Предназначенная для крылатого лорда-3

– Среди твоих инваргов есть целитель? – спросил у Эймера.

– Нет, я взял только воинов и эртов, владеющих боевой магией.

– Как и я, – поморщился Дарнел.

– Что с ней? – приблизился к нему и Милард, с тревогой вглядывающийся в безжизненное лицо Кэтрин.

– Не знаю, – покачал головой Лодар. – Видимых повреждений не вижу. Может, упала и ударилась?

– Кажется, я слышу журчание воды, – произнес эрт, к чему-то прислушавшись. – Давай я смочу платок и протрем ей лицо. Вдруг это поможет очнуться?

– Это вполне можно сделать водой из фляги, – заметил Эймер, но Милард его уже не слушал.

Поспешно кинулся в одно из ответвлений пещеры.

Дарнел досадливо отвернулся от спутников, пытаясь восстановить самообладание. Так, без паники! У него с собой есть целительские артефакты. Конечно, при бездумном использовании они могут и повредить. Но выбора сейчас нет. Он буквально чувствовал, как жизнь Кэтрин утекает сквозь пальцы. И нить, что снова стала видимой рядом с ней, это подтверждала. Становилась все более бледной.

Лодар извлек из заплечной сумки артефакты. Какой использовать? Большого или малого исцеления? Малое может не помочь, а во второй раз так быстро нельзя будет использовать. Слишком сильная встряска для организма. Придется рисковать и пробовать большое исцеление.

Он нажал на небольшую выемку на артефакте, активирующую заложенные в него плетения. Приложил к груди Кэтрин. Мощный голубовато-серебристый сгусток ринулся в тело девушки, на миг освещая ее всю, словно факел. Она дернулась в руках Дарнела и тут же обмякла. Свечение всасывалось в тело, делая все возможное, чтобы оказать помощь организму.

Несколько минут казалось, что все зря. Дарнел не сводил глаз с лица жены, боясь даже моргнуть, чтобы не пропустить изменений.

Слышал, как вернулись что-то на повышенных тонах обсуждающие Милард и Эймер. Последний, оказывается, увязался за эртом следом. Подумал Дарнел об этом отрешенно. Его вообще сейчас ничто, кроме Кэтрин, не заботило. Устроил ее поудобнее в объятиях, положив голову жены на свое плечо. Осторожно поглаживая, напряженно вглядывался в ее лицо.

– Ну же, девочка моя, очнись! – пробормотал еле слышно.

Можно было, конечно, сгрести ее в охапку и лететь в замок уже сейчас. Но он слишком боялся, что Кэтрин опасно тревожить, и этим он лишь усугубит положение. Пусть вначале артефакт подействует. Потом Дарнел доставит жену в замок так быстро, как только сможет. Калеб обязательно что-нибудь придумает. Поймет, что с ней.

Тут взгляд его, на какое-то время оторвавшийся от лица жены и переместившийся на тело, уловил некоторое несоответствие. Правая нога выглядела какой-то распухшей. Дарнел нахмурился и приподнял платье. Разглядел два характерных следа и кровь, растекшуюся по чулку и уже запекшуюся.

– Проклятье! – в сердцах выругался.

Теперь понятно, что с Кэтрин! Ее укусила одна из местных змей. Но какая? То, что жена еще жива, дает надежду. Яд самых опасных убивает практически мгновенно. А Кэтрин, если исходить из того, что ее укусили тогда, когда нить начала бледнеть, провела в таком состоянии несколько часов. И еще жива. Жаль, что он не настолько разбирается в таких вещах, как Калеб. Тот бы быстро определил, с чем имеет дело. По роду своих занятий изучил все, что представляет опасность в местной флоре и фауне.

Веки Кэтрин внезапно дрогнули и приоткрылись. Замутненный взгляд остановился на лице мужа. Губы тронула слабая улыбка. Она попыталась что-то сказать, но не смогла издать ни звука. Лишь беспомощно открывала и закрывала рот.

