Мысли на ветер. Афоризмы, цитаты, записные книжки

Юрий Поляков

Мысли на ветер. Афоризмы, цитаты, записные книжки

Афористические «полочки» Юрия Полякова

Уж простите за банальность («Банальность – это пульсирующая матка новизны» («Гипсовый трубач»), многие из нас любят порядок («Порядок, как и разруха, – в головах людей» («Порнократия. Невольный дневник»). Кто-то больше, кто-то меньше. Кто-то любит порядок среди вещей («Вещи – это запечатлённая жизнь. Недаром их ещё называют пожитками» («По ту сторону вдохновения»), кто-то – в мыслях («Если есть мысли, хоть на камне зубилом вырубай – не важно. А вот когда мыслей нет, даже самопишущий ноутбук не спасёт» («Любовь в эпоху перемен»). Кто-то и там и там.

Главное, что порядок – это когда всё «по полочкам»: что в шкафу, что в голове.

А ещё главнее, что Юрий Поляков порядок любит: не знаю, как в шифоньере (да и не так это важно), а уж в мыслях точно! Всё у него на своём месте, всё определено и систематизировано.

Возьмём, к примеру, классификацию женщин: «Женщина-кошка, женщина-вагоновожатая, женщина-капкан, женщина-ёлка, женщина-кроссворд» («Замыслил я побег…»).

Или собратьев-писателей: «Первые, их большинство, записывают заурядные мысли случайными словами. Вторые для заурядных мыслей находят-таки точные слова. Третьи глубокие мысли излагают случайными словами. И лишь четвёртые, а их единицы, способны выразить глубокие мысли точными словами» («Гипсовый трубач»).

Сам Юрий Михайлович, по нашему глубокому убеждению, относится к редким, исчезающим в современной российской литературе «единицам». И, скорее всего имея в виду именно их, замечает:

«Всякий нормальный писатель так же хочет быть афористичным, как всякая нормальная женщина – привлекательной. Надо сознаться, женщинам это удаётся гораздо чаще» («Бахрома жизни. В ожидании мудрости»).

В интервью журналу «Афоризмы» Юрий Поляков заметил:

«Афористичность – это один из признаков хорошей прозы, наряду с живым языком, яркими образами, эмоциональностью, социальной остротой… Афористичность – это прежде всего вербальная одарённость. Ну а потом, конечно, оригинальность мышления».

А как определить – афористичен писатель или нет? Рецепт такой:

«Если после прочтения какой-нибудь книги в вашей голове задержалось хотя бы несколько авторских фраз и мыслей, значит, это приличный писатель и хорошая книга. От плохих в голове остаётся только желудочная тяжесть и обида на первопечатника Ивана Фёдорова».

Да, рецепт, безусловно, хорош. Но давайте абстрагируемся от авторитетного мнения автора, попробуем «алгеброй гармонию измерить» и понять, афористичен ли писатель. Готовя этот сборник, я перечитал все без исключения произведения Юрия Полякова и, как говорят учёные, «методом сплошной выборки» извлёк из них авторские афоризмы. Картина получилась более чем ошеломляющая! С большим удовольствием хочу её воспроизвести. Я брал только прозу.

Итак: первая цифра – количество страниц в произведении, после наклонной черты – количество афоризмов, после знака равенства – на сколько страниц приходится один афоризм. Для чего это сделано – об этом ниже:

«Сто дней до приказа» (1980) – 82/30=2,73.

«ЧП районного масштаба» (1981) – 110/40=2,75.

«Работа над ошибками» (1986) – 110/50=2,20.

«Апофегей» (1989) – 95/60=1,58.

«Парижская любовь Кости Гуманкова» (1991) – 115/70=1,64.

«Демгородок» (1993) – 115/60=1,91.

«Козлёнок в молоке» (1995) – 285/190=1,50.

«Небо падших» (1997) – 170/130=1,31.

«Замыслил я побег…» (1999) – 476/330=1,44.

«Грибной царь» (2005) – 365/280=1,31.

«Гипсовый трубач» (2008–2012) – 1500/940=1,60.

«Любовь в эпоху перемен» (2015) – 509/208=2,4.

«Весёлая жизнь, или Секс в СССР» (2019) – 568/280=2,02.

На такие расчёты меня подвигла работа Натальи Калашниковой, посвящённая афористике Виктории Токаревой. В своих исследованиях, проанализировав тексты Токаревой объёмом в 2051 страницу (заметим, что только перечисленные произведения Юрия Полякова занимают 4500 страниц), Н.М. Калашникова пишет: «В среднем у В. Токаревой одно обобщающее высказывание приходится на 2,94 страницы, у Л. Петрушевской – на 17,88, у В. Войновича – на 21,29, у В. Аксёнова – на 20,2. Основываясь уже на этих простейших статистических данных, можно утверждать, что афоризм – неотъемлемый и характерный элемент стиля В. Токаревой».

Произведя несложные математические вычисления, получаем, что в прозе Юрия Полякова один афоризм приходится на 1,69 страницы! То есть, грубо говоря, каждые 2 страницы текста украшены афористической изюминкой!

…А что же такое «афоризмы» в представлении нашего автора?

«Афоризмы – это не просто оригинальные мысли, это оригинальные мысли, выраженные точными словами… Афоризм западает, вчеканивается в твоё сознание именно в силу того, что обладает уникальной вербальной ёмкостью, выразительностью, чёткостью».

Своими ненавязчиво вплетёнными в ткань повествования афоризмами (то отточенно-чеканными, то, наоборот, игриво-весёлыми) Юрий Поляков не стремится что-то доказать или что-то аргументировать. Его сочносочинённые фразы, воздействуя на сознание оригинальной формулировкой мысли, содержат в себе гораздо больше, чем непосредственно написано, и тем самым выступают неким детонатором для интеллектуального сотворчества вдумчивого читателя.

Афоризмам Юрия Полякова абсолютно не свойственен дидактизм, нравоучения и морализаторство. Они скорее общефилософского плана с явным тяготением к иронии, юмору, сатире, где-то, может, даже сарказму. Но чего они напрочь лишены, так это глумливости, пошлости и скабрёзности. Я бы назвал Юрия Полякова «философом иронизма», поставив в один ряд с Ларошфуко, Оскаром Уайльдом, Бернардом Шоу, Станиславом Ежи Лецем и противопоставив мрачноватому «философу пессимизма» Шопенгауэру.

Однако, читая его афоризмы, важно помнить:

«Писатель разделяет и поддерживает далеко не все мысли, соображения и выражения, выходящие из-под его пера. Во-первых, они – мысли – могут принадлежать сугубо отрицательным персонажам, которые у меня, к примеру, почему-то получаются обаятельнее и остроумнее, нежели положительные. Во-вторых, они – соображения – могут посетить сочинителя в минуты тяжких обид на судьбу, на власть, вечно ошибающуюся в свою пользу, или на вероломных обитательниц окружающей действительности. В-третьих, они – выражения – могут быть дружески позаимствованы у великих предшественников (разумеется, со ссылкой) или из лукавых глубин народного словотворчества (ясное дело, без ссылок)».

Мастерство Полякова-афориста состоит в том, что через призму имманентно присущей ему иронии он может рассматривать практически все базовые концепты этнокультурного сознания. Семантическое поле его афоризмов простирается от вечных вопросов бытия («Жизнь», «Смерть», «Бог», «Любовь», «Творчество», «Власть», «Время», «Свобода», «Семья», отношения между мужчиной и женщиной и так далее) до на первый взгляд обыденных, сиюминутных, приземлённо-бытовых: «Девушка», «Деньги», «Брак», «Кино», «Измена», «Ревность», «Алкоголь» (включая «Выпивку» как процесс и возможное «Похмелье» с, не дай бог, «Запоем»), «Писатель», «Секс», «Телевидение», «Театр», «Чиновник»… Продолжать можно, чуть было не написал красивое – «до бесконечности», но вовремя спохватился.

Афористические миры Юрия Полякова охватывают (простите за невольный оксюморон!) «конечную бесконечность» – 1000 «полочек» (терминов, понятий), которые трактуются 3000 определений. При этом часть из них является философским осмыслением жизни в целом, часть – мгновенной реакцией (этаким «точечным ударом») на быстро меняющуюся действительность (что особенно характерно для его публицистики и интервью). Редкий современный писатель может потягаться в таком афористическом точнословии с Юрием Поляковым!..

А возвращаясь к «обыденности и сиюминутности», не будем забывать, что афористика – уникальный литературный жанр, который в руках мастера способен любую сиюминутность и кажущуюся незначительность превратить если не в аксиому, то в теорему, достойную того, чтобы её записали золотыми буквами.

С моей стороны, наверное, было бы ошибкой начать (точнее, с наслаждением продолжать) в предисловии обильное цитирование этой интересной книги – книги, где всё разложено по полочкам. Перевернув страницу, вы и сами можете погрузиться в глубокие и практически безбрежные афористические миры Юрия Полякова.

Так что переворачивайте, читайте и сотворчествуйте!

Но имейте в виду, если «творчество – это одиночество» («Гипсовый трубач»), то сотворчество, позволю себе такую мысль, – это одиночество вдвоём. Вы – и автор…

Такие вот полочки…

Николай КАЗАКОВ,член Союза писателей России

А

Аборт

Почему-то принято считать несчастьем аборт, а не то, что ему предшествует.

«Гипсовый трубач»

♦

…Отправил в больницу на разминирование двух отзывчивых однокурсниц.

«Парижская любовь Кости Гуманкова»

Абрамович

– Сегодня мужчина с каждым заработанным миллионом становится моложе на пять лет!

– Значит, Абрамович ещё не родился?

«Как боги»

♦

Если бы тем, кто клял партократию в восемьдесят восьмом, рассказали бы про Абрамовича, перестройка свернулась бы в двадцать четыре часа. Но до Абрамовича, как до раскулачивания и «рассереднячивания», надо было ещё дожить…

«Созидательный реванш. «У каждого свой Октябрь – великий или ужасный». 2007 г.»

♦

В отношении к прошлому у нас торжествует антиисторизм. Мы пытаемся смотреть на «Аврору» с яхты Абрамовича. Ничего не увидим и не поймём! Жертвы и лишения тех лет нельзя воспринимать в отрыве от суровых реалий времени.

«Созидательный реванш. «Кузнечик может прыгнуть…». 2010 г.»

Абсурд

Абсурд интересен в искусстве, но опасен в политике.

«Желание быть русским»

Авангард

Авангард – это когда неумение объявляют приёмом.

Из записных книжек

♦

Авангард хорош тогда, когда есть арьергард. А если нет арьергарда, то это уже не авангард, а просто отряд, заблудившийся в степи. Они могут себя считать кем угодно, но на самом деле это просто группа дезертиров – людей, дезертировавших из настоящего искусства.

«Созидательный реванш. «Лабораторная пьеса – это нонсенс!». 2014 г.»

Авиаперелёт

Во время авиаперелёта людей роднит невнятность пассажирской судьбы.

Из записных книжек

Авиация

В авиации случайных слов нет. Слишком близко к Богу…

«Небо падших»

Автомобиль

Сверхценностное отношение к автомобилю компенсирует мужчине сексуальные фрустрации.

«Хомо эректус, или Обмен жёнами»

Автор

Автор в театре беззащитен, как прохожий, забредший в зону контртеррористической операции…

«Одноклассники». Предисловие

♦

Автор не отвечает за свои слова, слова отвечают за автора…

«Созидательный реванш. «Яйцами Фаберже Россию не накормишь». 2006 г.»

♦

Отождествлять точку зрения героя и автора нельзя.

«Созидательный реванш. Поляков сдал мужиков с потрохами! 2006 г.»

♦

Людям нравится, когда автор ещё глупее, чем они сами.

«Любовь в эпоху перемен»

♦

Авторы одной темы похожи на едоков, которые всю жизнь жуют одну и ту же сосиску длиной в несколько километров. Отрежут очередной кусочек, разогреют и жуют, жуют. В моём поколении тоже были такие писатели, но их книги забылись сразу по прочтении, как рекомендации врача-венеролога после выздоровления.

«По ту сторону вдохновения. Что такое «Апофегей»? 1995, 2016 гг.»

♦

Если жизнь человека – поле, то литература – венок, и от автора зависит, какие именно цветы-травы сорвать и в него вплести.

«По ту сторону вдохновения. Что такое «Апофегей»? 1995, 2016 гг.»

♦

Авторы склонны к самообольщению.

«По ту сторону вдохновения. Драмы прозаика. 2010, 2017 гг.»