Помоги проекту - поделись книгой:
Как видно из текста официального документа, изданного Пенсионным фондом РФ, уникальный страховой номер присваивается человеку и заменяет его имя. При этом точно такой же номер присваивается его досье – лицевому счету. Обращаясь в органы ПФР, человек не называет себя по имени, а «просто сообщает этот номер» системе. Все предельно ясно и просто…
Сведения, которые собирает компьютерная система о человеке называются информацией персонального характера или персональными данными. Во многих странах мира уже приняты античеловечные, богопротивные «законы», касающиеся сбора персональных данных. Фактически это узаконенное беззаконие, устанавливающее режим тотальной слежки за гражданами. Ведь персональные данные являются неотъемлемой собственностью человека, и никто не вправе их использовать без его ведома.
В России с 2000 года в недрах Государственной Думы покоился законопроект «Об информации персонального характера», подготовленный совместно с «советниками» из Евросоюза и США.В конце 2005 года его извлекли на свет и назвали законом «О персональных данных». Согласно этому антиконституционному законопроекту к персональным данным относятся не только сведения о дате и месте рождения, семейном положении, но и биометрические характеристики, включая данные о ДНК.
Согласно новому закону вводятся так называемый идентификатор персональных данных (ИПД), а так же неконституционный орган управления – государственный регистр населения РФ. Недаром в свое время министр по налогам и сборам Геннадий Букаев на одном из совещаний заявил:
Но ведь каждый человек с момента рождения обладает правами, обусловленными его природой – правом на жизнь и продолжение рода, правом на свободу, личную неприкосновенность и человеческое достоинство, в том числе, и правом на имя. Эти права даже по светским законам относятся к категории прав неотчуждаемых, которые человек в силу своей свободы не желает делать достоянием других людей.
От тех, кто не понимает сути происходящего, часто приходится слышать: «Мы же честные люди! Ну и пусть за нами следят, пусть нас контролируют…» Но ведь всякий контроль подразумевает обязательное управление. Какой смысл тратить колоссальные средства для того, чтобы только наблюдать за кем-то? Именно управление людьми, полное лишение их богоданной свободы является главной целью построения всемирной технотронной диктатуры.
Необходимо также знать, что на практике применяется процесс автоматической идентификации человека – это сбор, обработка и использование информации о человеке независимо от самого человека, его воли, желания, даже его понимания и осознания того, что о нем собирается информация… При этом необходимо понимать, что человек никак не может повлиять на процесс автоматической идентификации или остановить его.
Сбор и обработка информации о человеке и окружающем его мире в автоматическом режиме ведет к тому, что владелец информационной системы, обеспечивающей автоматическую идентификацию человека, знает о человеке больше, чем сам человек, так как знает обстоятельства, неизвестные человеку, о которых человек может и не догадываться и так никогда и не узнать, но которые можно использовать при принятии того или иного решения. А значит можно моделировать ситуацию, управлять поведением человека: направлять человека на совершение действий, угодных владельцу информационной системы. Таким образом можно ограничить волю человека и воздействовать на человека по религиозно-мировоззренческим признакам. Так практически будут растоптаны все права и свободы человеческой личности. Это дает колоссальные возможности для того, чтобы манипулировать людьми, причем совершенно анонимно и бесконтрольно.
Более того, с «нелояльными» хозяину системы гражданами можно проводить «профилактическую работу», а то и вовсе изолировать их от общества, превратив в изгоев, подлежащих уничтожению.
Как это осуществить на деле? Весьма просто. С введением электронных документов, являющихся одновременно платежными средствами, медицинскими и транспортными картами, а также несущими многие другие функции, легко следить не только за физическими действиями человека, но и контролировать его душевное состояние. В совокупности с тотальным контролем электронных коммуникаций – от телефона до компьютерных сетей (подслушивание, запись и автоматический анализ информационных сообщений) в режиме реального времени можно вести всеобъемлющее досье на каждого человека, «опасного» для хозяев антихристовой системы.
Всепроникающей системе будет известно, с кем человек встречается и о чем говорит по телефону, какую он читает литературу, каковы его политические взгляды, религиозная принадлежность, состояние здоровья и другие сугубо личные стороны жизни, уже не говоря о том, что будут строго фиксироваться все его финансовые операции.
Любые отклонения от «правил поведения», «норм и лимитов», установленных хозяевами системы, приведут к «удалению» того или иного «объекта» из системы. Человек будет лишен доступа к материальным благам и информационным ресурсам. Причем никому ничего нельзя будет доказать. Человеческим отношениям уже не будет места в системе, которая будет оперировать только цифрами. Понятия снисходительности, прощения, человечности, каких-либо уступок ради Бога электронной машине неизвестны. Если ранее человек мог о чем-то упросить пусть сурового, но живого чиновника, то в обществе нового типа его некому даже будет выслушать…
Бездушная компьютерная система в автоматическом режиме будет непрерывно судить человека по собственным критериям (с возможностью ужесточения их для каждого отдельного человека), подменяя тем самым суды Божии. Человек будет вынужден жить с оглядкой, со страхом задумываясь, не «провинился» ли он в чем-нибудь перед системой.
Система будет полностью управлять жизнью человека, да еще «ставить ему оценки» за его поведение. По этим оценкам человек будет занимать то или иное место в обществе. Система будет поощрять и наказывать. Она будет воспитывать в человеке определенные качества, отнюдь не евангельские. В «идеале» человек должен стать единым целым с системой, где «правила игры» будут установлены приспешниками диавола. Это означает полную потерю богоданной свободы!
Выдающийся русский богослов, профессор Николай Никанорович Глубоковский пишет:
Совершенно очевидно, что создание на планете системы электронного концлагеря полностью противоречит Промыслу Божию о мире и человеке. Это уже не «тень поработительного стеснения», а разрушение богоустановленного порядка во Вселенной…
Обманом и измором пытается поймать человека в расставленные на каждом шагу силки вся огромная разветвленная система, занимающаяся нумерацией и сортировкой живого инвентаря, паучьей сетью охватившая все сферы жизнедеятельности человека.
Ни один государственный деятель, ни один чиновник не говорят об истинных целях непрерывно и всеобъемлюще вершащегося убийственного действа. Ссылаясь на удобство новых технологий сбора налогов, пенсионного учета, бухгалтерии и регистрации, прикрываясь ссылками на «борьбу с терроризмом и незаконной миграцией», власти России, руководимые и направляемые силами извне, убаюкивают доверчивых, простодушных и легкомысленных граждан видимостью безопасности для человека клеймения его безсмертной души.
Вспомним прекрасные слова о мистическом значении имени христианского из сочинений святого праведного Иоанна Кронштадтского:
Из слов великого праведника очевидно, что христианское имя дается душе, а значит, и заменяющий имя цифровой идентификатор именует душу человека.
Цифровой идентификатор на самом деле совершенно уникален. При утрате какого-либо документа (удостоверения, паспорта и прочих) его заменяют на другой с новым номером. Цифровое же антиимя является пожизненным и посмертным (после кончины человека его цифровой идентификатор никому не присваивается). Итак, можно утверждать, что идентификационный номер или личный код становится вечным цифровым антиименем человека в антихристовой системе «нового мирового порядка».
Вначале человек разрешает заменить свое имя номером, приравнять имя к числу, якобы для удобства общения государства с гражданами. И мистически, и практически отказ от имени произошел, хотя имя продолжает фигурировать в общественных отношениях. И верующие, не желающие видеть опасности принятия номеров, говорят: «Но ведь мы имеем имя, как и прежде, оно есть в документах, мы обращаемся друг к другу по имени, и в храме мы – «Имярек».. Невольно вспоминаются слова Господа:
Добровольно принимая идентификационный номер, личный код, социальный номер и другие цифровые антиимена, а затем и отзываясь на них, человек внутренне соглашается с навязываемым ему порядком вещей, поклоняется мировой маммоне, как идолу, и вступает в антихристову систему всемирного электронного концлагеря. Да еще расписывается за это в заявлении или анкете! Само собой здесь напрашивается аналогия со многими литературными и фольклорными источниками, где человек, продавая свою душу диаволу, свидетельствовал об этом собственноручной подписью…
Таким образом, человек, добровольно принимающий цифровое антиимя и использующий его в различных случаях жизни, добровольно закладывает свой кирпичик в строительство царства антихриста, соучаствуя в
Конечно, нельзя утверждать, что человек, принявший номер, как и любой, совершивший даже и самый тягчайший грех, погиб безвозвратно.
Но ясно одно: когда человек отказался от Имени Божия, начался путь в бездну адскую. Он уже, как усыхающая ветвь дерева, как больной раком, и только чудо и милость Божия могут исхитить его из рва погибели. Для каждого православного христианина наступило время последнего выбора – выбора между Христом и врагом Его – антихристом.
Выдающийся русский ученый, магистр богословия, Константин Николаевич Сильченков в своем труде «Прощальная беседа Спасителя с учениками» говорит:
Сегодня каждый православный должен задуматься над словами выдающегося богослова, чтобы не уподобиться безплодной ветви, окончательно отсеченной от истинной Лозы – Господа нашего Иисуса Христа.
О трех шагах, ведущих в погибель
Принятие человеком цифрового антиимени – первый шаг к подчинению себя сатанинской системе, но он может стать и последним. Далее события развиваются по известному сценарию: электронный документ, который одновременно является электронным кошельком, а затем – вживляемый в тело человека микрочип, посредством которого можно управлять подсознанием человека. Далее следует полное упразднение наличных денег и осуществление купли-продажи только через цифровое антиимя –
Выдающийся русский богослов, профессор Н.Н. Глубоковский справедливо отмечает, что на эти слова Апокалипсиса составилось множество разнообразнейших толкований. Все они сводились к попыткам вычислить тем или иным способом собственное имя зверя-антихриста. Однако видимо не зря говорилось, что содержание Апокалипсиса только постепенно будет становиться понятным, по мере наступления событий и исполнения пророчеств, в нем предреченных. Поэтому и необходимо тщательное испытание евангельских знамений времени. В противном случае можно по легкомыслию и духовной безпечности впасть в великое искушение.
Сегодня можно однозначно утверждать, что имя зверя – это не собственное имя самого зверя, а имя, которое зверь дает человеку. Необходимо также отметить, что Священное Писание именует зверями не только зверя-антихриста и зверя-лжепророка, но и самого диавола и других бесов:
Выражение
Здесь указание на то, что имя, которое зверь дает человеку, записывается в виде числа, то есть является цифровым. В данном случае союз «или» употреблен в пояснительном значении для соединения разных обозначений одного понятия, в значении «иными словами»; «иначе». Имя зверя и число имени его – это одно и то же понятие – цифровое антиимя человека.
Итак, первый шаг совершен – человек позволил по незнанию, или легкомыслию и доверчивости, или страха ради, или в обольщении заменить мертвым номером свое живое, безсмертное имя…
Но ведь в имени заключается глубочайшая тайна! Воистину неизмеримо духовное значение имени. Когда мы произносим имя человека, то приводим в действие великое множество незримых сил, соединяющих его с миром духовным, невидимым, и с Самим Творцом.
Все, что есть у человека на земле в его непреложной, безусловной, неотъемлемой собственности, которую он возьмет с собой в жизнь вечную – это он сам – его душа, оживотворенная духом и облеченная в тело. Душа предстанет пред Господом уже на личном, частном суде, а тело, изменив свой состав, соединится с душою после Страшного Суда. Люди всегда чувствовали эту свою связь с вышним, это свое одухотворенное человечество, эту свою самопринадлежность и ценили свободу. Христианин же понимает, что это даже не его собственность, но Божия, которую он обязал беречь.
И это трехсоставное, высшее на земле творение Божие среди других таких же творений – человеков – являющихся образом и подобием Божиим – обозначено, наречено, поименовано именем личным, собственным, которое пишется с большой, прописной буквы.
Имя человека не зря называется именем собственным – оно является его вечной, неотчуждаемой собственностью. Никто не может изменить его, распорядиться им, кроме самого человека, если он этого сам захочет. Имя отличает одного человека от другого, и именно оно, имя, связывает его с оставшимися на земле, когда он отходит в мир иной, а их с ним. Имя связывает человека с Богом и Небесной, Торжествующей Церковью.
О высоком назначении имени христианского узнаем из «Троицких листков», издававшихся в России в конце XIX века по благословению и при участии святителя Феофана Затворника Вышенского:
Умилительные душеполезные поучения, составленные иноками Свято-Троицкой Сергиевой Лавры более столетия назад, вряд ли нуждаются в пояснениях. Хотелось бы подчеркнуть только одно: святое христианское имя будет вечным нашим достоянием, если мы не потеряем его сами, если не лишимся его по собственной вине…
К величайшему сожалению, об этом сегодня почти никто не задумывается. Современные люди без всякого смущения совести добровольно заменяют безценные титлы чад Божиих на унизительные цифровые клички рабов антихристова «нового мирового порядка», способствуя воцарению «сына погибели».
Называя живое имя человека, мы представляем себе всего этого человека – его голос, походку, фигуру, только ему свойственные жесты и выражение лица, производимое им впечатление внутренней силы или безсилия, спокойствия или тревоги, – все, что знаем о нем и чувствуем интуитивно – весь его физический и духовный облик в целом. В фундаментальном труде отца Павла Флоренского «Имена» читаем:
Имя потому наше духовное, мистическое ядро, стержень личности, что собирает оно все качества человека воедино, и потому, что несет оно информацию о наследственности. А наша наследственность в Вечности с Богом, если удостоимся по нашей вере, делам и по милосердию Божию, а на земле – с родителями, со своим родом-племенем, своим народом.
Получив вместо имени номер, человек признает власть всемирной антихристовой системы, подчиняет себя ей и в духовном плане отсекает себя от Бога:
В земном плане номер уничтожает укорененность человека среди людей, разрывает связь времен, отрывает человека от предков и потомков, от окружающих, изолирует его, делает его одиноким и беззащитным. Это, с одной стороны, оставляет человека один на один с сатанинской властью, с другой – разрушающе действует на его личность, и его отношение к своей личности. Номер – самое мертвенное и абстрактное обозначение личности. Информация, заложенная в нем, существует отдельно от человека. Человек психологически разваливается на части, утрачивает целостность личности и становится механическим набором каких-то свойств, признаков, зафиксированных в номере или в номерах, хотя это крушение личности совершается постепенно и обнаруживается не сразу.
Суть и значение имени понимали люди всех вероисповеданий и во все времена, понимали даже язычники, чувствуя, что, назвав имя, они уже вступают в общение. Люди чувствовали, что имя любого существа связано с ним самой таинственной и чудесной связью, что имя – не одежда, которую можно снять и снова накинуть.
Когда мы принимаем номер, позволяя приравнять его к имени, мы думаем, что на время, для пользы регистрационных и бухгалтерских процессов, сбросим его. Лишившись при этом имени в очах Божиих, мы меняем и суть – назначение имени человеческого.
Имя – имевшее значение выражать самое существо человека, стало одним из второстепенных сведений о нем. Эти сведения временны, необязательны, они могут меняться или исчезнуть вовсе. Так: прописка, место работы, возраст человека, его вес и рост, образование, данные о его семье, его привычках и привязанностях, его имуществе и прочее.
Приняв номер, человек отказывается от имени, данного в Святом Крещении, от гражданства и наследственности в Царствии Божием. Лишившись фамилии, человек пресекает свои корни на земле. Пресекает он и будущее своего рода. Если человек от начала своего сам давал имена своим детям, то теперь это делает бездушная сатанинская система, нумеруя и принимая в свою власть младенцев сразу же после их рождения. Утрачивает человек и свою власть, данную ему Творцом при создании Вселенной, над всем, что есть на земле.
Святой Макарий Великий назидает нас:
Отец Павел Флоренский пишет:
Людям хочется думать, что имя у них осталось. Но имя человека при получении номера фигурирует только на самом первом этапе – при оформлении этого номера. Дальше машинной системе, идентифицирующей человека, имя не требуется. Это подтверждается известными нормативными актами и реальной практикой.
Для автоматизированной компьютерной электронной системы, а вкупе и для всех сил мирового зла, строящих царство антихриста и управляющих этой системой в своих интересах, – имя ничего не значит, не имеет смысла. Античеловеческая, антихристианская машина, вселенская мясорубка, все данные о человеке будет содержать под номером, а все операции, производимые над ним, будут производиться, как над пронумерованным предметом. Имя, если оно и останется зрительно в документах, а на слуху – в общении, будет как тот самый фиговый листок, который будет прикрывать грех человека, отпавшего от Бога. С другой стороны, будет прикрывать для наивных и легкомысленных людей сущность этой страшной бесчеловечной машины. Злу чем-то нужно прикрываться.
Обращение к людям по номеру было только в концентрационных лагерях. Хотя даже концлагерный номер весьма отличается от того номера, который сегодня присваивается людям. Он отнюдь не является порядковым номером, как, например, номер игрока в команде, номер человека, стоящего в очереди на получение квартиры или даже номер узника концлагеря, нанесенный на него и его одежду.
Прежде всего, в концлагерях людям присваивали номера только на время срока заключения. После освобождения человек срывал этот номер с арестантского бушлата, выбрасывал его и забывал о нем навсегда. Даже если он попадал в лагерь вторично, то ему присваивали новый номер. С идентификационным номером дело обстоит иначе – он является вечным цифровым антиименем человека в глобальной сатанинской киберсистеме.
Вторым и важнейшим моментом является то, что в лагерях номера присваивали заключенным насильно, а ныне цифровые имена предлагается принять людям добровольно. Вот здесь-то и должна проявиться свобода воли, свобода выбора между добром и злом – либо отказаться от цифрового антиимени, претерпеть определенные скорби и сохранить верность Христу, либо принять цифровое антиимя, признать антихристову систему «нового мирового порядка», добровольно отдать себя ей в подчинение и принять ее дух, противный духу Христову. Так человек незаметно для себя отрекается от Христа и поклоняется антихристу в духе, ибо жизнь этого человека будет подчинена уже не закону Божию, а правилам системного поведения, установленными богоборцами. Великая духовная опасность заключается в том, что дух антихристов будет проявляться в человеке постепенно. Так же, как и лукавые демоны будут незаметно воздействовать на его ум и сердце, все более привязывая человека к земле.
Поразительно то, что многие священнослужители не только оправдывают построение антихристова «нового мирового порядка», но и призывают своих пасомых принять участие в этом богоборческом деле: «Ну что в этом такого? Подумаешь контроль и тотальная слежка! Когда и в каком государстве не было тайной канцелярии? Верующему человеку ничто не мешает спасаться… Пусть себе следят за нами. Если мы честные люди, то чего нам бояться? Вспомните, что некоторые и в концлагерях спасались…»
А может быть, не стоит, отцы и братия, безропотно вступать в компромисс со вселенским злом и собственными руками строить концлагерь для себя и своих детей? Там ведь спасаться потруднее будет, да и не всякому по силам. Да и лагерь-то этот иного типа будет. Слежка и контроль там не самое главное. Там религия другая будет! Обязательная для всех. И наркотики для всех обязательными будут. И «свободный» секс, и эвтаназия. И «стучать» на всех ближних и дальних будет делом высшей доблести. В обязательном порядке. За горшок с чечевичной похлебкой! А еще нужно будет фильмы о похождениях содомитов и лесбиянок смотреть. Тоже в обязательном порядке. В общем, выполнять все установки и команды компьютерной системы, которой будут управлять служители преисподней…
При полной неподконтрольности и безответственности существующей власти повсюду насаждается «принцип презумпции виновности» человека и гражданина.
Это один из приемов манипулирования сознанием людей, который используют ныне предтечи антихриста, ведущие против человечества информационно-психологическую войну. Завтра человеку могут сказать: «Почему вы не хотите, чтобы мы знали все о вашей личной жизни? Почему вы не хотите, чтобы мы знали, о чем вы думаете? Значит, вы что-то скрываете!? Посмотрите на этого православного фундаменталиста! Он отказывается вживить микрочип! Он задумал террористический акт! Он хочет выйти из-под нашего контроля, чтобы угонять самолеты и взрывать небоскребы! Если бы он был честным человеком, он был бы, как все. Он не хочет жить по законам «глобальной этики» и выполнять распоряжения Мирового правительства! Значит, это преступник…»
Описанная сцена относится к самому недалекому будущему. Пока же предтечи антихриста пытаются внедрить следующую после цифровой идентификации личности технологию – биометрию.
Это новый шаг к обезличиванию, расчеловечению и вещеуподоблению высшего на земле творения Божия – человека. Именно этого требует сегодня система всемирного электронного концлагеря от людей. Требует отдать в ее полное распоряжение подробные данные об индивидуальных физических, физиологических, психологических и поведенческих особенностях человека, заключенных в уникальных характеристиках его тела. Такими характеристиками – биометрическими данными для ненасытной и все более прогрессирующей компьютерной системы могут стать: отпечатки пальцев, структура сетчатки или радужной оболочки глаза, формы лица, кисти руки, ладони, пальца, уха; тепловой портрет лица, рисунок вен на руке, объем пальцев на руках и ногах, подногтевой слой кожи, голос, походка, запах тела; динамика подписи, клавиатурного набора, поворота ключа в дверном замке, движения губ, генетический код (ДНК) и даже… форма гениталий (!).
Каждому предлагается заложить всего себя «с потрохами» в документы, удостоверяющие личность – пластиковые карты, изготовленные по единому международному стандарту, где биометрические данные владельца записаны в микрочип под личным кодом человека.
Процесс сравнения реальных биометрических параметров человека с теми данными, которые были предварительно сосканированы, оцифрованы и записаны в микрочип, называется аутентификацией.
Получив в свою собственность душу человека, сатанинская электронная система протянула свои щупальца к его телу. Тело человека, как и его безсмертная душа – неотъемлемая собственность человека. У человека при необходимости операции спрашивают разрешения на это, а если больной не может отвечать, то спрашивают разрешения у родственников. Нанесение телесного ущерба или физического повреждения преследуется по закону, как и насильственное проведение медицинских и других опытов. Никто не вправе распоряжаться телом человека и после его кончины.
Биометрические данные передают о человеке очень личные, глубоко внутренние, почти неповторимые, совершенно интимные, сокровенные сведения, да еще и такие, о которых может не знать даже сам человек. Ведь по радужной оболочке глаза медицина методом иридодиагностики определяет не только весь спектр болезней человека, – какие у него были, есть и еще будут, не только состояние его костной, мышечной, кровеносной и лимфатической систем, желез внутренней секреции, но и его эмоционально-психологическое состояние на данный момент, его внутреннюю реакцию на окружающее. А уж генетический код, содержащийся в молекулах ДНК, в котором зашифрована вся информация о нашей наследственности, записана вся программа нашего жизненного цикла, – как голенькими представит нас пред очами бездушной, безжалостной управляющей компьютерной системы. И не только нас самих, но и наших предков и наших потомков. Ну, кто из нас знает свою родословную – свое генеалогическое древо? А вот силы, использующие сверхвысокие технологии в своих агрессивных, бесчеловечных целях, получив такую информацию, будут знать об этом древе все, и, когда им понадобится, срубят его под корешок!
Открытый доступ к сведениям о генетических данных чреват грозными последствиями. В сегодняшнем мире, где идет непрерывная война на уничтожение, база данных населения, раскрывающая генетический фонд народа, может быть использована для создания уникального – генетического оружия против этого народа. О том, что нарушение генетической безопасности нации не фантазия, а реальность наших дней, говорит заместитель директора научно-исследовательского института молекулярной медицины, доктор медицинских наук, профессор Алексей Иванов:
В настоящее время государственные базы ДНК-информации создаются в США, Великобритании и ряде других стран, в том числе, и в России. Пока обязательной ДНК-регистрации будут подлежать военнослужащие, летчики, сотрудники МЧС и правоохранительных органов. У этих категорий граждан будет браться для анализа небольшая капля крови, которая будет храниться в специальных условиях…
Сбор биометрических параметров человека для помещения их в электронные документы и базы данных напрямую попирает достоинство личности и превращает в фикцию, в пустую условность другие конституционные нормы – право на свободу и личную неприкосновенность, право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени. Грубейшим образом нарушается и один из основополагающих принципов международного права – презумпция невиновности. Все свободные граждане превращаются в потенциальных преступников.
При этом уничтожаются и элементарные нормы человеческой морали. Этике человеческих взаимоотношений всегда было свойственно ведать: что можно знать о человеке и что не должно. Ведь даже Сам Господь позволил нашим праотцам после их прегрешения прикрыться древесным листом. Сегодня прозрачность, доступность, открытость, подглядывание в замочную скважину, рытье в чужом исподнем белье, считавшиеся всегда явлениями нечистоплотными и недостойными человека, возводятся в добродетель.
Остается вспомнить, что унизительные процедуры по снятию биометрических параметров проходили узники гитлеровских концлагерей. Правда, методики там применялись менее совершенные, чем те, что предлагают всему современному человечеству предтечи антихриста.
Не только угроза человеческому достоинству кроется в использовании биометрии для идентификации людей.
По признанию специалистов, любой биокод всегда несет в себе гораздо большую информацию, чем это нужно для обычной проверки личности. Возможные злоупотребления здесь очевидны – от дискриминации при приеме на работу до прямого шантажа. Есть еще один важный момент. Поскольку биометрические данные хранятся в компьютерных архивах и базах данных, то нет никакой гарантии от взлома, изменения, похищения и уничтожения данных. Такие случаи уже были – в конце 2002 года в США были похищены подробнейшие медицинские досье Министерства обороны на полмиллиона военнослужащих.
Помимо того, что человек предстает совершенно обнаженным и беззащитным перед холодными и жестокими глазами автоматической бездушной системы, жаждущей использовать его в своих целях, он уже предстает не как человек разумный, а как вещь, как неодушевленный предмет.
Если идентификация – это присвоение человеку нового имени, ясно указывающее на переподчинение его силам преисподней, и последующее обозначение, именование человека по номеру, нахождение его как номера среди других номеров и поиск всех данных о нем, хранящихся в электронных базах под этим номером, то аутентификация – установление подлинности владельца документа, опознание его. Тот ли это номер пришел или кто-то другой под его номером, – подтверждение того, что этот документ принадлежит именно этому человеку.
Поделиться книгой: