Ее идеальный демон

Д.Э: Нет, прошу как друг, а не сын своего отца. Нужно найти человека. Есть фото, не уверен, насколько соответствует настоящей внешности. Больше информации нет, кроме разве, что она должна быть где-то в городе.

Архи: Интересные загадки ты подкидываешь старому другу. Жду фото. Родителям, я так понимаю, эта информация ни к чему?

Д.Э: Ну, если тебе не терпится покинуть свои серые стены, старые замшелые книги и посетить недельные гуляния, которые непременно устроит мама в надежде на помолвку сына…

Архи: Я тебя понял, молодой хитрец. Нет, до тех пор, пока ты сам не позовешь меня на свою свадьбу, я не готов покидать серые стены любимой обители. Жду фото.

Вот и поговорили. Загрузил фото, которые остались у меня еще с первого посещения Ри клуба, отправился в душ. Смыть с себя усталость и запах сигаретного дыма.

Архивариус — демон, отказавшейся от имени и посвятивший себя изучению истории нашего вида, сбору информации, систематизированию, в общем, тот странный тип, мотивы которого понять почти невозможно, но не уважать просто не получается, был самым лучшим в поиске информации. И я точно знаю, что он найдет носителя Ри. Вопрос времени. Еще вчера я бы и не подумал дергать старика по такому вопросу, но сегодня, после изучения дневника Дирка… Пусть я не готов к браку и долгосрочным отношениям, но малышку, которая может стать спасением от неконтролируемых выбросов энергии, я не отдам никому.

Эгоистично? Да. Но, черт меня подери, я не буду ограничивать ее в общении с другими, человеческими, мужчинами… Наверное, нет. Но вот демонам лучше держаться подальше.

Выйдя из душа в одном полотенце, пошел в спальню. Даже самым сильным из нас нужен нормальный отдых. А у меня есть как минимум пару часов на сон. Ответ от Архи я не пропущу в любом случае, телефон мне в помощь, да и Джет в случае необходимости сможет до меня дозвониться. Остальные могут идти в задницу. Эсирису нужно время побыть одному!

***

Как отрубился, не помню, из сна меня выдернул сигнал сотового.

За окном светило солнце, значит, спал я не так уж и долго, а на телефоне мигало сообщение от друга.

Джет.

Надеюсь, это что-то важное!

Протянул руку и, сняв блокировку, прочитал крайне интересное послание.

Дж: Эсирис, надеюсь, ты там не напился в сопли и не спишь в обнимку с пятнистой тварью. Ты мне нужен.

Ну, и какая новая жопа пришла в нашу жизнь, если друг пишет мне такие послания?!

Я: Если ты не подыхаешь прямо вот сейчас, тогда увидимся вечером у тебя.

Дж: Сукин ты кот, я дома буду только к ночи!

Я: Ты сдох? На работе кто-то сдох? Papillon сгорел? Серьезно, друг, откинь эмоции и скажи, ситуация такова, что мы опять должны сидеть в номере отеля или мы все сможем обсудить дома?

Дж: Ты прав, дома будет лучше.

Я: Стукнешь в стену как обычно. Если совсем прижмет, звони — приеду.

Дж: Нет, до вечера терпит. Просто я очень зол. Разберемся.

Вот и отлично, значит, до вечера я полностью принадлежу себе. Потом все проблемы, очередная жопа мира и разбор головняков, все потом. А сейчас я и мои звери. Наконец-то! Телефон тренькнул. Что еще не успел мне сообщить друг? Опять апокалипсис?

Взял трубку и чуть не выронил ее, сообщение пришло от Архивариуса — "Файл на почте. Интересная малышка, удачной охоты."

А день полон сюрпризов.

Глава 14 Джет

Разберемся. Да уж, еще бы знать, как. Отправил сообщение Дэлю, и запустил телефон в стену. Я инкуб, у меня не может быть разрушающего выброса энергии, хотя сейчас и без него хотелось все ломать и крушить. Как?! Как такое могло произойти?

Гнев, раздражение, ошеломление и робкая надежда, которую тут же разрушали долбанные реалии нашей поганой жизни. Все смешалось в один адский коктейль и сейчас сводило меня с ума. Мысли кружились в голове, жаля безысходностью, а эмоции рвали на части. Хотелось радоваться, найти Лу и сжать ее в объятиях, не отпуская от себя ни на шаг, не выпуская из рук ни на мгновение. А вместо этого придется нанести жестокий удар любимой женщине.

Запустил руки в волосы и сжал кулаки, небольшая мимолетная боль помогла немного отвлечься, хоть чуть-чуть, мне это необходимо, чтобы не сойти с ума от круговорота мыслей, необходимо, чтобы не сгореть.

Передо мной, на журнальном столике, лежал положительный тест на беременность, который я нашел в квартирке Лу, куда заехал забрать часть ее вещей. На выходных мы собирались смотаться за город и побыть вдвоем. Интересно, когда она собиралась сказать мне?

Если подумать, тест я нашел в шкафчике, сколько он там уже лежит? Как давно Лучиана знает, что ждет моего ребенка? Понимает ли, как рискует своей жизнью?

Не в силах сдерживать страх и ярость, вскочил с места и, с силой стиснув столешницу стеклянного столика, швырнул его вслед за телефоном. Грохот и звуки битого стекла не принесли желанного облегчения. Совсем нет. Тест с крошечным красным плюсиком в окошечке, как насмешка, упал буквально в одном шаге от меня.

Какая, твою мать, радостная новость.

И как теперь мне сообщить Лу, что той придется сделать аборт, если она не хочет умереть в ближайшие девять месяцев, или, даже если у нее, каким-то образом, получится выносить ребенка, то она родит маленького демоненка, который умрет в первый год жизни?

Сука жизнь. Где же я так накосячил, что теперь расхлебываю это дерьмо?

Мне нужен друг, его сила воли и жесткие, циничные реплики. Один я не справлюсь. Но ему тоже нужен отдых. Меня бомбит всего-то час, он на таких эмоциональных качелях катается уже четверо суток. И если парень не отдохнет хоть немного, то очередной срыв нам обеспечен. А два срыва подряд — это уже сигнал в комиссию. Проверки, постановка на учет. Вот только этого нам и не хватает.

Нет, Дэль прав, если моя ситуация — не маленький конец света здесь и сейчас, тогда можно с разговором подождать и до конца рабочей смены. Не так долго осталось. Да и мне не помешает выпустить пар.

Как удачно через час будет плановая тренировка ребят в спортзале.

Не завидую я им. Но и необходимость выпустить свой гнев прекрасно осознаю. Иначе полная жопа, иначе в городе будет уже два, совсем не слабых, но слишком неуравновешенных демона. Город может знатно пострадать. Старшие Эсирисы нам этого не простят.

Поднял кусочек пластика, который в одно мгновение перевернул всю мою спокойную и, в общем-то, счастливую жизнь вверх ногами.

Не в силах удержаться, провел пальцем по крестику, который в моем случае был как крест на отношениях с Лу, раз, другой, третий… Как же я хочу этого ребенка. До дрожи в руках, до зубного скрежета, до слез на глазах хочу. Хочу быть с Лу и наблюдать за ней, пока она вынашивает моего малыша, видеть, как меняется ее фигура, быть с ней все это время, а потом держать ее за руку, пока она будет рожать. Чтобы первому иметь возможность обнять наше общее чудо.

— Аааааааааааа…

Всю боль, всю злость, все отчаяние я вложил в этот короткий крик. Все, что сейчас могу себе позволить. Из номера отеля Papillon я выходил с невозмутимым видом. Балагур, искуситель, строгий начальник и хороший друг. Никто не смог бы сказать, что со мной что-то не так. Никто, кроме Лу и Дэля, но они оба сейчас были далеко, а остальные не заметят тех демонов, что рвутся наружу. Лишь сила воли и крепко сжатые кулаки удерживали их на коротком поводке.

Позже, позже я обязательно выпущу их, сегодня очередь Эсириса постараться сохранить мой рассудок.

***

День прошел будто и не было его. Еле переставляя ноги, поднялся на последний этаж жилого дома. Дом, моя квартира. На этаже всего две двери и длинный коридор. Отличная была идея выкупить вместе с Дэлем весь этаж тогда еще недостроенного здания, и сделать планировку всего на две квартиры. Зато никаких соседей, которые могли бы пострадать. Никаких лишних глаз и ушей. Ну и звукоизоляция — чтобы даже соседу было не слышно, что происходит внутри личного пространства. Красота. Жалко, только бываем мы тут редко. Чаще нас на этом этаже бывает консьерж, который каждый день поднимается, чтобы выгулять мерзкого пса с моим именем.

Пройдя мимо своей квартиры, подошел к двери друга и хорошенько попинал ее.

Звонок? Не, не в курсе, что это.

Недовольная рожа Эсириса была мне наградой.

— Что? Ты сам сказал, постучать к тебе, как доберусь до дома. Ну вот, я здесь.

Отвесив шутовской поклон в сторону этого засранца, нагло вторгся на его территорию. Нет, а чего он замер как истукан в дверях, будто не рад меня видеть, честное слово. Хотя, судя по его прищуру, замер он не из-за того, что не рад мне, а от элементарного беспокойства за мою шкуру. Мда, а шакалы, как зовет их Дэль, ни черта не заметили. Мало я их гоняю, видимо, значит, буду больше, сами виноваты.

Не утруждая себя ожиданием гостеприимного хозяина, пошел сразу в сторону кухни. Если я сейчас не глотну чего-то крепкого, боюсь, разнесу другу полквартиры. Лучше уж накачаться алкоголем и вырубиться в туалете на полу, чем снова и снова гонять по кругу одну и туже мысль. Так или иначе, я потеряю Лу. Наверное, поэтому, особо не заморачиваясь, потянулся к полке с медикаментами, кажется, именно там Дэль держит старую добрую водку. Самое оно.

Отвинтив крышку и не заморачиваясь такой мелочью, как стопка, жадно глотнул мерзко-теплый, обжигающий напиток прямо из горла. Какая дрянь! Наверное, неспроста друг эту мерзость использует исключительно в виде антисептика. Со стуком опустил бутылку на стол и тут увидел осуждающий взгляд на пятнистой морде.

— Что, скотина, сегодня ты не рад меня видеть?!

Пес смешно повернул лобастую голову набок и чихнул. Видимо, полностью соглашаясь с моим предположением.

— Да пошел ты, Джет, на моем месте ты бы тоже предпочел налакаться, это куда как лучше, чем делать дерьмовый выбор. Понял?!

Твою мать, кажется, водка на голодный желудок — не самая хорошая идея за сегодня. Неожиданно быстро меня "расслабило". Да так, что и пить больше не надо. Со смешком покосился на бутылку с русским пойлом, а эта гадость была именно оттуда, решительно убрал ее на место. Пусть лучше стоит среди таблеток для зверей, им полезнее.

Присел на корточки и обнял за шею пса. Кажется, друг не спешит составить мне компанию, а выговориться хотелось неимоверно.

— Приятель, я по уши в дерьме. Представляешь, моя девочка беременна, беременна, мать твою! И я, как последняя сволочь, радуюсь этому, хотя знаю, ребенок убьет мою Лу. Или мне придется заставить ее сделать аборт, и тогда я все равно потеряю самую классную девчонку в своей жизни. Ты представляешь, Джет…

— ЧТО?!

От вопля, что раздался у меня за спиной, мы с псом абсолютно одинаково сели на задницы. Только мохнатая морда еще и уши прижал, я же просто выматерился.

— Джет, скажи, что ты сейчас бредил. Или я бредил. Но только не говори, что мне не послышалось и Лу беременна!

Да, чувак, а ты думал, я тебя буду дёргать по пустякам? О, нет, мы с тобой со своими проблемами всегда справлялись сами. И только когда ситуация выходила из-под контроля, обращались друг к другу за помощью. Но в этот раз, так уж получилось, полная жопа случилась у нас обоих. Гребанная наша "счастливая" долгая жизнь.

Поднявшись с пола, повернулся к Дэлю, который сейчас стоял по другую сторону стола, и в его глазах я видел отражение всех своих мыслей, что весь день не давали мне покоя.

— Знаешь, друг, что я понял? Длинная жизнь, это такая хрень. Ведь вся та жопа, что может с нами происходить, у обычных людей к шестидесяти годам уже заканчивается, бывают, конечно, исключения, но в основном заканчиваются, тогда как у нас к этому времени все только входит в свой пик. И вот как подумаю, что сегодняшняя наша с тобой херотень, это не самое страшное, что может случиться, так жить дальше не хочется. И да, ты все услышал правильно, Лу беременна.

С этими словами я достал из кармана чертов тест и положил на стол.

Дель неверяще посмотрел на полоску пластика, потом медленно поднял взгляд на меня, и в его глазах я увидел то, что ожидал меньше всего. Кажется, меня сейчас будут убивать.

— Как ты мог это допустить?

Он не кричал, не фонтанировал силой, не упрекал. В его голосе звучал стылый лед ярости. Сейчас он был сыном старейшин, одним из самых сильных представителей сынов, тем, кто может своим решением приговорить тебя к казни. Конечно, эти средневековые меры уже давно не использовались. Но только сейчас я понял ту власть, которой Дэль обладает. И понял, насколько ему на самом деле нужна та, что будет уравновешивать его силу. Ведь если бы не Ри, которая смогла усмирить его внутренних демонов всего сутки назад, меня бы сейчас просто смело выбросом силы. Сейчас друг держал себя в руках, но в его глазах… Там была моя смерть. И я очень надеюсь, что он удержится, даст время объяснить и не отпустит контроль. Раньше бы не сдержался, я точно знаю. Сейчас есть шанс.

— Дэль, послушай, я этого не делал! Специально не делал! — медленно встал на ноги и даже неосознанно поднял руки, показывая, что не замышляю ничего плохого. — Я люблю Лу, да, с тобой мы это не обсуждали, ведь какой позор, влюбился в человечку как пацан, но, тем не менее, я ее люблю. И уж поверь, последнее, что я хотел бы, это поставить свою женщину в положение, когда ее жизни будет что-то угрожать. Даже если это наш ребенок.

— Не говори мне, что ты этого не хотел. Только не мне. Иначе она бы не забеременела!

Друг прав, абсолютно прав, вот только знание и понимание того, что без моего желания и моей энергии женщина не может забеременеть, не спасает от мыслей.

Когда Лу в первый раз заговорила о детях, я отшутился. Во второй раз пришлось сказать ей правду — со мной детей у нее не будет. В следующий раз она призналась, что врачи ей советуют рожать как можно раньше, иначе потом есть шанс, что она совсем не сможет забеременеть. Такой вот привет из детства — осложнения после одной, казалось бы, обычной болезни.

Мы с ней вместе всего полгода, но тот разговор выбил почву из-под ног. Я понял, что мне придется отпустить ее. Она хочет семью, настоящую. И я, преодолевая иррациональную злость на самого себя, на боль, так неожиданно скрутившую меня, сказал ей, что нам лучше расстаться. В тот момент, именно тогда я понял, что Лу для меня не обычная девушка. Не просто первый опыт длительных отношений. Что я ее люблю. И именно поэтому с ней. Но, наступив на горло своим желаниям и чувствам, я готов был идти до конца, пока не почувствовал вкус ее эмоций. Шок, боль, тоска и сладкий вкус земляники. Тот самый вкус, что почти с первых встреч с этой удивительной девушкой сопровождал любые ее эмоции, когда я был рядом. В тот момент, когда я пытался быть благородным, понял, что этот "аромат" значит. Понял, что не я один влюбился. И не смог. Смотреть, как непонимание, обида и грусть заполняют ее глаза, чтобы пролиться слезами, просто не смог. Как и не смог уйти. И каждый последующий раз, когда мы были близки, я представлял себе, как было бы здорово иметь возможность, крошечный шанс на настоящую семью с моей девочкой. С парочкой карапузов, возможно, даже собакой и своим домом. Я пожалел, что не обычный человек.

К такому я был не готов. Нет, я не хотел, чтобы Лу забеременела от меня. Я просто хотел, чтобы она была счастлива со мной.

В какой момент начал все это говорить вслух, не знаю. Но по мере того, как слова складывались в предложения, обнажая мой личный ад, Дэль успокаивался. Ушла напряженность, расслабились плечи, а глаза снова стали обычными. Но это не помешало ему без заморочек, как другу, выносить мне мозг снова и снова.

Хотя, наверное, лучшее, что он сейчас мог сделать, это дать мне проораться, не задумываясь о словах. Именно поэтому, я так думаю, после моего монолога Дэль подошел к столу и, посмотрев еще раз на тест, снова задал тот же вопрос, но уже совсем по-другому.

— Джет, как тебя угораздило? Ты понимаешь, какой это риск?!

— Не знаю я! Понимаешь, не знаю! Я вообще не понимаю, как такое могло произойти!

— Не понимаешь? Инкуб, который не знает, как женщина могла от него забеременеть?! Джет, чем ты думал?!

— Пошел на хер, ты мне еще про пестики-тычинки расскажи! Сам-то много думаешь, когда дело касается твоей Ри?!

— Не сравнивайте мои развлечения и Лу! Мужик, она же обычная девушка! Обычная, черт тебя дери! Как ты мог это допустить?!

Развернувшись, всадил кулак в дверцу холодильника. Полюбовался на приличную вмятину и понял, что, помимо объяснений, теперь должен другу новую технику. Замечательно!

— Да, Дэль, Лу человек. Ранимая девушка, любимая. И мне придётся ей сказать, что ребенок может ее убить. Она работает с тобой. Многое знает о сынах, но вот эту тему мы как-то не обсуждали. А теперь я тот, кто должен дать ей выбор: убить ребенка, которого она хотела, или умереть самой. Вот только не надо говорить, что Ри для тебя развлечение. Не ври сам себе, черт тебя дери!

— А я не вру!

Но судя по тому, как друг неосознанно сделал шаг назад при моих словах, я был прав. И он это знал. Знал и не хотел признавать!

— Ни одна девчонка, будь то человек или одна из нас, которые побывали в твоей постели, не вызвали и сотой доли того интереса, что вызывает даже не Ри, а ее создатель.

— Херня!

— Уверен? — кажется, я сейчас нарвусь на мордобой, но все-таки скажу ему то, что хотел чуть ли не с первого дня, как мы увидели Ри в клубе. — Ну, тогда ты не будешь против, если Чак оприходует малышку. Он тут подходил ко мне, сказал, что заинтересован в гостье твоего комплекса. Просил маякнуть ему, когда шефу надоест его очередное мимолетное увлечение. Он ждет.

Как я успел увернуться, не знаю, но этот упрямый сукин сын таки попытался вывести меня из строя. Швырнул своей дорогой, дизайнерской вазой, к слову, бронзовой. На мою ехидную улыбку, которую я нагло продемонстрировал ему, как только снова встал напротив, он ответил натуральным рычанием и, кажется, собирался провести внеочередной спарринг у себя на кухне, но в этот момент я наконец-то обратил внимание на то, что не давало мне покоя уже некоторое время. Некое несоответствие.

Вкус земляники у меня на языке. Хорошо знакомый, родной вкус чертовой земляники. Я даже не заметил, как давно он появился. И еще один, жжённого сахара, незнакомый мне, но такой чужой в этой квартире, да что там, на нашем этаже.

Дэль явно что-то заметил в моем взгляде, потому, изменив позу и оглянувшись назад, спросил:

— Что?

Но мне уже было не до разговоров, вкус земляники неумолимо таял.

— Лу!!!