- Ясно ни при чем. Меня зовут Мехтильда.

- Что-о-о?

Девушка отдергивает руку и молчит.

- Да ты-то тут при чем? - повторяет Руди после длительного молчания. Потом говорит: - И не глупое оно совсем. Сразу представляешь себе рыцарский замок, придворных дам, слышишь, как гремят цепи висячего моста. Трубят фанфары...

Девушка молчит.

- Знаешь, будь я настоящим рыцарем, я обязательно похитил бы свою даму сердца.

- А как бы ее звали тогда? - Головка девушки при-* близилась к Руди.

- Может, ее звали бы Мехтильдой, но лучше, если бы...

- Что "если бы"?

- Крошкой! - выпаливает Руди.

Вдруг девушка приподнимается:

- Ты слышишь - ветер?

Листья на деревьях зашуршали, и маленький парус хлещет по мачте, дергаясь на веревке, точно большая, бьющаяся в сетях птица.

- Пошли на парусах, а? - Девушка вскочила и протянула руку.

Руди тоже вскакивает, подхватывает плед и сбегает за Крошкой по откосу.

Свет месяца разлит по воде, словно расплавленный металл. Руди отвязывает концы, вскакивает в лодку и отталкивается от берега. Он берет маленькое весло, протянутое Крошкой, и с силой принимается грести. Девушка устроилась на корме и крепко держит руль. Молча несутся они навстречу Везеру.

Теперь у Руди нет времени рассматривать Крошку: он целиком занят греблей. Пусть она увидит, какой он сильный. Вода начинает шуметь под носом лодки. Они проносятся под темными ивами, длинные ветви которых порой касаются водной глади.

- Сейчас мы выйдем на Везер, - говорит Крошка.

Брызги взлетают все выше. Руди уже вспотел. Берега светлеют. Деревья и кусты отступают. Позади длинного забора тянутся низкие деревянные сарайчики. Их оцинкованные крыши поблескивают. С высоких штабелей ветерок доносит запах только что распиленного дерева.

Руди гребет точно заведенный. Руки начинает ломить от напряжения. Крошка обеими руками держит руль.

- Не надо так быстро, а то еще налетим на что-нибудь!

- Разве это быстро? - еле переводя дыхание, говорит он и с такой силой опускает весло в воду, что сам едва не летит за ним. Лодка накреняется.

- Перестань! - кричит Крошка. - Не надо так быстро!.. Пожалуйста!

Руди переводит дух и отвечает:

- Жаль, а я только было вошел во вкус!

Он гордится своей матросской ловкостью и рад, что может немного отдохнуть. Глаза его светятся. "Она попросила: "Пожалуйста", - ничего не поделаешь!"

Вот остался позади последний большой склад. На воде заплясало вдруг бесчисленное множество огней. В первое мгновение Руди даже пугается и перестает грести, но потом соображает, что это панорама гавани.

На южной верфи вспыхивают огни сварки. Огромные прожекторы освещают в доке корпус корабля. Слышится барабанная дробь пневматических молотков. Неподалеку трижды свистит буксир. Гулким басом отвечает ему огромный пароход - его-то и тянет за собой старательный пыхтящий малыш.

Руди крепко сжимает весло и долгим неподвижным взглядом провожает уходящий в море корабль.

- Перелезай сюда - садись за руль. Я парус поставлю! говорит девушка и перебегает по шаткому дну лодки к мачте. Руди тоже встает. Морская походка у него еще не выработалась, и он ищет опоры. Крошка стоит совсем близко и держится за мачту. Вот она отвязала парус. Руди качается из стороны в сторону. Он хочет схватить парус, вместо этого хватает руку Крошки и судорожно цепляется за нее. Руди уже не видит корабля, уходящего в море, он видит только лицо девушки, ее светлые волосы. Губы ее чуть приоткрыты.

- Ты... - произносит она испуганно.

Парус хлопает на ветру.

- Да это я поскользнулся, - отвечает Руди, отпустив руку девушки и, согнувшись в три погибели, перебегает к рулю.

Ветер надувает парус. Крошка хочет схватить руль, но Руди не отпускает его.

- А вот захочу и не дам тебе руль.

Девушка прибегает к помощи второй руки.

- Нет, я возьму его!

- Нет, не возьмешь!

- Нет, возьму!

Парус хлопает по мачте. Руди отпускает руль. Он садится на корточки рядом с ее ногами.

Лодку несет по течению. Ветерок свежий. Руди еще никогда не плавал на настоящей парусной лодке. Правда, с отцом он выходил на тяжелой шхуне на Эльбу. Парус у нее был темно-коричневый, из одних заплат. Но все же ходить под парусом он тогда выучился. Он следит за каждым движением девушки и быстро вспоминает, как держать шкот, как нужно травить его, когда парус просит ветра.

Они плывут по самой середине реки. Время от времени мимо проносится бакен. Сперва Руди пугается, но Крошка хорошо берет повороты. Одну руку Руди опустил за борт, в воду. Вода теплая. Но он не может долго смотреть за борт, хоть и не было у него в жизни желания сильнее, чем плыть вот так под парусами по реке, следить за тысячами огней, танцующих в темной воде, мчать мимо, барж и бакенов, мимо океанских кораблей. Но слишком близко от него сидит девушка, и так хочется разглядеть ее лицо. Белый парус сверкает в свете луны, и ночь кажется от этого светлее. Девушка смотрит прямо вперед, но порой поглядывает и вниз, на Руди. А когда Руди смотрит на воду, взгляд ее задерживается на юноше и маленький рот улыбается. Но, как только Руди соберется перехватить этот взгляд, девушке обязательно нужно поглядеть на пляшущий по волнам штевень или на очередной бакен впереди. Порой она быстрым движением смахивает прядь со лба - ветер треплет ее волосы.

- Это твоя лодка? - спрашивает Руди.

Крошка качает головой:

- Это лодка моего отца. Но родители мои уже неделю как уехали.

Руди молчит. Ему надо кое-что обдумать. Тем временем они пересекли весь Везер. Крошка поворачивает руль, и лодка мчится обратно. Стало темнее. Месяц светится теперь за парусом, словно далекая тусклая лампочка. Лодка идет полным курсом - фордевинд. Руди чувствует, что они двигаются быстрее. Ему даже немного жаль, что они так быстро плывут.

- Улла - подруга твоя? - спрашивает вдруг Руди.

Над этим вопросом он ломал себе голову.

Девушка почти испуганно оборачивается:

- Моя подруга? Откуда ты взял? Нет. Я знаю только Лило. Она в нашем доме живет. С ней всегда весело. Да ей только еще пятнадцать лет. А Урсуле уже семнадцать.

Руди раздумывает, что бы ему теперь сказать. Франц, например, знал бы. Руди боится, что вдруг опять наступит молчание.

- Я сегодня в первый раз с ними. Неделю тому назад у нас ничего не вышло бы - родители дома были.

- А тебе нельзя выезжать, когда родители дома?

- Что ты! Если бы они узнали! Да еще на паруснике. Ни за что бы они меня не пустили.

Снова Руди не знает, что говорить. Он только слегка пожимает руку Крошки.

- Послезавтра они вернутся.

- Кто?

- Родители.

Руди вдруг чувствует, что Крошка сильно сжимает его руку. Ему делается жарко от ощущения счастья. Но вот он услышал слова: "Послезавтра они вернутся".

- Послезавтра... - повторяет он почти бессознательно и надолго умолкает. - И тогда ты совсем не сможешь больше приезжать?

Крошка качает головой. Но рука ее более красноречива.

И тогда Руди осмеливается погладить эту руку.

Снова наступает тишина, которой так боялся Руди.

Крошка держит руль и смотрит прямо вперед. Руди разглядывает огоньки на воде. Они не кажутся ему такими уж заманчивыми. Да он и не обращает на них никакого внимания. Он только вздрагивает, когда мимо вдруг пролетает бакен. Снова они почти на самой середине реки. Скоро кончится вся поездка. И вдруг Руди чувствует, как в нем нарастает непреодолимое желание, которое заставляет его покраснеть до ушей. Снова мимо скользит бакен. "Вот у следующего я ей обязательно скажу!" - решает он, и ему вдруг кажется, что лодка уже не плывет, а летит с невероятной быстротой. А как бы он радовался ее полету в другое время. Какой-то пароход сиреной вызывает лоцмана. Но Руди только чуть поворачивает голову. Вот он уже различает следующий бакен. С чудовищной быстротой лодка приближается к огоньку. "Обязательно теперь скажу, обязательно..."

Вот они уже поравнялись с бакеном. Руди приподнимается, несколько раз сглатывает слюну. Бакен уже в двадцати метрах позади.

- Крошка! - выдавливает Руди из себя и кашляет.

Девушка поворачивает к нему лицо.

- Крошка, знаешь - так хорошо сегодня вечером!

- Да, - шепчет она в ответ.

- Знаешь... давай поедем не так быстро! - говорит он.

Нет, на другое он не решается. "Когда пройдем следующий бакен, я ей обязательно скажу, не то буду трусливой собакой".

- Поздно уже, - вздыхает Крошка, - мне надо вернуться так, чтобы тетя моя ничего не заметила, - но тут же отнимает у Руди шкот и выбирает его, чтобы уменьшить ход лодки.

Руди наконец собирается с духом:

- Крошка, мы с тобой еще такие молодые, и ты, может, думаешь, что я не соображаю, что говорю, но я...

Слева проплывает очередной бакен. Сараи на берегу заметно увеличиваются.

- ...но я все хорошо обдумал...

Крошка пристально смотрит вперед.

- Что обдумал?

- Да знаешь... - Руди уже видит учебный корабль впереди... - Может быть, ты так же думаешь, как я. Мне так хочется... Ты не могла бы дать мне свой адрес? - быстро заканчивает он.

- Нет, мне нельзя писать - у меня папа очень строгий.

Лодка медленно входит в рукав Везера. Крошка осторожно подруливает к берегу, хватается рукой за траву, чтобы Руди мог выскочить. Но, когда он уже сидит на берегу, не зная, что сказать, она бросает ему конец и говорит:

- Дай-ка я вылезу на минутку - ноги размять.

Руди обматывает тонкий канат вокруг большого камня.

Крошка некоторое время прохаживается взад и вперед, и Руди шагает рядом с ней. Наконец оба сразу останавливаются.

- Ты запомнишь, как меня зовут? - спрашивает Руди. Ты-то мне можешь писать? Ну, а потом, когда мы подрастем, твой отец тоже ничего не будет иметь против.

Крошка почему-то еще раз завязывает веревку. Потом они долго смотрят друг на друга.

- До свиданья, Крошка!

- До свиданья, Руди!

Но они все еще держатся за руки. И ни он, ни она не хотят первыми отпустить руку.

- Не забудь, как меня зовут!

- Нет, нет, ни за что не забуду.

- И напиши мне завтра, хорошо? И я бы тебе ответил сразу...

- Хорошо, - тихо произносит девушка, - напишу...

Руди видит, как в темноте сверкают ее зубы. Губы тонкие, но и они блестят, и глаза тоже. Вдруг он берет ее головку в обе руки и целует ее прямо в губы. Крошка, на мгновение застыв, быстро отворачивается, еще раз пожимает его руку и прыгает в лодку.

Руди все еще держит канат.

- До свиданья! - кричит он и бросает канат в лодку.

Крошка отталкивает лодку. Парус надувается.

- Спокойной ночи! - кричит девушка.

Долго стоит Руди на берегу. Белый парус манит его издалека, когда лодка уже выходит на середину темной реки. Еще минута, и он сольется со сверкающей лунной дорожкой. Вот и слился!

Руди видит крохотную фигурку и руку, которая машет, машет...