Непристойное влечение

Девушка метнулась к лестнице, но пошатнулась.

– С вами всё в порядке?

– Вполне!

– Что вы делали в подвале?

– Очевидно, убирала лишние вещи. Этот долбаный люк захлопывается очень плотно. Я подставила ящик, – тараторила девушка, поднимаясь по лестнице. – Но он не выдержал и люк захлопнулся. От неожиданности я поскользнулась и слетела с лестницы и ударилась головой…

Я поднял свой телефон и последовал за девушкой. Старался не пялиться на попку, которой она крутила прямо перед моим носом. Но попка была круглой и аппетитной. Что надо, одним словом… Поскорее бы поднялись, что ли… А то неожиданно возникший стояк подпер ширинку джинсов. Совершенно неуместный, но стопроцентно крепкий стояк. Девушка выбралась из гаража и бросилась к своей дочурке:

– Кэнди!

– Ма-а-а-ама!

Я наблюдал за воссоединением семьи. Наверное, я был совершенно лишним сейчас. Всё обошлось. Мулатка и её дочка живы и здоровы. Аминь. Я не разглядел личика девушки. Успел облизнуться только на её сочную фигурку с крутыми бёдрами и тонкой талией. Но вообще пора отсюда валить.

Я кашлянул, привлекая к себе внимание. Девушка обернулась. Совсем молоденькая. Лицо карамельного цвета. Большие миндалевидные глаза с длинными пушистыми ресницами. Глаза пронзительно-карего цвета. Узкий, аккуратный нос, что редкость для мулатов. Но роскошнее всего на милом личике девушки смотрелись её пухлые губы вишнёвого цвета. Они вмиг свели меня с ума. Чётко очерченные, яркие даже без помады, они казались влажными и невероятно манящими. Давно я не чувствовал, как от вида девушки торкает сильнее, чем от выкуренного забористого косячка…

Девушка посмотрела на меня. Её глаза округлились от удивления – она меня узнала. Открыла ротик, показав ровную полоску жемчужных зубок, и тут же плотно сомкнула губки. В огромных глазах заплескался страх, смятение, испуг…

– Лиам.

– Г-г-гилмор? – уточнила очевидный факт девушка.

– Он самый. А ты? Беатрис Милн?

– Да. Но друзья зовут меня Беа, – девушка выдавила из себя жалкую улыбку. – Почему вы здесь?

– Давай на «ты», идёт? – предложил я. – И первым делом тебе лучше переодеть малышку.

– Да-да, конечно! Спасибо! Уверена, что я сама бы пришла в себя и вылезла из подвала. Но всё равно благодарю за беспокойство и помощь! – затараторила Беатрис.

По её растерянному взгляду было понятно, что она ищет причину выпроводить меня. А я… по какой-то невероятной причине искал причину задержаться.

– У меня есть к тебе разговор, Беа, – улыбнулся девушке.

– Хорошо, – обречённо выдохнула Беатрис. – Вы можете подождать меня на открытой веранде. Там есть кресла и столик. Я принесу вам выпить. Но предупреждаю, что в моём доме нет алкоголя. Это будет лимонад.

– Обожаю лимонад, – соврал я.

Соврал и не покраснел, старый сукин сын.

Глава 4. Беатрис

Позор! Позор! Позор!

Это всё, о чём я думала, когда поняла, что во дворе моего дома стоит он, тот самый Лиам Гилмор. Тот, по которому до сих пор продолжали сходить с ума женщины. Низкий баритон с чувственной хрипотцой. Обволакивающий голос, густой, как тягучая нуга.

Я выдумывала причины, по которым Лиам мог бы оказаться во дворе моего дома. И на ум не приходило ни одного веского повода, кроме того, о котором я предпочла бы не думать вообще. Я подалась минутному порыву и сомнительной рекомендации психолога, выплеснув на бумагу все мысли, тревоги и сомнения. Искренне считала, что это ерунда, когда опускала письмо в почтовый ящик студии. Это было всё равно, что письмо в бутылке, того самого психа-одиночки, запертого на необитаемом острове. Он выхлестал весь ром и в порыве отчаяния отправил записку в бутылке плавать в океан.

Его послание долго бы качало на волнах. А в моём случае все письма просто выкинули бы в мусорный бак и зачитали на передаче вслух какую-нибудь фикцию.

Но фортуна – та ещё стервозная дамочка со скверным чувством юмора! Именно поэтому во дворе моего дома сейчас находился Лиам Гилмор. В его глазах цвета дождевых туч я прочла немое послание.

Твоё письмо в бутылке, Беа, прибило именно к его берегу. Прихотливой волной. Одной из миллиона случайностей. И как бы ты лихорадочно ни подбирала нелепые оправдания и фантастические причины его нахождения здесь, Лиам прибыл только потому, что письмо дошло до адресата.

Лиам каким-то неведомым образом он узнал моё имя и адрес. Знаменитый певец ободряюще улыбнулся мне, словно показывая, что от него не стоит ждать беды.

Боже, прекрати! Немедленно! Мне и так невероятно стыдно!

Я медленно сгорала до самых пяток, боясь, что от меня не останется даже кучки пепла.

Но Господь ухмыльнулся в ответ на мою просьбу и заставил рослого, широкоплечего мужчину послать мне улыбку. Широкую и открытую улыбку хорошего мужчины. Поправочка – чертовски известного, обаятельного, сексуального и взрослого мужчины… Опытного.

Лиам выглядел дерзко. Я знала, что у этого певца куча татуировок и совсем не безобидных. Мочки ушей были проколоты. В одном покачивался длинный серебряный крест, во втором – «тоннель». На узких бёдрах очень низко сидели потёртые джинсы, а на широченные плечи наброшена кожаная куртка, одна из тех, что носят молодые парни. Странно, но на взрослом мужчине она смотрелась очень хорошо и к месту. Лиам выглядел, как простой рубаха-парень. Но с взглядом бывалого бойца, прошедшего кучу жизненных битв. У него светлые глаза, выделявшиеся на загорелом лице. Понимающий взгляд.

Меня омывало волнами его лучистого взгляда. На душе становилось немного спокойнее. Я постаралась не накручивать себя. Всё могло быть в сто раз хуже.

– У меня есть к тебе разговор, Беа, – Лиам снова улыбнулся, посмотрев прямо в глаза.

Хоть я и успокаивала себя, всё равно нервничала, потому что Лиам не собирался уходить. А я… Я хотела забыть как можно скорее эту неловкую встречу. Забыться в привычной рутине и солгать, что ничего этого не было.

– Хорошо, – обречённо выдохнула. – Вы можете подождать меня на открытой веранде. Там есть кресла и столик. Я принесу вам выпить. Но предупреждаю, что в моём доме нет алкоголя. Это будет лимонад.

– Обожаю лимонад, – беспечно ответил Лиам.

Я усмехнулась себе под нос. Не думаю, что он любит лимонад. Наверное, предпочитает освежиться баночкой холодного пива. Лиам двинулся следом за мной. Клянусь, что он разглядывал меня. Я была в домашнем наряде, и при падении заработала ссадину и запылила одежду. Растрёпанная, запыхавшаяся и с обмочившимся ребёнком на руках – самое «приятное» зрелище года, не иначе.

Лиам остался на крыльце, уселся в плетёное ротанговое кресло, вытянув вперёд длинные ноги.

– Кэнди, милая, я отведу тебя в ванную и запущу твоих любимых рыбок.

Крепко обняла и поцеловала свою малышку. Не знаю, сколько времени я пробыла без сознания, но моя дочурка здорово испугалась. Я набрала для нее ванну с пеной и запустила рыбок – хотела занять малышку игрой и в это время распрощаться с незваным гостем. Он чужой, мне не о чем с ним разговаривать. Может быть, я вообще соврала в письме. Каждой строчкой, каждой буквой и запятой. О, это отличная идея – сказать, что я надеялась на чёрный пиар, но, как видите, мистер Гилмор, у меня отличная и обеспеченная жизнь без грязных пятен! Поэтому всего хорошего вам!

Я замешивала лимонад в графине и бормотала себе под нос речь. Репетировала её, словно диктор перед выступлением на публику. «Ты сможешь, Беа. Выпроводишь его и дело с концом!» – подбадривала себя.

Так, лимонад готов. Теперь нужно достать стеклянный бокал. Почему-то под руку попадались только кружки с цыплятами – набор, подаренный кем-то. Кэнди любила пить из этих кружек. Стеклянные бокалы стояли гораздо выше, на другой полке. Я достаточно высокая, до верхней полки могу дотянуться, встав на цыпочки. Мне это почти удалось, но я, должно быть, самая глупая девица, потому что подпрыгнула, чтобы схватить бокал, но схватила вместе с ним и полку. Итогом моего нелепого подвига был оглушительный грохот и звон разбитой посуды. Я зажмурилась, замерев посреди погрома.

– Знаешь, лучше бы ты подставила стул, – немного насмешливо произнёс Лиам.

Глава 5. Беатрис

Я вздрогнула от звука мужского голоса.

– Я просила посидеть вас на крыльце дома, – ответила, переводя дыхание.

– Я и сидел там, – пожал широкими плечами мужчина, показав пальцем на окно. – И видел твой героический прыжок в окно.

Господи, он ещё и видел, как я прыгаю и бормочу себе под нос! Наверняка решил, что я чокнутая. Я разозлилась на свои мысли. Если он решил, что я чокнутая, то это даже мне на руку. Теперь он просто обязан покинуть мой дом как можно быстрее!

– Давай, ты выйдешь из этого погрома, – попросил Лиам. – И давай на «ты», идёт? – Крупный, рослый мужчина легко лавировал между осколков посуды и притянул меня за запястье. – Тебе лучше посидеть в стороне.

Я подчинилась властным интонациям в его голосе. Хотя… какого чёрта, мистер Гилмор?

– Я справлюсь.

– Не сомневаюсь, – усмехнулся Лиам, наполняя стеклянный бокал лимонадом. – Мой тебе совет – лучше займись дочуркой. Могу поспорить, ты навалила ей в ванну кучу игрушек. Но всё, что нужно ей именно сейчас, это твои ласковые слова и объятия. Она здорово перепугалась.

Лиам разговаривал со мной интонацией хорошего… нет, не хорошего – просто суперского родителя. Такого, о котором все мечтают – внимательного, но не деспота, друга, но не такого, что пошлёшь на хрен. Таким восхищаешься, гордишься и влюбляешься… Да, именно так. Потом примеряешь этот образец на всех прочих лохов и мудаков, понимая, что они уступают во всём.

Я росла без отца и матери, воспитывалась родной тёткой.

– Говоришь, как опытный папаша, – фыркнула я.

– Папаша и дедуля, ага, – согласно кивнул Лиам. – Иди к дочке и приведи себя в порядок. У тебя на голове кровь…

Он подошёл ко мне быстро и плавно. Немного наклонил голову вбок, пальцами зарываясь в мои волнистые волосы. Не понимаю, почему я позволила ему дотронуться до себя. Подушечками пальцев Лиам очертил круг на коже головы.

– Вот здесь. Ты сильно ударилась. Если не справишься сама, я могу тебе помочь.

Нечаянно я вдохнула аромат мужского тела. От него не пахло парфюмом или гелем для душа. Только табаком, пылью дороги и горячим зноем. Моё тело опалило запретной близостью этого роскошного мужчины. Сколько ему лет? Я лихорадочно пыталась вспомнить то немногое, что знала о нём. Сорок? Нет, кажется, Лиаму больше сорока. Он говорил о внуках… Наверное, у него уже очень взрослые дети. Я не интересовалась им так подробно. Весь мой интерес ограничивался ненавистью к его песне и знанием громкого имени.

– Отправляйся к дочке. А я приберу здесь, – заявил Лиам, сбрасывая куртку.

Под рукавами белоснежной футболки натруженные, широкие плечи пестрели чернилами татуировок. Гоночные машины и розы с шипами, игральные кости и что-то ещё… Завораживающее зрелище. Вместо того чтобы уйти, я разглядывала мужчину. В горле становилось жарко от собственной заинтересованности им.

Лиам ловко выудил из обломков уцелевшую посуду и отодвинул полку. Мои ступни словно приросли к полу.

– Полка – дрянь. У тебя есть инструменты?

От слов мужчины я словно проснулась. Неужели звезда рока на полном серьёзе спрашивал у меня об инструментах? Не показалось ли мне?

– Не смотри на меня с таким удивлением, Беа. – Он разговаривал со мной так, словно боялся спугнуть. – Моё известное имя и сотни записанных пластинок – это лишь статус. Я вкалывал очень много на разных должностях. Даже мыл полы, – подмигнул Лиам. – Я не чистоплюй и умею обращаться с молотком. Просто принеси его мне и займись малышкой.

– Да, конечно…

После очередного приказа к действию я ретировалась в считанные мгновения. Принесла ему ящик с инструментами. Пришлось бороться с соблазном посмотреть на то, как справится с этой задачей знаменитый певец. В глубине души я не верила, что без преувеличения известный человек, звезда рок-музыки станет размахивать молотком, укрепляя полку. Но я и без того задержалась около него. Поэтому вернулась к своей Кэнди, захватив по дороге одежду для себя.

Лиам был прав. Кэнди сидела грустная среди множества игрушек и сильно обрадовалась моему появлению. Обняла ручонками за шею.

– Я тебя люблю, мамочка!

Моё сердце забилось в сто раз быстрее.

– Я тоже тебя люблю, малышка, – прошептала от чистого сердца.

Моя жизнь разделилась на несколько отрезков. До и после изнасилования. До и после рождения Кэнди. В моей крохе нет ни капельки грязи, несмотря на обстоятельства её зачатия. И я искренне была благодарна небесам за шанс жить дальше, радуясь мелочам.

Я искупала малышку и сама приняла душ, потом высушила волосы дочурке. Мимоходом спрашивала у неё о том, как она провела время.

– Ты не испугалась… нашего гостя?

– Ниам хороший. Вот такой! – Кэнди показала мне оттопыренный большой палец.

– Возможно, – улыбнулась я.

Когда мы закончили с переодеванием, я поняла, что прошло довольно много времени. А в моём доме до сих пор находился чужой мужчина! Не думала, что Лиам рыскал по дому в поисках наживы, но всё же я его совсем не знала. Я не доверяла незнакомцам, поэтому мой дом, пожалуй, один из немногих обнесён высоким забором…

Как же Лиам проник внутрь?

Глава 6. Беатрис

В кухне царили чистота и порядок. Лиам успел смести все осколки, повесил полку и даже протёр полы. Они сверкали влажным блеском.

– Привет, Ниам! – вежливо поздоровалась Кэнди. – Как дела?

– Отлично, юная леди! – Лиам ответил, не сюсюкаясь, и перевёл взгляд на меня. – Я перевесил полку немного по-другому. Старые крепления совсем разболтались и не удержали бы веса. Чудо, что она раньше не свалилась на голову тебе или дочурке.

– Спасибо. Не стоило таких трудов.

– Ерунда, – небрежно отмахнулся Лиам.

Моя Кэнди с удивлением разглядывала руки мужчины. Послюнявив пальчик, она потрогала кожу Лиама, чтобы убедиться, что рисунки на его руках не стираются.

– Вау! – восхищённо протянула дочка, поняв, что чернила никуда не денутся.

– Кэнди, садись на свой стульчик, – скомандовала я.

Кажется, пора взять управление в свои руки. Потому что в моей кухне слишком много Лиама. И в отражении зеркальной поверхности холодильника, и в аромате его мужской харизмы, даже в глазах моей дочки – всюду он.

– Садитесь, Лиам, – предложила я. – Я накормлю вас обедом. Это меньшее, чем я могу вас отблагодарить.

Лиам не стал ломаться, с большим аппетитом поглощал поданный обед. Смешил мою Кэнди, наматывая пасту на вилку, и устраивал театральное представление из кусочков брокколи, стручковой фасоли и моркови, приготовленных на пару. Кэнди слопала всё без лишних вопросов. Хотя раньше мне приходилось часами уговаривать её съесть хоть чуточку полезных продуктов.

– Удивлена, но вы хорошо ладите с детьми. Вам удалось уговорить Кэнди поесть, – сдержанно похвалила я Лиама.

– Знаю, что это полезно для детишек. Хоть не могу похвастать, что готовил это для своей дочери. Отвратительный папаша. Совершенно не умею готовить.

– Для этого есть мама? – спросила я, задержав дыхание.

– Была. Она много чего умела, – небрежно фыркнул Лиам. – Например, хорошо выносить мозги и устраивать мусорку в душе. Но готовить не умела, впрочем, быть хорошей матерью у неё вообще не получалось. Это всё… – махнул рукой, – пройдённый этап. Очень давний. – Потом он внезапно перевёл взгляд на моё лицо. Губы начали гореть. Взгляд Лиама потемнел вслед каким-то его мыслям. В моей груди начало разгораться сладостное предвкушение. Как будто внутри родилась огненная бабочка и расправила крылья. – Сядь, Беа. Ты так и не обработала рану на голове. Аптечка в ванной?

– Да, в ванной, – согласилась немного дрожащим голосом.

Лиам вышел, а я начала беспокойно крутиться на месте. В ванной разложены мои трусики. Я сложила их стопками, но не успела убрать в бельевой шкаф.

Что же, теперь Лиам будет знать, что я люблю бирюзовый цвет.