Красавица и Дракон Ii

— Так не причиняй, — жалобно попросила я.

— Не буду, если не станешь сопротивляться.

А если стану? Задать этот вопрос я не успела. Дракон наклонился и коснулся моих губ в легком поцелуе. Я вздрогнула. Если раньше, когда он дотрагивался до меня, по телу разливалась волна жара, то сейчас я ничего подобного не почувствовала. Действия мужчины, какими бы горячими они не были, не могли растопить сковавший меня лед.

Я стояла без движения, глядя в одну точку перед собой, пока мужчина покрывал поцелуями мое лицо и волосы, а его руки гладили мои плечи и спину. Он шептал что-то нежное, называл своей наэлией. Я услышала, как я прекрасна и как сильно он меня хочет.

— Покорись, — повторял он между поцелуями снова и снова. Теперь это звучало не как приказ, а как мольба. Мужчина словно умолял меня впустить его в свое сердце, но я оглохла от страха перед насилием.

Он подтолкнул меня к кровати. Я неловко шагнула и, оступившись, упала. В последнюю секунду Дракон поддержал меня, осторожно опустив на кровать. Сам он навис надо мной, опираясь на колени и локти.

Взяв меня за подбородок, он заставил смотреть ему в глаза. В них бушевало настоящее пламя. Оно опалило мне душу. Каков бы ни был исход ночи, сегодня старая Касильда сгорит и в огне Дракона родится новая. Возможно, она будет лишь горсткой пепла по сравнению с прежней.

— Я не могу тебя отпустить, понимаешь? — сказал Дракон. — В тебе спасение Морабатура и рода драконов. И у меня нет времени ждать, когда ты созреешь до уступок.

Понимала ли я? Да. Было ли мне от этого легче? Ни капли.

Потянув шнуровку сорочки, мужчина оголил мою грудь. Его ласки стали более требовательными, жадными. Он вжимался в меня бедрами, и я чувствовала, как велико его желание.

Я не сопротивлялась, но вовсе не потому, что покорилась, как мужчина просил. Я выжидала. Это были не самые приятные минуты в моей жизни. Лежать ничком на кровати, смотреть на балдахин широко распахнутыми глазами, пока кто-то творит с твоим телом, что пожелает. Трогает его там, где хочет. Целует, где ему вздумается. Чужие руки и губы оставляли на мне следы, они ранили меня. Не физически, но душевно. Они давили и ломали, сколько бы нежности в них не было.

Бдительность Дракона притупилась, страсть затуманила ему разум, и я поняла: настал мой час. Я потянулась за спрятанным пером. Сняв его с бедра, перехватила удобнее и завела руку за голову.

Дракон ничего не заметил. Он прижался своими губами к моим, пытаясь сорвать с них поцелуй. Я разомкнула плотно сжатые губы, даря ему ложную победу. Мужчина сдавленно застонал и проник в мой рот языком. Одновременно его рука скользнула между моих ног. Пальцы Дракона двигались медленно, осторожно. Исподволь, незаметно они втягивали меня в водоворот новых ощущений.

Что-то дрогнуло во мне, отозвалось на ласку. Я уже не понимала свои желания. Остановить его или пусть продолжает? На мгновение я забыла о своей цели и едва не выронила перо из ослабевших пальцев.

Все могло быть иначе. Дракон показал мне путь, и я захотела по нему пройти. Но ему вздумалось похвалиться победой. Он прервал поцелуй и, довольно улыбнувшись, произнес:

— Так намного лучше. Покорность тебе к лицу, наэлия.

Эти слова вызвали во мне мощный взрыв негодования. Я очнулась от дурмана страсти и встрепенулась. Такой он хочет меня видеть — робкой тихоней, выполняющей его пожелания? Встань там-то, сделай то-то, молчи, если тебя не спрашивают. Не бывать этому!

Глава 6. Брачная ночь II

Мужчина сосредоточился на подоле моей сорочки. Он и так был приподнят, но Дракон посчитал, что этого недостаточно. Задирая подол, он вел ладонью по моему бедру. Процесс увлек его, момент был удачный, и я не стала медлить.

Замах, удар. Перо неожиданно легко вошло в плоть. На мою руку полилась горячая кровь.

Дракон зарычал от боли. Вскочив на ноги, он застыл надо мной, держась за плечо.

Все произошло быстро, я не успела среагировать. Так и лежала перед мужчиной в распахнутой на груди и частично задранной сорочке. Взор Дракона буквально пригвоздил меня к матрасу, как игла бабочку в коллекции насекомых.

— Так ты хочешь, чтобы все было? — огрызнулся он.

Он выдернул перо и отбросил его в сторону. Оно жалобно звякнуло о каменный пол. Вот тебе и воительница. Я не попала в артерию, а всего лишь проткнула плечо. Правда крови было много. Она залила мужчине грудь, но он и не думал перевязывать рану. Говорят, медведя нельзя ранить. Только убить. Если уж бьешь, то бей насмерть, иначе разозлишь зверя, и в ярости он разорвет тебя. Подозреваю, с драконами также. Увы, я своего лишь разозлила.

— Будь по-твоему, — мужчина склонился надо мной.

Я предприняла слабую попытку отползти подальше, но меня удержали. Дракон схватился за ворот моей сорочки и рванул ее в стороны. Ткань затрещала и порвалась, оголяя мое тело. Я прикрылась руками, но мужчина развел их.

— Я должен убедиться, что у тебя нет другого оружия, — заявил он.

Лежать абсолютно нагой перед врагом было унизительно. По крайней мере, поначалу, но затем все необъяснимо изменилось. Причина крылась во взгляде Дракона. Он скользил по моему телу, будто лаская. Дыхания перехватывало, столько в этом взоре было огня и страсти.

— В тебе течет кровь дракона, — хрипло произнес мужчина. — И сейчас я обращаюсь к ней. Пусть откликнется на зов пары.

Не уверена, что это было заклинание, но призыв непостижимым образом подействовал. Что-то древнее, могучее шевельнулось во мне. Что-то большее, чем я сама. Внутри будто поднялась волна — жаркая, душная. Она прокатилась по телу, разжигая в нем пламя такой силы, что вся вода в мире не в состоянии его затушить. Я рисковала сгореть в этом пожаре заживо, не найдись средство, способное с ним совладать.

Но был у внутреннего жара плюс: он поразительным образом сонастроил меня с Драконом. Подогнав температуру моего тела под его так, что прикосновения мужчины уже не обжигали. То, что пробудилось во мне в ответ на призыв Дракона, изменило меня внутренне.

Не отрывая от меня взора, мужчина расстегнул ремень на бриджах и снял их. Теперь я тоже могла рассмотреть его. Начала с широких плеч, одно из которых проткнуло перо; перешла на грудь, частично залитую кровью; затем крепкий пресс с дорожкой волос, ведущей прямиком к мужскому достоинству. Щеки залил румянец от собственного бесстыдства, но любопытство взяло вверх. Тем более Дракон не прикрывался, поощряя мой исследовательский интерес.

Дав мне вволю налюбоваться собой и привыкнуть к наготе, он схватил меня за лодыжки и потянул на себя. Я завозила, вырываясь из стальной хватки. Колотила его кулаками в грудь, пыталась укусить, но даже раненый Дракон сильнее меня в разы. Это была битва насекомого с диким зверем.

Мужчина снова завис надо мной. Я задыхалась и дрожала от ненависти к нему, а еще от страсти и желания. Во мне как будто боролись два начала — человеческое и драконье. Эта битва раздирала на части. От подобных противоречий недолго сойти с ума.

Схватив меня за запястья, Дракон прижал их к кровати. Коленом он вклинился между моих ног, заставляя их развести. Его лицо было в паре сантиметров от моего. Дыхание мужчины скользило по моей коже. Заглянув в глаза чудовища, в эти красные омуты, я увидела в них нежность. Это было так неожиданно, что я замерла, прекратив сопротивление.

— Прости, — шепнул он и легонько поцеловал меня в висок.

Едва его голос стих, мой мир разорвала вспышка боли. Я дернулась, но Дракон крепко прижал мои бедра к кровати своим весом. Он все глубже погружался в меня, в то время как я скулила и извивалась от боли.

Это случилось. Он все-таки сделал меня своей. Но, странное дело, осознание этой простой истины доставило мне куда меньше страданий, чем я ожидала.

Мужчина откинул голову, с его губ сорвался стон. Отпустив мои запястья, он схватил меня за подбородок и заставил взглянуть на него. Мир сузился до его лица и горящих глаз.

— Смотри на меня, — велел Дракон. — И будет легче. Я заберу твою боль.

Сказав это, он подался бедрами назад, а затем снова вперед. Несмотря на его движения во мне, боли в этот раз почти не было.

— Молодец, девочка, — его губы тронула легкая улыбка. — Отдай мне свою боль, и я научу тебя любить.

Говоря, он продолжал двигаться. Снова и снова погружался в меня. Сильными, безжалостными толчками. Он заполнил меня без остатка. Постепенно к отголоскам боли, что еще остались, и злости на Дракона примешивалось удовольствие.

Поначалу робкое оно зарождалось там, где наши с мужчиной тела соединялись в единое целое. Я не хотела это чувствовать, но ничего не могла поделать. Удовольствие распространялось, захватывая меня сантиметр за сантиметром. Вскоре оно уже отдавалось дрожью в кончиках пальцев, звучало в моем шепоте, когда я называла Дракона по имени.

— Эйрих, — бормотала, впиваясь ногтями в плечи мужчины. В тот момент не думала, что могу зацепить его рану, а, может, даже хотела этого. Пусть ему тоже будет больно. Пусть его кровь смешается с моей, словно в безумном ритуале.

Он вбивался в меня все быстрее, неистовее. С какой-то звериной одержимостью. Я выгнулась дугой, чтобы он проник еще глубже, еще сильнее. Сейчас мной управляли инстинкты, а они были на стороне мужчины. Драконья часть меня приняла свою пару безоговорочно, и я была бессильна это изменить.

Когда мужчина совершил очередной особо глубокий толчок, мышцы свело приятной судорогой, а сознание затопила волна блаженства. Я вскрикнула. В ответ Дракон дернулся и застонал. Его плечи задрожали под моими ладонями. На краткий миг обоюдное удовольствие примирило нас.

Глава 7. Супруги I

Дракон перекатился на спину. Проявив заботу, он накинул на меня покрывало, пряча мою наготу. Я лежала без движения, глядя на балдахин. Он был расписан завитушками и пейзажами. Цветочные поля, зеленые деревья… Настоящая насмешка надо мной. Вот он — мой дом, но после того, что сейчас произошло, вернуться мне туда не судьба.

Спальня погрузилась в тишину, время текло медленно. Мое сбившееся дыхание восстановилось, как и у мужчины. Эмоции постепенно притуплялись. Они как будто выгорели в том пламени, что еще недавно бушевало во мне. Не было грустно, не было страшно, даже ненависть к Дракону и к себе за то, что поддалась ему, утихла. Я была опустошена. Выпотрошена, как подушка, из которой вытряхнули перья. И в этом имелась своя прелесть. Оказывается, отсутствие чувств бывает приятным. Меня даже немного тянуло в сон, но я боялась закрыть глаза, пока рядом Дракон. С ним лучше быть начеку.

Мужчина приподнялся на локте и заглянул мне в лицо. Он внимательно изучал меня, будто выискивая что-то. Я же смотрела мимо него. Не хочу его видеть.

— Ты — истинный дракон, — он поправил прядь моих волос. — И моя наэлия. Та, что назначена судьбой.

Меня передернуло от его прикосновения и слов. Как у него все просто! А что делать мне? Той, что хочет остаться человеком вопреки крови дракона?

— Я подготовлю бассейн, чтобы ты могла искупаться, — он наклонился, поцеловать меня в губы, но я отвернулась. Пусть избавит меня от своих нежностей. Я знаю им цену.

— Не игнорируй меня, — его разозлило мое нежелание притвориться, будто все хорошо. — Теперь ты моя жена.

— Вздор! — пораженная словами Дракона, я посмотрела на него. — Я не приняла тебя в качестве мужа. Жрец это слышал. И близость ничего не меняет.

— Есть более древний ритуал.

Мужчина встал с кровати. Плечо уже почти не беспокоило его, кровотечение остановилось, и Дракон забыл о ране. Обмотав вокруг бедер второе покрывало, он схватил меня за руку и заставил подняться. Я куталась в покрывало и дрожала. Огонь внутри меня потух, и воздух в комнате казался прохладным. Дракон также это ощущает? Ему знойный климат огненных земель, наверное, кажется морозным.

Пока я пыталась устоять на подрагивающих ногах, мужчина сорвал простынь со следами моей девственной крови с кровати.

— Что ты делаешь? — удивилась я. Вряд ли он надумал заняться стиркой, для этого есть служанки. Или это трофей?

— Прежде мужчине было достаточно выбрать невинную девушку в жены и объявить ее своей, чтобы она стала его супругой. В доказательства брака он предоставлял простынь с ее кровью.

— Варварский обычай, — скривилась я.

— Быть может, — пожал плечами Дракон. — Но официально его не отменили, и он все еще считается законным. В том числе в княжествах земли и воды. Это, — он приподнял простынь, — твой брачный обет.

— Ты вырвал его у меня силой!

— Да? — вскинул брови мужчина. — А мне показалось, тебе понравилось.

На меня словно обрушился потолок. Я пошатнулась и схватилась за прикроватный столбик, чтобы не упасть.

— Тебе лучше прилечь, — забота Дракона прозвучала как издевка.

Он только что растоптал меня. Дважды! Сперва физически, потом морально, и теперь беспокоится о моем состоянии.

В тот момент мне хотелось одного, чтобы он оставил меня в покое. Не касался меня, не говорил со мной, даже не смотрел в мою сторону. Пусть он просто исчезнет раз и навсегда. Ну, или исчезну я. Такой вариант меня тоже устраивает.

Но Дракон, конечно, никуда не делся. Усадив меня на кровать, он сходил к бассейну и вернулся с мокрым полотенцем. Потом встал передо мной на колени и принялся оттирать мои бедра от крови. Осторожно, едва касаясь кожи, словно боялся причинить боль. Нежное чудовище — поразительное сочетание.

— Ты сделал меня своей женой, — произнесла я, — но быть ею не заставишь.

На лицо мужчины набежала тень. Он сжал полотенце в кулаке, медленно вдохнул и также выдохнул, успокаиваясь. Он едва сдерживал ярость, но я не боялась. Что еще он мне сделает? Хуже все равно не будет.

— Приведи себя в порядок, — произнес он, — отдохни. Я зайду позже.

Уходя, Дракон забрал простыню со следами моей крови и запер меня. Вот тебе и жена. Я так и осталась пленницей.

Минуты текли, я сидела без движения. Никак не могла прийти в себя. Я только что стала женщиной. Не сказать, чтобы совсем по своей воле, но и насилием случившееся между нами не было. В какой-то момент я хотела близости не меньше, чем мужчина. Вздумай он тогда остановиться, я бы сама настаивала на продолжении. Глупо отрицать, что я получила удовольствие.

Наверное, поэтому я не билась в истерики, а была относительно спокойна. Да, все случилось не так, как я хотела, и не с тем, с кем хотела. Но я цела и относительно невредима. Это уже немало.

Моя уступчивость объяснялась драконьей кровью. Она откликалась на этого мужчину, чувствует в нем представителя своего вида. Сложно спорить с частью себя.

Передернув плечами, я сбросила оцепенение и прошла к бассейну, прячущемуся в алькове. Теплая вода расслабила мышцы. Я рьяно терла себя мыльным корнем, смывая следы прикосновений Дракона. Еще немного и содрала бы кожу.

Вымывшись, вышла из бассейна — благоухающая мыльным корнем и красная как рак. Я вытерлась и осмотрелась. Надеть было нечего. Моя сорочка превратилась в рваное тряпье. Подвенечный наряд вызывал неприятные воспоминания. Не хотелось даже его касаться. Пришлось снова закутаться в покрывало. Я умудрилась соорудить из него некое подобие платья и уселась в кресло, ждать возвращения Дракона.

Глава 7. Супруги II

Дракон явился спустя несколько часов. Я дернулась от звука проворачиваемого в замке ключа. Эти часы я только и делала, что мысленно готовилась к приходу чудовища. Казалось, мне удалось взять эмоции под контроль. Но едва мужчина появился на пороге, сердце заколотилось как бешенное. Горло перехватил спазм. Не вздохнуть. Я ощупала шею, убеждаясь, что на нее не накинули удавку.

Надо успокоиться. Страх и паника делают меня слабой. Да, я снова наедине с чудовищем, и он может сотворить со мной все, что пожелает, но если я сейчас сорвусь, стану еще уязвимее. В конце концов, контроль над собой — единственное, что мне подвластно. Нельзя упустить и его.

Дракон принес поднос с ранним завтраком. Пока он ставил его на стол, я усилием воли подавила эмоции. Нет, я не перестала бояться, но хотя бы могла снова дышать.

На подносе была не набившая оскомину каша, а сдобные булочки с кусочком масла, джемом и ароматным чаем. От дурманного запаха свежей выпечки рот наполнился слюной, а в животе заурчало. Где он взял это богатство? За время моего пребывания в Морабатуре я ничего подобного не встречала.

— Приятного аппетита, милантэ, — улыбнулся Дракон, видя, как жадно я смотрю на еду. — Тебе надо подкрепить силы.

Едва он это сказал, аппетит пропал. Я отодвинула от себя тарелку с булочками, взяв лишь чай. Пить хотелось ужасно.

Дракон помрачнел. Он же не думал, что я буду радостно есть с его рук? Я не комнатная собачка, которая виляет хвостом, едва хозяин ее приласкает.

Было неприятно даже просто находиться с Драконом в одной комнате, и я не видела причин притворяться, что это не так. Зачем? Чтобы ему было комфортно? Вот уж нет. Если я и желала чего-то Дракону, так это всяческих мук. Мне нравилось представлять, что я сделаю с ним, когда наши войска возьмут Морабатур. О, я, как выяснилось, изощренная садистка.

Но Дракон, конечно, проявил настойчивость: намазал булочку маслом с джемом и протянул мне.

— Ешь, — это была не просьба, а приказ.

— А если я не хочу?

— Перебори себя. Силы тебе понадобятся. Вулкан снова проснулся, и без подпитки мне с ним не справиться. Слишком много магии я потратил впустую.

Впустую значит на меня. Это точно. Иначе с какой стати его слова прозвучали как обвинение?

Я взяла предложенную булку и надкусила. Заставила себя прожевать и проглотить, хотя кусок не лез в горло. Да и булка была не такой вкусной, как казалась с виду. Все дело в низкосортной муке, но другой здесь взяться неоткуда.

Завтрак проходил в тишине. Я ела под пристальным вниманием Дракона. Сам он к еде не притронулся. Я насторожилась — вдруг булки отравлены? Но тут же отбросила эту мысль. Дракону нет смысла меня травить. По крайней мере, сейчас. Тогда почему он не ест? Гадать недолго, ответ лежал на поверхности. Эти булки испекли специально для меня. Это единичный товар, как и масло с джемом. На других не рассчитано. Одним богам известно, в какие закрома пришлось залезть поварихам ради этого завтрака.

— Благодарю, — выдавила я из себя. — Очень вкусно.

Сил на пререкания и ссоры не было. И хотя напряжение буквально витало в комнате, и я пила его вместе с чаем мелкими глотками, мы оба упорно молчали. Наверное, нам просто нечего сказать друг другу. Брак не только не сократил пропасть между нами, наоборот расширил ее.

Я как раз закончила с завтраком и поставила чашку на стол, когда замок тряхнуло. Звякнули столовые приборы, с потолка посыпалась крошка. Я вцепилась в подлокотники кресла, пережидая землетрясение.

Дракон даже не дрогнул. Его лицо было спокойным, а взгляд ничего не выражал. Теперь, едва мы оставалась наедине, он снимал повязку, и я удостаивалась чести лицезреть его кошмарные глаза. То еще удовольствие.

Постепенно скала затихла. Но ощущение, что это не конец, топором висело в воздухе. Вулкан затаился и в любой момент готов снова дать о себе знать. Я нутром чуяла его ворчание.