Помоги проекту - поделись книгой:
— Я встречу тебя в аэропорту, — сказала мне несостоявшаяся свекровь, когда я предупредила ее о своем намерении приехать.
Поцеловав своих еще совсем крошечных детей и маму, я уселась в кресло-каталку, на которой меня аккуратно довезли до машины скорой помощи. Наблюдай я со стороны за аналогичным поведением какой-нибудь подруги, тоже бы решила, что у нее не все дома. Но когда дело касается нас с Сергеем, такие действия для меня кажутся вполне адекватными.
Аэропорт, самолет, учтивые стюардессы, служба перевозки маломобильных пассажиров и вот через несколько часов я в Москве. Таможня и новая скорая помощь, на которой меня встретила Лариса. Мы почти не обменялись репликами с матерью моего мужчины девичьих грез и двинули в сторону больницы. До клиники, в которой оперируют Сергея, полтора часа пути.
На подъезде она все же заговорила со мной.
— Ему сделали операцию на печень, все с ней нормально. А вот с головой, — произнесла она и умолкла на несколько секунду. — В общем, пуля зацепила какую-то область в мозгу, вызывая гематому. Ему вскрыли череп, чтобы снять давление. Сейчас ведется операция лучшими нейрохирургами Москвы. На самом деле, если бы был выбор, мы бы повезли его в Израиль или в Германию, но времени на перевозку нет. Поэтому мы так рискуем, — вздохнула она. — Может я делаю глупость, но мне кажется, только ты способна поднять его, вырвать из небытия. Проблема в том, что шансы на его восстановление не выше десяти процентов. Так говорят врачи. Иностранные нейрохирурги дают такие же прогнозы. Он может перестать говорить после операции, — произнесла она и поток слез хлынул из ее глаз.
Я слушала Ларису без доли эмоции на лице, хотя внутри все горело.
— Он может перестать понимать нас и узнавать после операции, — сжимала она рот руками. — Я хватаюсь за соломинку, но я надеюсь, что ты сможешь ему морально помочь. Должно же произойти чудо! Любовь сама по себе чудо. А ваша любовь в особенности. Я понимаю, что ты не считаешь меня его матерью, — почерствел ее голос. — Да, я не биологическая мать Сергея, но я люблю его больше, чем любила родная! — сжала Лариса губы, пытаясь контролировать эмоции.
— Извините, если я вас обидела своей черствостью. Я люблю Сергея, жизни без него не представляю. Я сделаю все, чтобы он выкарабкался.
Лариса аккуратно взяла мою руку и поцеловала ее.
— Я так хочу, чтобы вы были счастливы вместе, дорогая Мария!
Глава 5
Скорая привезла нас к клинике, меня усадили в новое кресло-каталку и повезли.
— А куда мы? — только и спросила я Ларису.
— На операцию. Знаю, звучит бредово, но даже врач, зная вашу ситуацию, согласился со мной, что ты должна там быть. Сначала тебе нужно будет надеть специальный костюм, чтобы не занести инфекцию.
— Неужели его до сих пор оперируют? — недоумевала я.
— Дорогая, операция уже длится пять часов. И еще как минимум три будет.
По длинным коридорам мы следовали к моему мужчине девичьих грез. Во мне не было страха, как он всегда возникал раньше при наличии опасности в отношении Сергея. Сейчас я как будто смерилась с возможной неизбежностью. Да, он может больше никогда не заговорить и не сможет понять моих слов. Да, он не вспомнит о нашей любви, что произрастает из детства. Но я-то буду помнить, я-то буду говорить о наших чувствах, рассказывать о них детям — плодам нашей с Сергеем любви.
Зайдя в помещение перед операционной, я по примеру остальных принялась мыть тщательно руки. Затем нас надели в почти герметичные халаты, маски, шапочки, бахилы и перчатки. Остались только мои глаза. Только по ним можно было понять, что это я. А Сергей скорее при операции даже не увидит меня, этого ведь никак не может быть из-за полной анестезии. Но быть может он услышит мой голос, как я слышала его после выстрела Поппи.
