Следом за судьбой

— Что милая бровки хмуришь? — вкрадчиво прошептал он ей на ухо, неторопливо разбирая косу. — Расстроил кто?

Распущенные локоны заструились между пальцами. Княжна независимо фыркнула и попыталась стряхнуть с плеч его руки. Мысленно он улыбнулся. Вот уже и зубки показывает, и до чего мила, когда сердится!

— Ну так, чего молчишь, Ланушка? — еще тише спроси он, — Уж не на меня ли обиду держишь?

По тому, как вздрогнула и опустила голову девушка, Яр понял — попал не в бровь, а в глаз. Мужчина довольно хмыкнул и подтолкнул ее к двери в парную. Не оглядываясь, княжна переступила порог, а он вошел следом. Тусклый очаг светил еле-еле, да и сильно жарко не было. Сегодня они лишь искупаются, а не то его любая сомлеет и растеряет силы, так нужные для долгой ночи.

Он подхватил шайку с теплой водой и без предупреждения окатил княжну с головы до пят. Возмущенно взвизгнув, та подскочила на месте и одним махом развернулась.

— Ах, ты! — бросилась на него девушка.

Вот сейчас она готова была растерзать оборотня на шерстяной коврик. А тот лишь рассмеялся, одним движением сгреб ее мокрую в охапку и уселся там же где и стоял.

— Думаешь — надоела мне? — хрипло произнес Яр, покрывая ее лицо поцелуями. — Что еще выдумала, а?

Глаза опять защипало. Это она-то выдумала? А все эти дни видно ей померещились!

— Пусти! — трепыхалась в его объятьях княжна.

— Не пущу, — еще крепче прижал он девушку, — и сегодня ночью не пущу, не проси даже. Взял бы тебя прямо сейчас, но…

Яр вздохнул и потянулся за мылом.

— Тогда почему? Куда ты сбегаешь и приходишь такой… счастливый? — в ее глазах засверкали слезы.

Он тихонечко засмеялся. С любовью взглянул на обиженную девушку.

— В свой дом бегаю, подготавливаю. Нареченную порадовать хочу.

От его слов у Ланы перехватило дыхание. Вся боль, испытанная когда-то, меркла по сравнению с той, что ядом разливалась в груди вместо безжалостно вырванного сердца. Увидев ее взгляд, мужчина изменился в лице. Совсем прижал к себе и быстро зашептал на ухо:

— Родная моя… Да что ты себе удумала, глупенькая? Для тебя же все было! Слышишь? Тебя хочу видеть своей избранницей!

— Какой по счету? — зашипела Лана, выворачиваясь из цепкой хватки.

Яр опешил. Смотрел на нее с таким удивлением, что и она замерла.

— Ты о чем?! — только и смог произнести мужчина.

Девушка замялась, сбивчиво попыталась объяснить:

— Ну… Наверняка кто-то кроме меня есть. Ведь… Ведь тебе не менее тридцати весен!

Мужчина поднял брови.

— Тридцать одна. И что?

— Женат ты, вот что!

Яр смотрел на обиженную, злую и растерянную девушку. Не знал, хохотать ему или плакать. Так вот, о чем были ее помыслы! Думала, что он к другой ходит! Его ревновать принялась.

— Лана, — мягко проговорил он, — кроме тебя нет больше никого. У наших мужчин только одна жена и бывает.

Девушка смотрела все так же хмуро и с недоверием.

— Ясно — одна! Остальные, стало быть, наложницы.

Яр закатил глаза. Надумала ерунды, а ему расхлебывай.

— Одна женщина в семьях оборотней. Одна! И не важно, простой работник ты или вожак.

Девушка пристально посмотрела на него и вдруг покраснела. Опустила голову.

— Выходит, ты хочешь, чтобы я… — она запнулась и смолкла.

Яр двумя ладонями обхватил ее личико и сладко поцеловал.

— Да, хочу видеть тебя своей женой. Пойдешь за меня?

Лана поджала губы. Так вдруг захотелось немножко наказать мужчину за три дня душевных мук. Она сделала вид, что задумалась.

— Не знаю, — протянула она с хитрой улыбкой, — попросил бы, как следует!

Золотистые глаза сверкнули азартом и страстью. Шеи коснулись теплые губы и стали спускаться ниже, распаляя желание.

— Пойдешь? — почти промурлыкал оборотень и нежно прикусил твердую горошинку соска. Лана не смогла сдержать позорного стона, однако и от своей мести отказываться не хотела. Чуть выгнулась, заставив Яра довольно заурчать, резко подалась вперед и ухватила с ближней лавки так удачно стоящий рядом ковшик. Теплая вода обрушилась на черноволосую голову. Теперь Яр хватал ртом воздух. Лана довольно расхохоталась.

— Теперь пойду, — бойко ответила она.

Он и сам смеялся, глядя как веселится его девочка. Но в следующую минуту княжна вдруг затихла и задумчиво на него глянула. Даже брови нахмурила, будто вспоминая. Яр насторожился.

— Твои волосы, — медленно произнесла она, — они будто бы… и ведь похожи-то как!