– Тише, милая, – мягко проговорил Дарнел. – Не трать силы. Сейчас мы полетим домой. И все будет хорошо.

Она даже кивнуть не смогла. Похоже, тело вообще ей не повиновалось. Только могла чуть шевелить веками и губами. Да и то плохо. Это зрелище бередило душу. Похоже, даже артефакта большого исцеления оказалось недостаточно, чтобы вывести яд. Единственное, на что его хватило – привести девушку в чувство и хоть частично снять паралич.

Дарнел решительно поднялся, бережно прижимая к себе жену.

– Летим в замок!

– Ты должен кое-что узнать, – остановил его голос Эймера, который держал в руках какую-то бумагу.

Милард стоял бледный и растерянный, окруженный воинами Водана, не дающими ему приблизиться к своему лорду.

– Все позже! – досадливо поморщился Дарнел. – Сейчас главное – спасти Кэтрин!

Эймер кивнул и спрятал бумагу в свою сумку. Бросив нечитаемый взгляд на Миларда, тоже двинулся к выходу из пещеры.

Глава 4

ГЛАВА 4

Гнездо Лодаров

Увидев склоненное надо мной лицо Дарнела, я в первый момент подумала, что вижу сон. Или начались галлюцинации – один из эффектов яда, что отравлял теперь мою кровь. Усугублялось чувство нереальности происходящего тем, что тело ничего не ощущало. Я видела, что муж меня обнимает, но не чувствовала прикосновений.

Попыталась шевельнуться, но не смогла. Единственное, на что оказалась способна, это шевелить губами и веками. Но и то слабо. Но тут Дарнел коснулся моей щеки, и я все-таки ощутила это. Пусть слабо, но все же.

Всколыхнулась паника. Значит, это не сон! Все происходит в реальности. И я почти полностью парализована! Едва не задохнулась от этой жуткой мысли. Попробовала что-то сказать, но голосовые связки отказывались повиноваться, как и тело.

Дарнел, будто почувствовав мое состояние, начал говорить успокаивающее слова. О том, что все будет хорошо. Чтобы я ничего не боялась.

Подействовало. Похоже, я успела проникнуться к Дарнелу безграничным доверием, раз даже не усомнилась – если он так говорит, значит, не все еще потеряно.

Муж поднял меня с каменного пола пещеры и понес к выходу. Перед глазами промелькнули фигуры других инваргов, что находились здесь. При виде Миларда внутри всколыхнулась буря эмоций. Я снова попыталась что-то сказать. Сообщить Дарнелу, кто виноват в произошедшем. Но лишь в бессилии открывала рот, словно рыба. Впрочем, вряд ли Милард предпримет что-то в присутствии стольких свидетелей. А теперь, когда Дарнел рядом, он защитит меня от всего на свете! И я сомкнула веки, успокоенная этой мыслью. Предоставила себе возможность бездумно расслабиться в объятиях мужа.

В лицо дохнуло порывом ветра, когда мы взмыли в небо. Мелькнула невеселая мысль. Еще недавно я думала о том, каково это – парить в облаках вместе с Дарнелом. Мечтала о таком. Но никак не ожидала, что произойдет это при подобных обстоятельствах!

А потом и вовсе обожгло огнем от нахлынувшего страха. Что если я так и останусь парализованной?! Мне помогут выжить, но исцелить полностью не удастся? Уж лучше смерть, чем такое существование!

Опять муж будто почувствовал, о чем я думаю. Его губы коснулись моего лба. Услышала тихий шепот над ухом:

– Потерпи немного, моя девочка… Все обязательно будет хорошо… Не сдавайся.

Не буду, – мысленно ответила, чувствуя, как отпускает паника. Не стоит раньше времени думать о самом плохом. Нужно настраиваться на лучшее. Помню, кто-то мне говорил, что при лечении очень важен настрой больного. Если он верит в успех и изо всех сил цепляется за жизнь, шансов намного больше. Так что я буду верить!

