Помоги проекту - поделись книгой:
Перед уходом я в последний раз осмотрела молодую мать и ее малыша, еще раз удостоверившись, что никаких осложнений не предвидится. Мы с супругом уже почти вышли из маленького гостевого павильона, когда услышали хруст гравия на дорожке, ведущей к крыльцу. А-Лей, что ли? Или Шенсан? Что случилось, они же были заняты каждый своим заданием?
Мы с Юншеном переглянулись, и муж убрал руки с моей талии. Я буквально спиной почувствовала, что он взялся за меч. Лун Вайер тоже привстал на постели и зашарил по ней руками — но у этого ухаря мы железяку отобрали, незачем роженице под бок железо тащить.
— Госпожа? У вас есть для меня работа? — раздался робкий голосок с порога, и в дверях возникла тонкая девичья фигурка, закутанная в розовый шелк — цвета Персикового Двора, хозяйкой которого была Лисянь.
— Пуи?! — Я так изумилась, что на секунду растеряла все мысли. — Что ты тут делаешь?! И… как сюда попала?! — Вопрос не праздный с учетом того, что ворота Жасминовых Садов заперты, а возле них несет караул хмурый змей, которому отдельно указано не подпускать близко ни одной заразы в розовых платьицах. И особенно вот эту конкретную. Ну не верю я, что он настолько непрофессионален. Обычную служанку не заметить…
Да о чем я вообще? Он эту Пуи уже гонял, да так, что та с визгом улепетывала, шпионка недоделанная. И с того раза явно боялась нашего змея как огня, при том что все равно пыталась строить ему глазки. А сейчас у нас повышенная секретность и готовность, мы ведь даже в поместье умудрились просочиться так, что ни одна любопытная морда не просекла, что старшая дочь семьи Тан в очередной раз притащила домой непонятно кого.
— Госпожа, моя обязанность служить вам, — все тем же колокольчиком прозвенела девица. — Что я могу для вас сделать?
Я молча смотрела на нее, стараясь собрать расползающийся мир в кучку. Усталость последних дней играла со мной в плохие игры — голова работала с трудом. Но даже в такой плачевной ситуации я не могла не заметить абсурдности происходящего. Особенно абсурдным был ну очень красноречивый и какой-то полный обожания взгляд, который Пуи бросила на лежащего на кровати мужчину.
Вот оно что…
— Легка на помине, — шепнула я мгновенно подобравшемуся Юншену. А сама улыбнулась гостье, ласково-ласково, как голодная крокодилица.
— Хочешь услужить мне, да? Ну проходи. Я найду тебе занятие.
Девица охотно впорхнула в дом, с любопытством осмотрелась по сторонам, потом ее взгляд словно магнитом притянуло обратно на кровать, где лежал наш недолеченный воин. И вдруг миловидная мордашка на долю секунды исказилась, а в глазах сверкнул яростный огонек: она заметила спящую рядом с шиди женщину!
Я это зафиксировала краем глаза, тут же перенеся внимание на ее… так скажем, тылы. И не зря — розовый шелк чуть ниже талии именно в этот момент судорожно колыхнулся, подол пошел волнами, и в воздушных складках мелькнуло что-то черное и блестящее. Словно заостренная трехгранная пика из вороненого металла чиркнула по полу. И исчезла так же быстро, как появилась.
Рука Юншена снова обняла мою талию, потом его пальцы скользнули вверх и вбок, к моей руке, и быстро нарисовали на тыльной стороне кисти несколько иероглифов. Я только кивнула, не сводя напряженного взгляда с нашей гостьи. Потом выдохнула, коснулась ладони мужа и спокойно спросила:
— Кто ты такая и что сделала с настоящей служанкой?
В следующую секунду меч небожителя с едва слышным шорохом рассек воздух и замер, коснувшись кончиком горла демоницы.
Глава 13
Юншен:
— Двинешься — и я рассеку тебя надвое, — пригрозил я вторженке.
Демоница замерла, но все равно даже не смотрела в мою сторону. Ее блестящие глаза были прикованы к одному шиди. Даже находясь в подобной опасности, она не спускала с него взгляда, казалось, что только его она и видит… А еще этот тихий, на грани слышимости, рык дробной россыпью свинцовых шариков сыплется на пол.
— Вот это любовь, — то ли с восхищением, то ли с сарказмом прошептала лиса и добавила вслух: — Успокойся, это не его женщина там лежит. Он просто по доброте душевной помогает нам с ее лечением. И сам лечится. А поскольку кровать здесь одна… сама понимаешь.
— Что… — попытался осознать происходящее шиди. Он был почти парализован взглядом демоницы: на него в жизни никто так не смотрел (тем более — из врагов) и А-Ер просто не понимал, как на такое реагировать. Я бы на его месте тоже не знал, поскольку, на мой взгляд, вообще непонятно, чего хочет странное существо: может, обнять, а может, съесть. Вполне возможно, что в шиди она видит некое редкое и изысканное блюдо.
— Кто ты и куда дела служанку? — повторил я. Меч настойчиво царапнул горло незваной гостьи, напоминая, что ей стоит ответить на вопрос, который был задан ранее.
— Он мой, — абсолютно нелогично ответила девушка. Демоница даже не вздрогнула, когда по ее шее побежала алая дорожка, пачкая розовое одеяние служанки.
— Да ладно, — насмешливо ответила ей Янли. — Пока что он мой. А ты, если чего-то хочешь, отвечай на вопросы. Я еще посмотрю, стоит ли разрешить тебе навещать нашего шиди, или ты слишком плохая девочка.
Вот теперь демоница обернулась, и я мгновенно забросил разговорчивую жену себе за спину, поскольку звериная ярость буквально осязаемо потекла из глаз непрошеной гостьи.
— Мой!
— Чем докажешь? — Янли поднырнула мне под локоть, хотя я и пытался ее удержать. Сумасшедшая лиса! Сам прибью, пусть только… — У меня на него документы есть, раз, и лечу его я, а не ты, два. Ты не умеешь.
— Мой! — все так же зло рыкнула служанка, прямо на глазах теряя свой нежный девичий облик — сквозь гладкое глуповатое личико Пуи явственно проступали более острые и хищные, хотя и гармонично красивые черты. Черный хвост, увенчанный трехгранным жалом сердито взметнулся и выбил щепки из досок почти под ногами у Янли.
— Угу, твои документы — это усы, лапы и хвост, — непонятно прокомментировала жена, а в следующую секунду ее рука неуловимо взметнулась.
— Ай! — На мой меч демоница не реагировала, а вот воткнувшаяся между ключицами серебряная игла заставила ее вскрикнуть от боли и отступить на полшага.
— Больно? Мне тоже было больно, — безжалостно объяснила супруга, смотря на гостью очень недобрым взглядом. — Если узнаю, что ты убила девчонку, с которой сняла одежду и облик, на глаза мне не показывайся, поняла? Иди и верни несчастной платье, потом поговорим. Когда нормально придешь, вежливо постучишься и так далее.
Демоница отступила еще на полшага и скосила глаза на мой меч, что так и следовал за ее шеей. Он не давал ей наброситься на Янли, и приходилось терпеть. Но и сдаваться просто так она не хотела.
Даже не выдернув иголку, явно причиняющую ей боль, девица вдруг прыгнула к кровати.
— А-Ер! — вскрикнул я от неожиданности и бросился к шиди, но тут же застыл. Не этого я ожидал…
— М-м-м-м, м-м! — удивленно замычал Вайер, поскольку его рот оказался запечатан жадным поцелуем, нижнее одеяние разодрано и тонкие девичьи руки страстно обхватили его обнажившееся тело. Одна поперек спины, другая за затылок, приподнимая, притягивая его голову к лицу девушки.
— Мой! — торжествующе взвизгнула демоница, облизнув прикушенную до крови губу Лун Вайера, и темным вихрем вылетела в окно, разорвав бумажную расписную ширму, которой оно было прикрыто. — Я сражусь за него с тобой позже! — долетело до нас вместе с дуновением пахнущего жасмином сквозняка.
— Ну хотя бы ясно, зачем ты ей понадобился, — после паузы задумчиво констатировала Янли. — Гуй ей в бок, поганке, иголку с собой утащила… из самого дорогого набора.
Шиди ничего не ответил. Судя по его виду, он все еще пребывал в глубокой прострации.
— Уа-а-а-а-а-а! — Громкий детский плач словно сдернул завесу абсурдности со всего происходящего и вернул нас на землю с неизвестно каких небес. — Уа-а-а-а-а-а!
— Разбудили, — вздохнула жена. — А я в них столько успокаивающего влила, специально такое запарила, какое младенцам и кормящим мамочкам не вредно.
Она быстро обошла кровать и обняла испуганно вскинувшуюся молодую мать, которую не разбудили наши разговоры, не разбудила демоница, но мгновенно разбудил крик собственного ребенка.
— Я… я не знаю ее! Я не знаю, кто она! Почему… почему она… — Шиди трясущимися руками коснулся своей окровавленной губы и с ужасом перевел взгляд на меня.
— Ну только ты сейчас не истери, — мельком бросила ему Янли, забирая орущий сверток у матери. — Юншен, успокой его как-то. Скажи, что поцелуи — это не страшно.
— Хм-м. — Я сел на кровать рядом с шиди. — Во всяком случае, она не желает тебе зла. Это уже хорошо.
— Откуда ты знаешь?! — в негодовании сжал кулаки Вайер. — Она демоница!
— Женщины не целуют тех, кто им не нравится, — немного подумав, озвучил я логичный, на мой взгляд, аргумент. — И не спасают их от смерти.
— Она… она просто пожелала, чтобы вы признали меня предателем! Решила окончательно сломить мою волю! — продолжал шиди. Ну, возможно, полгода назад я бы согласился с его выводами. Но сейчас понимал, что все в этом мире слишком неоднозначно,
— Зачем ей тебя ломать? Твое ядро уничтожено, твоя репутация среди бессмертных тоже. Твоя душа ушла бы в нижний мир еще вчера, если бы она не заставила Янли тебя купить. Ну а нам… — тут я горько усмехнулся, — нашей маленькой семье абсолютно все равно, в кого ты влюбился или кто влюбился в тебя. Пусть это будет хоть демоница, хоть сам император. Когда ты успел, кстати? До или после того, как меня осудили за связь с демонами? — не удержался. Не смог не ударить… сразу стало стыдно. Но поздно. Слова уже были сказаны.
— Ты! Я… — Похоже, моя речь произвела на шиди слишком глубокое впечатление. — А-шен… — Лун Вайер вцепился в рукав моего ханьфу и опустил глаза.
— Забудь. — Я встал, чувствуя, что не в силах сейчас ничего выяснять.
— А-шен! — потянулся за мной шиди.
— Я сказал, забудь. Я не должен был говорить этих слов. Все в порядке. Выздоравливай, шиди. — Я аккуратно отцепил его застывшие в судороге пальцы от своей одежды.
— Угу, подержи ребенка. — За моим плечом возникла хмурая жена, с ходу вручив Вайеру притихший сверток. — Я напою успокоительным отваром его мать, потом тебя, а потом вы будете спать уже все трое и не создавать нам головную боль. Муж, помоги, пожалуйста.
Я с готовностью кивнул. Янли очень вовремя нашла мне занятие в другом углу комнаты. Спустя четверть палочки и вовсе удалось уйти из маленького домика для гостей, так и не встретившись взглядом с шиди.
Глава 14
Юншен:
— Отправим сюда змея, — сказала Янли, пока мы шли по усыпанной мелким белым гравием дорожке. — Ворота заперты, нечего их сторожить. А вот в доме пусть дежурит. С демоницей справится, если что. Особенно если его носом потыкать в непрофессионализм и разозлить.
— Пусть лучше сторожит нашу спальню. Шиди демон в любом случае не тронет, а на незнакомую беглянку мне, прости за откровенность, наплевать. Я предпочту сосредоточить всю защиту на тебе, — возразил я.
— В нашей спальне этой дурочке хвостатой ничего не нужно, — хмыкнула Янли. — А вот приползти ночью под бочок к твоему шиди, чтобы пощупать его за… организм, она вполне может. И мне как раз не плевать на пациентку и на ее ребенка.
Я только вздохнул. На душе было муторно и смутно. Из-за шиди, из-за того, что я не понимал, что происходит на горных пиках бессмертных, из-за…
Из-за лисы. Мне постоянно не хватало времени обдумать и понять, что между нами происходит. Вроде бы так и надо — она моя жена, я обязан любить ее и заботиться о ней. Я полностью исполняю свои супружеские обязанности, пусть и без интимной близости. Но…
Это все на поверхности, это решения из головы. А того, что происходит у меня в душе, я не понимаю. В начале нашего знакомства я считал Янли настоящей хули-цзин, лисой, воровкой и даже убийцей. Чуть позже осознал свою ошибку и предположил, что она избалованная дочь купца, развлекающая себя играми в медицину.
Затем… затем были Белая Дева и люди, о чьих страданиях не задумался никто, кроме нее. А еще позже — сумасшедшая девчонка, прыгающая по горам в «униформе для приключений», и ее бесстрашная решимость спасти опасного зверя без какой-либо выгоды для себя.
Дерзкая хитрая бесстыдница. Открытая, прямая и сочувствующая юная целительница. Она такая разная и непонятная. Будто бы древняя магическая коробочка-головоломка: чем дольше ты на нее смотришь, тем больше слоев и граней замечаешь.
Ее чуть циничное чувство юмора. Ее умение признавать ошибки и говорить об этом вслух, не давая утонуть в недомолвках. То, как упрямо она идет до конца, повторяя свои мысли, пока их не поймут.
Ее ум и хитрость, ее нежелание судить. И ее мир. Другой, необычный, огромный и странный. Знания оттуда она принесла с собой и старается использовать так, чтобы не навредить, а помочь. Ее решимость защищать и спасать.
Наверное, всего этого достаточно, чтобы восхищаться человеком. А ведь она даже не заклинательница, обычная смертная! Женщина, у которой нет и не было столетий для осознания и обучения. Потому я действительно ей восхищаюсь. Но…
Это все не имеет никакого отношения к тому, как заходится сердце каждый раз, когда неугомонной глупой лисе угрожает опасность. А эта дурная рыжая девчонка кидается ей навстречу, словно не верит в собственную смерть.
Это не любовь. Не такая любовь, неправильная. Я точно знаю, как благородному достопочтенному мужу положено любить свою супругу. Я читал об этом в ученых трактатах не один раз. И там нигде не было сказано, что можно задыхаться одновременно от нежности и от дикой злости на дуру, которая в очередной раз едва не погибла!
Мы уже почти дошли до собственного дома по этой бесконечной дорожке среди цветов жасмина, но я почувствовал, что мне на самом деле не хватает воздуха, и если я сейчас…
— Ты опять думаешь только о себе? — сам не ожидал услышать столько ярости в своем голосе. — Может, считаешь, что после смерти снова переродишься в молодом и здоровом теле? Только вот… даже если так, все, кто тебе хоть сколько-то дорог, так и останутся здесь. Да и я… останусь здесь. Я не тешу себя надеждой на осознанное перерождение. Значит, мы… я… настолько для тебя неважны? Незначительны? Ты с легкостью готова променять всю свою семью, что обрела здесь, на иной мир?
Янли резко остановилась и развернулась ко мне лицом. В ее глазах я увидел искреннее удивление, потом она моргнула, и…
— Прости. — Лиса качнулась ко мне так быстро и прижалась так крепко, что я не успел отреагировать. — Прости, я не хотела тебя напугать… прости. Я… Ты ведь не позволил бы ей мне навредить, я же это знала. Только поэтому… такая смелая была.
— Если бы она напала… — я тяжело вздохнул и сжал жену в объятиях, — давай будем смотреть правде в глаза. Я не выстою против высшей демоницы, если она пожелает напасть. И мы не знаем, каковы ее настоящие мотивы и какие артефакты у нее в рукавах. Достаточно даже того отвода глаз, что она применила на площади. Я боюсь, Янли. Я боюсь за тебя… Пожалуйста, не отказывай мне хотя бы в такой малости, как твоя собственная защита.
— Хорошо, я сделаю, как ты скажешь, — непривычно покорно кивнула жена, и я не выдержал, еще крепче обнял ее, такую хрупкую и такую… глупую.
Янли тихонько уткнулась мне в шею, ее теплое дыхание шевелило волосы возле уха, и от этого по телу разбегались горячие волны, как от камня, брошенного в воду.
— Я предлагаю эту ночь провести в глубокой двойной медитации. Разве что в положении лежа. Так мы быстрее восстановим силы, восполним энергию ци… — «и научимся лучше понимать друг друга». Последнее я не стал произносить вслух.
— С супружеским долгом опять пролет, — тихо хихикнула Янли в ответ на эти невысказанные мысли.
— Бесстыдница! — Вопреки собственным сердитым интонациям я прижался губами к ее волосам. — Я, конечно, не против. Но ты ведь сама утверждала, что смертельно устала. Усталость прошла?
— Не-а. Я женщина, мне положено быть противоречивой и взбалмошной, — заявила нахалка, окончательно расслабляясь в моих объятиях.
Я тут же подхватил ее на руки.
— Не умеешь — не берись. — Запах жасмина заструился в вихре воздуха, поднятого полами моего верхнего одеяния, когда я стремительно двинулся к дому. — Из тебя капризница все равно не получится, слишком ты…
— Какая?
— М-м-м, сочувствующая. Тебе меня уже через несколько минут жалко станет. — Я показательно тяжело вздохнул и устало прикрыл ресницами глаза. Всего на секунду, правда, чтобы не споткнуться о крыльцо и не уронить свою ношу на ступеньки.
— Вот ведь… — Жена тихо засмеялась, но тут же взвизгнула: — Ай! Что ты делаешь?!
— По плану у нас купание в горячей воде с твоим порошком, забыла? — Активировав подогревающие амулеты, я опустил Янли в воду.
— Нет! Но зачем в одежде?!
— Потому что без нее у тебя, моя достопочтенная супруга, до самого восхода солнца будет один сплошной изнуряющий супружеский долг и никакой восстанавливающей медитации.
Глава 15
Янли:
— Что ты делаешь? — нахмурился Юншен, когда я выбралась из-за ширмы уже в сухой чистой одежде и с верхним ханьфу в руках. — Волосы мокрые… куда-то опять собралась?!
— Пуи, — вздохнула я, виновато посмотрев на своего заклинателя снизу вверх. — Мы забыли про эту гуеву девчонку. А вдруг демоница ей всерьез навредила? Надо идти искать…
— Разве эта служанка не причиняла тебе множество хлопот? — спокойно спросил заклинатель, просушивая мои волосы своей энергией. Надо бы попросить его научить — получше всякого фена будет.
— Разве это значит, что надо бросить ее умирать из-за твоего шиди и его странной поклонницы? — Я посмотрела на Юншена с легким недоумением.
Он вздохнул и потянулся за собственным верхним халатом. Потом на секунду замер и сказал:
— Я не думаю, что демоница ее убила. Труп положил бы начало расследованию… и тогда она физически не смогла бы наблюдать за своим избранником, а то и вовсе попалась бы пришедшим стражам. Но меня больше беспокоит то, что Чоу Шенсан не заметил ее проникновения и до сих пор не вернулся с вечерним докладом. А ведь я приказал ему сделать это постоянной привычкой.
— Охохонюшки. — Я с тоской посмотрела на кровать и спрятала зевок в рукаве. — Не думаю, что нам придется далеко идти. Змей патрулировал Жасминовые Сады, Пуи тоже вечно вертелась поблизости. Потому неудивительно, что наша гостья позаимствовала ее лицо и платье. Видимо, решила, что она моя служанка.
Поделиться книгой: