Музыкальные мифы. Книга 5

— Что ж, надо искать дальше, — сказал ДО. — Во дворце придётся осмотреть все жилые комнаты.

— Да, но на это уйдёт уйма времени, — вмешался СОЛЬ. Так мы не скоро доберёмся до ФОРТИССИМА.

— Ничего не поделаешь, придётся задержаться, — подытожил ЛЯ. — Но для этого нужно найти какую-то причину для НонАккорда... СОЛЬ, тебе придётся заболеть, что ли.

— Надо же! Ну и везёт мне в этой МИКСОЛИДИИ. ЗВУКОРЯД здесь строится от меня. Первым везде иду я. А теперь ещё и болеть тоже мне... Ну, что поделаешь, придётся.

Он лёг на пол, закатил глаза и захрипел. Это было настолько неожиданно, что ВОСЬМЫ сначала застыли от изумления и испуга, а потом захохотали.

— Во даёт! — кричал РЕ.

— Подожди, СОЛЬ, — сказал ЛЯ. — Это уж слишком. Больше похоже на смерть, чем на болезнь. Уж ты притворись как-нибудь полегче.

— Ладно, сделаем, — сказал СОЛЬ, поднимаясь с пола.

На следующий день рано утром ВОСЬМЫ пошли к НонАккорду, чтобы сообщить ему о болезни СОЛЬ. Но СольСиРеФаЛию было не до ребят. Надо было готовить тайное питьё для дворцовой знати. А для этого порошок из панцирей КВАРТ следовало смешать с пыльцой особых ярко-синих бабочек, которые обитали только' в одном месте — на огромной поляне в тёмном дубовом лесу. Как только взошло солнце, НонАккорд взял свой огромный сачок и тайком, чтобы его никто не увидел, отправился на охоту. Одному ему известными тропами СольСиРеФаЛий осторожно прошёл через чащу леса, в котором жил страшный паук КВАРТДЕЦ и, выйдя на поляну, спрятался в кустах.

Отсюда открывалось чудесная картина, любоваться которой СольСиРеФаЛий не уставал вот уже многие годы.

Огромное пространство, свободное от леса, не тронутое ни зверем, ни человеком, было усыпано цветами. Большие, самых разных расцветок колокольчики раскачивались на своих тонких стебельках и как будто тихо звенели. Тёмно-розовые гвоздики стояли не шелохнувшись и лишь важно поворачивали свои головки навстречу солнцу. Пышные соцветия фиалок вздрагивали при дуновении ветра и будто от испуга разливали вокруг свой пьянящий аромат. Над всем этим великолепием, сверкающим блестящими каплями ещё не просохшей росы, уже летали первые проснувшиеся шмели и стрекозы. Но среди них не было ярко-синих пушистых красавиц. Эти бабочки просыпались позже других, когда паук КВАРТДЕЦ начинал чистить свой красно-бурый панцирь.

Он подползал к огромному дубу, росшему над норой, и принимался мощно тереться о ствол. Дуб раскачивался и осыпал на землю листья, а вместе с ними и бабочек, спящих на его вершине. Бабочки поднимались в небо и огромной синей тучей летели к поляне собирать душистый и сладкий цветочный нектар.

И вот раздался тихий звон. Это по всему лесу зазвенели тонкие, но очень прочные нити паутины. Нон Аккорд весь напрягся и приготовился. Сейчас КВАРТДЕЦ появится из своего гнезда и поползёт к дубу. Тут надо не зевать — бабочки будут резвиться над цветами всего полчаса, а потом опять исчезнут и заснут в густых листьях до следующего утра.

Мелодичные звуки усилились и постепенно перешли в несмолкаемую звенящую симфонию. Тут же над лесом появилась ярко-синяя туча, которая покрыла почти всю поляну. НонАккорд выскочил из своего укрытия и, беспрерывно размахивая сачком, стал гоняться за синими красавицами. Через полчаса, когда бабочки улетели в лес, он выронил сачок и бессильно опустился на цветы.

«Ну и устал, — подумал СольСиРеФаЛий. — Но это ничего сегодня хороший улов. Правда, пыльцы не хватит, но начало положено... А всё-таки стар я становлюсь. Бегать всё трудней. И почему это бабочки водятся только в этом месте? Ведь сюда никого не пошлёшь — боятся КВАРТДЕЦА. Опасно.»

И, словно в подтверждение его мыслей, внезапно опять зазвенела золотая паутина, раздался громкий рёв ФОРТА. В этом рёве слышались страх и ярость, боль и отчаяние. Зверь ревел не умолкая, а паутина всё звенела и звенела.

«Попался! — подумал НонАккорд. — Сейчас всё кончится.»

И действительно, вскоре на весь лес разнеслось торжествующее шипение КВАРТДЕЦА, а затем — громкий предсмертный крик ФОРТА, и всё смолкло.

НонАккорд с ужасом представил, как КВАРТДЕЦ вцепился всеми четырнадцатью клешнями в свою жертву.

И его передёрнуло. «Брр! Гадость какая! Не дай бог такую смерть... А ведь много людей погибло в этом лесу: и тех, кого я посылал за бабочками, и тех, кто пытался натаскать золотой паутины... Теперь вроде поутихли — никто не ходит во владения КВАРТДЕЦА. Поумнели... А всё-таки хорошо здесь! Я по-настоящему отдыхаю на этой поляне. Ни одной живой души. Никто не знает тайных троп через владения Паука.»

НонАккорд растянулся во весь свой огромный рост, подмял себе под голову лиловые колокольчики. Он лежал и жадно вдыхал чудесный цветочный аромат.

Прошло ещё немного времени.

«Ну, ладно. Пора. Пойду посмотрю, уехали эти мальчишки или всё ещё спят.»

И, забрав свой огромный сачок, шляпную коробку с синими бабочками, СольСиРеФаЛий осторожно стал пробираться через лес.

Пока НонАккорд отсутствовал, ВОСЬМЫ тоже не спали. Узнав, что царя нет в замке и что он вернётся не скоро, ребята осторожно проникли в его комнаты и тщательно их осмотрели. Меча нигде не было.

Зато в спальне, над кроватью, РЕ увидел гобелен с необычным рисунком, вышитым цветным бисером. В верхнем правом углу его был изображён огромный паук с четырнадцатью лапами, каждая из которых оканчивалась мощной клешнёй. Рядом с пауком был вышит большой чёрный крест. Каждой лапой паук натягивал золотые нити, на концах которых были изображены разные звери и люди. По позам этих людей было видно, что они упираются, стараются удержаться, но Паук неумолимо подтягивает их к себе. Выражение ужаса и отчаяния застыло на лицах несчастных жертв. Но чувствуется: сопротивление напрасно, Паук победит.

И жертвы и сам паук изображены на тёмно-зелёном фоне. Чуть в стороне, слева, всеми красками переливается какое-то огромное пятно. В нём угадываются очертания цветов и насекомых. А через весь зелёный массив по направлению к этому пятну протянулись две тонкие пунктирные нити, вышитые мелким жемчугом.

— Ребята! Смотрите-ка, что я нашёл! — крикнул РЕ товарищам.

Все бросились к нему — смотреть на необыкновенный ковёр.

— Да!... — сказал ФА. — Вот это красота! Чувствуется работа большого мастера! Сколько жизни в этом рисунке.

Все зачарованно смотрели на диковинный гобелен.

— Смотрите! А здесь и шторы на окнах тоже вышиты бисером! И на них в точности такой же рисунок, как на плите в подвале! — крикнул МИ.

— Верно: ТРИТОН борется с ДИАПАЗОНОМ! — воскликнул ЛЯ с удивлением.

— Подождите, ребята, — вмешался ДО. — Тут надо разобраться. Мне почему-то кажется, что всё это неспроста. Вам ничего не напоминает этот ковёр?

— Нет. А что в нём? Просто очень красивый, — ответил МИ.

— Но мне почему-то кажется, что он напоминает карту, продолжал ДО. — Не находите?

Только тут ЛЯ посмотрел на гобелен другими глазами.

— ДО, а ведь ты наверное прав. Смотри, внизу изображён замок, и он очень похож на тот, где мы находимся. А жемчужные тропы к Пауку ведут как раз от него. Но что это за Паук, ты знаешь?

— Нет... Но я думаю, что меч надо искать где-то там. — И ДО указал на изображение чёрного креста.

— Всё может быть, — сказал ЛЯ, — с этим ещё надо разобраться... Пошли отсюда — здесь ничего больше нет. Надо поспрашивать людей об этом пауке. Наверное, им что-нибудь известно.

Выйдя из комнат СольСиРеФаЛия, ВОСЬМЫ направились во двор замка. Рядом со своими ПРЕСТО и ПРЕСТИССИМО они увидели старого конюха. Он любовно чистил прекрасных коней, расчёсывал их шёлковые гривы.

— А, ребятки... Ну что, домой собираетесь?

— Да нет, дедушка, — ответил СИ. — Мы ещё останемся здесь ненадолго. У нас товарищ заболел.

— А я уже и коней вам приготовил. Ну, ладно. Это не беда... Как у нас? Понравилось?

— В общем, да. Страна ваша красивая. И замок этот красивый.

— А мне особенно понравились цветы, которых так много перед дворцом, — добавил ФА. — Я таких ещё нигде не видел.

— Да-а-а... Цветы действительно красивые. Это всё наш царь старается. Он их сам сажает. Приносит из дубового леса и сажает. Любит всё красивое... Вы не видали его парадную мантию?

— Нет.

— Мм... Вот это красота! Он её сам вышивал... Царь у нас на все руки мастер. Но всё-таки больше всего на свете любит вышивать бисером. Вот, если останетесь, он обязательно покажет свои работы.

— Дед, — вступил в разговор РЕ, — да как же он может вышивать, когда он такой верзила неповоротливый. У него и иголка-то в пальцах не удержится.

— Удержится. Царь и иголкой, и мечом одинаково легко владеет. Мы его все любим. НонАккорд у нас храбрый. Ведь никто из людей не рискует ходить в лес во владения КВАРТДЕЦА, а СольСиРеФаЛий там часто бывает. То камни зелёные принесёт, то цветы.

— Дедушка, а кто такой КВАРТДЕЦ?

Старик удивлённо просмотрел на ребят.

— Вы что, действительно не знаете? — воскликнул он. — Да ведь это страшный Паук-людоед. Он ужасно сильный и злой. Никто не может с ним справиться. Кто бы ни отважился войти в лес, оттуда не возвращается: паук всех убивает. Никто не может вырваться из его золотой паутины. Она такая крепкая, что ни человек, ни зверь разорвать её не могут.

— Дедушка, а откуда взялся этот КВАРТДЕЦ?

— Никто не знает. — и старик перешёл на шёпот. — Говорят, злой волшебник ФОРТИССИМ его здесь поселил или даже ... сам Бог ДИССОНАНС. Давно уже живёт КВАРТДЕЦ в этом лесу. Ещё мой прадед ДУБЛЬ-ДИЕЗ его помнил... А скольких людей погубил Паук — и не сосчитать. Большего зла, чем этот КВАРТДЕЦ, пожалуй, на всём свете на найти. Разве только у самого ФОРТИССИМА... Ну ладно, ребятки, побудьте здесь, если хотите, а я пойду. Надо принести для ТЕМПОВ овса.

— Да... Задачка, — сказал ЛЯ, когда ребята остались одни.

— А ведь придётся встретиться с КВАРТДЕЦОМ. Я думаю, что меч где-то у него.

В этот момент РЕ заметил, что над крепостной стеной, окружающей замок, появились огромная белая панама и сачок.

— Ребята, смотрите-ка. Что это?

Мальчишки прыснули от смеха.

— Никак царь?! Во, каланча. Даже стены замка его не скрывают.

Действительно, вскоре в воротах появился сам НонАккорд СольСиРеФаЛий IX. Увидев ВОСЬМОВ, он страшно удивился.

— Вы ещё не уехали? Почему?

— У нас заболел СОЛЬ, и мы просим разрешения остаться у Вас на несколько дней, — тихо произнёс ЛЯ.

НонАккорд сначала нахмурился (он вообще не любил посторонних), но потом сказал:

— Ладно, живите... Но только, чур — уговор: из замка никуда не уходить.

— Конечно. Куда же мы пойдём, — ответил за всех ДО.

— ЛЯ, — обратился к нему царь, — помоги отнести в комнаты вот это. — И НонАккорд указал на шляпную картонку.

ЛЯ очень удивился.

— А откуда Вы знаете, как меня зовут?

— Вот чудак, да у тебя же это на лбу написано.

ЛЯ машинально потёр лоб рукой. Все засмеялись. Заулыбался и НонАккорд.

— Ты буквально меня понял. Это не так. Просто на твоей рубалке вышита буква, а буква «А» означает «ЛЯ». Кто тебе её вышивал?

— Моя бабушка, ПОЛВИНА СИ БЕМОЛЬ.

— Значит, она знала буквенные обозначения имён, а они не каждому известны.

— Я и сам не знал, что «А» означает ЛЯ.

— А твои друзья?

— Они тоже не знают.

— Ну, это дело поправимое. Завтра вы все будете их знать, — и НонАккорд загадочно улыбнулся. — Ладно, пошли. Проводи меня... А вы, — обратился он к ребятам, — скажите-ка мне свои имена.

Ребята себя назвали. НонАккорд очень удивился, что всех ВОСЬМОВ зовут по-разному, но, не выдав удивления, пошёл ко дворцу, ЛЯ заспешил за ним.

Вечером все, кроме СОЛЬ (он лежал в отведённой ему комнате), собрались за ужином. НонАккорд был в отличном настроении. Он сидел рядом с МИ, и тот без конца рассказывал ему всевозможные истории. НонАккорд смеялся и всё время просил рассказать что-нибудь ещё.

Наконец, видимо устав, СольСиРеФаЛий ненадолго замолчал. ВОСЬМЫ сидели за столом, ели огромный торт и тоже не разговаривали. Каждый думал о своём.

«Сейчас я удивлю этих мальчишек своей щедростью и знанием буквенных обозначений, — говорил про себя СольСиРеФаЛий. — Они наверняка обрадуются моим подаркам. А потом поедут в свою страну и будут всем рассказывать, какой я добрый и талантливый.»

«Что-то царь затевает. Ишь, как хитро улыбается, — думал ЛЯ. — Неспроста всё это.»

... СольСиРеФаЛий хлопнул в ладоши и подозвал слугу. Тот быстро подбежал, и НонАккорд что-то зашептал ему на ухо.

ВОСЬМЫ насторожились: а вдруг это какой-то подвох?

Но подвоха не было. Вскоре слуга вошёл в зал с огромным свёртком и положил его перед царём.

— Ну, — сказал НонАккорд, — помните, я обещал, что вы будете знать буквенные обозначения своих имён? Вот для этого я и приготовил вам подарки. — И НонАккорд, развязав свёрток, стал вытаскивать оттуда разноцветные плащи, на каждом из которых с большим искусством были вышиты буквы.

— ЛЯ, иди сюда. Вот тебе от меня подарок, — сказал НонАккорд и протянул ЛЯ ярко-голубой плащ с вышитой бисером буквой «А».

ЛЯ, немного смутившись, подошёл к царю и с благодарностью принял подарок.

— Теперь пусть подойдёт ВОСЬМ, у которого имя ДО. — И царь протянул ДО тёмно-синий плащ с вышитой буквой «C» (Це).

РЕ достался ярко-жёлтый плащ с буквой «D» (Де), МИ — розовый с буквой «E», ФА — плащ бледно-лимонной окраски с буквой «F», и, наконец, СИ — сиреневый с буквой «H» (Ха). Самая красивая накидка из алой материи с буквой «G» (Ге) предназначалась больному СОЛЬ.

— Отнесите вашему товарищу, — сказал НонАккорд, протягивая нарядный плащ, — он должен быть им доволен.

Царь посмотрел на ребят, которые тут же примерили новые наряды. — Ну как, нравится?

И скромно добавил: — Это я сам вышивал.

— Не может быть, — делая удивлённый вид, говорили ребята. — Так искусно вышить не каждая женщина может. Для этого нужен особый талант.

НонАккорд был очень доволен.

— Я ещё и не так могу, — хвалил себя НонАккорд. — У меня есть более красивые работы... Подождите, — сказал он ребятам, вставая. — Я сейчас... — И царь вместе со слугами вышел из зала.

Минут через пять-десять НонАккорд СольСиРеФаЛий IX появился в короне, со скипетром в руке и в парадном облачении. Особенно поражала его длинная ДЕВЯТИметровая мантия. Её несли девять маленьких мальчиков — НОНЕТ пажей. Мантия так же, как и плащи, подаренные ВОСЬМАМ, была роскошно вышита бисером и драгоценными камнями. Во всю её длину выделялось изображение огромной НОНЫ — страшного морского чудовища, живущего где-то у берегов ФРИГИИ.