Экспресс отправляется в полдень

— О, что вы! — кондуктор понял, что нелюбезное отношение к представителю высокого рода может потом обойтись весьма дорого. — Пусть пересядет в первые ряды. Там мягкие сиденья и стол с закусками.

Ньют сглотнул слюну. Жрать хотелось немилосердно, но охраннику по статусу туда было никак нельзя. Ни за какую цену. Неожиданно подал голос парнишка.

— Кондуктор, вы прощены. И принесите еды сюда. Я чувствую себя гораздо лучше под защитой слуги моего соседа, чем на замызганных сиденьях повозки.

— О, конечно!

Кондуктор радостно убежал назад и скрылся за перегородкой, где располагалась кухня.

— Молодец! Быстро ориентируясь в ситуации и правильно реагируя, ты протянешь заметно дольше остальных, — повторил слова одного из своих Наставников Ньют.

Взревели потревоженные быки, заскрипели тормоза. Омнибус резко остановился. Из-за ширмы выскочил испуганный кондуктор. В дверь вошли полицейские Центра. Кондуктор взглянул на стражей порядка и, презрительно оттопырив губу, спросил:

— Что случилось? Чем обязаны? Есть места позади, если вам надо ехать.

Радиальный пассажирский транспорт считался неприкосновенным для полиции. Можно было обыскивать омнибусы на остановках, но в пути охрана имела полное право стрелять. Это старое правило родилось в те времена, когда бандиты могли запросто надевать полицейскую форму. А вот кучер потом, скорее всего, поплатится за остановку своим рабочим местом. Должен был гнать вовсю до ближайшей остановки.

Офицер, весь закутанный в черное, надменно оглядел салон.

— Мы ищем опасных грабителей и убийц.

— А вам известно…

Договорить кондуктор не успел. По лесенке, ведущей в будку охранников, скатилось утыканное стрелами тело. Сверху спускался полицейский, деловито вставляя новую обойму в арбалет. Кондуктор поперхнулся и замолк.

— Нам все известно. И если выяснится, что в омнибусе укрываются преступники, ограбившие два поезда и банк, то ты на эту тему поговоришь с охранником.

Бедолага-служащий взглянул на труп, побледнел и совсем сник. Офицер внимательно оглядывал ряды. И тут не выдержали нервы у молодого аристократа. Ньют попытался удержать дурачка, но тот вскочил и стал размахивать руками:

— Тут, вот, здесь!..

Больше сообщить парнишка не смог. С трех сторон тренькнули арбалеты, и парень рухнул на Ньюта. Машинист незаметно положил под парнишку арбалет от греха. Офицер скомандовал:

— Эй, ты, сосед, оттащи-ка этого олуха к двери.

— Тут арбалет его остался…

— Тишко, забери оружие.

Подошел плохо выбритый субъект в черной каске и, подняв, осмотрел арбалет:

— Заряженный!

— Неси.

Полицейские и не думали помогать Ньюту. Пришлось к выходу волочь труп одному.

— Этот?

— Не-е-е, тот с бородой был, — произнес за спиной странно знакомый голос.

— Тут пол-омнибуса с бородами, — сказал офицер и сплюнул.

Ньют похолодел. Он вспомнил говорившего: то был давешний словоохотливый бармен.

— А я тогда не знаю…

— Ну так иди и осматривай всех.

Бармен пошел по рядам, внимательно всматриваясь в лица. Ньют продолжил стоять над трупом, стараясь держаться спиной к свидетелю.

— А ты чего встал? Выноси тело на улицу.

Задание было дано вовремя. Бармен как раз развернулся, чтобы идти обратно. Ньют засуетился, имитируя бурную деятельность, и вытащил труп многострадального паренька из омнибуса прямо к полицейской карете. Затем тихо скользнул поближе к козлам и забрался по лесенке. Пригорюнившийся кучер вздрогнул.

— Ты кто?

Ньют приставил к боку кучера нож.

— Тебе не все равно?

Мужик пожал печами и принялся уныло смотреть на быков. Ньют взглянул в боковое зеркало. Полицейские покидали салон. Последними вышли офицер и бармен. Труп двое погрузили в ящик позади кареты: скорее всего, отправят на опознание. Свистнул кнут над головами быков, и полицейский экипаж сорвался с места.

— Пронесло. Сейчас обгонят, и давай за ними дуй.

— А?

— Пронесло, говорю. Отправляемся.

— Но охрана…

— Поехали. Я теперь твоя охрана.

И вдруг случилось то, чего по идее не должно было случится. Когда карета обошла омнибус, бармен, сидевший сзади, оглянулся. И, выпростав руку, тыкая прямо в машиниста закричал:

— Он!!!

Ньют, скорее, угадал, чем услышал крик. Карета останавливалась. Выхватив из рук унылого кучера кнут и вожжи, он стал хлестать быков. Те обиженно замычали, но дружно навалились, неплохо ускоряя омнибус.

— Вперед, уроды ленивые!

Когда-то мальчишкой Ньют участвовал на празднике урожая в гонках повозок. Не выигрывал, но и последним не приходил. Теперь навык пригодился. Внезапно кучер захотел вырвать вожжи. Сражаться с ним возможности уже не было, и мужик умело пользовался появившимся преимуществом. Бросить поводья — попасть в руки полиции, держать поводья — проиграть и тоже, в итоге, очутиться в руках блюстителей.

— Эй ты, прекращай возню и слезай! — раздался позади знакомый голос.

Ньют быстро обернулся. На крыше, держась за поручень ограждения, стояла Вика с арбалетом и целилась в кучера. Тот сообразил, что продолжение борьбы будет иметь только один итог, закивал и стал шустро спускаться по лесенке. Омнибус еще не набрал полную скорость, и можно было прыгать, чем мужик и воспользовался. Между тем, кучер кареты тоже хлестнул своих быков. Полицейский экипаж шел впереди. Из окна высунулся один из легавых, сжимая в руках два арбалета. Затренькала тетива. Быстро перезаряжая арбалет, Вика стреляла по полицейскому, но, похоже, промахивалась. Ньют хотел было отодвинуться за специальный щит, но тут взревел бык, и полицейскую карету стало швырять из сторону в сторону. Вика соображала быстрее полиции: она стреляла по быкам. Кучер сорвался, повиснув на страховочном шнуре. Раненный бык яростно пер куда глаза глядят. Второй старался двигаться рядом с обезумевшим собратом. От бросков колесо кареты оторвалось. Ньют едва успел вывернуть, чтобы не налететь на полицейских, но те снова шарахнулись к обочине. Карета накренилась и рухнула, подняв тучу пыли. Ньют щелкнул над головами быков хлыстом и заорал:

— Йа-ха! Молодцы, черти рогатые! Вынесли!

Вика спустилась с крыши, уселась на облучок, обняла и поцеловала Ньюта.

— Да, милый, вырвались!

Развив приличную скорость, омнибус уехал от места встречи с полицейскими довольно далеко. Ньют понимал, что, скорее всего, их постараются перехватить, едва офицер доберется до телеграфа. Надо было уходить. Как раз сейчас, обогнув поселок, омнибус снова пылил между полями.

— Вика, надо у пассажиров кое-что из одежки перехватить, переодеться. В этом тряпье нам некуда деваться. Сейчас остановимся и приступим.

— Хорошо.

Девушка взобралась на крышу и скрылась в будке. Спустя минуту вернулась с арбалетом и парой запасных обойм. Ньют остановил омнибус, затянул рычаг тормоза, и они спустились на землю. Пассажиры испугано глядели из окон на странную вооруженную парочку. Едва войдя в салон. Ньют громко объявил:

— Нам нужно переодеться. У кого есть вещи, которые он может продать, — скажите. Оплачу по максимуму.

Первым подошел кондуктор и протянул кожаную куртку с бахромой. Местами потертую до рыжины, но вполне целую.

— Бери, парень, даром. Ты красиво утер нос наглым легавым.

Даже на первых рядах дамы что-то отдавали Вике. Денег взяли только двое. Ребята были торговцами и везли нераспроданную на периферии мелочевку. Ньют подозревал, что ему сдали товар чуть не по двойной цене, но шума поднимать не стал.

Кондуктор пустил Ньюта и Вику за ширму. Они по очереди переоделись и теперь стали выглядеть вполне респектабельно. Повар в дорогу набрал им сумку еды.

— Удачи, ребята! — крикнул кондуктор, влезая на облучок. — Не попадайтесь только, а не то…

Что грозило, было уже не разобрать. Щелкнул хлыст, взревели быки, скрипнул тормоз… Омнибус начал набирать ход. Бывший машинист и его кочегар еще некоторое время смотрели на удаляющийся экипаж, а потом пошли в поле. Зеркала разворачивались к закату, надо было искать местечко для ночевки.

Вещей было достаточно, чтобы сделать относительно мягкую подстилку. Высокая пшеница и отлично скрывала беглецов. Разложив еду, они перекусили разной вкуснятиной. И бутылочка с вином оказалась кстати. В наборе обнаружились даже сливочные тянучки на десерт. Но коль скоро пить было нечего, их отложили до лучших времен. На сытый желудок мысли текли лениво. Периодически поднимающийся ветерок усыпляюще шуршал. Вика заснула быстро, Ньют же ворочался. Его одолевало беспокойство за будущее: ведь теперь они объявлены вне закона. А это означало, что пару будут ждать везде и повесят при первой возможности. Портреты были разосланы. По крайней мере, портрет Ньюта точно. Под бородой кожа постоянно зудела. Машинист твердо решил утром побриться. Смысла в маскировке уже точно не было.

В ночи было слышно, как по дороге прогромыхали какие-то повозки. Замычал бык. Видимо, в центральных районах жизнь с темнотой не замирала, в отличие от периферийных районов. На радиальных трассах за пределами Второго витка мало кто рисковал двигаться ночью. А здесь…

Над ухом кто-то тихо рыкнул. Ньюта обдало теплом. В рассеянном свете ночи блеснули клыки оборотня. Зверюга чуть не уперлась носом в лицо. Уйти от нападения было невозможно. Стрелять тоже поздно. Оставалось только как-то разбудить девушку и бросится на зверя, чтоб дать ей немного времени для бегства. Но оборотень вдруг лизнул руку шершавым языком и хрипло мявкнул. Ньют от неожиданности дернулся и толкнул девушку.

— Это оборотень? — Вика проснулась и, дрожа от ужаса, прижалась к Ньюту.

— Ага. Только он нападать не хочет. Руку мне лижет.

Тут оборотень аккуратно взял в пасть запястье и потянул.

— Ты чего?

— Ты о чем? — удивилась девушка

— Это я гостю нашему. Тащит меня куда-то.

— Может быть, нам пойти? А то звуки какие-то с дороги…

Только сейчас Ньют осознал, что слышит странный для ночи шум, перекрывающий шепот ветерка. Разговоры, позвякивание металла. А ведь да! Что мешает полиции организовать облаву ночью? Быстро собрав вещи, парень с девушкой пошли за оборотнем сквозь пшеницу. Зверюга опустила голову к самой земле, будто вынюхивала какую-то одной ей ведомую тропинку. Хорошо хоть не торопилась: Ньют мог разглядеть светлые пятнышки на лапах. Да и шума получалось меньше.

Спустя полчаса утомительной ходьбы, машинист и девушка вошли под полог леса. Здесь вообще идти стало невозможно. Казалось, что в лесу не было ни единого просвета от веток, пней и палок. Ньют споткнулся и рухнул на что-то мягкое. Оборотень обиженно мявкнул.

— Извини, старик!

Через секунду на Ньюта упала Вика.

— Ой!

Теперь вся троица барахталась в траве. Вдруг за деревьями, откуда они только что пришли, замелькали огни. Что-то неразборчиво обсуждали голоса. Обрывки фраз можно было разобрать.

— … здесь!

— … третий и пятый посты…

— … закрыто…

— … на первый. Можно начинать…

— Полиция! — прошептал Ньют.

Вика сжала его руку.

— А лес не будут прочесывать?

— Вряд ли. В лес ночью никто не сунется. А сунется, так наш… ммм… дружок поможет, правда?

Ньют осторожно погладил оборотня. Тот тихо заурчал.

В эту ночь поспать не удалось. Нервы были на взводе. К тому же, перед рассветом стоило двигаться дальше. Полиция могла начать с утра прочесывать лес. Тут он совсем невелик.

— Куда двинемся?

— Попробуем к Городу подобраться.

— Зачем?

— Есть шанс затеряться.

— Ньют, это у тебя шанс есть… А как мне быть?

— Может быть, старый трюк с пузом?

Девушка помотала головой.

— Нехорошо это. Тогда ситуация совсем безвыходная была, а сейчас… Даже если поверят, что муж и жена… Месяц, от силы — два, и все поймут, что я низшая. К тому же, такой обман — верная смерть на юге.

Да, тут была проблема. Раствориться в Городе было не так уж сложно, но только Ньюту. А вот с Викой…

— Давай-ка попробуем сперва одно дело сделать. Оттуда уйти проще, чем попасть туда. Думаю, за месяц придумаем вариант.

Девушка как-то растерянно улыбнулась: