Помоги проекту - поделись книгой:
Глава 1
Юншен:
— А-Шен! А-Шен! — кричал парнишка в бело-голубых орденских одеяниях, врываясь в тишину библиотеки.
— То, что ты выше меня на полголовы, не позволяет тебе обращаться ко мне как к ребенку! — укорил я брата по ордену, но все же подошел поближе, оставляя на столе свитки. — Мы с тобой практически одного возраста! Я даже на два месяца старше.
— Я же не говорю «Шен-эр»! — хмыкнул Лун Вайер. — Или «Шен-мей»! — Он ехидно прищурился.
— За последнее точно врезал бы, — буркнул я, передергивая плечами. Ладно, ласковое «эр» еще можно списать на фамильярность и близость, но называть меня младшей сестренкой — однозначно перебор. — Так зачем ты меня искал?
— Вот! — Лун Вайер радостно вытащил из рукава ханьский кулек с теплыми паровыми булочками. — С мясом!
— Ты опять бегал в город?!
— Нет, что ты! Я еще с прошлого наказания нормально на спину лечь не могу. — Брат смущенно потер переносицу. — Это я у старших учеников выпросил. А еще смотри! — Он воровато оглянулся и достал из-за пояса пачку смятых листов. — Надо потом на место отнести… классификация демонов с пика Ловцов! Эх, жаль, нас туда не взяли… Ты какого хочешь убить первым?
— Эм… — Я с сомнением посмотрел на слегка смазанные картинки. — Что-то они… жалкие какие-то. Да и живут в своем мире… к нам почти не лезут. Обязательно убивать?
— Ты что! — Лун Вайер моментально растерял всю свою дурашливость и пронзил меня строгим взглядом. — Шисюн (старший брат по учителю) не ляпни кому-нибудь. Демонов надо убивать. Всегда. Любых!
— Да, конечно, — спорить с братом было практически бесполезно, он с самой первой нашей встречи проявлял завидное упорство. Во всем. Именно благодаря его упорству и огромному чувству справедливости мы и познакомились. — Но я предпочту сосредоточиться на изучении техник барьера, а не мечтать о сражениях.
— Пф-ф-ф, ты зануда. Бросай свои дурацкие свитки и пошли на тренировочную площадку. — В голосе шиди (младший брат по учителю) прорезались командные нотки. Впрочем, как всегда, когда дело доходило до тренировок с мечом. В боевых искусствах он был первым учеником нашего пика и старательно тянул меня к своему уровню, не желая слушать никаких отговорок.
— Барьерные техники и печати тоже важны. Надо же будет кому-то в бою прикрывать твою спину, — почти безнадежно попытался отбиться я, уже понимая, что нормально почитать и помедитировать мне не дадут.
— Как будто мне понадобится прикрытие от такого хиляка! Учись владеть мечом, и будем биться спина к спине! — разозлился Вайер, и мне пришлось сдаться. Что ж, тренировки тоже важны. Хотя меня и не прельщало кататься в пыли: брат всегда был физически сильнее и не упускал случая похвастаться этим.
Но тогда… тогда, в детстве, я не замечал этого. А если и обращал внимание, то лишь пожимал плечами: Лун Вайер сделал для меня слишком многое, потому я легко мог простить ему эту заносчивость и командные нотки в голосе.
В конце концов, он был моим братом. Моим шиди. Тем, кто всегда защищал и всегда был на моей стороне. Во всяком случае, так я думал.
— Скажи одно. — Голос шиди резал ледяными ножами, впиваясь в затекшее от туго стянутого вервия бессмертных тело. — Ты. Правда. Сам. Отпустил. Их? Может, тебя околдовали? Ты попал под заклинание? Тебя шантажировали? Скажи!
— Я правда полностью осознанно отпустил их. — Я устало прикрыл глаза, но тут же распахнул их снова, дернувшись к Лун Вайеру. — Шиди, послушай! Они ведь не нападали! Там были только женщины и маленькие дети, и…
— Предатель. — Глаза брата заледенели. — Не хочу тебя слушать. Ты… просто мразь. Сколько наших погибнет из-за того, что ты стал демонской подстилкой, м-м?! Как быстро они вырастут и накопят силы для следующего прорыва?! Тварей нужно давить еще в младенчестве! Человеческих детей они бы не пощадили!
— Шиди, послушай… — Я отчаянно торопился, поскольку чувствовал, что Лун Вайер сейчас уйдет и я не успею сказать ему самое главное. — Послушай меня. Они не… А! — Сильный и прицельный удар по ребрам, выбивший дыхание, прилетел так неожиданно, что я не сдержал короткого вскрика. Из темноты выступил один из моих палачей.
— Вы убедились, мастер? Он даже не отрицает. — Палач потянул за вервие бессмертных, снова ставя меня на колени.
— Да, — холодно уронил Лун Вайер, глядя на меня сверху вниз, пока я пытался вдохнуть немного воздуха и все же сказать ему… сказать… — Да. Делайте что должно. Мой ши… Тан Юншен полностью заслужил свою участь.
А потом он повернулся и ушел.
Оставив меня в аду.
— Низверженный заклинатель! — прокричал глашатай на всю площадь, и я почувствовал, как леденеют мои конечности. Это лицо я узнаю из тысячи. Ведь именно этого человека я считал самым близким мне существом последнее столетие. Брат. Друг… Друг ли?
— Низверженный заклинатель! Предатель, продавшийся демонам! — продолжал голосить продавец, и я почувствовал, что снова не могу дышать, как тогда, когда вервие бессмертных до обморока сдавливало мое собственное тело.
Если бы тогда… если бы тогда он, а не я попал под обвинение… Мне, если честно, было бы наплевать, совершил он преступление или нет. Я бы запятнал себя, поднял все свои связи, использовал все доступное мне красноречие, но спас бы его. Облегчил бы участь, взял на себя часть вины. Тогда я готов был на многое…
А он лишь задал один вопрос и даже не стал слушать объяснений. Бросил меня там, где мое золотое ядро сгорело в ритуале палача. И смотрел на меня с такой же ненавистью, с какой сейчас смотрит на толпу.
Теперь он стоит на коленях на рабском помосте, а какой-то плюгавый мерзкий торгаш держит его за волосы, заставляя поднять голову, и на месте его собственного ядра зияет черная пустота.
Стоп. Лун Вайер — предатель, продавшийся демонам?! Они там все с ума сошли, что ли?! Уж кто-кто, а мой бывший шиди — последний человек в этом мире, кто на такое способен. Что… что произошло?!
Огромный пузырь тишины, в котором были только я, он и этот невыносимо мерзкий крикливый коротышка с помоста, вдруг с громким звоном лопнул. Я дернулся, осознавая сразу несколько вещей: надо что-то делать, надо… надо спасти, выкупить шиди и… Потом разберемся!
— Шестьсот! — Громкий и отчего-то хриплый голос лисы раздался не у самого плеча, где она только что стояла, а почему-то чуть в стороне. И меня вдруг окатило новым ужасом.
Она сама хочет купить Лун Вайера? Она… этот запах… откуда кровь?! Откуда на ее одежде кровь и почему она стоит там? Я только что сжимал ее ладонь и не отпускал! Что произошло за эти несколько секунд?! Почему я ничего не почувствовал?!
Глава 2
Янли:
— Янли? — Мой муж наконец очнулся от своего странного оцепенения и с ужасом и недоумением в глазах уставился на пятна крови на моем ханьфу. Дернулся ко мне и застыл. Кажется, что-то увидел, отчего его лицо сделалось почти белым от… ужаса?
— Покупай! — Пустота за моей спиной сгустилась и стала раскаленной, я кожей чувствовала ее горячее дыхание.
— Если ты думаешь, что у меня с собой миллионы, то сильно ошибаешься, — злобно прошипела я в ответ. Инстинкт самосохранения дрыгнул лапками и умер окончательно, такое меня зло взяло. — Для доходяги твой ненаглядный слишком дорого стоит. Если крикун из толпы будет и дальше торговаться, у меня не хватит денег!
— А? — внезапно растерялся голос. — Сейчас! — И ощущение давления пропало. И острое жало из-под ребра тоже… выдернулось. Это было больно. И кровь потекла сильнее.
— Шестьсот, раз! — крикнул торговец.
— Семь… — попытался выступить тот самый мужской голос, но, внезапно булькнув, затих.
— Шестьсот, два! — продолжил крикун.
— Янли?! — Все трое моих «оберегателей» словно проснулись наконец и налетели на меня разом, хватая за что попало и лихорадочно ощупывая.
— Шестьсот, три! Продано прекрасной госпоже в зеленом ханьфу!
— Ох! — Я без сил упала в руки мужа и внезапно обнаружила в своей руке странный мешочек. И машинально сунула его в рукав.
«Сделай с ним то же, что со своим! Или я тебя убью!» — раздалось где-то на периферии сознания знакомым женским голосом, и ощущение чужого присутствия полностью пропало.
«Жениться не буду!» — рявкнула я в ответ мысленно и получила слабый отклик недоумения и… еще чего-то странного. Но не смогла даже определить, были ли это эмоции «вымогательницы» или мои собственные домыслы.
— А-Лей… — Язык заплетался, я едва нашла в себе силы поймать смертельно перепуганного моим ранением и явно рыдающего брата за руку. — Иди и забери… мою покупку. Нам надо… домой.
Юншен надо мной, слава девяти небесам, не рыдал. Только сосредоточенно сопел, проводя ускоренную диагностику с помощью ци. Вот он выпрямился, подхватывая меня на руки, и облегченно вздохнул:
— Царапина на боку, небольшая, хотя и глубокая. Яда нет. Как ты сама себя чувствуешь? Что вообще случилось? Тебя задело повозкой? Или нападение? — Юншен буквально впился в мое лицо взглядом. — Что ты почувствовала? Что это было?! Я видел что-то странное. Или нет?!
Я хотела бы ему сказать… много чего. Но язык не слушался, как и все остальное тело. Никогда раньше мне так явно не совали пику под ребро, к этому стрессу я оказалась не готова. Адреналин, позволявший ругаться со смертельной опасностью, потихоньку начинал спадать, и меня затрясло.
— Домой, — коротко приказал муж, оценив мое состояние. И прожег взглядом змея-телохранителя, отчего Шенсан стал казаться даже меньше ростом, словно от чувства вины ужался в размерах. Еще бы, не уберег хозяйку, и вообще.
Ну здрасьте… а сам-то Юншен куда смотрел? Никто из них не почуял пустоту, значит, ее и нельзя было почувствовать! Нечего тут разборки устраивать, наказывая невиновных.
— Сам… такой, — еле выдавила я сквозь стучавшие в ознобе зубы. — Покупку… не забудьте.
— Здесь. — Хмурый и собранный как никогда А-Лей, на лице которого уже и следа не было от слез, возник из толпы, неся на плече ту самую «покупку». Небожитель висел на нем словно куль, потому что братец забрал его с помоста без лишних разговоров и прямо так, не развязывая гадской веревочки, дешевой подделки под настоящее вервие бессмертных. В упаковке притащил, заодно протягивая мне уже знакомую шкатулку из темного дерева со свитком. — Я донесу до повозки. Янли, купчую я взял. Сама потом распишешься, тогда она в силу вступит.
Неясное предчувствие заставило меня дернуться в руках мужа и выдавить:
— Сейчас. Дай мне… быстрее.
Руки тряслись, и мне пришлось сначала подышать, успокаивая нервы, потом сосредоточиться и буквально по миллиметру, контролируя движения пальцев, нарисовать на бумаге три иероглифа — мою подпись.
Как ни странно, получилось даже лучше, чем я обычно пишу. Чернила засветились на мгновение, и в ответ на это едва слышно что-то простонала «покупка» на плече А-Лея. Рабское клеймо запечатлелось на меня как на первую хозяйку.
Уф-ф-ф…
— Стойте! — Мы уже почти выбрались из толчеи, когда нас настиг этот крик. — Подождите! Госпожа, подождите!
Нас догонял высокий господин, одетый богато, если не сказать роскошно. Лиловое шелковое ханьфу было прошито золотыми нитями. Его красивое надменное лицо отчего-то было красным, словно молодой мужчина долго бежал или на что-то сильно разозлился. Свита за его спиной толпилась внушительная, человек десять, и все были одеты одинаково, будто в единую форму. Тоже недешевую на вид.
— Госпожа, вы должны уступить мне этого человека, — безапелляционно заявил молодой чиновник. — Я купил бы его, если бы не досадное недоразумение, не позволившее мне назвать свою цену.
— Простите, — голос Юншена мог заморозить целую стаю пингвинов вместе с их родным кусочком Антарктиды, — моя жена ничего не продает.
— Госпожа, вы ведь даже не успели оформить купчую, ваш слуга просто забрал… Я дам вам за беспокойство тысячу лян серебром, и вы просто уступите мне этого человека вместе с купчей. — Конечно, мужчина был достаточно вежлив. Особенно для своего статуса. Но сейчас мне было не до расшаркиваний. — Я могу оспорить сделку, пока она не закреплена. Это по закону! Но я согласен компенсировать вам неудобство.
— Вы ошибаетесь. — Кажется, на руках у мужа мне все же удалось отдышаться. — Я уже все оформила как положено, и этот раб мой. Сделка совершена и обратного хода не имеет. Простите, господин, но я действительно никого не продаю.
Красивое лицо на миг исказилось такой гримасой, что мне стало не по себе. А потом наш преследователь что-то прошипел одному из своих… телохранителей, наверное?
Я почувствовала, как медленно-медленно выдохнул Юншен. Как он чуть повернулся, глазами приказав А-Лею опустить «покупку» прямо на землю и забрать меня. Как опять же почти незаметным движением губ отдал команду змею.
А потом из его рукава выскользнул талисман, нарисованный на полоске лучшей рисовой бумаги, и взлетел в воздух, зависнув между нами и противником. Тонкий листок колебался в потоках воздуха и едва заметно искрил, но этого оказалось достаточно, чтобы господин в лиловом шарахнулся назад, словно от чумы.
— У вас еще какие-то вопросы? — спросил Юншен, движением пальцев заставляя закрывшийся талисман крутануться в воздухе и, облетев нас по большой дуге, снова вернуться к нему в руки, обвиваясь вокруг запястья. Выглядело это достаточно эффектно, чем бы оно ни было.
— Простите, господин, — едва ли не проблеял агрессор в лиловом, а в следующую секунду вся странная компания буквально растворилась в толпе, как и не было их.
Я, уже вполне обретя голос, рявкнула, обращаясь к Шенсану:
— Лови, чего стоишь!
Не могла же я допустить, чтобы мой муж шлепнулся без сознания прямо в уличную пыль под ноги базарным зевакам. Ему нельзя так напрягаться!
— Со мной все нормально. — Так до конца и не пришедший в себя после того странного «нападения» на меня и все еще бледный Юншен отстранил руку змея от своего плеча. — Это обычный фонарик. Максимум обжег бы кому-то нос. Я не перенапрягался. Идемте к повозке. Быстрее. Хватит нам на сегодня… покупок.
Глава 3
Юншен:
— Выгорели три печати. От сглаза, от ментальных атак и от яда. — Я тщательно проверил все водяные письмена на ауре жены, отмечая пропавшие и потускневшие. Все же невидимые знаки на теле оказались очень полезны. — Скорее всего, хотели как-то воздействовать на разум. Внушить что-то или ненадолго подчинить…
— Ага, то-то она будто бы удивилась, когда я с ней ругаться начала, — подтвердила мои мысли Янли.
— Атака была не особо сильной, потому печати и выдержали. Но при этом выпили из тебя большую часть энергии. Отсюда и слабость, — пояснил я, поглаживая уставшую лисицу по голове.
Мы не так давно устроились в нашем экипаже, который стоял на заднем дворе гостиницы, и, наконец, пришло время разобрать подробно все произошедшее. Пока А-Лей бегает расплачивается за постой и ищет нашего возницу.
— Хоть это радует, а то я прямо неприятно сама себе удивилась: какая-то царапина — и на тебе, обмороки с истериками. А оно, оказывается, не от слабых нервов, — пробурчала жутко недовольная жена, глядя, как я осторожно обрабатываю края резаной раны у нее на боку. Змея я выгнал, чтобы не таращился на то, как я ее раздеваю, а Лун Вайер в данный момент все равно был без сознания. Бра… мой бывший шиди оказался даже в худшем состоянии, чем я во время покупки. Но Янли все равно была для меня на первом месте…
— Это все очень странно. Очень. — Бережно запахнув все слои испорченного ханьфу цвета цин (во время следующей остановки надо купить новое), я устроил жену поудобнее на подушках и вытер лоб рукавом. Такое поведение очень неблаговоспитанно, но сейчас сил не было соблюдать приличия. Я… я за нее смертельно испугался. — Помимо тех слов и угроз, то существо тебе еще что-нибудь сделало? Вспоминай все, вплоть до самых мелочей.
— Самое странное в том, что вы будто перестали меня слышать и видеть. — Янли взяла у меня из рук чашку с разведенной в воде настойкой ее же волшебного порошка и послушно выпила. — Я как будто исчезла для вас, а вы не обратили на это внимания. А еще… еще это точно была женщина. И у нее либо три руки, либо хвост с чем-то острым на конце. Им она мне в ребра и тыкала.
— Первое похоже на высокоранговое заклинание сокрытия. Или точнее, один из высших отводов глаз, когда остальные просто не воспринимают скрытый объект как часть мира, мгновенно забывая о нем, даже если видят в упор. Техника как раз из разряда ментальных. Но тогда вопрос: как такая умелая заклинательница могла столь искусно выполнить отвод и столь бездарно — внушение… — задумался я. — «Третьей конечностью» вполне мог быть духовный меч. Когда мы сражаемся духовным оружием, часто управляем им ци в полете, освобождая руки для заклинаний и печатей.
— Зуб даю, что она демон, — усмехнулась вдруг лиса. И на мой вопросительный взгляд пояснила: — Понимаешь, ощущение. Запах… Я уже знаю, как пахнет заклинательская ци. А у нее она была другая совсем. И хвост. Это точно был не меч, а хвост.
— Такой вариант тоже возможен. Тем более что ментальные практики как раз больше их стезя. Но опять же… хвост мог остаться в том случае, если она все еще не освоила полное превращение в человека. Значит, это очень юная или очень неумелая демоница, хотя и из высших. Такой просто не по силам техника полного сокрытия. Но она ее применила. Противоречие…
— А еще ей очень, просто очень был нужен твой знакомый. Живым и здоровым. Она готова была меня убить, если я его не спасу.
Спину свело холодной судорогой от одной мысли, в какой опасности была моя жена всего чуть больше палочки назад. Но я усилием воли задавил панику и сосредоточился на деле.
— Мой шиди… Лун Вайер ненавидит демонов. Понимаешь? — Горькие эмоции всколыхнулись внутри, но я постарался успокоить их с помощью ци. — Он никогда и ни за что не связался бы ни с одним из этих существ. Он был верен идеалам горных лордов, как никто. Потому если это действительно была демоница, то вряд ли она желала именно его спасения. Разве что это какой-то хитрый план, обещающий ему годы мучений…
— И тем не менее это как раз горные лорды выжгли его ядро и продали в рабство на годы мучений, — усмехнулась жена, поднимаясь с подушек. Настойка явно уже начала действовать, и ее мраморно-бледное лицо чуть порозовело. — А спасти его пыталась только та самая ненавидимая им демонесса.
— Не понимаю, — устало выдохнул я и, повинуясь взгляду жены, осторожно начал развязывать вервие бессмертных на теле шиди. — Он… он первый отвернулся от меня, когда меня приговорили…
— О, как все интересно-то, — хмыкнула Янли, на глазах возвращая себе уверенность опытного лекаря. — Ты сразу и тряпки снимай, у него кроме внутренних повреждений и внешних хватает.
— Ты даже сейчас не спросишь, в чем меня обвинили? — Я уже не думал о том, что шиди — мужчина, а я раздеваю его на глазах у собственной жены. Она оказалась в очередной раз права — это просто не имело сейчас значения.
— Ну, я примерно догадываюсь уже, — вздохнула Янли, осторожно кладя ладонь на покрытую рубцами и синяками грудь Лун Вайера. — Остальное сам скажешь, когда будешь готов.
Поделиться книгой: