Кот забвения (сборник)

Нет, все то же: грязная обочина, пустынная дорога, снегопад. Надо заставлять себя идти. Поселок остался позади. Надо было преодолеть самое страшное – большой темный пустырь, а дальше мутно светилась трасса, глухо шумели машины. Гоша загребал ногами снежные комья и даже не вытирал слез, катящихся по лицу. «Если и на шоссе ни одна машина не возьмет меня, вернуться, наверное, сил не хватит… Так и замерзну на трассе… Может, хоть тогда меня вспомнят?»

Вдруг мимо с ревом пронесся большой белый джип. Фары ослепили Гошу, из-под колес полетело крошево. От неожиданности он упал. Слезы обиды нахлынули еще сильнее.

– Да что вы, слепые там все? – закричал мальчик в пустоту. – Чуть не сбили человека! Что я вам, пустое место, да? Чтоб вам самим кота встретить, поняли?!

Он швырнул кусок льда вслед машине, и вдруг ему показалось, что он ошибся: его заметили. Машина припарковалась на обочине, и кто-то бежал прямо к нему, приветливо размахивая руками. Гоша в страхе и радости прижал к себе сумку. Он понял, что сейчас сядет к незнакомым людям в автомобиль. И родители, и учитель ОБЖ много раз объясняли, как это опасно, но другого выхода нет. В конце концов, никто не учил его, что делать, если родным плевать и единственные, кому есть до тебя дело в пустом мире, – загадочные люди на крутой машине. Не все ли равно, кто они такие?

Тут Гоша узнал бегущего: это был, как ни странно, тот самый длинный паренек в торчащей шапке. Он бежал, смешно раскидывая острые локти и колени, и наконец остановился рядом. И улыбнулся:

– Ну что? Игнорируют?

Гоша удивился такому приветствию.

– Сидеть на холодном снегу вредно, – продолжал парень. – Или ты закаляешься? Пикник на обочине? Вставай, Филипповна ждет!

Гоша поднялся и неловко отряхнулся:

– Здравствуйте, я… Хотел домой ехать, и если вы меня подвезете…

– Подвезем! – моментально ответил длинный. Он преспокойно взял у Гоши пакет и сумку и потащил к джипу. – Ты недалеко ушел. Мы уже снарядили поисковую экспедицию. Я тебя еще в санатории заметил. А остальные не замечают, так?

– Так, – согласился Гоша.

– Коля! Ну что там? – закричали из машины.

– Эталонный случай! – ответил Коля и потянул Гошу за руку. – Пошли. Хочешь банан? У меня в машине.

«Сколько же он бананов стащил в санатории?» – устало удивился Гоша. Но послушно пошел к машине. Какое удовольствие – развалиться на диване в теплом салоне! С водительского сиденья ему помахала добродушная тетка в телогрейке. Странно, что ей доверили водить такую машину. Джип мягко тронулся.

– Куда мы едем? – спросил Гоша. Но и сам уже понял, что шоферша повернула обратно к поселку. – Остановите, пожалуйста, мне в город надо, – забормотал Гоша.

– А он точно наш, Коль? – спросила тетя.

– Безусловно, Филипповна, – сказал Коля, протягивая Гоше банан, – я ему просто еще не объяснил. – И он посмотрел на Гошу долгим грустным взглядом, а потом опять улыбнулся: – У тебя родители в городе, так? Ты пытался с ними связаться?

– Я позвонил, – сказал Гоша.

– И как? Полная амнезия? – спросил новый знакомый. Гоша грустно молчал. – Так бывает всегда. Личная встреча не поможет.

– Откуда вы знаете?

Коля поморщился:

– На «ты», пожалуйста!

– Откуда знаешь?

– Установил экспериментально, – хмыкнул Коля. – У нас многие видятся с близкими. И без толку! Некоторые даже каждый день встречаются.

– Например, ты, Колька! – вставила Филипповна.

– Да, – Коля поскучнел, – вот и я вижусь с отцом… уже два года…

Шоферша повернулась к Гоше:

– Он ведь тебя в санатории первый раз увидел, так? Ходит там, фрукты клянчит, а ведь его отец – директор санатория! И ни разу даже не поздоровался, да, Колька?

– В некотором роде, – с неохотой признал Коля.

– И твои тебя не вспомнят, даже не надейся, – сказала она Гоше. – С нами лучше оставайся! Да у нас хорошо, ты не думай!

Они объясняли что-то еще, но Гоша слишком устал. В голове все путалось под шум мотора. Кто они такие, сколько их? Не те ли загадочные люди, о которых говорили Инна и директор, Колин отец? Машина легко покачивалась, кожаное сиденье грело, глаза слипались.

Когда Гоша наконец проснулся окончательно, был уже день, серый и тусклый. Он помнил, что несколько раз открывал глаза и снова проваливался в сон в таком вот утреннем полусвете. Постель на новом месте оказалась на редкость уютной: Гоша лежал в куче пледов и подушек под столом, а стол завесили одеялом – как будто он опять маленький и играет в домик. Как он здесь оказался? Ах да, вчера его разбудили и завели в большой и теплый дом… Там люди смотрели какую-то комедию, повернулись к ним, и Коля что-то объяснял, а потом, наверное, Гошу уложили спать.

Его вещи лежали рядом. Гоша проверил телефон и вздохнул: конечно, входящих не было. Зато ловил интернет. Он открыл «Вконтакте» и вздрогнул от изумления: ни одного сообщения в ленте! Все друзья от него отписались. Значит, колдовство не прошло.

Он выглянул из своего укрытия. Комната была очень странной. Судя по высоким книжным шкафам и камину, когда-то она была гостиной. Но сейчас вдоль всех стен были сооружены спальные места: полки, трехъярусная кровать, гамаки, сдвинутые как попало кресла. Видно, жили в комнате очень разные люди, в основном дети: кто-то залепил стену над своей кроватью наклейками от жвачки, кто-то прибил много маленьких полочек и расставил на них комнатные цветы, на одной кровати в беспорядке валялись книги и одежда, зато на соседней идеально ровно лежало кружевное покрывало. На подоконнике было устроено гнездо из подушек, и даже на шкаф вела веревочная лестница. Громко тикали напольные часы. Вдруг в комнату вошли две девочки и остановились, глядя с сочувствием и интересом. Тут же со стола, под которым он сидел, свесился Коля. Оказывается, его место было наверху.

– О, ты проснулся. А твой аппетит? – спросил он.

– Я чего-нибудь поел бы, – смутился Гоша.

– Не вопрос, – Коля спрыгнул на пол. – Пошли на кухню, заодно проведу экскурсию! Эти два экспоната – Ленка и Кира.

Девчонки захихикали.

– Я хотел спросить… – пробормотал Гоша. – Здесь живут те, кого… ну… Заколдовали, да?

– Точно! Мы все встретились с котом, – сразу помрачнев, сказала Кира.

– Дорогой экскурсант, вы в Доме Забытых! – объявил Коля. – Кормят тут великолепно, пошли!

– Но сперва нужно показаться Деду, – заметила Лена.

Гоша почувствовал, что речь идет о ком-то важном.

– А кто это?

Коля собрался ответить, но тут снизу донеслись крики.

– Опять Дулю трясут, – сказал Коля девочкам, и они помчались в коридор. Коля повлек Гошу следом. Мелькали лестницы, картины на стенах, залежи какого-то хлама и огромные окна от пола до потолка. Это явно был богатый дом, хотя ремонт бы ему не помешал. Наконец, перегнувшись через перила из темного дерева на галерее, они увидели внизу просторный холл.

– Нет, вы посмотрите на него! Подарили ему! – кричала толстая тетенька.

– Баб Валя, не ори, а? – перебивал ее парень, у которого не хватало зубов. В холл сбегался народ. Вокруг ссорящихся собиралась довольно причудливая и пестрая толпа. Все посмеивались, наблюдая за спором, и чего-то ждали.

– Это Дуля, – объяснил Коля. – Дед его перевоспитывает. Он опять что-то склептоманил. То есть стащил. Ну, ты понимаешь: очень удобно воровать, когда тебя гарантированно не запомнят. Но у нас такое не приветствуется.

Внизу шумно обсуждали преступление Дули. Как понял Гоша, толстая тетя была поварихой, а Дуля носил ей тяжелые продукты из магазина и прихватил палку колбасы бесплатно.

– То есть он хочет воровать, а вы ему мешаете. И почему он не уйдет? Из этого вашего дома? – спросил Гоша.

Коля усмехнулся:

– Одному жить в нашем положении трудно. Ты ведь убедился? Наоборот, сейчас Дед ему запретит возвращаться, пока не отработает штраф. В прошлый раз заставили до вечера таскать сумки покупателям. О, а вот и он!

Все притихли, потому что появился солидный старик с залысинами и в толстых очках. Гоше показалось, что он, обводя глазами холл и галерею, остановил взгляд прямо на нем, а потом уже повернулся к поварихе.

– Евгений Дмитриевич, сил моих никаких нет! – возмущалась та.

Гоша шепотом спросил Колю:

– Он главный?

– Он нас всех собрал. Это его дом. И машина его, – ответил Коля, глядя куда-то в сторону.

– Его тоже забыли?

Но Коля не слушал. Он смотрел на девушку, которая тихо встала в углу у книжного шкафа. У нее все было круглым: и лицо, и носки туфель, плотно прижатых друг к другу, и свернутая на затылке коса. Девушка не участвовала в общей перепалке, в то время как остальные наперебой предлагали Деду способы наказания для несчастного Дули.

– Подождите! – наконец сказал Дед мягким и сильным голосом. И действительно посмотрел на Гошу. А следом к нему обратились взгляды всех остальных. Гоша невольно выпрямился. Чувство было таким, как будто стоишь у доски. Ему даже почудился голос учительницы:

– Гоша Смирнов!

Впрочем, нет, ему не почудилось.

– Здравствуйте, Ангелина Павловна!

Учительница, которую вчера забыли, тоже была здесь. А что за мужчина и женщина рядом с ней, почему кажутся знакомыми? У обоих яркие веснушки…

– У нас новенький, – объявил Дед. – Добро пожаловать!

Все закричали что-то приветливое.

– Я с ним еще не познакомился, – продолжал Дед. – Пошли, Гоша Смирнов! И ты иди в мой кабинет, – бросил он Дуле.

Гоша испуганно посмотрел на Колю, но тот быстро улыбнулся ему и опять уставился на круглую девушку. Мальчик спустился и пошел за Дедом, и все вокруг кивали ему, махали, говорили что-нибудь утешительное, а веснушчатая женщина даже потрепала по волосам. Вдруг Гоша догадался:

– Вы родители Инны?

– А Инна говорила про нас? – всполошились они.

– Потом обсудите, – остановил их Дед и подтолкнул Гошу в свой кабинет. Следом плелся Дуля.

Кабинет был роскошным, хотя и стареньким: все какое-то резное, тяжелое, бархатное. На полках – как в сувенирном магазине: клинки, ракушки, статуэтки и книги в дорогих переплетах. В углу стоял огромный сейф. Дуля сразу плюхнулся в кожаное кресло, а Гоша встал у стола, как вызванный к директору. Но Дед взял его за плечи и заглянул в глаза:

– Все будет хорошо, ясно? Мы здесь, чтобы помогать друг другу.

– И мы не секта, – хихикнул Дуля. Дед сурово посмотрел на него и продолжил:

– Мы друг друга не забываем. Дети у нас учатся. По дому нужно помогать. Все как в большой семье. У нас такие правила: раз уж мы вместе, делимся друг с другом чем можем. Понятно?

– У меня ничего нет, – сказал Гоша.

– Ну что ты сразу так. А таланты? Найдем какой-нибудь талант. Что ты умеешь лучше всех?

Гоша подумал.

– Ничего… Только играть в настольные игры. И не только в настольные…

– Прекрасно! – обрадовался Дед. – Это очень пригодится всем нам. Ты нам нужен, Гоша. Нужен.

Потом он расспросил Гошу о времени и месте появления кота и поставил отметки на самодельной карте окрестностей. Спросил, есть ли у Гоши вопросы. Но вопросов было слишком много. Гоша долго думал и задал один, самый мучительный:

– А когда я смогу поехать к родителям?

Дед переглянулся с Дулей.

– Не вопрос! Хоть сейчас отвезем, да?.. – медленно сказал тот. – Только потом назад вернешься. И проторчишь тут до-о-олгие годы! – Дуля пафосно воздел руки.

Дед почесал переносицу под очками и проговорил:

– Когда-нибудь это обязательно должно закончиться. Сроки нам неведомы.

– А может, и все за бабкой Тихоновой пойдем, – сказал Дуля каким-то зловещим тоном.

– Хватит! – отрезал Дед. – Теперь тобой займемся. Сейчас уйдешь, отдашь деньги за колбасу и до вечера чисти снег вокруг магазина. Лично прослежу!

– Да я же… – начал Дуля.

– Без разговоров! А иначе не возвращайся.

– А что я такого сделал? – вскочил Дуля. – Я ваши же деньги, шеф, экономлю! Сами знаете, скоро по миру пойдем.

– Прекрати эти спекуляции, прекрати! – возмутился Дед. – Воровать не позволю. Или делаешь, как я сказал, или…

– Да иду я, иду, – Дуля подскочил к двери, но обернулся с недобрым блеском в глазах: – «Не позволю»! А вот я все думаю, это вот все, – он обвел рукой вокруг, – вы, поди, честным трудом заработали, да?

Гоша испугался, что сейчас Дед закричит на него. Но он тяжело усмехнулся и сказал:

– А я давно живу на свете, и всякое бывало. Да. Всякое. Только это было давно, Дуля, понимаешь? Я забыт уже пятнадцать лет! И мне ничего не нужно. И знаешь, что мне теперь принадлежит? Только то, что я отдаю!

– Слышал, слышал! И поэтому мы устраиваем Дни Добра, – скривился Дуля.

– Да, поэтому! И если ты не согласен – можешь убираться! Мы никого не держим, сами ко мне прибегаете, сами! – Тут Дед посмотрел на Гошу и очнулся: – А ты что слушаешь?

– А куда пошла бабка Тихонова? – робко спросил Гоша.