Помоги проекту - поделись книгой:
Мне не нравилось, что под его взглядом я чувствовала вместо холода тепло.
— Что я тут делаю? — наконец спросила я. — Как оказалась здесь?
— Я принес тебя сюда, — склонил голову набок Андер Кейн.
Я едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. Этот мужчина с его лаконичными ответами и грубыми комментариями начинал основательно действовать мне на нервы.
— Зачем ты принес меня сюда?
— Затем, что ты моя.
— Что? — мои брови поползли вверх. Естественно, я знала, что все под куполом в некотором роде принадлежало Андеру Кейну, но если вспомнить его слова о сперме…
У меня запылали щеки.
Меня не устраивала перспектива принадлежать ему в интимном плане.
— Я начинаю сомневаться в твоих умственных способностях, — протянул Андер Кейн. — Или у тебя проблемы со слухом? Я прикажу Цересу осмотреть тебя, — отодвинувшись от стола, он протянул мне руку. — Пойдем, зверушка. Тебе нужно больше отдыхать, прежде чем мы начнем спариваться.
Я открыла рот, закрыла, снова открыла.
— Сию же секунду, Катриана, — нетерпеливо выгнул бровь Андер Кейн.
— Ты не можешь приказывать мне и ожидать подчинения, — отрезала я, встав по другую сторону стула.
— Разве жизнь возле сектора Андорра не научила тебя волчьей иерархии? — прищурился он.
— О, я прекрасно знаю, как высоко твое положение, Андер Кейн, — он не возразил, чем подтвердил мои подозрения о его личности. — Но не думай, что я тебя уважаю, — я практически слышала в своей голове голос мамы, ругавшей меня за смелость и сетовавшей, что так и не научила дочь избегать неприятностей.
К черту это дерьмо. Я не собиралась…спариваться с этим козлом.
Он шагнул вперед.
Я попятилась.
К счастью, после перекуса я почувствовала себя гораздо лучше. Честно говоря, не просто лучше. Я почувствовала себя потрясающе.
— Осторожнее, омега, — предупредил Андер Кейн с угрозой, от которой волоски на моих руках встали дыбом. — Ты разбудишь хищника.
— Ты оборотень, — фыркнула я, — это твое обычное состояние, — хищник и в придачу альфа-самец. Насколько я знала, они постоянно хотели трахаться, калечить и убивать.
Выражение его глаз доказало мою правоту, что должно было напугать меня. Но вместо страха я чувствовала лишь волнение из-за предстоящего побега.
Как и все мужчины, Андер Кейн недооценивал размер моего тела и умения. Даже нагота была моим преимуществом и играла мне на руку в качестве отвлечения.
— Значит, так ты благодаришь своего защитника и будущую пару? — пока я обходила стол, Андер Кейн отслеживал мои движения, и у него раздувались ноздри. — Испытывая мое терпение?
— Защитника? — повторила я, не затрагивая понятие пары. — Ты имеешь в виду похитителя, да? Не припоминаю, чтобы просила твоей защиты или добровольно приходила сюда.
— Нет, ты была слишком занята тем, что умирала, — ответил Андер Кейн.
— Умирала? — я не помнила ничего, кроме боли в животе, не похожей ни на что другое. Андер Кейн стоял рядом и говорил, что я была в процессе… — Ты обратил меня, — вслух подумала я, широко распахнув глаза. Или нет? Посмотрев на свои руки, я обнаружила…
Под свист воздуха меня впечатали спиной в стену, и я взвизгнула. Вцепившись в руку на своем горле, я попыталась отбиться ногами, но пальцами ног едва достала до пола.
Золотистые глаза завладели моим взглядом, и у меня перехватило дыхание от тлевшего в них пламени.
— Это не…
Я ударила Андера Кейна коленом в пах, и он с ругательствами ослабил хватку. Извернувшись между ним и стеной, я бросилась к входной двери.
Вернее, к той, которую приняла за нее.
Увы, она вела в еще одну спальню.
Ища пути к отступлению, я обернулась и налетела на Андера Кейна. Он схватил меня за бедра и, бросив на кровать, обутой ногой захлопнул дверь.
— Ладно, омега. Я пытался быть с тобой нежным. Но, как я вижу, по-хорошему ты не понимаешь, — Андер начал расстегивать рубашку. — Что ж, давай попробуем по-плохому.
— Постой… — я вскарабкалась к изголовью.
— Считай это знакомством с твоим местом в нашем обществе, которое находится внизу, — отбросив рубашку, он обнажил мускулистый торс и взялся за ремень. — Теперь раздвинь ноги, как хорошая маленькая омега, и, возможно, я буду к тебе добр.
Глава 6
Катриана замерла, маленькими руками вцепившись в покрывало по бокам от своих бедер.
— Андер, пожалуйста…
— О, и вот мы вернулись к мольбам, — сказал я, вытягивая ремень из петлиц. — Раздвигай ноги, омега.
Она не послушалась. Слишком силен был ее инстинктивный бунт.
Требовалось время, чтобы переучить ее.
К счастью для нас обоих, терпение было моей сильной стороной.
Бросив ремень на пол, я расстегнул пуговицу на штанах.
— Скоро ты узнаешь, что я не люблю повторять, Катриана, — пока я расстегивал молнию, Катриана следила за мной, не упуская из виду ни одного движения. — Также ты узнаешь, что бывает, если омега плохо себя ведет.
Волки не просто так придерживались иерархии. Альфы наверху, беты посередине, омеги внизу, хоть и были бесценными оберегаемыми сокровищами, принадлежащими своим парам.
Катриана была моей.
Чтобы наказывать.
Трахать.
Оплодотворять.
Защищать.
С последним пунктом я бы не справился, продолжи она игнорировать мои приказы.
Я снял ботинки с носками и штаны, оставшись в боксерах, бывших слишком тесными для моего нараставшего возбуждения.
— Нет, — выдохнула Катриана, широко распахнув глаза.
— Все поместится, — заверил я. Несмотря на миниатюрность, омеги были созданы вмещать член альфы.
Но Катриана лишь покачала головой и подтянула колени к груди.
— Нет, — повторила она с рычанием в голосе.
У меня дрогнули уголки губ.
Не одна она умела рычать.
Поэтому я ответил ей тем же. Вот только мой рык был особенным. Зову альфы не могла воспротивиться ни одна омега.
— Боже, — она отчаянно вздрогнула, и от волнения волоски у нее на руках встали дыбом.
— Андер, — исправил я, опершись коленом на кровать. — Мы только начали, зверушка, — я снова зарычал, и ее возбужденное тело ответило мне, источая дивный аромат, в котором хотелось утонуть.
— Ч-что…? Как? — Катриана сжала бедра и, разомкнув губы, невольно застонала.
— Ты омега, — прошептал я, подкрадываясь к ней на кровати. — Моя омега. Твое тело всегда ответит на мой призыв, — я схватил ее за колени. — А теперь раздвинь ноги.
Она послушалась без споров, открыв красивую розовую плоть, уже промокшую от скользкой влаги. Мой член пульсировал, намекая, что омега уже смазана и готова.
Но нет.
Я гордился своим самообладанием и как бы ни хотел преподать котенку урок, она бы не справилась со мной в ее нынешнем состоянии. Сначала Катриана должна была обратиться полностью, став настоящей волчицей клана. Тогда и только тогда она была бы готова.
— Н-нет, — прошептала Катриана, вяло отодвигаясь, и тряхнула головой, силясь прояснить сознание. — Хв-хватит.
— Ты моя, Катриана, — я схватил ее за бедра и притянул к себе. Когда мой рот оказался прямо у горячей сердцевины, я вдохнул сладкий аромат. — Мм, никогда еще не пробовал киску омеги. Я могу здесь задержаться.
Катриана напряглась, готовясь к бою.
Я снова зарычал, на сей раз прямо у клитора.
Она закричала, выгнувшись на постели.
— Не сопротивляйся, котенок, — тихо сказал я, потершись носом о завитки у нее на лобке. — Твое тело создано для меня. Позволь показать тебе.
Что касается наказаний, я мог обойтись с ней куда суровее и…
Схватив меня за волосы тонкими пальцами, Катриана дернула мою голову в сторону. Она застала меня врасплох и сумела извернуться в моих руках.
Но далеко Катриана не ушла. Я схватил ее и дернул под себя. Зажав ей руки над головой, я оказался между ее уже влажными бедрами нос к носу с ней.
— Продолжай бросать мне вызов, малышка. Рискни.
Она плюнула мне в лицо.
— Ты сама это слижешь, — прищурился я.
— Пошел нахрен, — прорычала Катриана, брыкаясь подо мной.
— Нет, дорогая. Лучше я останусь, — одной рукой удерживая ей запястья, второй я схватил ее за горло. — Я пытался объяснить тебе иерархию стаи, но с меня хватит. Поэтому я тебе покажу.
Наконец, в воздухе почувствовались ноты страха, сделавшие аромат ее возбуждения еще более пьянящим. Как бы Катриана ни отрицала, я ее привлекал. Гены сделали нас совместимыми. Волчица в ней жаждала моего волка точно так же, как он жаждал ее.
Она открыла рот, вероятно, чтобы заспорить, но я заставил ее замолчать поцелуем.
Не медленным и нежным, а жестким и властным, требовавшим полного подчинения. Сначала Катриана сопротивлялась, но вскоре ее протесты сменились стоном, безмерно обрадовавшим моего внутреннего зверя.
Она осторожно соприкоснулась со мной языками, лаская меня с исконно женской нежностью. Исследуя. Ища. Я не мешал ей, позволив немного меня попробовать, прежде чем взял контроль в свои руки и задал ритм.
Между ног Катрианы просочилось больше смазки, намочившей мое белье и раздразнившей член, призывая его к ответу.
Жар охватил все мое существо, требуя разжечь огонь, способный вознести меня до новых невиданных высот.
Эта женщина принадлежала мне.
Я хотел укусить ее.
Разорвать на клочки.
Пронзить.
Гнездиться с ней.
Поделиться книгой: