Помоги проекту - поделись книгой:
Макс выискивал ответ в моих глазах.
— Нет, — я тяжело вздохнула и вновь покосилась на окно, мысленно напевая телефону похоронный марш. — Это была Майечка, — ласково добавила, вспомнив подругу. — Блин! Она же волноваться будет, а ну гони сюда свой телефон! — прошипела братцу и не церемонясь, принялась шарить по его карманам.
— Мелкая, прекрати! — взревел он, когда я со злости сжала упаковку презервативов, заблаговременно оставленную братом, и отбросила в сторону.
— Не ори. И вообще, я уже хочу стать теткой! — я похлопала глазками, не переставая шарить в поисках мобильника.
— Сплюнь! — испуганно сказал брат и постучал три раза по столу.
Я издала нервный смешок и восторженно воскликнула, обнаружив искомое. Быстренько написав подруге эсэмэс, отправила его и вернула брату телефон. Я вновь присела на кровать и принялась ждать, когда мне, наконец, нальют вина. Брат стоял в ступоре и странно косился на меня.
— Что? —
— Да так… — отмахнулся он.
— И, вообще, с тебя новый телефон, — заявила, когда Макс открыл бутылку и начал разливать напиток по бокалам.
— Да кто бы сомневался, ты же с меня живого не слезешь, пока свое не получишь, — смеясь, он протянул мне бокал.
В дверь постучали, следом вошла мама с тарелкой в руках.
— Вот, — она поставила ее на стол, — чтобы не на пустую пить! — добавила и быстро покинула наше убежище.
Я с улыбкой проводила ее и мазнула взглядом по тарелке с фруктами.
— Так, сиди, я сейчас, — внезапно брат тоже вышел.
Я лишь пожала плечами и пригубила вина. Конечно, в моей ситуации, наверно, было логичнее пить с горла и одним махом полбутылки. Но кто-то вообще так пробовал? Нет? А вот я да… И, поверьте, ничего хорошего из этого не вышло. Лучше уж понемногу, но уверенными шажками.
Пока брат отсутствовал, свистнула с тарелки кусочек апельсина и выпила уже все вино, что было в бокале. Алкоголь сделал свое, и сейчас я немного расслабилась, потихоньку забывая произошедшее несколько часов назад.
Через десять минут вернулся брат, таща в руке коробку моих любимых конфет. Настроение мигом поднялось, и, довольно пискнув, кинулась его обнимать.
— Спасибо! — повиснув на нем (ведь роста у него, поди, под два метра), воскликнула. — Что бы я без тебя делала? — печальней добавила, вновь ощущая ступнями пол.
— Ну, хватит уже петь мне дифирамбы, — отмахнувшись от слов, Макс вновь наполнил мой бокал, пока я с горящими глазами рвала фольгу на коробке.
Освободив желанный прямоугольник от нее, открыла и застонала от удовольствия, отправив в рот конфетку.
— Ай, — насупился брат.
Я хлопнула его по наглой конечности, пытающейся своровать мои конфетки.
— За что?
— Нечего на мои конфетки роток разевать! — гордо вскинув подбородок, заявила ему и покрепче прижала коробку конфет к груди. — Моя прелесть! — воскликнула и недовольно зыркнула.
— Ладно-ладно! — сказал Макс, выставляя вперед ладони, сдаваясь мне, и заливисто смеясь.
Все же я была благодарна брату за поддержку. Ведь кто, как не он знает, чего мне стоило не пасть мужу в ноги и остаться там. Если бы не Макс, наверно, все бы Грише простила и жала бы с ним дальше.
В глазах снова стали накапливаться слезы.
— Так, мелкая, ну хватит! Давай лучше выпьем за твою свободу, — предложил брат, протягивая мне свой бокал.
Мы чокнулись. И так незаметно опустошили первую бутылку. Клиент, как говорится, был уже готов. Язык заплетался, нижние девяносто тянуло на приключения, а вот голова гудела так, что, казалось, в ней поселился рой пчел. И сейчас они летали в хаотичном порядке, создавая хаос в мыслях. Я никак не могла собрать их в кучу и внятно произнести хоть что-то.
Сквозь шум в ушах услышала звонок в дверь. Почему-то я решила, что это вновь нагрянул мой бывший муженек. Теперь-то смелости у меня хватало, чтобы высказать ему все, что о нем думаю.
— Мне надо, ик… — начала я и попыталась встать с кровати.
Попытка оказалась неудачной, и я, потеряв равновесие, плюхнулась своими мягкими «булочками» прямиком на пол.
— Куда ты собралась? — брат был более трезв.
Поднявшись со стула, даже не шелохнувшись, направился ко мне. Поднял мое пьяное тельце и сгрузил на кровать.
— Лежи, я сам разберусь, — и ушел.
— Подо-ж-и-и-и… — вновь икнув, что-то промямлила я и попыталась встать.
Пока боролась с гравитацией, ей богу, чувствовала себя, как в космосе, невесомой, за дверью уже слышались ехидные речи братца. Только я не могла сообразить, чего это он с моим муженьком так общается? Вроде должны были слышаться маты. И, вообще, зачем его впустили? Ух, сейчас я ему устрою! Доползая до двери, подхватила вазу и, резко открыв дверь, даже не удосужившись взглянуть, кто там стоит, замахнулась.
— Дура, что ты творишь! — взревел брат, вовремя выхватив из моих рук вазу.
Я проморгалась и посмотрела туда, где, как мне казалось, должен был стоять муженек. Когда я увидела, кто предо мною стоит, застонала.
— Май-я-я-я… — протянув имя подруги, громко икнула и была готова провалиться сквозь землю. — Прости ду-ру-у-у, — позорно разревевшись, кинулась в объятия застывшей от испуга подруге.
— Да-а-а, мелкая, ты ходячее несчастье! А если бы меня тут не было? — хмыкнул брат.
Я лишь горше заплакала, не стесняясь, пачкая косметикой кофту подруги.
— Да ладно… — нервно рассмеялась Майя. — С кем не бывает, — ее голос дрожал, видать от пережитого шока.
— Ну что, пчелка, — рассмеялся Макс, — прилетела на помощь?
Мой пьяный мозг быстро сообразил, что Макс издевается, и я пнула его в лодыжку, да так, что аж взвыл от боли.
— Мелкая! — прошипел он сквозь зубы.
— Май, ты… ик… иди в комнату, — еле выговорила я, указывая опешившей подруге на дверь.
Она моргнула несколько раз, но покорно пошла по направлению. Я тихонько хихикнула, понимая абсурдность своей мысли. По направлению! Когда подруга скрылась за дверью, я вновь икнула, наверно, уже трезвея, и, послав брату убийственный взгляд, вновь пнула его по той же лодыжке.
— Ау! — воскликнул, потянувшись рукой к пострадавшей конечности.
— Будешь знать… ик… как обижать мою… — я умолкла ненадолго, переводя дыхание, — подругу, — закончила, нервно выдохнув в лицо брату перегаром.
Поделиться книгой: