— Мы не можем так больше, Кен, — голос Джой был полон усталой печали. — От голода мы не лечим, от голода лечат едой. Нам нужна земля, первая терраса вот-вот будет готова, а на что нам купить плодородную землю, чтоб положить ее на камни?

— И вы наняли меня, чтоб я вас защитил? — Кен уже ничего не понимал.

— Лучшая защита — нападение, — отрезал Стэн.

— Это как? Один на всех, и всех до одного? И своих коллег и их нанимателей в придачу?

— Только не это, — вздрогнула Джой. — Одну мясорубку уже пережили, второй не будет. Не хочу. Да тебе и не по силам.

— Значит, дипломатия? — тяжело вздохнул Кен.

— В основном.

— Однажды меня сыграли втемную. — Кен зло сощурился, воспоминание было не из приятных. — С тех пор я не люблю дипломатию.

— Играть будешь сам, — покачал головой Стэн.

— По вашей указке?

— С нами вместе. Мы ведь партнеры.

Кен наконец отпустил руку Джой.

— Слушайте, а вы своих предложений не снимаете?

— Насчет чего?

— Насчет чести, которую клан мне намерен оказать. — Усмешка была явно издевательской.

— Нет, — удивилась Джой, — а ты хочешь?

— Зачем? — не поверил Стэн.

— Охота пуще неволи, — объяснил Кен, скалясь страшнее прежнего.

Обряд вступления в клан пришлось отложить: на целую неделю зарядили дожди. Они досаждали даже здоровому и сильному Кену, а Стэн и Джой, едва ли хоть раз в своей жизни евшие досыта, измучились всерьез. Джой чуть не плакала от сырости и холода, но погреться у огня было невозможно: у очага хлопотала Рими. Не обсуждать же секретные планы в ее присутствии. В конце концов партнеры забрались с ногами на кровать — Кен посередине, Стэн с левого боку, иззябшая Джой справа — и укутались войлочным одеялом по самые шеи. Войлок горцы валяли на славу: мягкий, теплый, легкий.

Шум дождя за окном уже не казался таким страшным.

— Джой, — позвала Рими, — там Лори под окном бродит, который день.

За пеленой дождя маячила грешная тень тощего подростка. Дорого ему досталось презрительное прощение Совета.

— А, чтоб его! — Джой выпрыгнула из одеяла, прошлепала босыми пятками к окну, распахнула его и заорала что есть сил, перекрикивая оглушительный дождь: — Лори, иди в дом немедленно, пока я тебе уши не надрала!

Кен из глубины комнаты увидел, как в доме напротив открылась дверь. Лори, захлебываясь счастьем и дождем, рванул туда.

Джой захлопнула окно и стрелой ринулась под одеяло. Кен обнял ее покрепче, выпростал другую руку из-под одеяла и взял большую глиняную кружку.

— На, хлебни горячего. — Он снова взглянул в окно, Лори и след простыл. — Амнистия.

— Вчистую, — кивнула Джой.

— Серьезная у тебя власть. В других кланах Хранители тоже распоряжаются, но не так. Круто забираешь, моя прелесть. Я уж думал, вы его прогоните.

— Ты что? — От возмущения Джой едва не расплескала напиток. — Куда — к вам? В его годы? Молод он еще на палача учиться.

— Ну, Кен-то был моложе, — бросил Стэн.

— Откуда знаешь? — Кен напрягся. — Следил? Выспрашивал?

— Ошалел? Пусти! Пусти, кому говорят. Не следил. Догадался. Когда Джой тебе предлагала войти в клан. Ниндзя, рожденный от ниндзя, пришел бы в восторг либо рассмеялся бы в лицо. А ты отвечал, как ядом плевался. Ты клановый. А тренирован сызмала, по твоему телу видно. Значит, выгнали тебя совсем еще маленьким. Верно?

— Верно, — успокаиваясь, произнес Кен.

— Интересно, что же ты такого натворил по малолетству на высшую меру? — лениво выговорила Джой.

Кен улыбнулся. Очень медленно, четко, раздельно, с невыразимой лаской в голосе он произнес грязное ругательство, основную часть которого составляли жуткие, циничные угрозы. Подумав, Кен прибавил парочку душераздирающих подробностей по части способов приведения этих угроз в действие. Нежная улыбка по-прежнему лежала на его устах.

— Что бы это значило? — поинтересовалась Джой, когда он закончил.

— Как говорится в старой сказке: «Не спрашивай о том, что тебя не касается, — не услышишь то, что тебе не понравится».

— И что еще меня не касается? — Ответная улыбка Джой была ироничной. — О чем еще я не должна говорить, кроме этого?

— О друзьях. — Кен стиснул зубы. — Никогда!

— Ладно, будь по-твоему. Да и то: хватит о твоих делах, поговорим о наших.

— Поговорим, — буркнул Кен. — Так чего вы все-таки хотите?

— Безопасности.

— За счет чего?

— Хорошо бы, — мечтательно произнес Стэн, — сделаться всеобщим гарантом. Всем хорошо, пока мы целы-невредимы.

— А суп из луны со звездами не хочешь? Ну у вас и запросы!

— Можно и поменьше. Стать всеобщим посредником.

— Вот это реальнее, — хмыкнул Кен. — А какой вам в том прок?

— Видишь, мир так погано устроен, что единственный способ стать независимым — сделать зависимыми других. Власти нам и даром не надо, ну ее, власть. А это...

— А это скромнее, но тоже... Как вы себе это мыслите?

— Вот как по-твоему, — вступила в разговор Джой, — что сделает человек, если он нацелился дать кому-то в глаз, а с него валятся штаны?

— Н-ну, не знаю, — Кен пожал плечами, — я бы дал в глаз.

— Так то — ты. А нормальный человек?

— Схватится за штаны. Или просто растеряется.

— А что станут делать кланы, если окажутся без прикрытия? Если всем ниндзя вдруг станет не до них?

— Пожалуй, — улыбнулся Кен, — ловить штаны.

— А вот нет штанов?

— Забьются по углам. Негоже как-то без штанов на людях.

— А когда поймут, что все вокруг тоже без штанов?

— Тогда можно и в глаз. — Кен поморщился. — Отними силу сильных, и в ход пойдет сила слабых. Как пойдут чудесить — больше мяса настрогают, чем все ниндзя вместе взятые.

— Вот тут и вмешивается посредник, чтоб не допустить.

— А сумеете? Дипломаты сопливые. Подвинься, весь бок мне отсидела. И как ты собираешься снимать с кланов штаны?

— Нет, флейтист, это как ты собираешься?

— Вот оно что, — выдохнул Кен. — Понимаю. Я, значит, должен придумать, чем занять своих коллег, чтоб им стало не до жизни? Это только если внутри нас свара начнется. Тогда кланы в стороне, а мы друг друга рвем зубами на тряпочки.

— Тебя это, конечно, не устраивает?

— Нет, отчего же. Я, сердце мое, памятливый. Никому и ничего не забыл, и за мной не пропадет. Когда кой-кто кой с кем сцепится, мне это доставит массу удовольствия. Давно я на флейте не играл, а по такому случаю сыграю.

В голосе Кена было столько ядовитой нежности, что даже Стэн поежился.

— А зачем ты ее тогда носишь, раз не играешь?

Кен сунул флейту в широкий рукав, повозился и достал вместе с ней антикварную вещицу: стальное четырехгранное лезвие, длинное, узкое и плоское.

— Хороша игрушка, — одобрила Джой. — Надо и мне что-то такое сделать.

— Зачем?

— На всякий случай. Я тоже с тобой поеду.

У Кена заклокотало в горле.

— Рассуди здраво, флейтист. Один из нас должен поехать с тобой. Стэн нужнее здесь, а я — там. Женщину тебе взять с собой легче, есть чем объяснить. Тем более что сделке нашей есть свидетели. И потом, если со мной что случится, то как Хранитель Стэн нас двоих стоит. А если с ним что — мне его не заменить.

— Связался я с вами, — прошипел Кен. — Хранителя не переспоришь.

— Конечно, жизнь моя. Привыкай.

— Но оружия ты с собой не возьмешь. Нет, я сказал. Не сумеешь его толком спрятать, и все погибнет.

— Ну хорошо, — с поразительной кротостью согласилась Джой. Кен подозрительно взглянул на нее, но смолчал.

— Лучше бы тебе со мной не ехать, — почти зло сказал он. — Мне ведь и правда среди своих работать. Если заподозрят... ох и долго умирать будем. Выдай мне инструкции и оставайся.

— Не будет тебе никаких инструкций, кроме как по ходу дела, — отрезала Джой.

— Не доверяешь?

— Нет, но почем я знаю, жизнь моя, кто тебя будет допрашивать и как.

— Оскорбляешь, — вздохнул Кен. Он засучил левый рукав, обнажая смуглое плечо с золоченой вязью.

Ее тусклый блеск в сумерках не выступал из тела, как обычно, а растекался под кожей, словно жилы, по которым струится не красная кровь, а расплавленный свет.

— Много ты понимаешь вот в этом.

Под кожей смутно сияли солнца, распускались цветы, насмешливо зевали змеи, потягивались пушистые зверьки, гневно морщился тигр...

— Красивая картинка. — Джой провела пальцем по золотым линиям.

— Полный набор. У меня одного такой, больше нет.

— А что он означает? — Стэну, чтоб полюбоваться узором, не надо было перегибаться через Кена, как Джой.

— Что пытки сильней меня еще не придумано.

— Придумаю, — пообещала Джой. — Я тоже люблю ломать скалы.

— Мы друг друга стоим, — усмехнулся Кен.

— Ну да. Сам же мне предлагал податься в ниндзя, а теперь на попятный. А ведь я слово дала: все твое, что попросишь. Вместе на дело и пойдем. Как только дожди сойдут.

— А вступление в клан? Оно тоже времени требует.

— Лучше бы потом, — замялась Джой. — Пока меня с талисманом не осенило, я не знала, как бы тебя связать, а теперь... клятву ты дал. и связан ты ею. А вступление в клан... уж очень публичная процедура. Могут проведать.

— Понимаю, Ты права. Вот только...

— Только что?

— Мне так было бы легче, — тихо сказал Кен. — Вроде как я вам свой, а не им.

— Он прав, Джой, — откликнулся Стэн, вынырнув из молчания. — Будь он хоть какое чудовище, даже если у него со своими свои счеты, но не много ли мы от него хотим?

— Да, я понимаю. — Кен опустил голову. — Опасно.