Не знаю, сколько прошло времени, пока мы не опустились на знакомое подворье замка. Я видела встревоженные лица высыпавших навстречу слуг и воинов. Они засыпали моих спутников вопросами. Дарнел предоставил остальным объяснять ситуацию. Сам же отыскал глазами Калеба и крикнул:

– Быстро за мной!

Целитель опрометью кинулся к нам. За ним бросился и Кристофер, с беспокойством глядя на меня. Но Дарнел велел ему не мешать.

– Я позабочусь о ней! Нет времени что-то объяснять.

Воин кивнул и, пусть и с неохотой, остался здесь, в то время как муж понес меня в замок.

Вскоре я уже лежала в своих покоях, а надо мной хлопотал Калеб. Дарнел успел ему объяснить, что меня укусила змея, но какая именно, он не знает. Целитель кивнул, напряженно наблюдая, как диагностические руны сканируют мое тело.

– Судя по симптомам, это глейя. Если бы помощь оказали в первый час после отравления, вылечить получилось бы без проблем. Но похоже, мы упустили момент. Прошло больше пяти часов. Как она вообще еще жива, удивительно! – пробормотал он.

– Наверное, помог артефакт, – глухо откликнулся Дарнел.

– Он лишь замедлил воздействие. Яд распространился слишком глубоко. Внутренние органы постепенно отказывают. Когда дойдет до легких или сердца… – целитель не стал договаривать, но его взгляд был весьма красноречив.

– Ты можешь что-то сделать? – процедил муж.

– Если бы я был целителем уровня Алестера Даргона, мог бы поставить ее на ноги даже сейчас. Но все, что могу – это продлить агонию.

– Сколько она продержится, если сделаешь это?

– Хочешь отправиться за Даргоном? – в сомнении покачал головой Калеб. – Не успеешь. Даже в том случае, если он согласится помочь, и вы будете лететь на пределе возможностей, не успеете. Максимум, на какой я сумею продлить жизнь Кэтрин – пара часов. И то в лучшем случае.

Я перевела взгляд на Дарнела. Сердце сжалось. На него было страшно смотреть. Лицо будто почернело, в глазах горело настолько болезненное выражение, что пробирало до мурашек.

– Делай! – выдавил муж, встретившись со мной взглядом. – Продли, насколько возможно. Я попытаюсь за это время что-нибудь придумать.

Даже сейчас не желает сдаваться! Я слабо улыбнулась ему, пытаясь хоть как-то утешить и подбодрить. Сама же старалась отогнать нахлынувший страх. Осознание скорой и неминуемой смерти давило и вызывало панику. Нельзя ей поддаваться! Если нет никаких шансов, нужно хотя бы умереть достойно.

И все же как не хочется уходить из жизни! Наверное, только на пороге смерти понимаешь, какое это счастье – просто дышать, чувствовать свое тело, управлять им. Осознавать, что впереди еще столько всего. Пусть не только хорошего. Но знать, что в твоих силах все преодолеть и пойти дальше. Когда же понимаешь, что единственное, что ждет впереди – медленная агония, хочется выть от бессилия. Чувствуешь себя абсолютно беспомощной и жалкой.

Послышался стук в дверь. А потом в спальню вошел Эймер в сопровождении Миларда и еще нескольких инваргов. Механически отметила, что они располагались так, словно конвоировали эрта. Неужели узнали о том, что это Милард меня похитил? Но тогда что он тут вообще делает?

– Как она? – спросил Повелитель зверей, подходя к Дарнелу, стоящему рядом со мной и целителем.

– Калеб попытается что-то сделать, – уклонился от прямого ответа муж, не сводя с меня взгляда и будто пытаясь им передать, чтобы я не смела сдаваться. – А я пока что-нибудь придумаю.

Целитель только вздохнул. По его лицу было понятно, что он не верит, что тут вообще что-то можно сделать. Между тем от его воздействия я почувствовала, как кожу в некоторых местах начинает покалывать. Неужели удастся хоть ненадолго убрать паралич? Если так, то больше всего хочется обрести способность говорить! Хотя бы перед смертью сказать мужу, что люблю его. Ведь Милард мог ему представить мое исчезновение как побег. Не хочу, чтобы он так думал!

Дарнел между тем с удивлением взглянул на бледного и подавленного Миларда. Тот стоял, потупясь и избегая смотреть в мою сторону. Похоже, муж все-таки не знает о его участии в этом грязном деле.

– Прости. Момент явно неподходящий, – заметив его взгляд, сказал Эймер. – Но я решил, что иной возможности выяснить правду может и не представиться. Пока леди Кэтрин в сознании, сумеет хотя бы знак подать. Думаю, для тебя это будет важно. Не хочу, чтобы ты снова мучился от неизвестности, как это было с… – он осекся, не став затрагивать болезненную для Дарнела тему.

– О чем ты? – нахмурился муж.

Я похолодела, осознавая, что каким-то образом Эймер оказался более осведомленным, чем Дарнел. А увидев, как достает из-за пояса свернутый листок бумаги, догадалась, как это произошло. Я ведь, прочитав, бросила письмо в пещере. Видимо, Эймер отыскал и сделал выводы.

– Прочти это, – сказал лорд Водан, протягивая Дарнелу бумагу. – Поведение Миларда показалось мне странным, и я решил проследить за ним. Отыскал вот это там, куда он ринулся якобы за водой для леди Кэтрин. Надеялся скрыть улики.

Лицо Дарнела окаменело, когда он начал пробегать глазами письмо. А у меня все переворачивалось внутри от осознания, что не могу даже никак оправдаться. Вдруг он поверит тому, что там написано?! Что на самом деле меня удерживало рядом с ним лишь чувство долга?

Милард же, прекрасно понимая, на каком волоске висит сейчас его жизнь, внезапно бухнулся на колени.

– Брат, позволь все объяснить!

Тот сцепил зубы и проигнорировал его порыв. Только когда дочитал письмо, скомкал и в раздражении отбросил.

– Почему ты не пришел ко мне и не объяснил все, как есть? – сухо спросил, буравя Миларда таким взглядом, что даже не по себе было. – Предпочел действовать тайком. Едва не допустил начало войны между кланами, хоть и знал, что Алестер Даргон ни при чем. Или все-таки он тут замешан? Ты его шпион?

– Нет! – в ужасе закричал Милард. – Дарнел, поверь мне, это не так! Единственное, в чем я виноват, это в том, что люблю Кэтрин! Мы с ней любим друг друга. И я впервые в жизни решился на что-то, а не стал плыть по течению. Но поверь, я бы не допустил войны! Для того и полетел с тобой к Даргону. Если бы понял, что к тому все идет, обязательно бы сделал что-то и предотвратил!

Ну же, Дарнел, посмотри на меня! Пожалуйста, посмотри! Не верь тому, что я разделяю его чувства!

Но муж смотрел только на Миларда. А у меня все выкручивало внутри от того выражения, что читалось в его глазах. Разочарование, усталость, боль.

– Позволь, догадаюсь, – проронил Дарнел, – идея так поступить ведь пришла в голову не тебе, не так ли? Адэна предложила?

– Как ты?.. – начало было Милард, но тут же осекся. – Прошу тебя, не наказывай ее! Я один за все отвечу! Единственное, в чем она виновата, так это в том, что хотела помочь мне. Адэна знала, как я отношусь к Кэтрин, и желала мне счастья. Ты ведь не отпустил бы жену! Скорее, убил бы нас обоих. Адэна просто натолкнула на мысль, какой мог бы быть выход из ситуации. Сказала, что поможет, если возникнет необходимость. Но я все сделал сам. Она просто прикрыла. Сказала всем, что в ту ночь я был с ней.

– Неужели ты и правда настолько наивен? – поразился Дарнел. – Не понял, что тебя попросту используют?

– Возможно, – вздохнул эрт. – Но иного выхода я все равно не видел. Хотел защитить Кэтрин.

– Защитить? – муж сказал это так, что меня в озноб бросило. – От меня?

– Ты себя не всегда контролируешь, – залепетал Милард, втягивая голову в плечи. – Вспомни, как едва не убил и меня, и ее! Рано или поздно ты бы заметил, что между нами есть чувства. И тогда бы…

– Уведите его, – как-то глухо и безжизненно сказал Дарнел. – Заприте в диардановой камере. Я позже решу, как с ним быть. Адэна же… Видеть больше ее не хочу, как и слышать что-то о ней. Будет обслуживать воинов до конца своих дней. Возможно, придумаю для нее еще какое-то наказание. Сейчас не хочу об этом думать. Есть более важные дела.

Эймер сделал знак инваргам вывести несопротивляющегося Миларда. Сам же остался, с сочувствием глядя на друга. Наверное, хотел поддержать.

Дарнел же перевел, наконец, взгляд на меня и долго всматривался в мое лицо. Калеб, что боялся даже звук подать до этого момента, тихо сказал:

– Мне прекратить попытки продлить ей жизнь?

– Продолжай, – отчеканил Дарнел. – Если есть шанс ее вытащить, я его использую.

– Но зачем? Она же предала тебя… – осторожно заметил Эймер.

– Хотя бы для того, чтобы развестись и предоставить двум влюбленным возможность стать счастливыми, – с сарказмом отозвался Дарнел, криво усмехаясь.

И в этот момент меня будто молнией пронзило – настолько сильный возник протест. Тело, наконец, откликнулось на титанические усилия мозга хоть ненадолго обрести способность говорить. Пусть это будет стоить мне жизни, но я должна сказать мужу правду!

Калеб встревожено смотрел на то, как начало конвульсивно дергаться мое тело.

– Что с ней? – нахмурился Дарнел.

– Не знаю, – Калеб усилил вливание целительской энергии, и это вкупе с моим безумным желанием вложить всю себя в последние слова, подействовало.

Мои губы, что до того могли лишь беззвучно открываться, издали какой-то свистящий хрип:

– Неправда… Дарнел, не верь этому… Прошу…

Меня опять выгнуло так, что Калеб с трудом удержал и с беспокойством произнес:

– Вы должны успокоиться, леди Кэтрин, слышите?! Вам нельзя сейчас волноваться!

– Дарнел, – не обращая внимания на его слова, я смотрела только на мужа. – Не верь… – снова просипела, чувствуя, как голос начинает повиноваться лучше. Стараясь не думать о том, сколько еще смогу действовать на пределе возможностей, поспешила продолжить: – Хочу хотя бы перед смертью сказать тебе… Ты должен знать… Я люблю тебя. Только тебя… Милард вбил себе в голову то, что ему хотелось… Я пыталась к тебе добраться… Не стала ждать, пока он вернется в пещеру. Понимала, что опасно, и могу умереть в пути. Но не могла не попытаться это сделать. Лучше смерть, чем жизнь без тебя…

Перед глазами поплыли темные пятна, а горло сдавило спазмом. Я больше ничего не могла сказать, чувствуя, как стремительно вытекает жизнь из обмякшего на постели тела. Но не жалела ни о чем. Последним, что видела, было склонившееся надо мной искаженное от нахлынувших эмоций лицо мужа. Слова доносились будто сквозь туман, в который я постепенно уплывала.

– Калеб, сделай что-нибудь! Делай что хочешь, но она должна жить! Ты слышишь меня, Кэтрин?! Не уходи! Не смей сдаваться!

В бессилии мысленно улыбнулась. Прости, мой любимый, но я не смогу выполнить твое желание.