Снегурочка для принцедемона

Ленка!

Вспомнив о подруге, я попыталась вскочить, но поскользнулась и плюхнулась в ванну. При этом уронила кружку горячего напитка и выбила у Романа телефон.

Виртуозно прокрутив несколько раз сальто, аппарат с громким плеском упал в воду, а я от неожиданности снова вскочила.

— Извините, если испортился, я заплачу, — тараторила я, шаря по дну ванны, но смартфон притворился мылом и успешно ускользал.

— Оденьтесь, а то снова замерзнете, — Роман протянул мне толстый махровый халат в черно-синюю клетку и, не обращая внимания, что намокнет, полез в ванну.

Гаджет оказался очень преданным, и вскоре Роман уже вынырнул и, посмотрев на меня, неожиданно рассмеялся.

— Говорите сразу, что еще вы для меня приготовили? Спускайтесь к камину, я переоденусь, потом найдем вам какую-нибудь одежду и подвезу куда надо.

— Извините, — виновато пролепетала я. — Я не хотела портить вам праздник, но моя машина застряла недалеко от вашего дома. И я бы замерзла до смерти, если бы вы меня не нашли.

— Я рад, что не успел уехать, — Роман скользнул взглядом по моему лицу. Интересно, что он там увидел? Надеюсь, не ожившего покойника? Но он ничего сказал и, развернув, подтолкнул меня к двери.

Завернувшись в большой халат, я устроилась в широком кресле и рассматривала небольшую, но светлую и уютную гостиную.

Вскоре спустился Роман в новом джемпере с высоким горлом и с ворохом вещей.

— Даже не знаю, подойдет ли вам что-то.

— У меня в машине сумка. Там есть одежда и белье. Если вы…

— Точно, — Роман стукнул себя по лбу. — Кажется, с вами и я сошел с ума.

Я немного обиделась. Чего это я сумасшедшая-то?

Роман скрылся в прихожей, вскоре оттуда послышались глухие удары.

Заинтригованная, я поплелась следом — мой благородный рыцарь безуспешно пытался открыть дверь. Наконец, она поддалась, и к своему ужасу мы увидели закрывающий выход огромный сугроб. А в довершение всего погас свет.

— Это не я! — подпрыгнув, пискнула я и тут же оказалась в кольце крепких рук.

— Конечно, — обреченно вздохнул Роман. — Только до твоего появления ничего такого не происходило. Пойдем, — как-то незаметно перешел он на «ты».

Обняв за талию, осторожно повел меня в гостиную и посадил на коврик у камина.

— Сиди здесь и никуда не уходи. Я попробую открыть гараж, — наказал он и скрылся в темноте.

Я послушно не двигалась, хоть один бок и начал поджариваться, а задница задеревенела. Надеюсь, он там никуда не свалился. А то приедут его родственники или друзья и подумают, что я прикончила хозяина и завладела домом.

Не успела начать переживать, как услышала шумное сопение, а следом появился Роман.

— Бесполезно, — заявил он. — Тоже все завалено. Давай свечи, что ли, зажжем. Такого необычного и романтичного Нового года у меня еще не было, — расслышала я короткий смешок.

Вскоре появился дрожащий огонек и остановился. Потом появился второй и осветил лицо моего невольно гостеприимного хозяина.

— Давай помогу, — вскочила я, но наступила на полу халата и с грохотом, превышающим мои габариты, свалилась на пол.

Роман поспешно установил очередную свечу, судя по звуку, рассыпал остальные и подлетел ко мне.

— Цела?

— Ой! — он все-таки споткнулся об меня.

Падая, выставил руки, при этом одна уперлась в пол, а вторая — в мою грудь, оголенную распахнувшимся халатом.

— Прости, — Роман отдернул руку, но не удержал равновесие и ткнулся лицом мне в шею, оставив губами теплый след.

Дрожащую темноту, помимо потрескивания камина, наполнили шорохи и сосредоточенное сопение — это я пыталась укротить вконец распоясавшийся халат, а Роман — выпутаться из моих рук и ног, при этом его колено оказалось втиснутым у меня между бедер.

«Кажется, сегодня побила все рекорды по попаданию в дурацкие положения», — подумала я, но это совсем не помешало горячей волне прокатиться по телу, когда Роман предпринял очередную попытку встать, а я притерлась к его брюкам. Перед глазами заплясали звездочки, и я коротко выдохнула. А волна, закрутившись смерчем в животе, рассыпалась брызгами. Они обожгли лицо и требовательно теснились в груди, недвусмысленно выдавая мою реакцию на подобную возню.

— Снова холодно? — уточнил Роман.

Черт, все-таки заметил. Хотя, судя по тому, что я чувствовала, он тоже не производил впечатление бесчувственного бревна.

— Э… не совсем, — немного замявшись, честно ответила я.

— Мне извиниться? — в темноте не было видно его лица, но ничто не мешало услышать и почувствовать короткий смешок.

— Не надо. Все нормально.

В конце концов, что он еще не видел и не пощупал? Пыталась я успокоить бунтующие гормоны. У него наверняка есть девушка. Не может такой парень остаться бесхозным.

— Это я должна извиняться. В мои планы на сегодня не входило портить кому-то праздник, — я наконец-то выползла из-под Романа. Сам он почему-то не проявил большой активности, чтобы ускорить процесс. Сияющий нимб несколько поблек — кажется, уже не совсем безупречный принц не против случайной интрижки.

— Ты и не испортила, — подтвердил он мои догадки. — Очень необычный оказался вечер. Вряд ли что-то подобное получилось бы в той компании, куда я собирался. — Он аккуратно расправлял воротник снова стянутого поясом халата. А я думала — почему бы и нет. Я одна, он — временно тоже. В конце концов, сегодня практически родилась заново и имею право на небольшую компенсацию от вселенной. Например, в виде благородного и неидеального принца. Но кому нужен идеал, если так намного интереснее. — Вот только тебя, наверное, потеряют, — принц сбил мои пустившиеся галопом мысли.

Я растерянно осмотрелась в темноте. Разобранный телефон Романа сушился, мой — благодаря бестолковой хозяйке остался в машине.

— У тебя есть ноутбук? — осенило меня.

— Есть, а зачем?

— Можно попробовать связаться через интернет, — воодушевленно воскликнула я.

— И где я тебе его возьму? — невинно поинтересовался Роман. — Электричества-то нет, — отстранился, оставив смутное чувство сожаления, и подошел к окну. — Видимо, обрыв. На улице тоже темно.

Какое-то время мы молчали. Я смотрела на него, а он — не знаю куда.

— А давай потанцуем, — его голос в темноте был словно бархатистое прикосновение. По спине волной пробежала дрожь и, свернувшись в животе, настойчиво толкнулась, отправляя меня к окну, а грудь вдруг остро почувствовала шершавость ткани и жажду совершенно других прикосновений.

— В халате? — пробормотала я. Вот сейчас бы мое платье и тонкие чулки пришлись как нельзя кстати, но они бесформенной кучей валялись где-то в темноте.

— Можешь без, — я не заметила, как он оказался рядом и обнял за талию. — Сэкономим время, — от чувственных раскатов и ощущения теплых рук кружилась голова, и дышать становилось тяжелее, но язва не могла смолчать.

«А у нас его так мало», — хотела сказать она, но, к счастью, не успела.

Его губы оказались приятно-упругими и пахли мятой. Сначала Роман целовал осторожно, словно спрашивая, но, не встретив сопротивления, стал решительнее захватывать и прикусывать мои губы.

Разросшееся напряжение вырвалось легким стоном, и, пользуясь представившейся возможностью, принц углубил поцелуй. Языки вели жаркую борьбу за обладание территорией, а мои уши пылали и, наверное, даже светились.

Дыхание прерывалось, поцелуя становилось мало, и я вцепилась Роману в волосы, прижимаясь теснее и мешая отстраниться. К счастью, таких мыслей у него и не возникало. Его руки оказались под халатом, и кожа разгоралась от уверенных и совсем не скромных прикосновений.

Мой наряд совсем распустился и отправился на поиски платья, а я оказалась полностью притиснута к Роману. Жар его рук и напряженный пах приятно польстили самолюбию, уязвленному во время спасательной операции.

Я прекратила терзать густые волосы и, немного отстранившись, погладила застежку брюк, чувствуя жар и многообещающую твердость. Неидеальны у моего принца только помыслы, все же остальное не вызывает нареканий.

Словно в ответ на мои мысли, он нетерпеливо зарычал. Не прерывая поцелуя, подхватил меня под ягодицы и приподнял.

Вскоре я оказалась на диване, а поспешно стянутый джемпер Романа отправился искать платье и халат — у них свой праздник.

— Подожди немного, — запыхавшись, попросил Роман и, нависнув, прижал мои руки к подушкам дивана. — Хочу на тебя нормально посмотреть.

Я тоже получила возможность полюбоваться на рыцаря, наконец-то оказавшегося без доспехов. Растрепанные волосы забавно торчали, словно небольшие рожки. Дрожащее пламя свечей ложилось на чуть смуглую кожу красно-оранжевыми бликами и отражалось в глубине темных глаз. На секунду показалось, что заглянула в преисподнюю и увидела адское пламя, а коварные тени, собравшись в уголках красиво очерченных губ, искривили их в дьявольски искусительной ухмылке.

Перевитые мышцами руки возвышались рельефными колоннами. Принц, как-то сразу ставший демоном, отстранился, и лицо поглотила тьма, только на широкой груди и шее продолжали плясать кровавые отблески.

— Ты чего? — из темноты раздалось урчание довольного тигра, готового целиком заглотить пойманную антилопу. Горячее дыхание опалило лицо, а демон ласкал мои губы неторопливым искушающим поцелуем, отозвавшимся во всем теле нетерпеливой дрожью.

— В этом освещении ты похож на дьявола, — когда выровняла сбившееся дыхание, смогла сказать я. — У тебя даже глаза светятся красным.

— Тогда ты ведьма, а ведь поначалу подумал, что встретил Снегурочку, — он сдул у меня с лица растрепавшиеся волосы. — Ты бы видела, как твои кудряшки блестят в свете свечей. Словно не волосы, а настоящий огонь. Глаза… — чертовски красивое лицо приблизилось, и красные зрачки оказались прямо передо мной. — Черные, как адская бездна. — Как думаешь, дьяволы едят ведьм? — мой личный демон впился в подставленную шею, а я, вздрогнув и слегка постанывая, сражалась с пряжкой ремня.

— К черту, — задыхаясь, воскликнула я. — Ад так ад. Мне здесь нравится.

— И мне, — на мгновение почувствовала холод, пока дьявольский принц отправлял брюки к сосланной ранее одежде.

А потом показалось, что действительно вспыхнула от пальцев ног до макушки. Горячие губы, горячие руки, горячие волны, что поднимали нас все выше и выше. Казалось, что перестали быть людьми, а превратились в огненный сгусток. Он пульсировал, и каждый толчок был сильнее и напористее предыдущего. Выжигая вены, он и подпитывал, и сам был нашим желанием.

Сгусток, а может, это были мы, раскалялся все сильнее, и уже не было сил сдерживать рвущуюся на свободу силу.

Клянусь, я даже слышала, как, сгорая, потрескивает кожа, возможно, это был диван. Вторя моим вскрикам и так же сгорая, потрескивали поленья. За окнами стонал ветер. Казалось, что стихия разделяет наше безумство.

Наконец, с оглушающим взрывом пылающий шар разлетелся миллионами искр, а мы, распластанные и обессиленные, судорожно ловили воздух.

Я разлепила глаза и недоуменно осмотрелась — нас окружали невредимые стены, хотя я была абсолютно уверена, что сожгли дом дотла.

Повернула голову и увидела, что Роман уже лежит на боку и, подперев рукой щеку, рассматривает меня. Быстро он пришел в себя. Впечатляет. Мое же дыхание все еще оставалось рваным.

Обжигающий взгляд задержался на опухших губах, прошелся по вздымающейся рывками груди и остановился на подрагивающем животе. Смущения не было, словно его вообще здесь не прописали. И я в ответ принялась рассматривать не то принца, не то демона.

Одну сторону лица освещал пляшущий в камине огонь, а другая полностью оказалось в тени, так что рассматривание получилось так себе. Но часть высокого лба, одну четко очерченную скулу, резко вырезанные крылья прямого носа и кусочек упрямых губ я утащила в закрома. Кажется, темнота объявила себя союзником демона, а что еще от нее ждать, и углубляла тени, делая развитые мышцы еще более рельефными. А за право изваять великолепный изгиб, в котором застыл идеально плоский живот, передрались бы многие скульпторы. Дорожка темных волосков, спускающаяся от впадинки пупка, уводила взгляд за собой, и я еще раз убедилась в дьявольской выносливости демона.

— Насмотрелась? — раздалось негромко в темноте.

— Ага, — я невольно облизнула губы. — А ты?

— Туше, — хрипловатый смешок снова погнал по телу волну возбуждения. — Слушай, я голодный, как не знаю кто. Давай перекусим, — такое будничное предложение несколько диссонировало с моим романтичным настроем, но желудок тоже переметнулся на сторону демона и требовательно сжался.

— Давай, — согласилась я. — Но что мы будем есть, если нет света?

— Ты же принесла селедку, — Роман поднялся с дивана и снова на меня посмотрел. — Или она для какого-нибудь ведьминского ритуала? Ты так прижимала ее к груди, что я даже не знаю, — он повел широкими плечами и отправился в неизвестном направлении.

— Ты дьявольски догадлив, — ухмыльнулась я. — Предполагалось, что он поможет приворожить некоего молодого человека.

Кажется, Роман поперхнулся и, повернувшись, недоверчиво на меня посмотрел, позволяя любоваться, как тень ложится в прогиб спины, а отблески от камина лижут подтянутую задницу и соблазняют залепить ей звонкий шлепок. От предвкушения у меня даже ладонь начала гореть, но надо было встать босыми ногами на пол, а при одной мысли об этом становилось холодно. Лучше подожду здесь, решила я, а задница и ее обладатель все равно скоро вернутся.

— Слушай, а теперь ты похожа на елку. Только звезды две, — выдал он, прежде чем раствориться в темноте.

Теперь настала моя очередь давиться воздухом. Я схватилась за голову — может, волосы торчат в разные стороны? Кажется, немного растрепались, но все-таки не до состояния еловых веток. Волосы на теле не торчат, ввиду их отсутствия. Тогда что он имел в виду? Я недоуменно осмотрела себя и расхохоталась — если свет камина деликатно оглаживал ягодицы хозяина, то со мной он не церемонился и пробрался прямо под кожу, отчего соски светились ярко-красным, как две звезды. Что же, вся новогодняя атрибутика в наличии. Растаявшая Снегурка и елка, аж с двумя звездами. Вот только на Деда Мороза Роман ну никак не тянул, если только из стриптиз-клуба.

Стриптизный Дед Мороз появился неожиданно и прервал мои размышления.

— Над чем смеешься? — поинтересовался он, расставляя у камина бутылку вина, бокалы и мой бесценный салат. — Я тоже хочу.

— Я поняла, что ты имел в виду, говоря о звездах. Но другой иллюминации все равно нет. Придется довольствоваться этим, — я притворно-горестно вздохнула.

— А что, я не против. Мне нравится, — снова становясь похожим на демона, ответил Дед Мороз.

Он прихватил миску с салатом и с делано серьезным видом подошел к дивану, поочередно переводя взгляд с верхнего слоя селедки на мою грудь.

— Неважная из тебя ведьма, — с видом знатока, Роман покачал головой.

— Это почему? — я приподнялась на локтях.

— Выбрала не самый эффективный способ приворота, — и кивнул на меня. — Они выглядят намного аппетитнее. Правда, я еще не пробовал твой приворот на вкус. Может, изменю свое мнение. Пойдем, — он кивнул на импровизированный стол у камина и уже повернулся спиной.

Нет, ну это просто невозможно. Нельзя так искушать и надеяться избежать последствий.

— Подожди, — я поспешно перекатилась на живот и с наслаждением впилась зубами в упругую, как мячик, мышцу. Не поручусь, что при этом я не урчала от удовольствия.

— Рехнулась? — видимо, Роман никак не ожидал, что я решу отхватить у него кусок ягодицы. Он так вздрогнул, что чуть не уронил миску.

— Так и знала, что мне понравится, — удовлетворенно ответила я на его возмущенный взгляд и, стараясь как можно реже касаться пола, поскакала к каминному ковру.

— Я рад, — пробурчал Роман. — В следующий раз хоть предупреждай, — и накинул плед мне на плечи.

Я довольно зажмурилась — значит, будет следующий раз.

— Подожди, сейчас принесу вилки и тарелки. Кажется, в холодильнике есть колбаса. Стол скромный, но что есть.

— А в машине остались конфеты… — мечтательно протянула я. — И шампанское.

— Шампанское и у меня есть. Но сейчас тебе лучше пить теплое красное вино, — он снова отправился на кухню, но на полдороге обернулся. — А уколы от бешенства понадобятся?