когда и так каждый знает», то есть не к политике и дипломатии, а к обычному перелаиванию и дележу счёта за свет в коммунальной квартире, о котором писали классики. Никого в Брюсселе не смущает, что газ в Европу исправно идёт, и если с кем-то по этому поводу есть проблемы, то только с опекаемой ЕС и США Украиной. Впрочем, в Вашингтоне это тем более никого не смущает, благо Европа от Штатов далеко.

Строго говоря, уровень непредсказуемости, степень влияния личных амбиций на вопросы войны и мира и чрезвычайно низкий профессионализм не только экспертов, но и их заказчиков из числа государственных деятелей – или, по крайней мере, большинства из них, на текущий момент достаточен, чтобы большая война в Европе вполне могла начаться просто исходя из каприза или ошибки того же хозяина Белого дома. Началась же из-за президента Обамы новая «холодная война»? Кто сказал, что Трамп трезвее смотрит на ситуацию в мире? И что он менее эмоционален, чем, к примеру, тот же Эрдоган? Пока что американский флот под боком у Северной Кореи говорит о том, что ждать следует чего угодно.

С последней большой войны в Европе прошло три поколения – более 70 лет. Югославия не в счёт. Там все набросились на сербов, словно репетируя, как бы выглядел НАТО в случае, если бы альянсу пришлось воевать всерьёз. И происходило это на фоне распада СССР, войны в российской Чечне и прочих событий, которые расчистили дорогу западным военным. Но на сегодняшний день ситуация другая – в том числе в российских ВС, не говоря уже о Китае, в свойственном ему на протяжении всей его истории стиле восстанавливающем себя в качестве сверхдержавы. Так что, если что-то серьёзное произойдёт на Украине, она запросто может спровоцировать тот самый большой конфликт, которого все клянутся не допустить.

А если в Афганистане – или, что для России недопустимо, в Средней Азии? Не говоря о Закавказье, Корейском полуострове или той же Сирии? Украина – привычное поле боя европейских армий с Россией, освоенное на протяжении нескольких столетий. И то, что она ещё недавно считалась в Москве братской страной, никого не остановит, по крайней мере в Киеве. Что, впрочем, верно и для всех остальных потенциальных очагов конфликтов. Тем более что союз против международного терроризма – система столь абстрактная, что и обмен-то информацией борющиеся с ним государства наладить не могут. Или не хотят. Да и как его наладить, когда часть участников этого союза – главные спонсоры террористов?

Та же Саудовская Аравия, борющаяся против «Аль-Каиды», – картина фантастическая. Или Пакистан – против движения «Талибан». Не говоря уже о Турции и Катаре против «Братьев мусульман» или «Исламского государства»… То они их пестовали, с ними взаимодействовали и их использовали, реализуя при помощи террористов собственную внешнюю политику. А то будут их зачищать по просьбе США или, упаси Г-дь, России, которую полагают своим врагом со времён войны в Афганистане? При всём его пристрастии к фантастике, автор такой сюжет реалистичным не считает. Временный альянс против общего врага максимум. Ничего более серьёзного. И это означает, что ожидать можно чего угодно. От кого угодно. В любой момент.

Кадры решают всё

Иосифа Виссарионовича Сталина можно обвинить в каких угодно грехах. Но идиотом он совершенно точно не был. Сатрапом был. Палачом. Диктатором. Душегубом. Пробы на нем ставить было некуда. Самодоволен и самоуверен был до крайности. Интригу вёл – как дышал. По-восточному, многоходовую, с таким вывертом в конце, что никакому Свердлову или Ленину, Кирову или Троцкому с Дзержинским, не говоря уже о Бухарине, Каменеве и Зиновьеве, и не снилось. Он обладал природной хитростью и смёткой. Был в душе классическим имперцем – если это была его империя. Не демонстрируя до поры, пока все окружающие грезили мировой революцией. Обладал извращённым чувством величия, при явном наслаждении собственной властью. Не декоративной, а истинной – над жизнью и смертью. Понимая, что есть государственные посты, которые для выживания страны не так важны. И те, без которых никакой страны просто не будет. И какой ему тогда от всего этого профит и личное удовольствие?

Одно дело, когда тебя, к примеру, боятся, ненавидят и перед тобой всячески заискивают в масштабах всей планеты. И совсем другое – в масштабах провинциального колхоза. Или отдельно взятой семьи, ячейки общества. Потому что больше некому и негде, а семья – она всегда рядом. Не одна, так другая – завести новую, пустив в расход или умучив старую, несложно. Примеров вокруг было и есть – несть числа. Но что толку быть властелином семейного масштаба? Или радоваться, как Наполеон, салюту старого гвардейца? «Слава падшему величию»? Ну и что с того, если потом на Эльбу или на остров Святой Елены – до конца дней? Кому-то оно, может, и приятно – сколько людей, столько пристрастий, но Иосифу Сталину оно было явно ни к чему. Не тот коленкор. Не те параметры власти. Они там, в ХХ столетии, вообще были людьми масштабными и на мелочи не разменивались – от Ленина и Сталина до Мао и Кастро, не говоря уже о династии Кимов. Страну-то, вне зависимости от её размеров, взять в ежовые рукавицы можно только один раз. По крайней мере, в течение одного поколения.

Оттого, собственно, на многие ответственные посты у Хозяина, как его часто звали за спиной, назначались люди дельные и знающие. Которые, конечно, понимали, что, если что не так, их первыми к расстрельной стенке и поставят. Но пока не поставили – а многих из них так и не ставили, не за что было, они дело делали. Атомный проект или, к примеру, военную промышленность. Метро, металлургию, авиацию, в том числе полярную. Или горное дело. А также Академию наук, МГУ на Ленинских горах, ледокольный флот и прочее такого же рода. Да и войну они выигрывали – и выиграли. И пока они делом занимались и результаты от этого дела были видны, пылинки с них сдували, на руках носили и пальцем не трогали. Специфика эпохи. Причём ордена им вручали не скупясь – и не Дружбы Народов, а которые посерьёзней. Жильём снабжали, в том числе за научную степень, чтоб работали и ни на что постороннее не отвлекались. Ну и прочие материальные блага, в соответствии с реальными заслугами, а не только с рангом и статусом. Хотя и в соответствии с ними – не без того.

Представить себе, что на ключевые по значению посты Отец Народов будет назначать не то что людей некомпетентных, но откровеннейших болванов, было трудно. Понятно, что и их хватало. Партийно-государственные кадры во все эпохи и при всех правителях отличались повышенным процентом преданных до гроба холуёв, которые в карьерном росте опережали людей более достойных. А иногда восходили к власти на их костях. Но чтобы вся страна, показывая на назначенца пальцем, каталась в хохоте, такого не было. В том числе потому, что с какого такого переляку страна должна была о недостатках руководящего товарища знать? Ну, предположим, были недостатки. Пил там. Или по женской части: заводил гарем и вёл образ жизни аморальный и не украшавший партию и правительство. Или… Да мало ли какие есть у человека недостатки. Особенно у человека, облечённого властью. Но на то органы и существовали, чтобы выявлять и пресекать. И партийные. И внутренних дел. Не дай Б-г было им попасться и не во времена Большого Террора. А уж в его эпоху…

Позориться с такими кадрами высшее начальство просто не могло себе позволить. Оно ему и не по чину было, и для дела плохо. С таким подходом сверхдержавой не стать. Так ей только перестают быть. На веки вечные, и аминь. Мало ли кто чем был. История – качели. То вверх. То вниз. Гарантий никаких: работать надо постоянно. Кто не успел, тот опоздал. И не исключено, что второго шанса не будет. Точнее, почти исключено, что он когда-нибудь будет. Вот, скажем, Китай. Сверхдержавой он был – и не один раз, а как минимум дважды, в эпохи, когда и понятия такого не было. Но понятия не было, термина на было, а сверхдержава была. При первых двух общекитайских династиях. И в эпоху европейского Возрождения, при евнухе Чжан Хэ и его океанских эскадрах. Которые вместе с политикой зарубежной морской торговли и внешней экспансии умевшие хорошо считать экономные придворные свели на нет – и с точки зрения экономии средств выиграли чрезвычайно, уйдя в изоляцию. Кто же знал, что через какие-то четыреста лет Поднебесная из-за этого окажется на краю пропасти.

Компас эта страна изобрела. Порох и пороховые ракеты. Многозарядные скорострельные кассетные арбалеты – когда европейские армии воевали ещё при помощи мечей и длинных копий, используя македонскую фалангу в качестве образцового построения. Шёлк. Машину для предсказания землетрясений. Построила громадный океанский флот, включавший суда для перевозки конницы, десантные корабли и танкеры для пресной воды, способные идти до – и вокруг Африки. И это когда навстречу китайским армадам еле-еле ползли португальские каравеллы, напоминавшие скорлупки. И только то, что они разминулись в Индийском океане, на несколько десятков лет спасло европейскую эпоху Великих географических открытий. Да и саму Европу, которая беспрепятственно ограбила три четверти мира, пока Китай замыкался в себе – так успешно, что в конечном счёте европейские, японские и американские войска в едином порыве взяли штурмом и ограбили его столицу, и империя перестала существовать. И в качестве сверхдержавы возродится через полтора века после этого.

К чему вся вышесказанная преамбула: реформирование науки и образования в России в очередной раз заставляет подозревать, что те, кому высокое начальство поручило это благое и многотрудное занятие, либо были уронены на голову еще в раннем детстве, либо пытаются из неизвестных, но наверняка весомых соображений похоронить порученное им дело. Вместе с несколькими миллионами человек, которые им пока что занимаются. Хотя на самом деле они так зарабатывают себе на жизнь. Вернее, на уровень жизни, который чиновники считают достойным и правильным для себя и своих близких (а высокопоставленные – и для челяди). Ну, для страны – дело обычное. Называется кормление. Хоть княжеской дружины, дьяков и подьячих, стрельцов. Хоть барина и его гайдуков. А также крепостных актрис и борзой своры – вкупе с легавыми и всей прочей псарней, а также болонками барыни. Традиция такая. Ну и непременно кормить ещё надо попов, монахов с монахинями, епископов и архиепископов, а также многочисленные канцелярии и высший свет.

Альтернативный вариант: все назначаемые – убеждённые враги режима и стараются лишь для того, чтобы пополнить возбуждёнными карбонариями ряды внесистемной оппозиции. Что для государственных чиновников странно, но в принципе возможно. Бывали прецеденты. Включая бывших премьеров, вице-премьеров и прочий некогда высокопоставленный народ, в момент окончательного отрешения от кормления и перехода из приближённых к телу и уху на позиции на заднем дворе, у выгребной ямы и людской, находили – и находят в себе силы разоблачительные такой мощи и страсти, что в какой-то момент верится: это всерьёз. Потом же, когда они, потешившись криком, отъезжают на каникулы на модные курорты, начальство понимает – балуются и шуткуют и перестаёт воспринимать их всерьёз. После чего называй их оппозицией, не называй, толку от них не будет никакого. Один шум – да и тот всё тише и тише. Тоже национальная русская забава – игра уволенного со службы начальника в протест и смуту. Некогда, во времена императриц, модная, но безнадёжно устаревшая.

То есть, возвращаясь к вышеозначенной теме разговора, или воровство, или провокация, или бред сивой или любого другого цвета кобылы. Нет и не может быть другого объяснения похожего на бред требования комиссии по управлению отечественной академической сферой предоставить план статей на три года вперёд с указанием того, в каких журналах они будут опубликованы и какие результаты публикации принесут. Хотя попытки такого рода, признаем честно, были ещё при советской власти. От батюшки автора, да будет ему земля пухом, когда-то, много лет назад, потребовали сдать в партком план по изобретениям на год вперёд. Поскольку коммунистом он никогда не был, а знаменитым в своей отрасли изобретателем и председателем соответствующего общества в масштабах всесоюзного проектного института, со своей непрерывной разливкой стали, был, то распоряжение партии он проигнорировал. Не без сарказма объяснив парткому разницу между планированием отъезда сотрудников в колхоз или выхода на демонстрации и планированием творческого процесса.

Никто не требует от садовника, чтобы он с точностью до килограмма или поштучно спрогнозировал урожай на три года вперёд. От контрразведчика – плана по арестам шпионов, с указанием, каких именно стран, в каком городе и по какому делу. От моряка – планирования по числу штормов и нештатным ситуациям на годы предстоящей навигации. От коровы – удоя или объёма произведённого бурёнкою навоза. Какого тогда рожна несчастные отечественные учёные должны сдавать начальству идиотские бумаги, написанные вне всякого соотношения с реальностью? Или даже с намёком на реальность? Идиоты они, что ли? Или начальство их – полные безоговорочные и безнадёжные идиоты? Или – страшно сказать – те, кто его на руководящие посты посадил, до такой степень не понимают, что делают, когда назначают куда надо и не надо почтенных, из правильного садового товарищества, или с рьяным задором молодых да ранних «эффективных менеджеров»? А про последствия их кадровой политики они тоже не понимают и понимать не хотят?

Если новое научное начальство, от чиновников присланное, хочет получить перечень тем – нет никаких проблем. Если оценить квалификацию имеющихся кадров, в принципе тоже. Понять, чего все они сто́ят на мировом уровне, – на здоровье. Выяснить, какие прорывные направления в России отрабатываются, а какие в загоне, – сколько угодно. Проблема только в том, что хочет оно не этого. А того, чего само оно не знает и не понимает. И где его, которое оно не знает и не понимает, взять, не представляет. Отчего и требует сущие глупости, мешая работать тем, кто ещё умеет, может и хочет работать. Страшно раздражаясь на непонятливых учёных, которые требуют того, и этого, и ещё вон того, по-прежнему воспринимая научную деятельность всерьёз, в то время как она не более чем повод для выделения и растаскивания средств. В правильных объёмах и в правильных направлениях, для которых никакой науки не нужно. А нужна хорошо поставленная двойная, тройная и прочих степеней бухгалтерия. Как и должно быть в правильно пристраиваемой в личные подворья разваливающейся империи.

Новое научное начальство, понятное дело, занимаясь тем, чем оно занимается, тем самым полностью себя демаскирует. И того, кто его на этот пост назначил, демаскирует. Как и, к сожалению, того, кто назначил того, кто его назначил. Такая получается длинная цепочка людей, не имеющих никакого разумно объяснимого отношения к науке управления. Кто глуп как пробка. Кто малограмотен. Кто некомпетентен. Кто по блату. И какой от этого в конечном счёте может получиться результат? Да, собственно, только такой, как может, и получается. Вопреки призывам и программам, речам и интервью прессе. Которые, скорее всего, призваны бесконечно перемалывать из пустого в порожнее, чем быть ориентирами для реальных действий, по результатам которых в подведомственном начальству государстве можно было бы наблюдать прирост чего-либо более или менее конкретного. Ну, так если тот, кто должен учёным ставить задачи, держит их впроголодь, воспринимает как собственных крепостных и при этом понимает в своём деле как свинья в апельсинах, чего от всего этого хотеть?

Ну в лучшем случае учёные разъедутся по разным странам, в индивидуальном порядке или большими и малыми коллективами, повертев пальцем у виска. Дескать, хороший барин, только с глузда съехал. Бывает. В конце концов, если в стране такие реформы армии, МВД, ЖКХ, пенсионного дела и здравоохранения, почему наука и образование должны чем-то от этого дурдома отличаться? Реформы, которые длятся четверть века, – это уже никакие не реформы, а чистой воды извращение. После чего начальство с успехом распродаст старинные здания в мегаполисах и немалые земельные участки, на которых вместо экспериментальных агрокультур могут с успехом разместиться комфортабельные коттеджные посёлки. Да и все прочие материальные ценности. Деньги чиновники разворуют или разбазарят. Воспоминания же о них останутся и будут греть душу будущим поколениям. В смысле: останутся о деньгах, а не об утраченных технологиях, производственных навыках и изобретениях, воплощать и развивать которые в стране будет некому. Но это, повторим, в лучшем случае.

В случае худшем огромная толпа образованного умного народу осознает, что для новых дворян, которыми в стране являются чиновники, все они, яйцеголовые, лишь докука, помеха и обуза. Кормить которую ради будущих дивидендов национального масштаба, чиновникам не приносящих ни денежной прибыли, ни ощутимых материальных благ в каких бы то ни было прочих понятных им формах, никто не собирается. А собирается гнобить и чморить, пока они сами не отвалят или не перейдут в управдомы, как Остап Бендер, присоединившись к новым хозяевам жизни. Поскольку на кой ляд Александру Великому его Аристотель со всей его Академией, понятно. А диадохам оно зачем? Одна обуза, морока, суета сует и всяческая суета. После чего учёные присоединятся к бывшим номенклатурным тузам, покинувшим свою колоду, и мрачноватой полупогромной толпе, которая на митингах протеста и народных сходах составляет большинство. И это уже будет совсем не весело. Благо жадность бывших, ненависть к нынешним и образованная масса, собранные вместе, – страшная сила.

Если тех, кого они свергают, свергнуть после этого удастся, то при всём понимании того, насколько свергаемые этого заслуживают, результат для страны будет катастрофическим. Поскольку всё то, что жадные, глуповатые и преданные в этой стране уже разбарахолили или ещё разбарахолят, уже не вернётся. И восстановить его, скорее всего, большей частью не удастся. Но сама-то страна пока ещё на своём месте. И третий раз за сотню лет обрушивать её как-то не очень… Хотя, судя по всему, происходящему в кадровой сфере, кому какое дело? Наверх всплывает полное… – как там это на иврите называется? Хара? Ну вот, оно самое и всплывает. По-немецки это будет шайзе. Что характерно, такое ёмкое понятие, что на любом языке ему есть синоним. И у цивилизованных народов. И у диких. И у совсем первобытных. А как не быть? Как-никак ежедневный продукт жизнедеятельности человеческого организма – да и не только человеческого. Так что слово, которым этот продукт, с характерной для него повышенной плавучестью в проруби, обозначается, есть у всех. Не на кого обижаться.

Какая может всему этому халоймесу и цоресу быть альтернатива? Да, в общем, ничего особого не нужно. Остро необходимы кадры. Не проходимцы с выправкой, которые движутся к кормушке стройными рядами сегодня, а те, которые нужны стране на самом деле. Со свежими мозгами. Образованные и трудолюбивые. Мотивированные. С пониманием задачи. И умением не только писать отчёты, но и делать конкретное дело. Не бином Ньютона. Хотя и непонятно, почему Сталин это знал, а нынешние позабыли. Мельчают люди, что ли? Или по инерции движутся? Так мало ли что можно делать по инерции. Сому голову отрубишь – он ещё долго пасть открывать и закрывать будет. И может намертво прихватить палец или руку, в зависимости от размеров. Причём прихватить-то он прихватит, но ведь не отпустит. Такой у него функции, отпускать добычу, нет. Прямо, как у Федерального Агентства, посаженного на российские науку и образование. Сравнение, конечно, для входящих в его состав чиновников, финансовых и прочих обидное. А что делать? Других ассоциаций не вызывают.

Как было б хорошо…

Как было б хорошо, если б американские и российские парламентарии не занимались тем, чем они обычно занимаются в отношении друг друга, а стремились дружить – в хорошем смысле этого слова! Выпивали бы и закусывали в своих особняках на летних лужайках или у каминов, ловили голубого марлина с яхт, зимой гонялись бы за волками с борзыми… В общем, если бы не занимались делом (не до такой же степени над ними избирателям издеваться), то хотя бы чем-нибудь безобидным для человечества. Они не принимали бы идиотских законов, направленных на то, чтобы побольнее уязвить противоположную сторону. Высказывались по спорным вопросам корректно и разумно. Не поносили бы противоположную сторону, как это принято разве что в площадной драке. И выглядели бы при всём этом не как две буйные стаи конфликтующих между собой невесть из-за чего ополоумевших обезьян, скачущих высоко на ветвях, перебраниваясь и перебрасываясь сушёным помётом, а как истинные представители великих цивилизованных наций. Ну, или хоть как-то не так глупо, как они сегодня выглядят.

Как было б хорошо, если б американские дипломаты и политики вели себя по отношению к иностранным государствам, в том числе союзникам США, не так назойливо, нахраписто и бесцеремонно. Например, не давали бы безответственных советов, основанных на теориях, рождённых в стенах университетов людьми, которые в своей жизни не только ничего конкретного не сделали, но и никем, включая собственную кошку, не говоря уже об их детях, не управляли. Если бы они не участвовали в интригах оппозиционных политиков и бывших олигархов из прошлых эпох, которые им клянутся и божатся, что придут к власти и вернут ту или иную страну под управление Большого Отца из Вашингтона. И не пытались, обладая интеллектом и опытом мелких клерков с Уолл-стрит, играть роль демиургов, сотрясающих Вселенную, – чем Госдепартамент Соединённых Штатов занимается в полном составе. Тем более что получается у них из рук вон плохо и результаты в итоге выходят никакие – в том числе для самой Америки.

Как было б хорошо, если бы американская предвыборная гонка отсеивала и выводила на старт президентской кампании лучших. Потом на партийных праймериз побеждали бы самые лучшие. А президентом становился вообще лучший из лучших. На самом деле, а не потому, что большинство американских журналистов так его назвали. Самый мудрый, честный, скромный, бескорыстный из кандидатов. Умеющий слушать профессионалов, а не только произносить пышные бессмысленные речи, поворачиваясь к телекамерам в выигрышном ракурсе, жестикулируя напоказ. Отвечающий за свои слова и даже – кто знает, вдруг такое случится – за свои дела. Имеющий достаточный опыт для того, чтобы ему можно было доверить самую богатую и могущественную страну в современном мире. В достаточной мере образованный, но при этом знающий и реальную жизнь. То есть похожий на кого угодно, кроме тех, кто становится американским президентом. Неважно, Клинтоны это, Буши, Обама или Трамп. Хотя последний избран только что и пока ещё никого, кроме сторонников его соперницы Хиллари Клинтон, по большому счёту, не разочаровал. Вдруг лягушка станет принцем? Для кого-нибудь эти чёртовы детские сказки, в конце концов, пишутся?!

Как было б хорошо, если бы американская помощь, в том числе благотворительная, была на самом деле помощью. Давали бы её тем, кто её заслуживает, и тем, кто в ней нуждается, а не наиболее наглым авантюристам и самым большим жуликам, как сейчас. И давали бы именно то, что нужно тем, кому эта помощь направляется, а не просроченное, что нужно хоть куда-нибудь деть с затоваренных складов. А если бы, скажем совсем уж страшное, что, если бы три четверти (или 80 %) американских грантов не оседало в карманах консультантов, обслуживающих эти гранты, а остаток в карманах правительств, которым эти гранты в теории выделяются – без малейшего реального результата для народов их стран? И если бы об этой помощи не напоминали по сто раз на дню с тактичностью слона в посудной лавке, вызывая у облагодетельствованных только одно желание: чтобы благотворители пропали пропадом как можно скорее со всей своей Америкой? Цены бы тогда не было и этой помощи, и США. А то как посмотришь на это безобразие, совсем становится кисло на душе. И очень хочется с размаху закатать благотворителю в пятак – «экскьюз май френч», читатель.

Как было б хорошо, если бы американские правозащитники не то чтобы имели совесть – не до такой крайней степени, но соблюдали хоть какую-то меру. И прекратили сравнивать запреты гей-парадов в России с Освенцимом и ГУЛАГом. Поскольку мозги в голове человеку увлечённому иметь вовсе не обязательно, но если уж он говорит и пишет такие несусветные глупости, куда полезней для тех, кому он намеревается помочь, чтобы он занимался чем-нибудь отвлечённым и с ними напрямую не связанным. Например, защитой редких пород голубей или морских свинок. Поскольку право на жизнь для тех, кто на самом деле прошёл гитлеровские и сталинские лагеря, несопоставимо с правом на прогулку в непотребном с точки зрения местного населения виде по улицам столицы страны, жители, муниципалитет и правительство которой полагают это зрелище непристойным. Ну а если гей-парады абсолютно необходимы для укрепления отношений с США, пусть они сначала пройдут в Саудовской Аравии, Йемене, Афганистане и Ираке. И опираясь на этот крайне ценный опыт, их, наверное, можно было бы разрешать в менее чувствительных и более цивилизованных странах.

Хотя вообще-то мы же их не напрягаем на тему парадов – чего они к нам лезут? Хоть раз кто-нибудь из российского МИДа требовал разрешить в Вашингтоне парад 7 ноября, на тему Великой Октябрьской социалистической революции? Или Мария Захарова, этот удачный наш ответ Дженифер Псаки, напрягала американскую элиту насчёт военно-морского парада в их Сан-Франциско по поводу воссоединения Крыма с Россией или взятия Алеппо? Не говоря уже о годовщинах вхождения отечественной армии в Париж, Берлин или Вену? Правда, мы не празднуем атомные бомбардировки Хиросимы и Нагасаки или даты, когда американские «Летающие крепости» спалили дотла Дрезден и Токио, – так это даты более чем сомнительные. И если они так хотят загнать нам гей-парады, нам что, в качестве достойного и правильного ответа праздновать годовщину битвы при Литтл-Биг Хорн? Благо фильмы про индейцев у нас были отродясь как популярны. И Гойко Митич хотя и в возрасте, но возглавить конный строй сможет на раз.

Как было б хорошо, если бы американское посольство в Израиле переехало в Иерусалим, как давным-давно постановил конгресс Соединённых Штатов и обещал Трамп. И политика Америки в отношении еврейского государства (хотя бы его одного!) не представляла собой малоприятный коктейль из лжи, шантажа, двойных стандартов и нарушенных обязательств. Не говоря уже о фантасмагорической комбинации уходящего в историческое небытие Обамы, лично срежиссировавшего и поставившего вместе с палестинским руководством в Совете Безопасности ООН принятие антиизраильской резолюции о еврейских поселениях в Иудее и Самарии, единственным достойным ответом на которое могла бы стать аннексия всех этих районов Израилем. И как было бы здорово, если б премьер-министр Израиля не подвергался непрерывному давлению со стороны американского президента, американского госсекретаря и американской прогрессивной (то есть левой и ультралевой) общественности, в том числе еврейской, требующих, чтобы он капитулировал перед арабами ради того, чтобы Америка могла расплатиться за свои ближневосточные долги израильскими интересами.

Как было б хорошо, если бы Соединённые Штаты не проиграли войну с международным терроризмом на всех фронтах, где они её вели. И не пытались использовать террористов то ли против собственных противников, то ли, в качестве ландскнехтов, против противников тех, кто Вашингтону заплатил. «Борзыми щенками» или кэшем, как принято у монархий Залива, в их противостоянии со светскими автократическими арабскими режимами Ближнего Востока – всё равно. Если бы американцы не бросали на произвол судьбы всех, кто в них верил. Не предавали бы испытанных союзников, как Мубарак, ради эфемерного союза с исламистами, за спиной у которых стоят те, кто натравил исламских радикалов на Америку, числясь её друзьями и партнерами. Если бы ЦРУ, ФБР, АНБ и прочие бесчисленные американские спецслужбы занялись саудовскими «студентами», катарскими лоббистами, поставщиками данных для сомалийских пиратов, пакистанскими, арабскими и турецкими силовиками, подкармливающими террористов, и всеми теми, кто собирает деньги на всемирный джихад – в том числе в США.

Как было б хорошо, если бы перестала соответствовать действительности поговорка: «Быть врагом Америки опасно, но быть другом – опасней вдвойне». Обидное, но искреннее мнение о Штатах тех, кто на протяжении десятилетий сотрудничал с ними, понимая, что его сдадут в момент ни за понюх табаку – нашёлся б только повод. И зная, что говорить об опоре на Соединённые Штаты можно, только если ты им нужен до зарезу или входишь в альянс против кого-то, с кем они враждуют всерьёз. Да и в этом случае даже информацию, не говоря уже о реальной поддержке, ты не получишь, даже если она тебе жизненно необходима, невзирая на все клятвы в вечной дружбе и соглашения о стратегическом союзе. И в нужный тебе момент можешь оказаться… да что там, обязательно окажешься один на один с врагом без обещанной американской помощи. Как это продемонстрировала израильтянам ситуация с Поллардом, отбывавшим пожизненное заключение за то, что передал Израилю – «союзнику Америки» информацию об Иране – противнике Америки.

Как было б хорошо, если бы американская политика перестала строиться на песке и хотя бы в отношении Ближнего Востока вернулась к реалиям. Может, тогда Вашингтон перестал бы назойливо педалировать создание Палестинского государства, реализуя за американские деньги руками американских лидеров старую-престарую советскую инициативу, которая себя давным-давно изжила. Впрочем, с насильственным продвижением демократии западного типа в феодально-племенном обществе Ближнего и Среднего Востока и африканских государств Америке явно не стоило так спешить. Тем более что ничего, кроме очередных терактов, в благодарность за это США не получали и не получат. Странно ещё, что на американской территории их было так мало. Хотя, судя по развитию ситуации в Европе, куда ринулся поток беженцев и мигрантов из «демократизированных» стран, худшее ещё впереди. В глобальном мире, с развитием электронных и транспортных коммуникаций, «остров Америка» больше не дистанцирован от новых угроз – хотя и сталкивается с ними позже и в меньших масштабах, чем государства Евросоюза. Но, впрочем, это в первую очередь проблема самой Америки.

Как было бы здорово, если бы американские политики и политологи, не говоря уже о разведчиках и военных, занялись чем-нибудь более полезным для обеспечения будущего их страны и её населения, чем борьба с гипотетическими угрозами со стороны Китая и мифами о российской опасности. Когда кампания прессы США о том, что за спиной Дональда Трампа на выборах президента стоит Россия в целом и Путин в частности, начала набирать обороны, казалось, что те, кто её раскручивает, или сошли с ума, или издеваются над собственными избирателями. В ситуации, когда Трамп уже избран президентом, хотя ещё и не вступил в должность (на момент написания настоящих строк положение дел именно такое), но крики о российской роли в его победе только нарастают, это больше не кажется. С 50-х, со времён маккартизма, Вашингтон не был до такой степени агрессивно настроен в отношении Москвы. Причём простой вывод, что если уж Россия до того могущественна, что смогла продвинуть в президенты США своего кандидата, несмотря на сопротивление американской политической машины, системы безопасности и бдительных граждан, то, имея его в Белом доме, она может с Америкой справиться на раз, даже не приходит в головы тех, кто об этом говорит и пишет. Что есть раздвоение сознания – как минимум.

Как было б хорошо, если бы Соединённые Штаты, Европа, Россия, Индия, Израиль, Китай и прочие страны нормального мира договорились об антитеррористическом альянсе и он возник бы на самом деле… Не в качестве виртуального объединения одних великих держав против других, а как организация, занимающаяся тем, чем она собиралась заниматься, когда её в Вашингтоне организовывали. Если бы в исламском мире и в Африке была возможна их согласованная политика, а не борьба друг с другом, оставляющая террористам и диктаторам всех мастей самое широкое поле возможностей. Если бы прекратились попытки использовать структуры типа «Аль-Каиды» против геополитических соперников – как использовали её США против СССР в Афганистане. Или, того хуже, против соперников таких американских «союзников», как Саудовская Аравия и Катар, – как это было и есть в Ливии и Сирии. Как это было б хорошо… Но мечтать не вредно, а жизнь между тем идёт своим чередом.

Иран, при том, что его основным региональным соперником являются салафиты, строит планы против Израиля. Америка – против России, Китая и Ирана. Россия делает за США и их союзников работу в Сирии, воюя там с террористами и разрушая интриги государств Залива, Турции и Запада, в итоге которых Сирия должна была перестать существовать, превратившись в такой же заповедник терроризма, как Ирак. При этом Москва вынуждена тратить время на бесцельные переговоры в Женеве, выстраивая за рамками предложенного ей неработоспособного формата ООН собственную систему отношений с той же Турцией за счёт террористических группировок, поддерживаемых Саудовской Аравией. Полагаться на Америку в борьбе с террористами Россия не может: США здесь являются не частью решения проблемы, а частью самой проблемы. И тут напрашивается вопрос: кто в мире вообще может полагаться на Соединённые Штаты? По крайней мере на те Соединённые Штаты, которые на начало 2017 года оставляет своему преемнику президент Барак Хусейн Обама?

Иран, с которым Обама заключил ядерное соглашение, ни ему, ни Америке не верит. Хотя Трампу, обещавшему это соглашение пересмотреть, верит ещё меньше. Саудовская Аравия и прочие монархии арабского мира, особенно граничащие с Ираном монархии Залива, считают, что Обама их предал и бросил на произвол судьбы – и считают не без основания. Израиль… тут вообще не о чём говорить. Обама стоит на стороне исламского мира против Израиля и на стороне палестинского руководства против Израиля. И то, что он терпеть не может премьер-министра этой страны Нетаньяху, распространяя личную неприязнь на межгосударственные отношения, дела не исправляет. Турция и Египет враждуют друг с другом, но единственная вещь, которая объединяет А. Ф. ас-Сиси и Р. Т. Эрдогана, – неприязнь и недоверие к тому же Обаме. Китай – главный торговый партнёр США и основной держатель их государственных ценных бумаг, но в Программе национальной безопасности США он определён президентом Обамой на роль их главного геополитического противника. О России не стоит и говорить: «перезагрузка» обернулась «холодной войной» по инициативе американской стороны, частью которой являются санкции и конфронтация Москвы с Киевом.

Судя по всему, ничего хорошего ни от Америки, ни в отношениях с Америкой не стоит ожидать ни России, ни Китаю, ни странам Ближнего Востока. Надеяться на исправление этой ситуации можно. Работать над её изменением можно и нужно. Но ожидать, что разрушенное доверие восстановится, а сотрудничество с США будет плодотворным для кого-то, кроме самих Соединённых Штатов, было бы крайне наивно. Благо многомесячные переговоры на высшем уровне МИДа России и Государственного департамента США по Сирии убедительно доказали: США не контролируют ситуацию в рядах террористических группировок, которые они именуют оппозицией. Точнее, собрать их они могут. Высказать пожелания могут. Могут тренировать и снабжать вооружениями их боевиков и обеспечить им поддержку со стороны ООН. Но управлять ими они не управляют, и толку от договорённостей с американцами в реальной ситуации никакого. Ноль. Зеро. Хорошо было б, если бы было иначе, но тут уж как есть. Расстраивайся по этому поводу, не расстраивайся… Другой Америки ни у кого ни для кого нет. Придётся как-то управляться с этой.

Кризис системы

В 1917-м руководство страны было настолько непопулярно – и у интеллектуальной элиты, и в широких массах, что оказалось достаточно толчка, и система рухнула. Она не была справедливой. Была насквозь коррумпированной. Доброго слова не стоила. Но всё то, что в стране потом происходило, было серией катастроф. Плавно переходящих в кризисы. Когда приходилось сначала радоваться, что убивают не всех подряд. И не всех подряд насилуют или грабят. Что не всех подряд сажают. Не повторяются каждый год голод и эпидемии. Что появилось хоть что-то нужное для нормальной жизни – не у партийной элиты, у населения. Ну, и под самый конец разрешили говорить. К тому моменту, как восстановленная Сталиным империя окончила свой жизненный цикл и система сгнила окончательно. То есть вспоминать и рассказывать можно было к тому моменту, как за это перестали убивать. Что логично. Хотя и чрезвычайно неоптимистично с точки зрения всего происходившего в дальнейшем. Очень уж победители царизма оказались сомнительными личностями при близком рассмотрении.

В 1991-м руководство страны было настолько непопулярно – и у интеллектуальной элиты, и в широких массах, что оказалось достаточно толчка… Ну, это мы уже говорили. На этот раз обошлось малой кровью. В том числе потому, что помнили про кровь большую. Три поколения – большой срок, но недостаточный, чтобы забыть. Отчего резни в масштабах не только всего СССР, но и отдельно взятой Российской Федерации не произошло. И в 1993-м её не случилось. Парламент расстреляли из танков, разогнали, погибшие были, но гражданская война не началась. Скорее уж могла претендовать на статус локального очага гражданской войны начавшаяся вскоре война в Чечне. Которую Борис Ельцин со товарищи не то чтобы начал совсем уж сдуру, но доброго слова про причины её и поводы не сказал никто. Хотя при нынешнем уровне стремления к возрождению идеологии, национальной идеи и прочих кунштюков в стиле то ли графа Уварова, то ли Суслова, ещё не вечер – найдутся и такие, что скажут, если сочтут, что ветер с отечественного Олимпа дует в эту сторону.

В 2013-м система, отстроенная по привычным в России канонам: вертикаль власти, и прочая, и прочая, и прочая, демонстрировала явные признаки деградации. И в 2017-м они только усилились. Что очень прискорбно, но сделать с этим, похоже, невозможно совершенно ничего. Кризис экономический налицо, но не в том суть. В России к кризисам привыкли. При этом страна выживала и при кризисах, и при катастрофах, и при совершеннейших концах всех времён. Не в том дело. Благо потребительский рынок полон товаров и обилен услугами. Свобода выезда для предшествующих исторических эпох немыслимая. Информация при желании доступна любая, хотя попытки редактировать историю и изымать из неё документы, подтверждающие несимпатичные начальству ситуации, активизировались. При этом частная собственность и предпринимательство. Руководство страны говорит очень правильные слова и жёстко критикует недостатки. Предлагает стране двигаться в правильных направлениях. И чего им всем, которые в это руководство не входят, ещё хотеть?

Ну, понятно, что хочется, чтобы всё было по уму и по совести. Справедливости хочется и чтоб не воровали. Чтобы бюрократы, на которых неизбежно всё в конечном счёте замыкается, выпивали не всю кровь, а хотя бы половину. Лучше, конечно, не более трети, а в идеал, чтоб вообще кровушку не пили, но это уже чересчур. Хочется, чтобы не разбазаривали страну так быстро и так нагло. Или, если уж без этого совсем никак, то как-то поосмысленнее и потише. Не в том смысле, что население надеется, что ему от этого что-то достанется, а просто чтобы что-нибудь осталось. А как жук-типограф оставляет за собой выеденное пространство, так и отечественное начальство со своими мегапроектами. Хотя обоснования каждого очередного воровства всё лучше и ссылки на предварительные консультации с народом всё масштабней. Тот же снос московских пятиэтажек, к примеру. Который то ли за 15, то ли за 25 лет – согласно городским властям, то ли за 60 – как утверждают эксперты, не оставит в столице камня на камне.

У интеллектуальной элиты к руководству было всё больше вопросов. О немыслимых масштабах коррупции – в том числе в верхних эшелонах власти. Об уничтожении руками чиновников образования. Науки. Медицины. Культуры. Социальной инфраструктуры. Ну, и прочей армии и флота – на тот момент, когда возникла эта тема, руками министра Сердюкова и его гарема. Включая космос и оборонную промышленность. А также сельского хозяйства. На которые из профицитного российского бюджета выделялось столько, сколько из него во веки веков не выделялось ни под какие статьи. Только результата почему-то нет ни по одному направлению, кроме той же армии, когда Сердюкова там на хозяйстве сменил Шойгу. Благо внешнеполитическая ситуация с присоединением к России Крыма и вводом ВКС в Сирию от всех, причастных к этим темам, требовала конкретики. По всем же остальным направлениям можно отметить только рост русского списка «Форбс». То есть числа мультимиллионеров и миллиардеров. И параллельно – доходов членов правительства.

Последнее, скорее всего, совпадение. Или не совпадение. Кто его знает? Монетизация и коммерциализация всего, что нужно и не нужно, есть. Толку – ноль. Точнее, на бумаге толк огромный, начальству есть что рассказать. Но только на бумаге. Бумажный оборот в стране огромен, как никогда. Тем, кто ещё что-то умеет делать, делать то, что они умеют, некогда. Им нужно заполнять формуляры. Писать программы. Выпрашивать у чиновников деньги на то, на что с их, чиновников, точки зрения нужно эти деньги давать. И придумывать, как хотя бы часть этих денег пустить на дело. А не на спущенный сверху маразм. Рискуя быть обвиненными в нецелевом расходовании средств со всеми из этого вытекающими. Поскольку кто виноват в том, что в стране бардак (а на самом деле он и есть) расширяется, нормальное пространство, в котором живёшь, не боясь за то, что с тобой будет завтра, сужается, а песням сирен веришь всё меньше? Учитель, врач и инженер. Это от них все беды. Получают много, работают мало, вопросы неприятные начальству задают и вообще раздражают его всё больше. Геть их, псов!

Причём начальство не специально гробит страну. Оно старается навести порядок. Как может. И как оно этот порядок понимает. Искренне расстраивается, что не всё получается. Не та страна досталась, что ли? Оптимизирует. Сокращает. Сливает. Опять оптимизирует. А отрасли дохнут одна за другой. Как куры у того раввина из анекдота. Может, в консерватории что-то поправить, как советовал по другому поводу Жванецкий. Поскольку меняй этих всех, которые наверху, местами, не меняй. Перебрасывай их с поста на пост или не перебрасывай. Перетрахивай их, не перетрахивай, согласно Батьке с его характерным акцентом и двойным смыслом получившейся рекомендации… И ведь было уже. Читаешь Островского – который дореволюционный драматург, или Салтыкова-Щедрина, Чехова, Зощенко, Ильфа с Петровым – всё было. Запретить их, что ли? Сатира, а заодно и юмор очень вредны для чинопочитания и бесполезны для подданных, которые начинают ощущать себя гражданами. Жуткая ересь из них произрастает. Мысли нелояльные и дерзкие. А на дворе выборы и в стране не монархия.

Получается сплошной Крылов. «Квартет». А вы, друзья, как ни садитесь… Непорядок. И он на самом деле вокруг – только оглянись. Есть много стран, где хуже, но это не утешает. В Африке или на Индостане жить не очень хочется. Лучше как в Канаде или Новой Зеландии. А тут что ни придумываешь, всё не то. Оптимизировали систему природопользования. Лесам хана. Торфяные пожары. Чиновники бьют в заповедниках краснокнижную дичь с вертолётов. Рыба всё равно идёт в Японию. Бросаешь клич: все на нанотехнологии. Возникает монстр, от которого нанотехнологий как от козла молока. И даже то, что есть, перестаёт работать. Хотя уже и в Албании, и в Казахстане нанотехнологиями занимаются вовсю. Не говоря об Израиле и США. Строишь дорогостоящие трубопроводы в Европу и Китай. Пока построены – там Катар со сжиженным газом. Мучаешься с системой ГЛОНАСС. ДжиПиЭс работает хорошо, а ГЛОНАСС от случая к случаю. Даже собственной авиации и армии навязать её можно только через «не хочу» – исключительно из соображений безопасности.

Спутники падают, потому что ракеты-носители советского производства кончились. А в новых контрафактные китайские микросхемы и припой не тот. Сажай ответственных лиц, не сажай… Вводишь ЕГЭ. Упрощаешь правописание. Хочешь, чтобы кофе среднего рода не считалось ошибкой. Сочинения отменяешь. После чего школы загибаются и университеты вслед за ними. Как там у Черномырдина? Хотели как лучше. Получилось как всегда. Хотя понятно, что, занимая в центре города такие места, которые можно выгодно застроить, они страшно раздражают местное начальство. Эту землю можно использовать с точки зрения быстрого заработка куда выгоднее. Построенное на их месте продать. Деньги к деньгам. А в провинции всё это держать тем более невыгодно. Как и роддома – их тоже сокращают. И невыгодно платить донорам за сдачу крови. На чём можно сэкономить немало денег. Это и есть экономика, как говорил автору в середине 90-х финансовый помощник Ясира Арафата под Иерихоном, когда местные торговцы складывали в его микроавтобус сумки с кэшем.

И даже не скажешь, что у власти не те люди, которых туда вынесло в 90-е. Они самые и есть. И денег у них – куры не клюют. Благо с ценами на нефть и газ фартило и фартит. Когда они их скирдовали под крошечный процент в западных банках, их критиковали за развал инфраструктуры страны. Теперь они эту инфраструктуру перекраивают, а её как не было, так и нет. Но денег тоже может не остаться. Они уходят на отечественные гигантские стройки, игрушки руководства. Олимпиада в Сочи. Саммит АТЭС. ВСТО. Северный поток. Южный. Чемпионат мира по футболу со всеми построенными к нему за безумные деньги стадионами. При том, что во что, во что, но в футбол отечественными силами не выиграть ни при каком раскладе, невзирая на то, сколько получают футболисты. Точнее, может, они бы выигрывали, если бы им платили по результатам, но этого делать никто не будет. Чёрные дыры экономики. Вроде древнеегипетских пирамид. От которых тем, кто с ними связан, хорошо. Некоторым даже очень. Но основной массе окружающего населения, что они есть, что их нет…

То есть руководство свято блюдёт четыре основных принципа поведения интеллигенции, дорвавшейся до власти, – не только питерской. Любой. Враньё. Воровство. Болтовня. Точное соблюдение демократической процедуры. Как злые языки и характеризовали работу мэрии Северной столицы во времена, когда её возглавлял профессор. Трибун перестройки и внешне – аристократ. Сотрудники которого есть сегодняшняя власть в общенациональных масштабах. Они хотят как лучше. Управляют, как умеют. И раздражаются, выслушивая просьбы снизу. О том, чтоб было меньше зверств с животными. Чтобы подумали чуть-чуть о детях-сиротах. Не приговаривали к смерти сирот-инвалидов, запрещая их усыновление в не слишком любимые начальством США на пороге спасения. Чтоб не рушили то, что можно спасти и сохранить. В образовании. Культуре. Медицине. И так далее. Причём, если удаётся добраться с этим до Главного и если это не противоречит его внутренним установкам – как с сиротами, он делает, что нужно, и сохраняет или исправляет – как может. Вопрос, достаточно ли этого.

Интеллектуальная элита страны не молчит – спрашивает. Просит. Напоминает. Зудит над ухом. Шевчук, Макаревич, Рошаль, Жванецкий, Хакамада. Ответов они не получают. Либо получают уклончивые. Последнее время отвечать стали политологи. Точнее, плохие артисты или писатели-мистики, подавшиеся в политологию. Первые пучат близорукие глаза и ревут благим матом. Вторые занимаются вдохновенным волхвованием. Всё напоказ, в телевизорах. И ведь призывать голосовать даже за самые вурдалачные решения новой административно-командной системы с очередным агрессивно-послушным большинством, которые в неё рвутся, они приспособили людей порядочных. Но получающих на свои центры и программы бюджетные деньги и оттого абсолютно зависимых. То есть та же крепостная власть, что при Сталине с его творческими союзами. Но без ГУЛАГа. По крайней мере пока. Желающих его построить и числиться там вертухаями более чем достаточно. Но пока это только выражение готовности и свидетельства преданности Первому, чтоб в случае чего назначил…

Хотя, если присмотреться… Автор волком взвыл, когда в Москве под Новый год мэрия – на тот момент новая, с назначенным президентом Медведевым на место городского головы Собяниным, с присущей киборгам из «Терминатора» энергией разрушала – и в конце концов разрушила торговые палатки. Как за пару лет до того делал с коттеджами посёлка «Речник» один из городских префектов, ещё при старой команде мэра Лужкова. Известно, куда этот путь ведёт. Ещё по раскулачиванию известно. По отмене НЭПа и частной собственности. И дорога такая ой как коротка. Хотя чёрт его знает. Может, хотя бы этот кризис системы обойдётся без революции? Так надоело… Благими намерениями вымощена дорога в ад. Хорошо известно. Но никогда никем не учитывалось и учитываться не будет. Отчего надежды автора на минимизацию властных ошибок слабы до чрезвычайности. Очень уж людям, находящимся при властных полномочиях, хочется их монетизировать. Зачем иначе они, в конце концов, к власти рвутся? Во имя пользы Отечеству и народной любви?

Пока что население идёт своей дорогой. Власть – своей. Дороги эти явно расходятся. И это не нравится ни тем, ни другой. Отчего одни уезжают, пока можно уехать и, главное, что-то перевести на зарубежные счета. Или, на худой конец, вывозят семьи – на всякий случай, пока не обломилась и такая возможность. Дают детям образование за границей – благо своё собственное, отечественное, усилиями его реформаторов-вивисекторов всё менее напоминает то, которое они помнят по собственному опыту. Техническое или гуманитарное – всё равно. Новации, вроде публичной порки президентом страны Академии наук и установления над нею внешнего финансово-имущественного контроля, в рамках разгрома системы, которая не хочет понять неизбежность замены президента, которого она выбирает, на того, которого ей упорно рекомендуют, вышеописанному чрезвычайно способствуют. Но это те, кому проще уехать, чем пойти на систему лоб в лоб. А есть и такие. Их довольно много и будет больше – благо система своими глупостями этому активно способствует – как и сто лет назад.

Её беда в том, что она сама самый главный свой враг. Назначаемые на высокие посты воры ещё могут быть не так плохи. Меншиков у Петра тоже был вором, и известность его в этом качестве его пережила. Бандиты-отморозки, главы местных ОПГ, в ней тоже присутствуют, и это много хуже. Бандит в системе власти может быть только один, если он встал во главе неё, как многократно бывало в истории. Других он не терпит. А если они в системе есть, значит, кадровая линейка ни к чёрту. Благо то, что Первый – совершенно точно никакой не бандит, в чём бы его ни обвиняли недоброжелатели и личные враги всех мастей, которых у него полно, известно хорошо. Равно как не отличается прочими демоническими чертами. Что до тех черт, которыми он отличается, то они скорее симпатичны, хотя, как и все в этом мире, идеалом он не является. Замена его на другого персонажа, скорее всего, ничего лучшего не принесёт. Хуже станет – вполне вероятно. Но вот кадры… Там, кстати, в наборе есть честные дураки. Очень вредные для дела, если они во власти или при власти. Хуже воров. И даже не все пьющие.

Для маленького Сингапура одного умного и жёсткого человека, нетерпимого к тому, на что население его страны реагирует, дистанцируясь от власти и переставая ей верить, довольно. Для огромной России – нет. Тем более что он, в отличие от Ли Куан Ю, не декларирует, что необходимо «посадить трёх лучших друзей», как только те попытаются использовать для обогащения или карьеры личные отношения. То есть не является диктатором, в чём Путина совершенно напрасно обвиняют. Россия не полицейское государство, которым является Сингапур, и не диктатура, как арабские монархии Залива. Часть её государственной элиты этого бы хотела, но это не так. То ли память о сталинской эпохе не пускает. То ли уровень образованности населения. То ли то, что в диктатурах всё скучно и бесперспективно, а как в Северной Корее не хочется жить даже тем, кто готов придушить любое количество сограждан. Но система явно в кризисе. Очень уж криво и косо она построена. И менять то, что в неё явно не годится, придётся. Иначе развалится и в очередной раз похоронит страну. Было уже – два раза.

Крым как проблема Европы

Насколько можно судить по европейской прессе, которая не устаёт писать об этом с того момента, как Крым был воссоединён с Россией, ему очень сильно не повезло. Просто всем полуостровом. Он потерял уникальную возможность евроинтеграции, которая ждёт Украину – и, скажем честно, будет её ждать до морковкина заговения. Крым подчиняется Путину, которого одни европейские и американские политики сравнивают с Гитлером, а другие со Сталиным. На его территории больше не будет работать американский Макдональдс (за что корпорацию можно только поблагодарить – дети здоровее будут). Его жители получили российское гражданство и не смогли участвовать в демократических процессах, которые начались на Украине. То есть не смогли выбирать между Порошенко, Тимошенко, Ярошем, Рабиновичем и несколькими десятками прочих кандидатов в президенты, среди которых, к сожалению, к финалу не осталось Дарта Вейдера. Кто помнит – победил в конечном итоге «шоколадный заяц» – магнат и долларовый миллиардер Пётр Порошенко. Он президентом и стал – от чего прирастил не только число врагов, но и количество денег, которыми владел. И откуда у него, честнейшего из честных, они только взялись в нищей стране?

Украинские власти сняли весельчака, назвавшегося Вейдером, с дистанции, справедливо сочтя, что им на выборах не до юмора. И не нужно весёлому компьютерщику конкурировать с олигархами, бандитами, популистами, фашистами и националистами самого крайнего толка. Идёт большая драка с большими призами. Вдруг у кого-нибудь из этих серьёзных, чисто конкретных людей да и дрогнет палец на курке. И не будет на Украине ни Вейдера, ни Скайуокера, ни мастера Йоды с большими ушами. Не до джедаев там. И так украинская демократия в её нынешнем варианте выглядит странно. А с годами стало ещё чуднее. Страна обнищала, богачи стали ещё богаче, основное население беднее, бандиты освоили силовые ведомства, а русский язык попал под повсеместный запрет – вопреки европейским законам, которые, как выяснилось, поддаются исключительно целевому прочтению: как начальство из Вашингтона и Брюсселя сочтёт, так и будут или не будут выполняться. Что, впрочем, никак не поможет ни становлению украинской государственности, ни её укреплению. Разбазарить богатую страну дотла – с этим начальство Украины и само справится. Не в первый раз.

Крым не сможет претендовать на свою долю от перманентно обещанного украинскому руководству американцами миллиарда долларов. И на европейские кредиты. Их разворуют без него. Их бы и так разворовали без участия населения и руководства полуострова, но зато им можно было бы надеяться на безвизовый режим с ЕС, исходя из принципа Остапа Бендера: «Заграница нам поможет». А теперь она им не поможет. Правда, Москва вложила и вложит в полуостров больше, чем Запад во всю Украину, и даже не в кредит, но кого в Киеве, Брюсселе или Вашингтоне порадуют русские деньги. Неправильные это, с их точки зрения, пчёлы. И они будут делать неправильный мёд. Хотя всем желающим видеть понятно, что Украина в Крым и так со времён распада СССР ни черта не вкладывала – хотя изымала всё, что могла, и даже с излишком. Словно понимала, что Крым – не Украина, не был ею отродясь и вскоре отойдёт в состав России – как это в конечном счёте и случилось. Так что чему теперь Киев удивляется и на что жалуется, непонятно совершенно. Кабы крымчане полагали, что Украина им – дом родной, так и не проголосовали бы за отделение. А если проголосовали – при чём тут Россия? Они из Украины и в США бы ушли. И в Японию. Только те им не предлагали.

В Крыму в ходе расставания с Украиной зачистили макеевских и местных бандитов – «македонцев», по крайней мере частично (кое-кто из братвы, как водится, вошёл во власть и поднялся). И они перестали отстреливать мэров в рамках передела собственности на землю. Хотя некоторые сами стали начальниками. Крымские татары получили то, чего им отродясь ни при какой украинской власти не светило: посты в местном правительстве в ассортименте, язык в качестве третьего государственного и, по результатам проведённого впервые с 1917 года курултая, много чего ещё – в рамках российского законодательства. То есть это даже страшно подумать, до какой степени им «не повезло». Хотя и бившийся за место в украинской элите (или в Раде, что то же самое) Мустафа Джемилёв и его сторонники стали символом сопротивления «русской оккупации» одновременно для Киева и Анкары. В рамках чего по результатам солидарности с турецкой политикой в украинской Раде был поднят протест против признания Украиной геноцида армян в Оттоманской Порте. И хотя крымским татарам от Сталина после войны досталось, но уж точно не в пример тому, что сотворили с армянами, понтийскими греками и ассирийцами турки в начале ХХ века. Но политика не строится на солидарности с чужим горем – по крайней мере современная украинская политика.

Что там ещё печалит прогрессивную общественность? Крымскому молодняку старшего школьного возраста не придётся участвовать в весёлой игре «хто не скаче, тот москаль», и бодрая речёвка, в стиле Гитлерюгенда, «москиляку на гиляку» на полуострове прошла, что называется, «мимо кассы». Что с точки зрения европейского политического бомонда плохо. И с точки зрения украинской, а также некоторой части отечественной культурной элиты плохо. Поскольку если толерантность, то по полной. И если ты унтерменш, так чего стесняться и почему не сказать тебе об этом в лицо. А то так и останешься под злочинной москальско-жидовской владой. Ни тебе «Правого сектора», ни других бандеровцев, ни исламистов из «Хизб-ут-Тахрир». Чёрт знает что, а не демократия. Причём трезвое осознание того, что висеть на суку не есть непременное свойство одних только «москиляк» и вздёрнуть на него можно кого угодно, включая высшее начальство, средний командный состав, а также самых активных рядовых членов всех вышеперечисленных организаций, в их рядах отсутствует как факт. Что несколько печалит. Ибо не ведают они, что творят и что с ними сотворено будет.

Судя по накалу страстей в политическом руководстве и средствах массовой информации в Европе и Соединённых Штатах, напоминающему бег дворняги по кругу с прицепленной к хвосту жестянкой, тамошний истеблишмент прецедент перехода бывшего украинским Крыма в российскую юрисдикцию задел всерьёз. Не по касательной, а в самую что ни на есть канитель. В яблочко. Хотя обруганный по этому поводу всеми последними словами Путин персонально и Россия в целом, как государство, демонстрируют по части Крыма западному сообществу на практике, как выглядит отечественный принцип «собака лает, а караван идёт». Вежливо общаясь на эту тему с интеллектуально убогими, раз уж их так шибануло, но следуя исключительно логике своих собственных национальных интересов. Как это самое западное сообщество в отношении себя, любимого, всегда и поступало. И это, очевидно, раздражает Запад в описываемой ситуации больше всего. Хотя, наверное, уход в составе Крыма в Россию военно-морской базы в Севастополе играет в раздражении государств, как-никак входящих в состав НАТО, существенную роль. Вот же, так близок был локоть, а не укусишь. И главное, сделать с этим ничего нельзя.

Как следствие, Россия в очередной раз, к немалому своему счастью, потеряла шанс на евроинтеграцию. Без преувеличения можно сказать: осталась на обочине Западной Европы. Не вошла в сообщество, которое её пытается заключить в объятия который век – хотя и без малейшей благодарности с её стороны. Варварская страна, чего от неё ждать? То поляки ей в Кремле не нравятся. То шведы под Полтавой. То французы – в том же Кремле. То англо-франко-турецкие войска в Причерноморье – в Крымскую кампанию или в качестве Антанты шестьдесят лет спустя, не суть. То немцы – кайзеровская армия и вермахт, последовательно, в Первую и Вторую мировую войну. Не страна, а могила евроинтеграционных проектов. Что с ней ни делай, не переваривается, и точка. Хотя была же Австро-Венгрия. Чехословакия. И Югославия. Да и Оттоманская Порта, в состав которой входили многие страны современной Восточной Европы. И чем им в Евросоюзе плохо? Компактные, удобные для управления ими государства. Германия главная, Франция как бы наравне с ней, Великобританию, как всегда, то или это не устраивает, но она – хоть с Брекзитом, хоть нет – важный игрок. Все прочие на подхвате. И только русские кочевряжатся.

И главное, Россия с удивительным упорством, хоть в царские времена, хоть в советские, хоть в постсоветские, две с половиной сотни лет подряд присоединяет и присоединяет к себе Крым. Причём в последний раз обошлось без единого выстрела. В чём Путин и Шойгу всех своих предшественников явно превзошли, к особому огорчению, как бы сказать вежливо… официального украинского руководства. Поскольку если б то была классическая военная операция – ладно. Захват полуострова танковыми колоннами, разрывающими под телекамеры на части истекающую кровью Украину. Воздушный десант – тысячи парашютов и авиационные армады, рассекающие мирное украинское небо. Вспененное море, десятки и сотни боевых кораблей под Андреевским флагом… Кровь, многочисленные жертвы, в том числе среди гражданского населения, всеобщее возмущение в ООН и мировых столицах, обращение к мировому сообществу демократически избранного украинского правительства за помощью… И понятное дело – легитимный повод вмешаться и покарать агрессора, коль скоро он сам напрашивается. Не то чтобы его непременно использовали – но повод был бы.

А так, как всё с Крымом случилось, повода никакого. Сам агрессором будешь, сам же и будешь виноват во всех последствиях. Никакого удовольствия. Причём зависть берёт. Никто не ожидал – и тут Крым уже часть России. Без стрельбы. При глубоком удовлетворении его населения и подавляющей части военных подразделений Украины, вошедших в состав армии и флота Российской Федерации, что для Киева позор, а для всего прочего мира вообще курам на смех. Причём стрельба на Украине идёт вовсю, но без всякого участия России. Хватает там вооружённых людей, которые палят друг по другу из ведомственных или личных соображений. Вроде истории про «Сокол» и Сашко Билого. Что, несомненно, даёт «мировому сообществу» все основания быть спокойным за будущее этой на глазах разваливающейся на части страны и её несостоявшейся государственности. В рамках старой доброй украинской традиции по проведению гражданской войны, которая эту страну раскалывает до атомарного уровня, когда все воюют против всех. Периодически отвлекаясь на очередной погром и резню подвернувшегося под руку национального меньшинства – хотя на нынешней Украине этих самых меньшинств почти уже и не осталось.

Евреи для погромов традиционно годились лучше всех, но их осталось очень уж мало. Опять-таки, еврейское Государство Израиль не очень благосклонно смотрит на развлечения такого рода. Страна брутальная, вооружённая до зубов, с большим опытом ликвидации кого надо за пределами собственных границ и крепкой исторической памятью насчёт погромов на Украине. Не стоит напарываться. Да и поляков – для Украины и её националистов вторых, после евреев, традиционных получателей бонусов от возрождения местного патриотического духа – почти не осталось. Били их в своё время, били. И почти всех добили. А кого не добили – у тех есть Польша. Под боком у Украины, и даже член ЕС. С признанием Волынской резни геноцидом. Остались в стране кой-какие венгры. Румыны. Чехи. И болгары. Но им там вовсю раздают паспорта соответствующих стран – членов ЕС. Что несколько противоречит оптимизму официального Брюсселя. Хотя когда евробюрократов интересовала реальная ситуация? И тем более реальные люди? Для них газ у России украинская власть больше не покупает – замечательно. Реформу ЖКХ провела, ограбив население вконец, – хорошо. Можно экспериментировать дальше.

То, что не на кошках же экспериментируют – живые люди, так что с того, что люди? Они у себя в Берлине, Лондоне, Париже и Брюсселе, не говоря уже о Вашингтоне, живут в своём мире. Там главная проблема – присоединение к России Крыма. Не потому, что кто-то из них интересуется Крымом, Украиной и тем более Россией. А потому, что европейский проект, похоже, трещит по швам. Кому в ЕС нужна ещё одна демонстрация того, что король голый? Шотландия и Каталония, регион Венето и Фландрия, Земля Басков и Сардиния к России не присоединятся. И к Швейцарии тоже. Не говоря уже о Великобритании, которая за выход из Евросоюза проголосовала, чего от неё никто не ждал, и что с этим делать, теперь никто не знает. Опасен прецедент. Поскольку переворот в Киеве, в рамках которого было свергнуто коррумпированное до предела правительство Януковича, с точки зрения организации этого процесса прошёл на «ура». Свергли так уж свергли. Но, как выяснилось, дьявол всё-таки в деталях. Вроде цены за газ, традиционной связи экономики Украины с Россией при полной её ненужности Европе и прочих «мелочей».

С одной стороны, смотреть на всё, что происходит на территории разорённой, но наконец-то окончательно незалежной в её собственном понимании Украины, – животики надорвёшь. Особенно если глядеть на её политиков. Злые, глупые, но всё-таки клоуны. Даже если денег у них как грязи и стволов достаточно для организации на этой самой Украине большой стрельбы. Но это только с одной стороны. Украинской. А на взгляд на Украину с Запада? Полагаться там абсолютно не на кого. Перспективы неясны. Кормить – в разгар мирового экономического кризиса и при миллионах мигрантов и беженцев из Африки и с Ближнего Востока, осаждающих границы Европы и разбредшихся по всем её уголкам? Чем? И как? Страна-то в 40 с лишним миллионов человек. Её не прокормишь. Да и Российская армия, если ей это зачем-то будет очень нужно, возьмёт Украину под контроль за пару недель – по мнению самого руководства НАТО. И НАТО ей по этому поводу ничего не сделает. И делать не будет. То есть лежало всё это лихо тихо и спало. Просили не будить. Тот же Путин, кстати, просил. Разбудили. Дальше что?! И вот это уже трагедия. Точнее, трагикомедия. Америке тут лучше всех – она далеко. А Европе-то зачем такое шоу было? Вопрос вопросов. Только ответа на него нет…

Так что дело ясное, что дело тёмное. И Крым – для Евросоюза печалька маленькая. Есть и побольше – те же беженцы и та же Украина, висящая у Европы на боку, как та расписная торба, с которой возились-возились… Ну, не будем лишний раз называть европейских лидеров дураками в соответствии со старой пословицей. Их и так всё чаще ими называют. И местное население, раздражённое «новыми европейцами» из Сирии, Ливии, Ирака и Афганистана до крайности. И сами мигранты, которые в гробу видели европейские законы и прибыли Европу осваивать – в понятном им стиле. И турецкое руководство, гипнотизирующее немецкого канцлера, как кобра воробья, требующее от ЕС того, и этого, и безвизового режима для турок по потребности. И европейские бизнесмены, не понимающие, какую, собственно, угрозу для них представляет Россия с её громадным рынком, и подозревающие, что следующей угрозой в соответствии с американской внешней политикой будет назван Китай – и тогда экономике Европы будет совсем грустно. А ведь и на самом деле такое может быть, как было с Ираном…

При всём том разном, что происходит и будет происходить с Крымом, его населению повезло. Его не будут бомбить и обстреливать, как население Донбасса, – и это главное. Да, оно попало в состав другой страны, чем та, которой был СССР. Со своей бюрократией и своей коррупцией, запредельной, если забыть об альтернативе, которой для Крыма была Украина. С криминалом во власти и сословным обществом – не самым успешным, с точки зрения автора. С имперскими традициями во всём их сложном переплетении хорошего с плохим и достойного с безобразным. Ну что поделать, жизнь такая. Но Керченский мост к Крыму будет построен. Федеральные бюджетные транши он получал и получать будет в свой срок – в отличие от большинства остальных регионов. И хотя многие в российской элите, в том числе придворной (при условности империи как отечественной системы правления), воспринимают Крым как объект для личной карьеры и личного обогащения, для многих он – символ возрождения страны. Что само по себе есть резерв огромной мощи, что бы по этому поводу ни думали в Европе или в Соединённых Штатах…

Куда податься бедному еврею?

С годами остаётся всё меньше надежд на то, что где-то есть такое место, где всё устроено как надо. Правильно устроено. И каждый получает то, что заслужил. На самом деле в итоге каждый получает именно то, что заслужил, чего внутренне хотел, ради чего готов был рискнуть и с чем согласиться. Хотя мало у кого хватает храбрости признаться в этом самому себе и тем более окружающим. Даже в советское время, когда огромная масса народа стонала насчёт зажима сверху и справедливо полагала, что наверху – в партийном и государственном аппарате – количество нравственных уродов и конченых циников сильно превышает общее процентное содержание этого добра в братских народах СССР. Многие из-за этого сильно пили, однако из-под пресса можно было выскользнуть. Причём при всех правителях. И речь тут не об эмиграции, хотя для многих и это было выходом – как минимум до той поры, пока не оказывалось, что там, откуда ехал, было тесно, душно и тошно, а там, куда в конечном счёте приехал, ты и твои заморочки никому не нужны. Причём если ты в личном качестве ещё можешь пригодиться – дороги мостить, занавес в театре отдёргивать, таксистом или в баре вышибалой, то заморочки можно отложить в нафталин. И не до наступления правильной погоды, которая никогда не наступит, а навсегда. Набоков оказался большим исключением.

Ну, разумеется, при Сталине было хуже, чем при тех, кто был позднее. Щёлок, куда можно забиться, поменьше, груз над головой побольше. И давило в пыль. Лагерную. В кровавую юшку и костную муку. Параллельно шла индустриализация, выигрывалась непомерной ценой война с Третьим рейхом, недоуничтоженная и показательно обласканная, кто остался в строю, Академия наук в дикой запарке выдавала на-гора одно открытие за другим, атомный проект закладывал основы всего ядерного и космического… Время было такое. Хотя вообще-то система отношений власти и народа какой была, такой осталась. С царских времён до сегодняшнего дня. От Российской империи, построенной методом ломки через колено на большой крови Петром Алексеевичем, через империю Советскую Иосифа Виссарионовича, до империи третьей – нынешней. Создателем которой является Владимир Владимирович. С короткими периодами бардака в 20-е и 90-е, когда начальство стирало ластиком подчистую верхние эшелоны старых элит, заменяя их собой. Народ имел при этом редкие возможности стремительного карьерного роста, массового подыхания с голоду или грабежа награбленного. Инженерам и учёным было тогда очень плохо, а гуманитариям-мечтателям хорошо. Не в смысле куска хлеба, а в смысле свободы творчества.

Однако, несмотря на советскую командно-административную систему, страна породила не только многочисленных диссидентов, самым известным из которых был академик Сахаров, но и многое множество ярких личностей, умудрявшихся быть нормальными людьми в самых ненормальных условиях. При том, что немалая часть из них эту систему пережила и кое-кто здравствует по сей день. По крайней мере Жванецкий, Городницкий, Данелия и Макаревич относятся именно к этой категории. Ну, понятно, что кому-то из них под девяносто или за семьдесят, а которые из самых молодых, тем около шестидесяти. И нынешней, второй по счёту за сто лет, административно-командной системе давить их просто не с руки. Некогда. Она деньги зарабатывает, продолжая распил и передел нефтегазовых доходов, расхватывание остатков советского имущества и отбор у частного бизнеса, который не обзавёлся нужными связями, всего того, что он успел наработать, пока система после распада СССР лежала в полупараличе. Однако они есть – хотя никому не известно, надолго ли это. Поскольку со дна общественной кастрюли всплыла малообразованная, но активная накипь, мечтающая о возрождении идеологии во главе с собой, и на культуру поставлены персонажи из паноптикума, которых нормальные и независимые от их влияния страшно раздражают.

Причём взаимное недоброжелательство тут неизбежно, с той характерной особенностью, что цензоры и ревнители морали при деньгах и инструментах давления, а их оппоненты при моральном авторитете и таланте. Каковые в этом преферансе козырями не являются, а скорее являются тянущими на дно свинцовыми грузилами. Поскольку не способствуют ни карьере, ни процветанию, ни приближению к власти – держателю и подателю материальных благ. Умному и порядочному человеку вообще свойственен повышенный скептицизм по поводу властей предержащих. Марк Твен это, Мартин Лютер Кинг, академик Лихачёв или Дмитрий Быков, совершенно неважно. К власти рвутся, её достигают и ею пользуются, как правило, те, кого к ней подпускать нельзя на пушечный выстрел. Число криминальных связей в верхах запредельно. И совершенно неважно, идёт ли речь о бостонских или чикагских бутлегерах, казанских гопниках или питерских рэкетирах. Ну и обычное: коррупция, кумовство, развал всего, что не приносит личного персонального дохода министрам, мэрам, губернаторам и их ближайшему окружению, враньё, ханжество и прочие столь же приятные особенности. Не то чтобы это было везде, всегда и не существовало исключений из этого правила. Бывают и они. Причём самые разные.

То случайно наверх всплывёт кто-то не только умный, но и честный. Бывает. То у первого лица какие-то сантименты по чьему-то адресу. И в отношении всего того, чем этот кто-то, возможно даже и не один, занят, действуют другие правила игры. Но в целом… И ведь что не так существенно для конкретно прессуемого индивидуума, но важно для общего понимания, не конкретный президент, премьер, генералиссимус, диктатор или лидер революции плох. Хотя и это бывает. Закон такой. Флотации дерьма. Которое неизменно всплывает, плавает по самому верху и топит всё, что им не является. Не выживают в стандартной политической системе принципиальные, ответственные, профессиональные и порядочные. Нет у них там ни одного шанса. Поскольку, если кролик соревнуется с голодной крысой, уже ясно, кто кем пообедает. А если с серым волком? Ты ему об историческом наследии и пользе образования, сохранении всего, что построено и создано, умеренности верхов и ответственности их перед народом, а он голодный. И его задача – не медицина, образование, промышленность, наука, сельское хозяйство и культура, а чтоб ему на всё хватило. Ну и, конечно, если что останется, чтобы хватило окружению. Прихлебаям и шестёркам, лакеям и холопам. А также электорату. Его личному. Но это уже по мелочи, из обрезков и огрызков.

Но это – только задача номер один. А есть ещё – номер два и номер три. Вторая, чтоб не скинули. Отчего в большинстве стран, в том числе и в самых, что ни на есть, демократических, верховные держатся за власть мёртвой хваткой. При том, что демократия – слово модное, её все строят и перестраивают, за исключением некоторого небольшого количества авторитарных режимов Персидского залива. А у всех прочих диктаторов – в Африке и Азии, на просторах бывшего СССР и в Латинской Америке – она есть. Парламенты, политические партии (не везде, но в подавляющем большинстве стран), избирательный процесс… Вот как раз, когда автор пишет эти строки, избирательный процесс идёт в большой по площади и запасам природного газа, но не слишком заметной со всех остальных точек зрения стране – Туркменистане. Где народ в очередной раз избирает своего Аркадага-Защитника. Не дай Б-г никому демократии такого типа. Но ведь избирают. Попробуй его не избрать! Не случайно политзаключённые там не просто сидят, вне зависимости от того, с какими паспортами, местными, российскими или какими-то ещё. Но главное требование к властям правозащитников, чтоб те показали их живыми. И международные правозащитные кампании так и называются. Да и у соседей этой газовой империи дела с вольностями не намного лучше.

Понять можно. Сегодня ты Аркадаг. Или президент Турции, который ещё вчера был всего лишь премьер-министром, которого ограничивали и парламент, и армия, и конституция была не его – против исламистов, а теперь он царь горы. Оппозицию задавил, партнёров объявил врагами нации, армию репрессирует без какого-либо внятного с её стороны сопротивления и в чрезвычайно стеснённых обстоятельствах, сохраняя гордый и непреклонный вид, успевает «переобуться» на ходу, меняя риторику в отношении соседей, как примадонна грим. Да ладно Восток. А вот вам цивилизованная Европа и оплот её мощи – экономической и прочей: ФРГ. То есть тот Четвёртый рейх, которым эта страна при канцлере Меркель стала. Демократия? А как же. И вот в рамках этой самой демократии попробуйте эту даму, малоприятную во всех отношениях, сдвинуть с поста. Ага. Два раза – туда и обратно. Как сидела, так и сидит. Всё, что могла, провалила. Ввязалась в новую «холодную войну» – зачем, никто не объяснит. Из-за Обамы, что ли? Так уже нет его, а Меркель всё ещё играет в поддержку украинского режима, который не без оснований в Москве полагают фашистско-бандеровским. Держится за режим санкций, как утопающий за соломинку. Превратила Германию в проходной двор для всех, кто жаждет её пособий, не собираясь ни работать, ни ассимилироваться, – и ничего.

То есть Европа, европейские ценности и знаменитый немецкий орднунг ничего не значат, если речь идёт о власти. В том числе в рамках самой что ни на есть демократической… Но не будем повторяться. Тут главное, чтобы пресса была под контролем. И электронные СМИ. Чтобы полиция была готова задерживать неполиткорректных протестующих против засилья не пойми кого, а не тех, кого в страну пустила г-жа канцлер, вне зависимости от того, что они творят – в том числе с коренными жителями. Насилуют, грабят, убивают – ладно. Главное, чтобы всё это запредельное безобразие никто не тормозил. И для политического Берлина что самое опасное – согласно официальным декларациям? Чтобы никто мигрантов не остановил и не попытался развернуть их волну вспять. Ни Греция. Ни Венгрия. Ни Италия. Ни прочие, не понимающие своего счастья европейцы. Ну, сносит их страны волна мигрантов, и снесёт, как цунами карточный домик. Так ведь ценности-то останутся! И канцлер Меркель останется – её, судя по всему, никто не выбьет с прочно занимаемого ею места. И тут один вопрос: она его будет занимать, пока не обрушит Европу, и в первую очередь Германию, окончательно, или после неё что-то на месте бывшего Евросоюза ещё останется? Не случайно английский корабль отваливает из общеевропейского порта, как корабль из тонущего Порт-Ройяла…

То есть живёшь ли ты в третьем мире или в мире цивилизованном и демократическом – всё неладно под звёздами. Причём вопрос «кому отдать власть» – в системах авторитарных стоит во весь рост. Детям? А как они её удержат? Соправителю помоложе – и править рядом с ним? А если он не справится? Соправитель нужен слабый и зависимый, чтоб по-настоящему к власти не стремился, а стремился только к статусу. А ты стареешь, и физиология берёт своё. Нет вечных правителей. И вечной жизни не бывает. Отчего правитель раздражается и сносит много чего из того, что сам же и построил – в молодости. Не случайно деятельный и умный Иван Грозный к концу жизни превратился в жуткого диктатора и самодура и довёл страну до Смутного времени. Да и Пётр… Случайно, что ли, все книги и фильмы – про юность Петра. На худой конец, про молодость. А про его старость? Когда выродилась его бюрократическая камарилья? Как она грызлась над его телом! Как топили друг друга в придворных интригах приближённые! Как до конца столетия гвардейцы ставили, свергали и убивали монархов! Из пытавшихся последними были декабристы, и после них до самой Октябрьской революции власть передавалась с приличествующей европейской державе последовательностью. Хотя на Николае Втором эта система сломалась. Роль личности в истории…

От осознания всего этого думающий и честный человек грустнеет и уходит. В диссиденты. В запой. В эмиграцию. В частную жизнь и в свой внутренний мир. И иногда испытывает там творческий подъём. Или не испытывает. Часто, уезжая, меняет шило на мыло. Но ещё чаще этого не ощущает. Так как вокруг всё новое, социальный статус на порядок ниже, чем был, и тех, кто его раньше раздражал, он на своём уровне просто не встречает. Опять-таки, ему там не до рефлексий. Нужно кормить семью и поднимать детей. То есть тратить время и силы на выживание. Картина грустная, но привычная. При этом лучше ли американское, европейское, израильское или какое угодно другое начальство отечественного? Да нет. Как правило, оно, особенно европейское, выглядит даже бледнее. Просто они другие. А поскольку человек, как правило, попадает на новое место жительства во взрослом состоянии, сил на то, чтобы понять, чем ещё и эти, которые там правят, плохи, у него нет. Хватило и предшествующих, там, откуда он уехал – если уехал. Вот, помнится, говорила в молодости матушка автора, человек интеллигентный, воспитанный и из семьи со славным дореволюционным прошлым, не говоря уже о временах послереволюционных, насчёт советского начальства: «Как же им не стыдно!» И в Израиле в 90-е продолжала говорить ту же фразу. А что толку?

В конечном счёте всё вышеописанное, при накоплении соответствующего исторического опыта, и создало критическую массу еврейских анекдотов насчёт «другого глобуса», а также грустных майс, типа той, которую автор поставил в заголовок. Евреям просто повезло (или не повезло, поскольку трудно назвать везением бегство от войн, погромов и преследований) поездить по миру чуть больше и чуть дольше прочих. Многие мудрости дают многие печали. Еврейский юмор именно оттого с такой горчинкой. Так смешно, что плакать хочется. Евреям на собственном горбу пришлось убедиться: везде в этом мире всё устроено более или менее одинаково. С той только разницей, что одни страны поднимаются, другие загнивают, а третьи рушатся или вот-вот обрушатся. И тут ничего нельзя сделать. Можно только постараться убрать друзей и близких подальше от приближающегося катаклизма, чтобы не завалило. Но исправить? Пока нигде не получилось. То есть понятно, что мир лучше, чем война, эволюция лучше, чем революция, и построить новое справедливое общество не получалось ни у кого и, скорее всего, не получится. По крайней мере, на отечественных просторах полным ходом на всех парах идёт движение в сторону общества даже не классового, но сословного. Причём в числе составляющих его сословий немалую роль играет религиозный истеблишмент.

Формально Россия – страна светская. И в Конституции её пока это записано. Нет в стране ни государственной религии, ни формализованного ограничения прав и свобод. Пока нет. Но кто сказал, что Конституция эта навечно? Она не догма. И на неё никто не молится, как в тех же стократ обруганных отечественными политиками и СМИ Соединённых Штатах. Захочет начальство её поменять – примут какую угодно. Поскольку никакой системы противовесов в отечественной политической жизни нет, не говоря уже о сдержках. Что, вообще-то говоря, не радует и радовать не может. А что делать? Ни революции, ни религиозные эксперименты локального или всемирного масштаба, ни попытки что-то сделать с частной собственностью, например ограничить или отменить её совсем, на протяжении нескольких тысячелетий не привели ни к чему хорошему. Собственно, именно поэтому евреи и пришли к философской формуле насчёт того, что закон страны – это закон, и его нужно исполнять, каким бы он ни был. До той, разумеется, поры, пока он не наступает тебе на глотку. И в этом плане еврейский опыт говорит: неважно, какой вокруг строй. Какой есть, такой есть. Хоть рабовладельческая античность, хоть феодализм. Хоть социализм с капитализмом. Важно, убивают евреев или нет за то, что они евреи. Так как возможность такая существует всегда и везде. Прочее вторично.