Острые зубцы короны. Книга 2. Освободитель

- Ну это уже милорд Филлерик пусть отчитывается, — махнул рукой Донови. — Он все подмял под себя.

- А как же, — довольно усмехнулся Филлерик в свои пышные усы. — Морские дела оставьте мне. Итак, сначала по верфям. На стапелях Орсода и Кинтара заложены еще два клиппера как рейдеры дальней морской зоны. В дополнение к уже имеющейся в Орсоде строят еще одну верфь, которую планируется целиком отдать под гражданские заказы, нечего флоту военному и гражданскому спорить между собой за место на стапелях. Не все, однако, захваченное в Ангере и Кинтаре освоено и доведено до ума, небольшой военно-морской флот у нас теперь есть, правда, представленный трофейными кораблями эльфарской и гномской постройки. Только вот одна проблема — экипажей не хватает. Ту тысячу, которую перетащили сюда, на все не хватит.

- Ваши предложения?

- Продолжать переселять сюда с северных провинций Зунландии тех же моряков, отдавая предпочтение тем, кто служил в королевском военно-морском флоте. Сейчас нам нужны профессионалы, настоящие профессионалы. Капитаны, штурманы, канониры. Понятно, что кое-какой кадровый задел есть, но полноценным военно-морским флотом это назвать нельзя, по численности и составу даже на флотилию пока не тянем.

- Согласен. Я думаю, вы сами решите это без меня, Колхан, Анер и Делан помогут вам в этом, — Серж посмотрел на лица, ища знаки одобрения.

- Ну а рыболовство идет полным ходом. Не задействованные как дозорные суда приходят обратно с полными трюмами. А чтобы никому не было обидно, я ввел ротацию — две недели в дозоре, а дальше лови себе спокойно, и зарабатывай.

- Кстати, совсем забыл, — спохватился Серж. — Насчет «зарабатывай». Донови, как у нас идет создание своей валюты? А то кубышки уже истощились.

- Плохо, милорд, — вздохнул Донови. — Народ не привык вместо золота получать какие-то бумажки. Несмотря на то, что они обеспечены золотом.

Вот это уже было хреново. И реформа платежной системы столкнулась, как и раньше в истории, с теми же вечными трудностями.

- Что предпринимается?

- Бумажные деньги принимаются наряду с золотом, но цена товара выходит ниже, как посоветовали наши новые банкиры. Один бумажный гравийский талер равен одному зунландскому орлу или эльфарскому талеру плюс серебрушка, покупательная стоимость бумажных денег больше. Потребовалось конечно силовое решение, но… Кроме того, некоторые товары в наших лавках продаются только за бумагу. А поскольку нами создан искусственный дефицит бумажных денег, их пока очень мало … Сейчас открываем Первый Королевский Банк, как раз достраивается под него здание. И как рекламный ход — обмен возможен только там, не больше двадцати талеров бумажными за один раз.

- Сомневаюсь я в действенности этих мер, — Серж задумчиво побарабанил пальцами по столу. — Но пробуйте. Деваться нам некуда. Золото нужно выводить из платежной системы, оставить только для международных расчетов. Нам нужна своя валюта для внутреннего оборота. Ладно, с этим мы закончили. Милорд Филлерик, у вас все?

- Да, вроде пока все.

- По Тайной Страже. У вас есть, что донести до общего сведения, милорд Ферлаг?

- Нет. Все идет как надо, отделения Тайной Стражи и Стражи во всех городах работают в штатном режиме, ничего необычного.

- Не ропщут обычные Стражи-то? А то поставили им начальников из бывших Тайных? — спросил Серж.,

- Нет. Разговорчики пресекаются с полуслова, да их практически и нет, все люди проверенные. И вы же сами говорили, милорд, что это стандартная практика — ставить на усиление в Стражу людей из Тайной Стражи. Ну а по боевым магам — это ваша епархия.

- Да, так оно и есть. Моя, — подтвердил Серж. — Что скажет наш достопочтенный генерал Анер?

- Все так же милорд. Все наши два полных полка постоянного состава занимаются боевой подготовкой по программе егерей, — Анер сделал кивок в сторону Тиры, их бывшего командира. — Так что это уже не обычная пехота, больше похоже на штурмовые полки. Программа подготовки превосходит на голову подготовку обычного пехотинца. Остальные, не годные или не желающие служить на постоянной основе, проходят переподготовку по программе резерва территориальной обороны, так же любезно предоставленную егерями. Итак, всего у нас четыре тысячи человек постоянного состава — не считая погранслужбы, она входит в ведомство герцога Ферлага — а в случае необходимости территориальная оборона может выставить еще дополнительно семь тысяч человек, готовых не просто держать оружие, но и им владеть. А держать оружие тут способны все, это фронтир все-таки. Индейцы способны выставить примерно столько же, но мы их по программе резерва не готовим, только их командиров. Они сами способны о себе и нас позаботится. А также они с большим удовольствием поступают на регулярную службу, как в принципе и ожидалось, у них воинская доблесть на первом месте.

- Ну что же, расчет оправдался. Так что в случае чего, Гравия способна если не дать отпор, то оказать вооруженное сопротивление с нанесением неприемлемого ущерба неприятелю. Как с оружием, генерал?

- На регулярные части — достаточно. Стрелковое оружие нового образца, артиллерия трофейная и своя, минометы, ракеты — но эти больше у егерей и приданных каждому полку егерских рот, а также у береговой обороны, которая входит во флот. А вот с резервистами — не так радужно. Вооружены кто чем попало, от мечей и арбалетов до ружей, они не состоят в программе снабжения армии и вынуждены закупать все на свои, а своих пока что маловато.

- Ну не могу я больше дать, не могу, — застонал Серж. — И так уже три завода завязаны на перевооружение.

Да уж, рано подумал, что оружия достаточно, вздохнул Серж. Лесной, как он называл свою мануфактуру в лесу, Исторская мануфактура и мастерские и заводы Арента клепали щит и меч Гравии на пределе возможностей, причем Исторская работала только на гражданские заказы, вроде тех же «Дерринджеров».

- По современным меркам мы очень хорошо вооружены, милорд, — довольно подкрутил седой ус Анер. — Я не думаю, что есть сейчас на Изначальной хоть одна армия, столь же хорошо вооруженная, да и настолько подготовленная. Так что все не так и плохо. Да и ваша программа вооружения населения…

- Да, кстати, Донови, что там у нас с этим? Меня интересует больше огнестрел, который мы производим. Сколько их продано?

- Только огнестрела, в смысле пистолетов, другое мы не продаем — около трех тысяч.

- Да что же так мало то? — легонько хлопнул по столу Серж. — Где я мог ошибиться?

- Целевая аудитория, как вы говорите, не та. Здесь больше охотники и привыкшие владеть холодным оружием люди. Для охоты ваши пистолеты не годятся. Зато партии трофейного гномского и эльфарского оружия не задерживаются, их сразу раскупают, несмотря на то, что это отбраковка, не принятая армией.

Серж хмыкнул. Да, это они с Тирой вовремя монополизировали торговлю трофеями через открытые государственные оружейные лавки и запретив оборот оружия вне их. Тем более, что в уничтоженных городах трофейные команды набрали столько оружия, что хватило бы каждому жителю, и не по одной единице. Но лучшее естественно шло в войска и на учрежденные Сержем склады мобрезерва, на случай большой войны.

- Ладно, будем думать. На всякий случай у нас на складах, особенно в Ангере, есть гномские запасы. В случае чего перевооружиться территориальной обороне хватит. Переходим ко второй части нашего собрания. И опять вы, генерал, — сделал приглашающий жест Серж.

Анер полез в тубус — ну что уж там, полезное изобретение, пока штучной работы ввиду отсутствия спроса — и, достав испрещенную пометками карту севера Истока, расстелил ее на столе перед присутствующими.

- Давайте, милорд, объясняйте.

- Здесь карта оперативной обстановки за последнюю неделю. Разведданные от ведомства леди Колхан, — кивок в сторону Аны. — Как видим, большая часть Зунландии освобождена от гномов и эльфаров на юго-западе, а также орков и айзанцев на юго-востоке. Более того, граница с айзанцами восстановлена. Силы Крата взяли Арзун. Сейчас туда перебирается вся старая и новая аристократия вместе с самопровозглашенным, точнее провозглашенным Кратом королем Викхерном, бывшим герцогом Викхерном, чье герцогство, как вы знаете, на северо-востоке Зунландии.

- Ну понятно, что Арзун им нужен только для укрепления статуса, — заметил Тира. — Чтобы из самозваного и самокоронованного короля в бегах превратиться в законного суверена Зунландии.

- Легитимизация это называется, — уточнил Серж. Тира покосился на него, но смолчал.

- Безусловно, это его законным королем не сделает, так как короновать его было некому, кроме некоторых верных ему вассалов с подачи Крата. Но поскольку оппозиция отсутствует, он продержится на троне ровно столько, сколько позволит ему Крат. Потому что король — это его марионетка, а на самом деле в короли метит сам генерал, — продолжил Тира разжевывать азбучные истины.

- Я продолжу? — Анер грозно прищурился через линзы очков, недовольный тем, что его перебили. — Хорошо. Дальше на юго-запад идет Дикое Поле, приблизительно вот отсюда и до южной границы, вот эта вот заштрихованная на карте территория. Четкой границы там естественно нет, территория формально зунландская, но судя по донесениям, власть на освобожденных, точнее оставленных эльфарами и гномами территориях королю не принадлежит в силу отсутствия там регулярных войск. Хозяйничают там местные магнаты и банды — кто из уголовников, кто из бывших пособников оккупантов. Местному населению они настолько надоели, что обитатели Дикого Поля с радостью готовы сменить место жительства на Гравию. Оттуда мы людей и набираем.

- Попутно вешая тех, кто мешает это делать, — хмыкнул Серж. Да, пришлось некоторых мелких аристократов помножить на ноль, причем совершенно безнаказанно — зунландская армия туда соваться не собиралась, опасаясь бессмысленных потерь. Ну а что, команды эвакуации были тертыми ребятами, сплав егерей, пограничников и подпольщиков, хорошо понюхавших пороху и крови. А также до зубов вооруженные и с полным отсутствием рефлексии. Задача поставлена — выполняйте, препятствие появилось — убирайте.

- Дикое Поле кончается здесь, — карандаш генерала уперся в юго-западную границу с Лундией и Эльфарией. — Вот это — области, с которых еще не ушли войска гномов, да и вряд ли уйдут, это так называемый Лундийский выступ. Они тут обустроились прочно и надолго. Как и разрозненные оккупационные части в Лундии.

Тира разразился коротким смешком.

- Что смешного, милорд? — Анер осуждающе посмотрел на Тиру поверх очков.

- Да нет, ничего, извините. Просто только что беседовали с посланцами Лундии, которые наивно подумали, что мы их сначала освободим от гномов, а потом еще и спонсируем за их невмешательство.

- Ну гномов оттуда выбить можно, но эта затея абсолютно бессмысленна. Туда нужно вводить большой экспедиционный корпус раз в десять больше нашего. Но это вообще ничего нам не даст, Лундия нам не нужна.

- Причем совсем, — подтвердил Серж. — Наша задача — посмотреть на кашу, заваривающуюся в Зунландии, и в нужный момент взять ее себе. Что там у нас с раскладом сил в Зунландии, Ана?

- Тут много чего интересного. Первая сила, самая большая и многочисленная, это Крат с его армией и картонным королем Викхерном. Как видим по карте, милорд, ему удалось отвоевать почти две трети бывшей территории Зунландии, выйдя на южные границы. Весь север, юг и восток сейчас в его распоряжении. Дикое Поле он пока подмять под себя не в состоянии, как и западную границу, так как на юго-западе ему хорошо вломили гномы, не дав сделать охват Дикого Поля и выход на границу с Эльфарией как раз за счет Лундийского выступа. После наших ударов по гномам и эльфам, и те, и другие потеряли большую часть своего потенциала, особенно гномы — их промышленность в полном упадке, никак не отойдут от потери двух своих основных моногородов. Так что ни от тех, ни от других организованного наступления ждать не приходится, более того, они покидают бывшие оккупированные земли Зунландии, стягивая уцелевшие силы обратно к своим городам и землям — у них сейчас наступила стадия вялотекущего конфликта, когда и хочется, и колется. Сейчас три ободранные собаки ходят друг вокруг друга скаля клыки и рыча, примериваясь к чужой глотке, и оценивают, не станет ли этот бросок последним в их жизни.

- Так что Зунландия получила в данный момент передышку…

- Временную. На пару-тройку лет. И то, лишь из-за того, что у всех сторон неприемлемые потери, когда единственная оставшаяся мысль не о том, чтобы захватить плохо лежащее у соседа, а как бы самим остатки не потерять. Комбинация стравить гномов с эльфами была правильной, коротышки прижали лесных, а потом с потерей промышленности и запасов были сами вынуждены перейти к обороне. И Зунландия, разоренная и опустошенная войной, не имеет возможности додавить своих коварных соседей по их логовам без опасности самим получить такую победу, которая хуже поражения.

- Пиррова победа, — пробормотал себе под нос Серж.

- Что, милорд? — спросила Ана

- Да это я так, про себя. Победа, которая хуже поражения — точное определение.

- Да, здесь установилось определенное равновесие за счет недостатка сил у сторон.

- Ну в общем-то, как и задумывалось. Небольшая управляемая регрессия. А что в айзанском ханстве?

- А ничего, — пожала плечами Ана. — Туда прорвались уроженцы тех мест из сводных сил Пограничной Стражи, орки с ханцами как всегда храбро разбежались, дорога на Ат-Балай была открыта. Но Крат вовремя смекнул, что ханство с такими силами ему не удержать, и погоняв немного ханцев и оркобесов на их земле, погранцы вернулись в свои города.

- Да, все-таки Крат при всей его отмороженности на всю голову — именно та фигура, которая была нужна, — с сожалением сказал Серж.

- Именно так. Поэтому если его не дай боги уберут — конечно странно так говорить о нашем заклятом враге — все скатится в хаос. При помощи как раз вторых сил — мелкопоместных аристократов, которые спят и видят, как овладеть всей Зунландией, разобрав ее по манорам и феодам. Понятно, что это из области их влажных несбыточных снов. Мердоз докладывал, что к некоторым, особо амбициозным, Крат уже отправлял разрешителей проблем с численностью до одного полка, после чего проблема исчезала вместе с аристократом. Так что похоже, Крат — первая и единственная стабилизирующая сила в Зунландии. Пока по данным групп эвакуации, оставшегося подполья и Мердоза, других сил, представляющих опасность, нет.

- Да, как бы не пришлось пока оставить ему Зунландию, — крякнул Серж. — Какой у него перевес в численности войск?

- По сравнению с нашими регулярными? По моим очень приблизительным данным — что-то около десяти к одному, или больше, порядка тридцати тысяч штыков. Но следует учитывать, что кадровых из них мало, первые удары выбили большинство, основную массу набирали по мобилизации.

- Много, — Серж аж присвистнул.

- Да это еще мало, в довоенное время в Зунландии было в три раза больше. Война на два фронта выбила всю довоенную манерную куртуазную элиту, осталась элита волков, прошедших через мясорубку. Нас спасает только Туранское море и закрытые порталы, будь Крат соседом — осталось бы только подороже продать жизнь.

- Значит, прямое вторжение в Зунландию отпадает. Да и как-то не хочется людей убивать, все-таки одна раса и бывшие сограждане.

- Да, похоже так, — согласилась Ана. — Хотя подполье и ведет подрывную работу среди солдат армий Крата.

- Главное, чтобы не переусердствовали, — махнул рукой Серж. — Итак, продолжаем жить и заниматься государственным строительством, укреплять Гравию. Высказываемся по первоочередным задачам, голосуем. Все согласны? Ну и хорошо. Начинайте, Донови…

Глава 2

Мердоз смотрел на пленных орков и эльфаров, восстанавливающих то, что порушили их собратья по оккупации. Сторожимые всего одним солдатом с мечом на поясе, оборванные бывшие вояки высших рас с кирками и тачками выглядели не так грозно, как до этого с оружием в руках, скорее даже жалко. Ну работы-то для них хватит. Здесь в Арзуне оставалось начать и кончить — королевского дворцового комплекса не существовало, на его месте был большой котлован с мелкими каменными обломками и мешаниной грязи после прошедших дождей. Посмертие, взорванное Азариусом, стерло о себе и память о старой Зунландии, величественной и патриархальной. Теперь же ему, как правой руке Крата, приходилось не только заниматься своей профильной работой, но еще и хозяйственной — хотя бы подобрать ему место для проживания. Король Викхерн — хотя какой он там к хренам собачьим король — занял бывший особняк эльфарского наместника, Крат предпочитавший выделенному ему особняку, казарму — бывшее здание генерального штаба, неугомонный сапог все чаще подчеркивал свою армейскую природу перед окружающими. Самому же Мердозу приходилось неотступно сопровождать Крата, поэтому его домом стал один из кабинетов того же штаба.

Все шло как-то не очень здорово. Нет, спасибо конечно Сержу и его теперь уже гравийцам за подарочки эльфарам и гномам, только это помогло прекратить войну и остаться в живых. Потрепаны, ранены, разорены — но живы и зализываем раны. Хотя бы та большая часть Зунландии, которая была сейчас под Кратом. Но вот то-то и оно, что несмотря на внешнюю силу, генерал был колоссом на глиняных ногах — в армии и не только его не любили. Одно дело железной рукой посылать подчиненных в смертоубийственную атаку и лично рубить головы непокорным, и совсем другое дело делать это бездумно в мирное время. Правы были гравийцы, бездарный он генерал. А что еще хуже — бездарный правитель, заставляющий солдат на своей земле делать то, что делают на землях оккупированных. И пылали жарким пламенем дома и амбары, насиловали и развешивали на перекладинах виселиц и ветвях деревьев бывших подданных Азариуса, наказание за неповиновение властям было одно — смерть. Генерал Крат исчез, появился диктатор Крат, чудовище, методы которого ужасали даже привыкшего ко всему Мердоза. Конечно, полковник не бездействовал, осторожно и аккуратно пытаясь исправлять ухудшаемую Кратом ситуацию, но… Сделать он мог увы, немного. Вот и сейчас придется, вернувшись в управление, заняться работой полицейского, точнее следователя по одному из политических дел, очередному бунту в армейской среде.

- Итак, майор, вы утверждаете, что действовали один и ни по чьему приказу? — Мердоз ходил по пыточной в подвале управления.

Избитый кровавый кусок мяса, привязанный к железному стулу, лишь смог с трудом разлепить щелочку одного глаза.

- Молчите? — Мердоз жестом остановил заплечных дел мастера, занесшего было пудовый кулак над тем, что осталось от заключенного. — Да и ладно, это неважно. Тут есть показания двух ваших лейтенантов, указывающих на то, что вы подбивали солдат к бунту против законного короля Викхерна, показания ваших сообщников и описание планов по захвату власти.

Кусок мяса лишь слегка пошевелился, обвиснув на ремнях. Больше он ничего сделать не смог.

- Ладно, допрос окончен, — бросил Мердоз палачу.

- Куда его, мылсдарь? — прогудел детина-палач. — В ров, в камеру или сразу добить, чтобы не мучился?

- Как это добить? Ты хочешь подарить легкую смерть заговорщику? Отдадим его Лесным Ножам, они ему устроят такую смерть, что боги ужаснутся.

Вот тут уже вздрогнул сам палач. Даже сожжение на костре было более милосердной смертью, чем та, которая ждала несчастного. Предпочитая самому не связываться с утилизацией, Мердоз некоторых заключенных отдавал банде Лесных Ножей из Дикого Поля, по слухам связанных с эльфами. Что они там с ними делали и зачем зеки были нужны ушастым, Мердоз не спрашивал. Достаточно того, что Ножи платили палачу за каждое тело пять талеров золотом, но только если это тело еще подавало признаки жизни. Иногда несчастных препарировали на месте, развешивая внутренности по деревьям, для устрашения остальных.

- А остальных, мылсдарь?

- Остальных? — Мердоз повернулся и осмотрел палача. — Указания получишь позже. Иди пока готовь мясовозку.

Палач согласно кивнул. Идти готовить фургон для перевозки заключенных — хотя бы работа на воздухе, не в этом душном, жарком и вонючем подвале, пропитанном запахом паленого мяса и испражнений.

А Мердоз, вернувшись к себе в кабинет, занялся делом. Список, составим список. Майора Кэндеро — Ножам, двух лейтенантов, сдавших его даже не под пытками, а под угрозой физического воздействия — просто повесить на плацу за моральную неустойчивость, молчаливого сержанта-ветерана, так и не заговорившего, и превратившегося тоже в отбивную — и этого Ножам… Ну и что? Всего десять талеров палачу? Кто у нас еще для опта? Маловато. Ну ничего, еще попадутся. Так понемногу, по чуть-чуть… И дело вовсе не в деньгах.

Как всегда, самое интересное проходило за городом, на старом заброшенном кладбище Арзуна. Палач правил фургоном в темноте, вздрагивая от каждой ночной неверной тени — про эти места ходило столько страшных баек и небылиц, что трудно было отличить небыль от правды. И про неупокоенных духов насильственно убиенных, ставших навьями, и про мертвецов, разрывающих свои могилы и выбирающихся наружу, а также про шабаши ковенов на могилах, которым для обрядов была нужна свежая плоть и кровь неосторожных путников.

Вот в ночи засветился огонек на обочине кладбищенской дороги. Палач зажег фонарь, и поставил его перед собой. Его увидели, огонек мигнул два раза, палач в ответ — три. Все нормально, если можно было бы об этом так сказать здесь. Это были Ножи.

Палач медленно подъехал к другому фургону и остановился по мановению руки стоящего на дороге человека в черном плаще с головы до пят, лицо которого было скрыто капюшоном. Сколько раз он уже ни встречался с ними, при виде черных его всегда охватывала оторопь. Палач вышел из фургона.

- Привезссс? — зловеще, по-змеиному, прошипел черный человек.

- Да, ваша милость, двоих.

- Мало, — разочарованно сказал человек. Да и вообще, человек ли это? Странный, очень странный у него акцент, который насторожил еще при первой встрече, похожий палач встречал только во время Войн Крови, когда еще не был палачом, а был простым солдатом. — Давай, открывай!

Палач подошел к задней двери фургона, сопровождаемый невесть откуда появившимися фигурами в черных плащах.

- Вот, ваша милость!

Черный склонился над связанными полутрупами.

- Они еле живы, — прошипел он. — Не получишь денег. Мне нужно не мясо, а их органы. Или может твои почки для нашего магического обряда подойдут?

Палач икнул и побелел. Так вот зачем они покупают приговоренных! Палач слышал о Черных Магах Смерти, причем такое, чему верить было нельзя. Банда? Это банда? Да никакая это не банда, это ковен Черных.

- Виноват, ваша милость, — проблеял палач.

- Виноват, — согласился черный. — В следующий раз если привезешь мне товар в таком состоянии, сам пойдешь на мясо. Ты понял?

- Да-а, ваша милость…

- Грузите, — черный полуобернулся к своим. — И передай своему хозяину, что я очень недоволен.

Черный кинул звякнувший кошелек в дорожную пыль. Палач дрожащими руками подобрал плату, непрестанно кланяясь, проводил взглядами страшных черных, дождался, пока они уедут, осенил себя святым кругом и поскорее забрался в фургон. Быстрее, как можно быстрее из этого проклятого места!

…Майор Кэндеро сначала подумал, что наконец-то ушел за грань и попал в то место, куда попадают души мучеников. Последние три дня были непрекращающейся болью, рвущей тело на части — а другого трудно было ожидать от подручных Крата, страдающих, точнее наслаждающихся невыносимой жестокостью по отношению ко всем — своим ли, чужим, все равно, к кому прикажут. Ему, боевому офицеру, прошедшему от лейтенанта, командира пехотной роты нового образца еще при Азариусе, будь благословенна его память, до командира батальона пехоты короля Викхерна претило то, что приходилось делать армии. Ладно, в отношении других рас — здесь все спишут законы войны, можно было попрать и примириться с собой, но когда Крат повернул армию против народа и огнем и мечом прошелся по своим же, людям, зунландцам, и так настрадавшимся за время оккупации ушастой нечисти, Кэндеро не выдержал.

План был до неприличия простой — во время одного из визитов Крата в полк вывести свой батальон, убить генерала и, подняв других, снести марионетку Викхерна и занять дворец. А дальше? Дальше план не особо вырисовывался, как пойдет. Может быть, примкнут те, кто не одобрял звериной жестокости Крата, например, генерал Тейесен из старой еще военной аристократии, начальник генерального штаба, или полковник Керелдан, командир штурмового полка… Они иногда высказывали свое неодобрение по поводу действий верховного, и самое интересное, до сих пор были живы — видимо, пока были незаменимы. Да и мнение было выражено не в виде жесткой публичной критики, а так, легкое бурчание под нос.

Кэндеро же начал продумывать заговор всерьез, не вызывая подозрений излишней болтливостью — что толку трепать языком, привлекая к себе внимание этого мерзавца, его цепного пса Мердоза с ничего не выражающими стеклянными рыбьими глазами, главы Тайной Стражи. Тому человека убить — что стакан воды выпить, в общем, тот еще шакал.

И как оказалось, умный шакал. Кэндеро потихоньку, исподволь плел свои неумелые сети заговора, вовлек в него младших офицеров, сержантов — тех, кто ничего не терял в плане карьеры и дальнейшего будущего, но у кого имелся самый важный необходимый ресурс — люди. Солдаты. Прошедшие за время Эльфарской кампании огонь и воду, и готовые следовать за своими командирами хоть в пекло.

Сдал заговорщиков один молодой лейтенант, который решил, что выслужится перед Кратом, если доложит о заговоре. Правда, это ему совсем не помогло — так он тоже оказался в застенках Мердоза, вместе со своим сослуживцем, тоже лейтенантом. Ну поскольку они были вовлечены в заговор недавно, то знали только его и его ординарца, сержанта Тресана. И вскоре все четверо очутились в пыточной Тайной Стражи. Вот тут вот и сказалась старая закалка — если лейтенанты разливались соловьями от одного только вида каленого железа, то Кэндеро молчал, как, похоже, и Тресан — по крайней мере, на него сам Мердоз, не побрезговавший лично провести силовое дознание, не ссылался. Зато какой ценой далось это молчание… Харкая кровью, шипя от боли в переломанных ребрах и конечностях Кэндеро мечтал побыстрее умереть от шока, но тренированное, выносливое солдатское тело этого сделать отказывалось, хотя целых костей в нем оставалось наполовину, а что со внутренними органами не знал никто — боль, казалось, заполнила весь человеческий сосуд и уже лилась через крышку.

Кэндеро вдруг осознал, что он находится все еще в своем многострадальном теле, попробовал пошевелить руками и ногами — о, чудо! Действительно шевелятся, не болят, слушаются его, более того пальцами рук он чувствует тонкий незнакомый материал, постеленный под ним. Где он? Неужели в раю?

Он открыл глаза. Странная белая комната, залитая солнечным светом.