Да, я была тогда в отключке, да, от боли потеряла сознание, но я слышала Сергея, я слышала, как он молил о помощи Всевышнего. Я очень верующий человек и знаю, что Бог не просто так дал нам шанс общаться даже в бессознательном состоянии. Поэтому такая бредовая на первый взгляд идея Ларисы воспринята мной на ура. Я знаю, что велики шансы, что все получится.
Двери операционной распахнули передо мной и я вошла, вошла сама, без кресла-каталки. Идти было тяжело, как будто я надела огромные резиновые сапоги, насыпав в них песка. Грудину немного покалывало, но я была с обезболивающим, ведь обработав мой раствор, медики перевесили его на стерильный держатель капельницы.
Вокруг операционного стола было много врачей, они живо дискутировали, что делать, как спасать человека. Я робко подошла ближе, боясь мешать процессу. Кажется, я даже задержала дыхание, как это делала тогда — в первые встречи с мужчиной моей мечты. Увидев зафиксированную голову любимого, я потеряла дар речи. Страх и жгучая душевная боль пронзили меня.
Так бывает, когда видишь ужас происходящий с человеком, которого безумно любишь, но не можешь ему помочь. Так бывает, когда чувствуешь себя беспомощным котенком, которого топит злая старуха.
Я тихо заплакала. А что мне оставалось еще делать? Видя то, как сами врачи, переговариваясь, дают ему неутешительные прогнозы, я впала в панику.
— Живи, — вдруг из глубины моей души вырвалось робкое слово.
— Живи, — произнесла я чуть громче.
Врачи оглянулись на меня, хотя секундой ранее совсем не замечали моего присутствия. Их диалог прекратился, они молча созерцали страдание женщины, которая возможно навсегда теряет своего мужчину.
— Живи, — уже чуть не кричала я.
Как вдруг Сергей открыл глаза. Он посмотрел на меня всего пару секунд, но я почувствовала огромный разряд молнией. Меня словно пронзило нашей связью. Эмоциональной душевной связью.
— Он с нами. Хорошо, продолжаем. Анестезия, — произнес главный доктор в операционной и через мгновение Сергей снова закрыл глаза.
— Спасибо, вы нам очень помогли. А теперь, пожалуйста, выйдите отсюда, — обратился он ко мне, не глядя на меня.
Я нерешительно шагнула к выходу, а потом все же вновь взглянула на Сергея.
— У него есть шанс? — спросила я доктора.
— Рано давать прогнозы. Не отвлекайте нас, — буркнул врач и продолжил общение с коллегами.
Досада, обида и безысходность окружили меня. Рваться несколько часов из Лондона в Москву, чтобы меня так быстро прогнали. И как я могла помочь? Да, Сергей открыл глаза и взглянул на меня, но толку-то? Если у него какая-то серьезная травма мозга, то это могла быть лишь реакция на действия врачей.
Я вышла из операционной и взглянула на взволнованную Ларису, которая ждала от меня вердикта. Мне нужно ответить на незаданный ей вслух вопрос. А что ответить-то?
— Он очнулся на пару секунд. Врач сказал, что я очень помогла и прогнал меня, — произнесла я и слезы покатились из моих глаз.
— Ты молодец! — подошла она ко мне и сжала руку. — Тебе надо отдохнуть, у тебя очень уставший вид. Садись в кресло, — указала Лариса на каталку.
Из меня как будто высосали всю энергию, я чувствовала сильный упадок сил, поэтому опираясь на несостоявшаяся свекровь, подошла к креслу и села на него. Я посмотрела на своей катетер, куда была прикреплена капельница и поняла, что игла сместилась и обезболивающее не попадает в вену. У меня за пару минут, что я была в операционной, успела немного распухнуть рука возле катетера.
Лариса проследила за мной взглядом и указала медсестре на их прокол. Девушка быстро исправила ситуацию, а я стиснула зубы, чувствуя, как та пытается попасть в вену.
