Сердечные истории

– Да, год назад, пока ремонт, пока мебель, вот перед Новым годом и переехал, – бубнил Влад, пережевывая пирожок с картошкой. – Баб Нюр, пирожок – слов нет. Вы кулинар прям знатный.

– Ох, это я по молодости кулинарила, а сейчас так, – отмахнулась она. – Ну и кушай на здоровье и блинчики, блинчики бери – фаршированные вот и простые. А ты откуда приехал-то?

– Москвич. Родители у меня в Измайлово живут, да дом свой в Черноголовке, – пояснил он.

– А как же тебя к нам в глухомань Лосиного острова занесло? – удивилась старушка.

– Да, – отмахнулся Влад.

– Девушка? – улыбнулась баб Нюра.

– Ага, все мозги выклевала: хочу замуж, жить по соседству с родителями, – усмехнулся он.

– И? – торопила она.

– Вот и купил тут квартиру, затеял ремонт уже, и выяснилось, что, помимо меня, у девушки есть еще и муж, а от меня деньги нужны были. Идиот! Но ничего, отсюда до офиса близко и воздух, ммм, – засмеялся Влад.

– Ох, бестия какая бесстыжая, – сокрушалась старушка.

– Есть такое, – взял блинчик Влад. – Вот и верь после этого женщинам.

– Женщины разные бывают, мы вот с мужем душа в душу шестьдесят лет прожили, пока он не прибрался, с восемнадцати лет, как встретились, влюбились и прожили всю жизнь.

Влад с грустью вздохнул.

– Молодой ты еще, молодо-зелено, как говорится. Скоко тебе?

– Тридцать четыре, – улыбнулся Влад.

– А я думала, моложе.

– Проспиртовался, – засмеялся он.

Баб Нюра тоже засмеялась.

– Ржет тут сидит, – послышался Нинин голос из окна. – Чего ты тут забыл, мажор поганый?!

Влад открыл рот от изумления.

– Ох, Нина, да что ж ты злая-то такая?! – высунулась старушка в окошко. – Владик – хороший мальчик.

– Мальчик! – вскрикнула Нина. – Да этот поганец курит мне в окно постоянно.

– Уж два дня как не курю тут вообще, – с недоумением оправдался Влад.

– Нина, ну нельзя ж так, – вступилась баб Нюра за парня.

– О, старуха совсем с ума сбрендила, – крикнула она матери, – за этого папенькиного сынка заступается.

– Нина, – взмолилась старушка.

Пока Нина обзывала его, Влад пропустил мимо ушей, но оскорбление баб Нюры он простить не мог. Встал, подошел к окну и посмотрел в глаза Нине, которая мгновенно поджала хвост.

– Еще раз ты оскорбишь баб Нюру, и я сделаю все, чтобы до конца своих дней ты горбатилась на минимальную зарплату, ясно?

– Ты еще за эту голодранку вирусную из однушки заступись, – кинула Нина и поскорее закрыла окно.

– Еще раз, я предупредил, – грозно выдал Влад и вернулся на табуретку, правда, настроение испарилось.

– Внучек, да не обращай ты внимания на нее, – улыбнулась баб Нюра, – одинокая женщина, муж к ее лучшей подруге ушел.

– Почему я не удивлен? – помотал он головой и вздохнул.

– Несчастливая она, вот и злая. А женщине в ее возрасте одной без мужчины тяжко, да еще и с ребенком, – пожала старушка плечами.

Влад не выдержал и рассмеялся, таких откровений Степанны он не ожидал, но настроение тут же улучшилось. Поболтав еще полчаса, Влад пошел домой.

– Извините, – окликнул его тихий хриплый голос в подъезде.

Влад резко обернулся, в дверях однушки стояла худенькая высокая девушка с копной рыжих волос, собранных в пучок, с огромными, немного мутными от болезни глазами и в маске.

– Извините, я вчера грубо высказалась. Спасибо вам большое за лекарства и курицу, мне легче стало. Дайте мне номер вашего телефона, – сконфузилась она.

– Что? – расхорохорился Влад от своих мыслей, ему было приятно, что он понравился девушке.

– Номер телефона ваш можно, деньги перевести? – совсем смутилась девушка и покраснела.

– Аааа, – протянул он разочарованно, – Влад, – представился он.

– Катя, – улыбнулась девушка в ответ, от чего все ее лицо озарилось невообразимым обаянием, правда, руку не пожала.

– Я и не знал, что тут кто-то живет, – выдал Влад вместо телефона. – Хотите кофе? У меня из Колумбии, – выпалил он, глядя в серо-зеленые глаза девушки.

– Да нет, что вы? – залилась она краской окончательно. – Я и так столько хлопот вам доставила, неудобно уже.

Влад стоял и хлопал глазами, как пацан, не зная, что сказать.

– Мммм, – промычал он, – а еще у меня мед есть из Карелии с пасеки, вам сейчас хорошо бы, и чай травяной, – мысленно перебирал он всю квартиру, лишь бы девушка не ушла.

Но та отвернулась и зашлась приступом кашля.

– Извините, – буркнула она и поспешно скрылась за дверью.

* * *

На следующий день после обеда Влад вышел покурить, по традиции пообщался с баб Нюрой, а у двери снова встретился в Катей, когда та выходила из квартиры.

– Ты куда? – без предисловий начал он.

– На КТ, из поликлиники звонили, – встала она с перепуганным взглядом. – Я деньги должна вам, простите, закашлялась.

– Да ладно тебе, там сумма копеечная, – отмахнулся Влад.

– Нет-нет, я не люблю быть должной.

– Тогда с тебя чай, – улыбнулся Влад, – подожди.

Он заскочил домой, быстро накинул куртку и взял ключи от машины.

– Давай отвезу, на ногах еле стоишь, – выскочил он обратно.

– Нет, вы что, – замахала Катя руками, – не нужно.

– Хорошо, доведу пешком, – подставил он Кате руку.

– Да нет, – на пошатывающихся ногах Катя пошла вниз по лестнице.

– Ладно, пойду рядом, – выдохнул Влад.

– Вы что, заразиться не боитесь? – обернулась Катя на догнавшего ее Влада.

– Я маску надел, все норм, – улыбнулся он, правда, под маской было не видно. – Давно тут живешь? – поинтересовался Влад у девушки.

– Пять лет уже, – слабо ответила она.

– Ого! А занимаешься чем?

– Журналист, копирайтер – пишу тексты на заказ. А вы?

– Может, на «ты», соседи все-таки, – предложил Влад.

– Ну давайте, давай, – засмущалась Катя.

– А я занимаюсь кибербезопасностью, – с гордостью выдал Влад. Он всегда гордился своей работой и компанией, за двенадцать лет существования которая стала одной из ведущих, не большой, но все же.

Катя опустила глаза:

– Совсем не понимаю в этом.

– А я в текстах, – засмеялся Влад и помог Кате открыть дверь в поликлинику, благо она была буквально через дорогу.

Влад подождал Катю и повел обратно домой. Она так устала, что едва передвигала ноги и уж точно была не в силах разговаривать.

– Я принесу тебе сейчас чай и мед, – оставил он Катю у дверей. – Отказы не принимаются.

Катя лишь благодарно кивнула головой и закрыла за собой дверь.

* * *

– И вот три дня мы с ней чай пьем через окно, – засмеялся Влад, рассказывая о своем знакомстве с Катей Степанне. – Вот и скачу с табуреткой под окнами, за завтраком у вас, после обеда с той стороны дома. Как кот мартовский, – заливался он смехом, завтракая у баб Нюры.

– Чудесный ты парень, милок, – улыбнулась старушка, для нее болтовня с Владом стала каждодневным приятным ритуалом. – А глазки-то горят.

Влад отмахнулся от мыслей:

– С ней интересно общаться. Она не падает в обморок от Гегеля, цитирует Мандельштама и Бродского и без закатывания глаз обсуждает творчество Марка Шагала, – восхищенно выдал Влад. – Правда, самостоятельная, сил нет.

– Ну, а как ты хотел, ей от бывшего досталось – будь здоров.

При упоминании мужчины в жизни Кати Влада передернуло, Степанна лишь усмехнулась, отметив это. Но он молчал и вопросов не задавал.

– Неужто тебе не интересно? – поинтересовалась старушка.

– Да мне-то что? Это ее жизнь, я тут каким боком? – перестал он даже улыбаться и скрестил руки на груди.

– Притом что она тебе нравится, а мужчины редко задумываются о последствиях своих поступков, поматросил и бросил, а девочка страдает, – строго сказала Степанна.

– Никого я не бросал, – взъелся Влад, – да и с ней ничего крутить не собираюсь, – надулся он, как мышь на крупу.

Степанна немного помолчала:

– Я не говорю, что и ты так с ней поступишь, просто напористый ты, она уже боится таких, дай ей время.

– Ладно, рассказывайте, – сунул Влад пирожок в рот, сгорая от нетерпения.

Баб Нюра рассмеялась.

– Катя, еще пока училась, стала встречаться с парнем, успешный тоже, голову-то ей и вскружил, снял ей квартиру, чтобы с ней не в общежитии видеться, правда, платила за нее Катя, подрабатывала, он ей зубы заговаривал, а сам даже цветочка ни разу не принес. А когда она ему сказала, что ребеночек-то у них будет, он и выдал, что женат, а она ему и не нужна.

Влада перекосило.

– От ребенка заставил избавиться, бросил ее, студентку, без копейки денег. А у нее осложнения начались по-женски, в общагу обратно не взяли, мест, мол, нет. Так и стала работать сутками. А спит она за стенкой у меня, так я слышала, как она убивалась, плакала ночами. Очень жалеет, что ребеночка не сохранила, винит себя за слабость.

– Охренеть, – выдал Влад. – А себя-то чего винить, не только она ж ответственность несет, тем более раз так, – помрачнел он.

– Не обрюхать девку, я к этому, – задорно выдала Степанна, – вижу ж, что понравилась.

Влад строго посмотрел на старушку, но не выдержал и засмеялся.

– Есть, мэм, – приложил он руку к голове.

– И пирожков ей передай от меня, а то я ее тогда подкармливала, а она до сих пор стесняется, – положила баб Нюра пакет с пирожками на окно.

– Ладно. А откуда она? – уже даже перестал скрывать свою симпатию Влад.

– Из Твери откуда-то, у нее родители там, но мама, когда все узнала, сказала, чтобы в подоле не приносила – позор.

Влад аж поперхнулся.