Она коснулась его мокрых прядей, отводя их со лба.

— Что Ланушка? — теперь и ему стало не до смеха. Но княжна напротив, слабо улыбнулась.

— На шелк похожи, особенно когда мокрые… А глаза — как золото. Ну, точно! Черный шелк и золото!

— И? — не понял Яр.

Лана обвила его шею руками, запуская пальчики в мокрые кудри.

— Ты моя судьба, — шепнула она в его приоткрытые губы. — Пойду за тобой, куда позовешь…

Яр ответил ей нетерпеливо и голодно. Быстро искупал их обоих. Выдыхал сквозь стиснутые зубы, когда Лана намыливала его тело. Обсушил полотенцами себя и ее еще быстрее. Подхватил на руки и широким шагом направился в спальню.

Бросил прямо на кровать, жадно вглядываясь в потемневшие от желания глаза любимой. Разгорячённая княжна потянулась к нему в молчаливой просьбе скорее возлечь рядом.

— Погоди родная, — быстро зашептал он, опускаясь рядом. — Первый раз по-моему будет.

Яр ловко перевернул княжну на живот, и потянул вверх, вынуждая высоко приподнять бедра. Устроился между ее ног, широко разведя их в стороны и замер, любуясь своей избранницей. Она была так открыта для него и совсем уже не стеснялась своей наготы. Страсть горячила кровь, заставляя княжну мыслить лишь об их близости и нетерпеливо выгибаться, сжимая пальчиками темное покрывало. Взгляд скользнул по розовым, едва прикрытым мягкими завитками, складочками. Прозрачная, как роса, сочилась влага из ее лона. Яр не мог отказать себе в удовольствии. Опустился рядом и развел нежные лепестки пальцами, раскрывая себе ее всю до последнего вершка. Княжна жалобно застонала, ощутив ласкающие движения языка на самом чувствительном месте. А он пробовал ее, как дорогое лакомство, не упуская ни одного кусочка, глубоко проникал в сладкую плоть. От этой ласки его звездочка дрожала и дергалась, но он крепко держал ее, неторопливо насыщаясь дивным вкусом. Не выдержав, княжна взмолилась:

— Любимый, прошу…

От неожиданности он вздрогнул. Любимый! Сердце встрепенулось и забилось радостно и быстро, наполняя тело силой и нежностью. Мужчина поднялся, и девушка хотела повернуться к нему, но он опять не дал.

— Как пожелаешь, любимая, — прошептал он. Огладил ее спинку напоследок, ладонями обхватил талию и восхищенно вздохнул — тонко! И внутри у нее уже совсем влажно, готово принять его. Одна рука легла девушке на голову, опуская к подушке и не позволяя оглядываться, а другая осталась держать за бедра. Яр подался вперед, пристраивая тело.

— Ничего не бойся, — проговорил ей на ушко и одним резким движением проник внутрь.

От болезненно-сладкого наслаждения Лана громко вскрикнула. А Яр погружался в нее глубже и глубже, не давая отдыха. И снова прекрасное чувство полноты кружило голову. Он не позволял шелохнуться, сотрясая ее тело мощными, протяжными толчками. Сейчас оборотень безраздельно владел ею, делая так, как ему нравится. Но это только разжигало страсть. Она подчинялась требовательным ласкам с огромной радостью, наслаждаясь тем удовольствием, которое приносила мужчине. Жар внутри нарастал, и Лана прогибалась сильнее, шире разводила ноги, чувствуя, как приближается ее облегчение. Возбужденная грудь терлась о мягкое покрывало, крепкие, сильные руки стискивали бедра, а любимый оборотень двигался все резче и быстрее. Пара мощных толчков и долгожданные сладкие судороги побежали по напряженным мышцам и рассыпались внизу живота крупной дрожью. Перед зажмуренными глазами замелькали цветные пятна. Она протяжно застонала, что есть силы дёрнувшись в могучих объятьях.

За спиной раздалось утробное рычание. Скорее ощутила, чем поняла, что Яр тоже достиг предела. Он замер, изливаясь в нее упругими, частыми толчками. Не успела Лана вынырнуть из захлестнувшей ее волны удовольствия, как острые зубы вонзились кожу между левым плечом и шеей. От путаницы боли и наслаждения она заскулила не хуже волчицы. Его рука все так же давила, мешая поднять голову, но второй он оперся рядом и девушка заметила острые когти вместо ногтей, и волос на его руках стал темнее и гуще, почти как звериная шерсть. Однако ощущений было так много, что удивлению или страху просто не нашлось места. Так же внезапно Яр отпустил.

— Теперь моя, — зашептал оборотень, любовно оглаживая ее бедра, — моя, моя, моя…

Девушка под ним лежала не шелохнувшись. Он видел прикрытые глаза, яркий румянец на щечках и томную улыбку на губах. Его волк удовлетворенно рычал, довольный собой. Как удачно все получилось! Даже не вскрикнула. Мужчина потянулся и принялся аккуратно зализывать место укуса. Язык защипало от железного привкуса, но ранки больше не сочились кровью, и он вновь отстранился, крепко прижимая к себе вздернутые бедра девушки.

— Яр, — слабо позвала княжна. Ее лоно сжалось, словно бы она проверяла его намеренья.

— Я все так же тверд, звездочка, — тихо засмеялся он, лаская ее спинку и плечи свободной рукой, — сильно соскучился.

Бесстыдно выгибаясь вслед за его ладонью, княжна томно вздохнула.

— Очень сильно?

— Всю ночь спать не дам. Говорил же.

— Не больно-то и хотелось, — пробормотала девушка и попыталась вывернуться. Яр с великой неохотой, но позволил. Только для того, чтобы закинуть ее ножки к себе на плечи и одним движением снова проникнуть внутрь. Девушка удовлетворенно застонала, принимая его грубоватые ласки.

Яр сдержал слово. Только на заре отпустил заласканную и обессилившую до невозможности княжну. Та уснула прямо на нем. Оборотень тихо переложил девушку удобнее, и устроился рядом. Прижал свою невесту к груди, и заснул. Крепко и спокойно.

Часть II

Глава 1

Лане опять снился сон про их сад. Она все так же лежала в густой, мягкой траве, только на сей раз от чего-то без платья и сорочки, но ее это совсем не удивляло. Теплый ветер и лучи солнца гладили обнажённую кожу, и она довольно улыбалась, наслаждаясь дивой негой. Спину припекало все сильнее, а ласки неугомонного ветра становились все бесстыднее. Девушка открыла глаза.

Над ухом тихонько засмеялись.

— Я уж и не чаял тебя добудиться, звездочка. Сильна ты спать!

Она извернулась в теплых объятьях и поприветствовала мужчину нежным поцелуем. Яр откликнулся со всей страстью, но на губах не задержался. Соскользнул ниже и поцеловал местечко между шеей и плечом. От этой незамысловатой ласки по телу пробежала приятная волна теплых искорок.

— Яр! — опомнилась княжна. — Ты вчера укусил меня там!

— Не укусил, а поставил парную метку, — поправил ее довольный мужчина. Но увидев ее недоумевающий взгляд, пояснил, — по волчьему обычаю признал тебя своей парой.

Лана осторожно коснулась кожи. Под пальцами чуялись едва заметные шрамы-бусинки. И было тепло, словно туда в середку положили нагретый солнцем камушек.

— Она греет! — изумилась девушка.

Мужчина заметно обрадовался.

— Ты чувствуешь… Очень хорошо! Значит, наша связь крепнет.

— Расскажи мне про это, Яр, — попросила она.

Мужчина устроил ее в своих объятьях поудобнее и начал рассказ.

— С тех времен, как Велес дал жизнь моему народу, иным нет-нет, да и достается бесценный дар — встретить свою половину, предначертанную судьбой. У человека бывает любовь с первого взгляда, а у волка с первого…

— Нюха? — хихикнула Лана.

Яр посмотрел на нее строго, но в золотых глазах плескалось веселье.

— С первого вздоха, грамотейка, — поправил он, — слушай же… Конечно, не все так просто. Но если уж волк решился, то носить избраннице или избраннику метку, которая всем покажет, чья это невеста или жених.

— Как жених?

— Так ведь и оборотницы кусаются, — пояснил Яр, — первым метку ставит тот, кто в паре сильнее. Тем самым беря под защиту и покровительство своего спутника. Есть волчицы, нравом круче иного мужчины.

— Вместо любого на войну ходят? — с сомнением протянула девушка. — А муж в платье у печи пирожки печет?

Яр захохотал так, что ее перетрясло вместе с ним.

— Ох, милая, — протянул он, — моя выдумщица. В семье всегда есть глава. Но как не бывает дня без ночи, так не станет защитника без защищенного им. Каждый находит в своей роли радость. Видела, небось, и у своего люда — гром-баба, а при ней спокойный муж. И живут душа в душу. Чаще конечно все не так явно, порой и вовсе еле заметно, а иногда…

Оборотень вздохнул и вернулся к оставленной им теме.

— Если двое оборотни, то конечно и второй следом укусит, отмечая своего защитника, но бывает и как у нас тобой… Ты чуешь тепло. Значит, приняла нашу связь, может не умом, но сердцем. Со временем, через метку, ты научишься чувствовать меня сильнее. Даже когда я буду далеко.

— Скажи, а почему ты не дал смотреть на себя тогда? Из-за когтей?

Яр криво улыбнулся.

— Чтобы поставить метку, нужны зубы зверя. Я немного изменился в облике, однако не желал пугать тебя. Пришлось так.

— Не прячься больше, — мягко попросила она, — я хочу видеть. Покажешь?

— Хорошо, — подумав, согласился он, — когда-нибудь.

Лана прижалась к груди оборотня и слушала мерное биение его сердца. Сейчас ей было так хорошо и спокойно, что век бы и просидела не сходя с кровати. Руки Яра тихонько пробрались под покрывало и стали уверенно скользить по ее телу.

— А еще у метки есть и другое свойство, — эти хриплые перекаты в голосе она уже знала. От предвкушения заныло внизу.

— Какое? — севшим голосом спросила она.