Я пришел за тобой

Но, похоже, пощечина сработала по-другому. Виктор не нанес хук слева или справа. Лишь схватился за щеку и яростно, оценивающе глядел на меня.

Я выдохнула. Настоящей драки все же не будет, да? Только потеря работы. А это и так уже неизбежно.

– Я хотела бы уволиться, – сказала я как можно спокойнее. – Сейчас. Сама. Вы все равно не оставите меня.

– А вот теперь это не обязательно! – вдруг вполне миролюбиво усмехнулся босс. – В тебе, оказывается, все же есть страсть… Ну давай, девочка, распусти волосы, расстегни пуговку, покажи мне, на что еще ты способна…

Да, он не ударил меня. Но опять начал приближаться, и во взгляде стояло откровенное маслянистое вожделение.

Ага, вот, значит, как. Его возбуждает конфликт и драка? Бить не будет, но, похоже, изнасилует. Вот уж не знаю, что там у него в голове переклинило, но сейчас он казался просто безумцем или… животным.

Я начала отступать, но уперлась спиной в стену. Сердце колотилось как бешеное. Едва сдерживая панику, я крутила головой, ища пути к спасению.

Мне следовало бы бежать к двери в коридор и орать, но для этого нужно было обогнуть стол, а там на пути как раз и стоял Виктор. Вернее, не просто стоял. Оперся ладонями на столешницу и исподлобья смотрел, как будто собирался на меня прыгнуть.

Я закусила губу, взгляд метался по комнате, как у пойманной зверюшки. Чувствовала себя загнанной в ловушку.

Ну как же так?! Такое не может происходить со мной. В кино, в книгах бывает, да. С кем-то где-то бывает. Но не со мной же!

– Вы не так поняли. Пожалуйста… – начала я срывающимся голосом.

– Я все верно понял, ты еще та штучка, – плотоядно улыбнулся Виктор, ослабляя галстук на шее. – Игру со мной затеяла, детка? Все ради этого? Что ж, я люблю поиграть…

И сделал еще шаг ко мне.

И тут произошло нечто невероятное.

Какая-то вспышка. Я не сразу осознала, что это. Всполох серебристого пламени приковал мой взгляд и взгляд шефа к бумаге с вензелями. Печать, поставленная поверх подписи кого-то из компании «Air industries» горела серебром, она словно стала объемной и поднялась над поверхностью бумаги.

Виктор замер, глядя на нее. Казалось, он перечитывает письмо снова и снова.

Я стояла, глубоко дыша, не понимая, что происходит. Лишь в голове стучало: «Неужели пронесло? Неужели?.. Какая хорошая бумажечка, помогла мне!»

И тут Виктор побледнел, плечи его опустились, он поднял на меня глаза – во взгляде больше не было безумства, ярости или вожделения. Обычный недобрый, но вполне разумный взгляд моего шефа.

А печать медленно погасла. Спустя мгновение я уже думала, что свечение мне почудилось. Такого ведь не бывает…

– Тина, скажите… – осторожно произнес Виктор. Надо же, даже на «вы» вдруг перешел. Интересно, что он вычитал такое в бумаге, раз внезапно зауважал меня? – Вас действительно приглашают в «Эйр индастриз»? На должность помощника генерального директора Грегори Дарта? – Кажется, он побледнел еще больше. И имя главы компании, в отличие от меня, знал.

Грегори Дарт, значит. Вроде про него тогда по телевизору и говорили…

– Да, я так поняла, – кивнула я растерянно.

Сейчас главное – спастись, все остальное потом. Думать, анализировать, приходить в себя…

Виктор помолчал, словно раздумывая. Потом сказал:

– Что ж… В таком случае я приношу свои извинения. Я вышел из себя… Простите. Надеюсь, этот инцидент останется между нами. И… вы уволены. Я не буду стоять на пути у Грегори Дарта и его компании.

«Что?!» – пронеслось у меня в голове.

Я уволена. Но меня не изнасиловали. И даже извинились. Странно.

– Извинения приняты… наверное. Но я хочу уйти прямо сейчас, – заявила я, с опаской поглядывая на этого переменчивого психа.

Меня трясло. Неприятное ощущение озноба, когда никак не можешь согреться.

– Да, конечно, собирайтесь, – по-деловому кивнул Виктор. – Я вас оставлю, чтобы вам было удобнее. Только, Тина, послушайте… Еще раз мои извинения… и будьте осторожны с Дартом и его компанией. Я вспыльчив и, вероятно, напугал вас. Моя прежняя секретарша любила такие игры, я неверно вас понял. Она провоцировала меня всякими мелкими неприятностями, а потом получала… хм… разные бонусы. Но мое поведение – дело житейское. А вот Дарт опасен по-настоящему.

– О чем вы? Вы что-то знаете об этой компании и Грегори Дарте?

Не тебе, гад, предупреждать меня. Ведь не произойди чудо с бумагой – и ты бы пытался завалить меня прямо у стола. Или на стол. Или у подоконника…

– Да нет, ни о чем, – пошел на попятный Виктор. – Я знаю о компании то же, что и все. Что она успешно развивается и прочее. Просто такие акулы бизнеса, как Грегори Дарт и его ребята, всегда опасны. А такие крупные компании с легкостью перемалывают кости маленьким девочкам вроде вас.

Ишь ты, как заговорил. Но в чем-то он может быть прав, как ни странно.

Я поежилась. Час от часу не легче… Меня уже ощутимо трясло. Хотелось раздобыть где-нибудь теплый плед, завернуться в него и спрятаться от всего мира.

– Я подумаю, – ответила я. – Я еще не приняла решение, идти ли на собеседование. Просто не хочу больше работать на вас.

– Пишите по собственному, чтобы репутация была лучше, – посоветовал Виктор. – Больше ничего не пишите. Обвинение в домогательстве полиция от вас не примет, не советую рисковать.

Спустя четверть часа я стояла на остановке и ждала маршрутку. Куталась в свое не самое теплое пальто. Нервный озноб никак не отпускал. Прижимала к животу сумочку, в которой лежало приглашение с вензелями. Сглатывала слезы.

Было плохо. Откровенно плохо. Моя жизнь изменилась моментально, за один вечер. И впереди нет надежды, кроме этого письма.

Если все это окажется обманом, то придется положить зубы на полку… и так далее и тому подобное.

В очередной раз прокляла день, когда бросила институт ради заработка. Впрочем, как можно было поступить иначе? Маме требовались деньги на лечение, отец вышел на пенсию… Но, так или иначе, с высшим образованием сейчас было бы легче.

Кстати, неужели в этой корпорации рассматривают мою кандидатуру, зная, что «вышки» у меня нет? Или просто невнимательно читали мое неуловимое резюме? Или с кем-то перепутали?..

Завтра узнаю. Потому что, когда все пропало, остается попытать счастья и испробовать удачу.

И да… надеюсь, это свечение печати было глюком или особым свойством странной бумаги, а не какой-нибудь страшной радиацией. А то вдруг… Жаль, нет у меня дозиметра. Я мотнула головой, чтобы отогнать мысли о фильмах ужасов и триллерах.

Просто бумага. Просто глюк – от страха много чего может привидеться. Или визуальный эффект такой.

Маршрутки не было. Люди на остановке переглядывались, спрашивали друг у друга, когда ушла предыдущая, удивлялись. А я совсем замерзла.

Эх… Ладно. В честь такого события, как увольнение с работы, можно и на такси проехаться. Дрожащими руками я достала смартфон и вызвала «Яндекс-такси».

Спустя пару минут меня забрал нерусский таксист, напоминающий киргиза, и я начала согреваться на переднем сиденье, растерянно глядя на город в лобовое окно. Иногда, когда очень плохо, поездка по красивому Санкт-Петербургу очень утешает. Огни, изящные здания, шпили и колонны… Отражения в Неве. Это помогает на время смириться с тем, что тревожит.

Вскоре исторические здания остались позади. Жила я в спальном районе, и теперь мы ехали по широкому, сияющему огнями проспекту. Я старалась ни о чем не думать, просто смотреть. Приду домой, помоюсь, лягу спать. А утром надену лучший костюм и отправлюсь на собеседование.

«И если там не гендиректор, а серый волк, то пускай он меня съест. Мне же легче будет!» – рассмеялась я про себя.

И тут раздался странный звук, словно зашипел чайник на плите. Пыф-пыф… и такси остановилось.

Я испуганно поглядела на таксиста.

– Сломалось что-то, – с явным акцентом сказал он мне. – Извините. Я проверю.

Я кивнула, крепче прижимая к себе сумку. После нападения начальника казалось, что опасность может притаиться где угодно. Например, этот киргиз хочет ограбить меня и изнасиловать, и вот придумал поломку, чтобы остановиться… Дальше я не знала, что и как должен делать злоумышленник.

Таксист вышел, что-то посмотрел под капотом, потом вернулся, расстроенно покачал головой:

– Все сломалось. – Говорил по-русски он с трудом, поэтому фразы получались отрывистые. – Дальше не поехать. Извините. Я меньше денег возьму. Дадите сто рублей?

– Что, совсем никак не поехать? – уточнила я.

Справа от нас за окном был парк. Если идти через него, то домой попаду минут через десять. Просто я, воспитанная своей мнительной мамой, не хожу вечерами через темные лесные массивы.

– Совсем! – удрученно подтвердил таксист. – Эвакуатор позвать надо.

– Ладно, – вздохнула я.

Заплатила ему сто рублей и вышла, посмеиваясь над своим невезением.

Вот уж точно: если «оно» случается, то случается по полной. В смысле не единожды, а сразу по разным фронтам. На улице сразу опять стало холодно и как-то очень одиноко. Нервно и страшно.

Я выдохнула. Успокойся, Тина. Нельзя так нервничать и бояться. Подумаешь, не повезло с машиной. Возьми себя в руки.

Но что мне делать? Вызвать другое такси? До дома и правда рукой подать, глупо ехать в объезд на машине.

Пойду через парк, где наша не пропадала. Уже везде пропала, терять нечего. Заодно согреюсь, если пойду быстро.

Конечно, ничего глупее я придумать не могла. Всегда ведь есть куда «пропасть» дальше.

Глава 3

Я спешила. В сапожках на каблуках было неудобно идти по темной гравиевой дорожке. Терпеть не могу осень, а эта еще и такая холодная. Иногда наступала на опавший лист и немного поскальзывалась. Иногда оглядывалась, не идет ли за мной какой-нибудь маньяк.

Но, к счастью, никто меня не преследовал. Я была одна в парке – до тех пор, пока не прошла его почти насквозь. Оставалось свернуть на еще одну дорожку и прошагать по ней, когда на повороте в свете фонаря я увидела три темных высоких фигуры. Мужских. Один из мужчин зажег сигарету, до меня долетел запах дыма.

Шпана какая-то. Но сердце вновь тревожно застучало. Всегда страшно, если ты девушка, идешь в одиночестве по темному парку и встречаешь троих неизвестных мужчин. В общем-то и одного мужчины для опасений достаточно.

Я испуганно взглянула в сторону – вот тут можно свернуть на другую дорожку. Может, они меня не заметили. Или им нет до меня дела, просто я слишком мнительной стала…

Но было поздно.

– Эй, малыш, иди к нам! – услышала я.

– О, цыпка, замерзла! Давайте согреем! – поддакнул второй.

Голоса молодые, похоже, это подвыпившие парни из ближайшего колледжа.

– Я тороплюсь, простите! – ответила я, стараясь говорить спокойно и непринужденно, и ступила на ту боковую дорожку. Вдруг доброжелательность поможет от них отвязаться?

– Э нет! На нас ты найдешь время! – послышалось у меня за спиной.

Сердце екнуло, ушло в пятки, мгновение я стояла, скованная страхом. Потом прямо с места бросилась бежать по темной дорожке. Фонарей тут не было, боялась оступиться, подвернуть чертов каблук…

И тут же услышала за спиной то, что боялась услышать: шаги, хохот, гадкие фразы – что-то про мои мелькающие в темноте ножки.

Кошмар! Вырвалась от озверевшего шефа и попала к животным еще более страшным и неуправляемым. Куда мне на каблуках тягаться в беге с молодыми здоровыми парнями!

Не тягаться, это точно… Они настигли меня за несколько секунд. Словно обрушилась лавина – грубая рука схватила за плечо и развернула. В то же мгновение я размахнулась, чтобы ударить парня сумочкой. Другого оружия у меня нет.

И вдруг услышала… рык.

Разъяренный громкий рык. Что-то мелькнуло, бурая тень посреди деревьев… Меня обдало звериным запахом – не неприятным, скорее смутно знакомым, но не собачьим и не таким, как в зоопарке.

Грубая рука отпустила меня, я пошатнулась, но устояла на ногах. Замерла, судорожно прижимая к себе сумку, не понимая, что происходит. В темноте было не разобрать.

Послышались испуганные вопли, ругань. Рык звучал уже прямо над ухом, и мне снова захотелось бежать сломя голову, но страх приковал к месту.

И тут я увидела, как двое парней несутся прочь, а третий – тот, что хватал меня, – лежит в небольшой луже. Рядом стоит огромный пес… или волк. Лохматый, темный. Передними лапами он придавил к земле парня, взгромоздившись ему на грудь. Мордой склонился к лицу и тихо, предупреждающе рычал.

«Ну и зверюга…» – подумала я оторопело. И он что, получается, меня спас? Нарочно защитил или случайно?

Ситуация казалась сюрреалистичной, как в фантастическом кино. Хотя бы потому, что я никогда прежде не видела таких огромных собак. И собака ли это? В густом сумраке пес очень уж походил на волка. Но откуда здесь, в городе, взялся волк? Не из зоопарка же сбежал, чтобы защищать девушек, блуждающих по ночному парку?

Тысяча мыслей пронеслась в голове за секунду, в течение которой я изумленно смотрела на огромного зверя и его поверженного врага. Полицейский натренированный пес, убежавший от хозяев… Просто гибрид собаки и волка – бывает ведь, что таких держат дома… Какой-то бродячий пес. Или сейчас появится хозяин, который и отправил питомца спасти меня…

Но никто не появился. Царила полная тишина. Даже в полутьме я видела, что лицо нападающего бледнее мела, он боится дышать. А пес перестал рычать и медленно склонился мордой к шее парня. Совсем молоденький паренек-то… Ступил на скользкую дорожку, и вот сейчас его сожрут…

Сердце глухо билось, меня словно выкинуло из тела. Да, гопники мне больше не угрожали. Но кто знает, чего ожидать от этого незваного спасителя? Такое животное может быть совсем неуправляемым.

Я зажмурилась. Сейчас пес перегрызет ему горло. А потом обернется – и, не ровен час, бросится на меня. Нужно бежать, пока он разбирается с нападающим… Даже жалко парня-идиота!

Но ноги словно приросли к земле. Я осознавала опасность, но что-то внутри заставляло оставаться здесь. Словно сделаю шаг от пса – и опасность темного ночного парка вновь накинется на меня из-за всех деревьев. Да и можно ли убежать от такого животного?

По-прежнему царила тишина. Я не услышала предсмертных криков гопника. Ничего не услышала. Спустя полминуты осторожно разомкнула веки, ожидая увидеть труп, истекающий кровью, и пирующего зверя.

Но вместо этого увидела, что парень еще жив. А пес – или волк – развернул морду и со странным выражением смотрит на меня. Именно так – с выражением, хотя непонятно, как оно могло появиться на мохнатой морде.

Кажется, пес покачал головой, отвернулся, переступил лапами, освобождая парня. И резко подтолкнул его носом, рыча. Это могло значить лишь одно: «Вставай и сваливай».

Парень, не смея вымолвить ни слова, заскреб руками и ногами по палой листве, потом начал отодвигаться от рычащей собаки, отполз к ближайшему дереву и медленно, придерживаясь за ствол, поднялся. Еще мгновение – и его силуэт скрылся за деревьями.

Пес угрожающе рыкнул ему вслед и развернулся ко мне. Сердце ушло в пятки. На морде зверя опять было выражение. Мол, пожалел тебя, не устроил кровавую расправу у тебя на глазах.

Сердце бухнуло снова. Я наедине с собакообразным монстром посреди пустынного парка… Если он не станет меня больше жалеть, то мне конец…