— Что теперь? — спросила я свою почти свекровь, после того, как медсестра закончила экзекуцию надо мной.
— Будем ждать, наверное, — произнесла она после некоторой паузы.
— А сколько ждать? — нерешительно сказала я.
— Прошло уже почти шесть часов с начала операции, значит, еще два часа, может чуть больше или меньше. Не знаю, врач говорил, что она продлиться в среднем восемь часов.
— Хорошо.
Я взяла телефон и позвонила Виктору, мне в голову пришла совершенно немыслимая идея, но я хотела получить ответы на свои вопросы.
— Витек, можешь организовать разговор с Артуром и Оксаной? — спросила я, даже не поздоровавшись.
— Они сидят в разных СИЗО, но это возможно. Ты хочешь туда приехать когда? — теперь наступила очередь ему задавать вопросы.
— А по телефону нельзя? — спросила я что-то невообразимое на первый взгляд.
— Да, если позвонить старшему в камере.
— Серьезно? — улыбнулась я, удивляясь, что, гадая, попала в точку.
— Дай мне полчаса, я узнаю их номера, — произнес он и положил трубку.
Идея-фикс. Позвонить заказчикам моего убийства и тем, кто чуть не отправил Сергея на тот свет, тем, кто возможно превратил моего жениха в растение. Что я хочу у них спросить?! Зачем? Вопрос глупый, но так меня разбирающий. И чего я добьюсь, даже получив ответы?
Мне будет проще принимать случившееся? Наверное, нет. Но все же станет понятнее происходящее. Имея понятие, почему что-то произошло, мы легче осознаем настоящее.
За своими мыслями я и не заметила, как пролетели эти полчаса и Виктор позвонил.
— Пиши номера и-ли давай сброшу в Вайбер.
— Лучше сбрось в Вайбер. А что говорить-то? Там сразу они возьмут трубку.
— Нет, трубку берет старший по камере. Говоришь ему, кто тебе нужен, человеку передают трубку.
— А это обычный звонок или видео? — задала я глупый вопрос.
— Конечно обычный. Какой еще видео, там же телефон-кирпич, — засмеялся Виктор.
— Ок. Жду тогда номера телефонов, — произнесла я и положила трубку.
Через несколько секунд Виктор прислал мне информацию, а у меня перехватило дыхание. Кому позвонить первому? Артуру или Оксане?! Наверное, т. к. основным заинтересованным лицом была жена Чена, то сначала лучше звонить помощнику Сергея.
Я нерешительно набрала цифры и нажала кнопку вызова, через пару гудков трубку поднял мужчина.
— Алло.
— А можно Артура?
— Да, секунду, — ответил он и, видимо, передал трубку.
— Артур на связи, — услышала я грубый мужской голос.
— Здравствуйте. Я Мария. Жена Сергея, в которого вы стреляли. Звоню, чтобы узнать, зачем вы это сделали.
Не ответив на мой вопрос, он обратился к старшему.
— Зачем ты мне даешь трубку! Знаешь, кто звонит?!
— Говори! Я тебе сказал, а то у параши сидеть будешь, — произнес другой мужчина довольно тихо, но жестко.
Через несколько секунд Артур снова взял трубку.
— Вы мне звоните, чтобы я во всем сознался? Облегчаете работу следствию? — усмехнулся он.
— Нет, я просто хочу знать, почему.
— Спросите у Оксаны, она точно все расскажет. Это ее идея, — произнес он и положил трубку.
Я смотрела на телефон, понимая, что не получила никакой информации. Если разговор с женой Чена будет аналогичным, то вообще какой смысл в этой беседе?!
Звонить или нет? Почти извечная проблема, аля «быть или не быть», ломала мою голову. И я решилась, набрала эти цифры и нажала кнопку вызова.
На другом конце провода послышался противный женский прокуренный голос старшей по камере.
— Алло, — скрежетала она.
— Здравствуйте. А можно Оксану? — спросила я.
— Сейчас, — ответила женщина и передала трубку жене Чена.
Глава 6
— Я слушаю, — протянула она нежным голоском.
— Оксана, я жена Стивена Блэка. Звоню вам, чтобы узнать, почему вы это сделали.
Вместо ответа я услышала тишину. Быть может супруга Чена гадала, действительно ли с ней говорю я, или это такая тактика следствия. Через несколько секунд она заговорила.
— Я не поняла. Зачем вам это знать? Какой смысл? — усмехнулась она.
— Мне хочется понять, почему? Почему вы подставили своего мужа, он же вас так любил. Почему так поступили с моим мужем.
— Кто? Чен? — засмеялась Оксана. — Да он только как вещь меня использовал. Я для него была сосудом для своих нужд. Он меня не любил. Он ко мне был равнодушен. Он меня только использовал, — вдруг, услышав нотки обиды, я поняла, за какие струнки дергать.
— Не знаю, известно ли вам, но много месяцев назад Чен доказал любовь к вам. Мой муж организовал одну неприятную для него ситуацию, в которой вы могли пострадать, и Чен сделал все, чтобы с вами ничего не случилось. Поэтому я очень хочу понять, зачем? Зачем вы подставили мужа, зачем навредили моему?
— Да мне плевать на вашего мужа! — чуть не крикнула она, а старшая по камере зашипела на нее, отчего Оксана стала говорить тише. — Чен постоянно говорил, что его сильно обидел Стивен Блэк, говорил, что точит на него зуб. Причины мне были неизвестны, да и не рассказывал мне Чен никогда ни о чем подробно. Он никогда не общался со мной по душам, всегда только имел. Два-три раза в неделю. Вот и вся его любовь была. Я поняла, что нам пора прощаться с Ченом, но он мне не дал бы развод. У него все рычаги правления. Мне не пришло в голову ничего лучше мести Стивена Блэка. Но его еще нужно было спровоцировать. Вот и все, — выдохнула она.
А я задумалась, может Оксана врет. Ну не может же она докладывать весь свой план неизвестной женщине по телефону.
— Я захотела встретиться со Стивеном Блэком, но сначала познакомилась с его помощником Артуром. Между нами вспыхнули чувства, впервые за много лет мужчина проявил ко мне не только физический интерес, но и духовный. В нем я нашла любимого мужчину и того, кто любит меня, доверяет, заботится и проявляет свои чувства. За долгие годы брака с Ченом я не получила от него этого. И ваши слова, что он меня любил это лапша на уши. Не любил он меня. Не может же мужчина любить и не разговаривать с женой. Наши отношения напоминали скорее деловые. Он мне деньги, я ему нежность, — почему-то рассказала она мне о своих переживаниях.
— Не все мужчины умеют проявлять чувства, — произнесла я всем известный факт.
Не все женщины понимают это, страдая от отсутствия мужского внимания.
— Да что ты мне рассказываешь? Твой Стивен еще тот говнюк, он получил то, что заслуживает. Ни один раз он Чена сбивал с «пути истинного» своими задумками, — вдруг Оксана переменила настроение.
Не желая слушать хамство и наговорки в отношении любимого мужчины, я пресекла ее слишком длинный язык.
— Вы убили Чена! О чем вы говорите?! Его так называемое равнодушие и сбивание с «пути истинного» Сергеем — это цветочки!
— А тебя, что, не смущали измены жениха? — усмехнулась она. — Именно тогда, когда его поддержка нужна была тебе больше всего! — неожиданно для меня самой она озвучила тяготы, которые не так давно меня мучили.
— Я думаю, на то были причины. И откуда вам знать о его изменах? — задала я вполне логичный вопрос.
Почему все кругом это знают?! Осознавая столь неприглядный факт, я уже не так переживала. Обиды не было, появилась какая-то житейская мудрость.
— Я заканчиваю разговор, — вместо ответа произнесла Оксана и положила трубку.
Поделиться книгой: