Помоги проекту - поделись книгой:
— Пойдем со мной, — кивает он.
— Она с вами?
— Да, пойдем-пойдем.
Он берёт меня за руку и ведёт куда-то вглубь коридора. В какой-то момент мне опять становится страшно, словно циклично повторяется сегодняшний день, но потом я отгоняю от себя эти мысли. Всё хорошо, он просто ведёт меня к Лере. Она где-то здесь отдыхает. Иначе, зачем это всё?
В комнате, куда меня приводят, царит полумрак. Дверь за моей спиной захлопывается, а глаза постепенно привыкают к тусклому освещению. Здесь много мужчин и ни одной женщины, тем более Леры.
Несколько пар хищных глаз поворачиваются в мою сторону.
— Где моя подруга? — спрашиваю гортанным голосом.
— Она скоро придет, — слышу ответ блондина где-то над своим виском. — Присаживайся пока. Тебе налить выпить?
Перед глазами всё плывет, когда я понимаю, что в очередной раз попала в ловушку. Второй раз мне так просто не повезёт.
Поворачиваюсь на сто восемьдесят градусов, бросаюсь к двери и дергаю ручку. Заперто! Блондин закрыл дверь на замок!
— Отпустите! Выпустите меня отсюда!
— Эй, эй, погоди, крошка! Посидим, выпьем. Ты чего так волнуешься? — звучит слащавый голос блондина.
В ночном клубе есть камеры! Сейчас охрана заметит, что меня держат здесь против воли и обязательно вмешается. Правда ведь?
— Выпусти её, Марат, — слышу хриплый незнакомый голос.
Быстро повернув голову назад, замечаю мужчину в чёрном деловом костюме и с зажжённой сигаретой во рту. От его взгляда я содрогаюсь, потому что он пугающий и холодный, будто неживой. Но он единственный среди всех присутствующих, кто меня пожалел.
— Андрей, ты чего? Смотри, какую куклу нашёл! — пытается сгладить ситуацию блондин.
Впиваюсь умоляющим взглядом в Андрея и чувствую, как барабанит собственное сердце.
— Я сказал: выпусти её, Марат.
Наверное, этот мужчина имеет большое влияние на Марата, потому что тот неожиданно открывает замок и выпускает меня из ВИП-комнаты.
Я нахожусь в прострации. Цепляюсь пальцами в перила и смотрю сверху-вниз на первый этаж, где как ни в чем не бывало танцуют посетители. Чувствую, что меня тошнит. Мутит так сильно, что становится дурно. Резко дёргаюсь в сторону дамской комнаты, закрываю дверь кабинки и блюю над белоснежным унитазом выпитым коктейлем.
Кажется, сегодня не мой день. Я даже не знаю, что лучше: оставаться здесь, возвращаться домой или бродить по ночному городу в одиночестве в надежде не наткнуться на ещё одного извращенца?
Когда выхожу из уборной, понимаю, что происходит что-то страшное. Толпа людей бежит на выход, сметая всё на своем пути. Слышатся крики, ругань и выстрелы. Кажется, кто-то устроил перестрелку прямо в ночном клубе.
Глава 2.1
***
Все бегут и паникуют. От былого веселья не осталось и следа. Будто в один миг кто-то попутал кадры из киноплёнки, и вместо молодёжного сериала включил фильм ужасов.
Поддавшись настроению толпы, тоже бегу по ступеням вниз. Я чуть не опоздала. Поняла, что в клубе творится что-то неладное, когда добрая половина отдыхающих уже покинула заведение.
— Твою мать! — рядом орёт изрядно выпивший парень с бритой головой и толкает меня в плечо, чтобы вырваться вперёд.
Я пошатываюсь, но не падаю.
Слышится взрыв, на втором этаже поднимаются клубы дыма, и в "Элладе" тут же включается пожарная сигнализация с системой пожаротушения. Волосы и одежда промокают, а тело начинает колотить мелкая дрожь. Что происходит? Где Лерка? И что я вообще здесь делаю?
Следом за взрывом следует череда выстрелов. Кажется, что они раздаются где-то совсем рядом, над моей головой. Оглушающе и опасно. В ушах шумит, перед глазами всё расплывается, поэтому, едва сбежав на первый этаж, я прячусь под широкую деревянную лестницу.
Сердце клокочет словно сумасшедшее, а зубы громко клацают от страха и холода. Возможно, я поступаю неправильно, но сейчас мне хочется спрятаться и укрыться, не попадая под пули. До выхода могу не успеть добежать.
Надеюсь только, что скоро этот кошмар закончится, и здесь меня не найдут, не тронут. Приедет полиция, разгонит весь этот беспредел, и я смогу снова вернуться в свою прежнюю скучную жизнь с пьющей матерью.
Следующий выстрел заставляет бежавшего на выход парня рухнуть на пол прямо рядом с лестницей. Я вижу его безжизненное лицо, застывшее в гримасе ужаса, широко распахнутые глаза и расползающуюся под головой лужу крови.
— Боже мой… боже… вы живы?!
Не знаю, зачем я вообще его спрашиваю. В том, что этот парень мёртв, у меня нет никаких сомнений, хотя до сегодняшнего дня я никогда не видела смерть настолько близко. Буквально в метре от себя.
Приторный запах крови проникает в ноздри, я цепенею, но всё же заставляю себя отползти глубь лестницы и свернуться клубочком.
Через считанные минуты выстрелы утихают, впрочем, как и крики людей. Напротив, в клубе становится так тихо и пусто, что в голове пролетает мнимое: «Закончилось». Но о том, чтобы выйти из своего убежища, не может быть и речи. Я уговариваю себя посидеть ещё хотя бы несколько минут, чтобы убедиться в том, что это безопасно.
Проходит немного времени, прежде чем я слышу шаги. Влажная одежда прилипает к телу, а лужа крови от убитого мужчины почти подобралась к моим ногам. Не знаю, сколько времени я смогу здесь пробыть. Высовываться рано, потому что я здесь не одна и пока не разберу, кто из присутствующих в клубе может быть вооружен и опасен. Кто вообще устроил этот хаос среди мирных людей? Надеюсь, что он будет справедливо наказан.
Топот ног становится отчётливее, я всхлипываю и на мгновение зажмуриваю глаза, потому что шаги замирают прямо у лестницы.
— Жить хочешь? — слышу знакомый хрипловатый голос.
Открываю глаза и с удивлением замечаю того самого Андрея, который дал указание выпустить меня из ВИП-комнаты.
Темные глаза пристально смотрят в мои и будто поторапливают. Я понимаю, что у нас не осталось времени.
— Хочу, — отвечаю ему.
— Тогда пойдем за мной.
Я не знаю, кто он и что делает в его правой руке поблескивающий сталью пистолет, но от Андрея веет такой уверенностью, что я тут же вкладываю свою ладонь в его тёплую руку и выбираюсь из-под лестницы.
Глава 3
***
— Быстрее, — коротко бросает Андрей.
Он значительно выше меня ростом — я едва достаю ему до плеча, поэтому мне приходится буквально бежать следом за ним к чёрному выходу, минуя длинные коридоры ночного клуба. А ещё Андрей взрослый. Не знаю, какая между нами разница в возрасте, но ему явно больше тридцати.
Я чувствую исходящую от мужчины силу и почему-то повинуюсь ему. Знаю каким-то шестым чувством, что он не обидит. Он мог бы, но не посмел тогда, когда Марат привел меня в ВИП-комнату, чтобы развлечь компанию.
Когда мы оказались на улице, мне становится легче дышать, несмотря на то, что здесь значительно холоднее, чем в помещении, а моя одежда промокла насквозь. Ступая в лужи и грязь и не видя ничего перед глазами, продолжаю торопливо идти за Андреем. Мы проходим дворы пятиэтажек и гаражный кооператив. Андрей даже не думает оборачиваться назад, чтобы понять, успеваю ли я за ним.
В одном из неосвещаемых дворов он останавливается у чёрного внедорожника, щёлкает брелком сигнализации и жестом показывает, чтобы я забиралась на переднее сиденье. Страха почему-то больше нет. Он остался в клубе, среди выстрелов, крови и запаха смерти. Сейчас я определенно чувствую себя защищённее, чем когда-либо, хотя совершенно не знаю, что за человек этот Андрей.
В салоне автомобиля пахнет кожей и цитрусовым ароматизатором. Андрей бросает на меня короткий взгляд и, заметив, как я трясусь, включает печку. Становится теплее, но совсем расслабиться не получается.
— Куда тебя отвезти? — спрашивает, выезжая со двора.
— Не знаю.
— Понятно.
Он резко давит на газ, заставляя меня вжаться в сиденье, и набирает скорость до высокой отметки.
Украдкой смотрю на его профиль: ровный прямой нос, густые чёрные брови и плотно сжатые губы. А ещё у него есть родинка на правой щеке. Даже в полумраке осознаю, что он ещё старше, чем я себе думала. Сколько ему? Тридцать пять? Тридцать восемь? Почти вдвое старше меня.
Мы проезжаем мимо «Эллады», и я непроизвольно ахаю от ужаса, потому что двухэтажное помещение ночного клуба съедают языки пламени. Страшно представить, что я до сих пор могла сидеть там под лестницей и бояться вылезти. А если бы вышла из укрытия, то было бы слишком поздно — с Андреем мы быстро покинули помещение клуба.
Наша поездка длится долго и без слов. Слух улавливает звук сирен вдалеке: к месту, где располагается теперь уже сгоревшая «Эллада», направляются скорая помощь, полиция и пожарная машина. А потом я прикрываю глаза от усталости и открываю их в тот момент, когда автомобиль Андрея останавливается.
Он глушит двигатель и замечает, что я проснулась. Надо было назвать адрес нашей с мамой квартиры, но я не в том состоянии, чтобы прямо сейчас ехать домой и выслушивать от неё пьяные претензии. К тому же там всё ещё могут сидеть гости. Честно говоря, я совершенно потерялась во времени.
— Куда мы приехали? — спрашиваю Андрея.
— Ко мне.
Он не слишком разговорчив, но это сейчас лишнее. После пережитого мне не хочется много говорить. Хочется слепо следовать за более сильным человеком, чем я, пусть даже под его пиджаком в кобуре находится огнестрельное оружие. Интересно, он тоже был участником той перестрелки? Андрей был зачинщиком или, наоборот, оборонялся? Эти вопросы я не решаюсь ему задать.
Его квартира находится на пятом этаже симпатичной новостройки. Внутри стерильно и чисто. Так, словно здесь никто не живёт или бывает слишком редко.
Снимаю с ног грязные и мокрые ботинки и застываю в коридоре. Андрей достает телефон и что-то внимательно там изучает, а затем, заметив моё смущение, окидывает с головы и до ног оценивающим взглядом. В его светлой квартире с новеньким ремонтом я кажусь неуместным чёрным пятном.
— Прими душ, — произносит он. — Прямо по коридору и налево.
Послушно кивнув, следую в указанном направлении, отмечая про себя огромную площадь квартиры. Здесь три или четыре комнаты, но все они нежилые.
Скинув с себя мокрую и грязную одежду, с удовольствием принимаю горячий душ. Здесь нет ни одного тюбика с женским гелем для душа, поэтому я пользуюсь ромашковым мылом. Взглянув на себя в зеркало, ужасаюсь собственному отображению. Сейчас на меня смотрит не молодая девятнадцатилетняя девушка, а её безликая и безэмоциональная тень.
Надевать мокрую одежду не хочется, поэтому я развешиваю джинсы и кофту на батарее и, обмотавшись большим полотенцем, выхожу в прихожую.
Так странно… Мне дважды за сегодняшний день удалось избежать изнасилования, но в третий раз, оставшись наедине с незнакомым мне мужчиной, я не совершенно не бегу от него. Что это? Шок? Адреналин? Безрассудность? Или три в одном?
Слышу негромкий голос Андрея в одной из спален. Туда и направляюсь.
Из мебели здесь только кровать, кресло и шкаф-купе с зеркалами.
Остановившись в дверном проёме, наблюдаю за тем, как строго Андрей разговаривает с кем-то по телефону. Увидев, что я тоже здесь, коротко прощается и обещает перезвонить, когда узнает какие-то новости.
— Так гораздо лучше, — кивает он, глядя на мой внешний вид.
Под прицелом его взгляда ощущаю непривычное расползающееся по телу тепло. Он оценивает меня как женщину? Понимаю ли я всю серьезность сложившейся ситуации? Взрослый мужчина спас меня и привез в свою квартиру. Какую плату он захочет получить за это?
Андрей снимает с себя чёрный пиджак и бросает его на стоящее рядом кресло. На талии кобура, а на правом плече виднеется огромное алое пятно.
— Ты ранен… — произношу сдавленным голосом.
Запах опасности и крови дурманит голову. Кажется, я вот-вот потеряю сознание от увиденного.
— Сможешь обработать? — спрашивает невозмутимо Андрей.
Глава 3.1
***
— Я попытаюсь.
Он выходит из комнаты и возвращается уже через несколько минут, держа в руках бутылку водки и белоснежную ткань. Кажется, аптечки в этой квартире не имеется, как и антисептика, и марли. Придется пользоваться тем, что есть.
Андрей ставит водку на тумбу и начинает расстегивать пуговицы испачканной рубашки. Снимает осторожно, чтобы ещё больше не задеть кровоточащую рану. Больше всего на свете я боюсь, что пуля находится внутри него. В таком случае я ничего не смогу с этим сделать.
Андрей обнажается по пояс, и сейчас я чётче вижу место ранения. Во время перестрелки его задели, словно чем-то острым разрезали кожу. Рана достаточно глубокая, рваная и длинная, примерно в десять сантиметров, но, к счастью, уже почти не кровоточит. Её бы лучше зашить, но…
Взгляд так же цепляется за физически крепкое мужское тело. У Андрея сильные руки с проработанными мышцами, широкие плечи и рельефный живот. Я впервые нахожусь так близко с полуобнаженным мужчиной. Щёки заливает яркий румянец, когда Андрей перехватывает мой взгляд и вскидывает брови.
Подхожу к тумбе, отрываю клочок ткани и обильно поливаю её содержимым бутылки. Руки при этом дрожат, а кончики пальцев покалывает от волнения.
— Присядь, пожалуйста, — прошу Андрея. — Я вряд ли достану, ты высокий.
Он опускается в кресло и кладёт руки на подлокотники, спокойно ожидая, пока я займусь его раной. Лицо выглядит невозмутимым, он дышит спокойно и размеренно. Это я напугана до чёртиков и боюсь к нему прикасаться. Но рану нужно обработать и, судя по тому, что Андрей не собирается обращаться к врачу, как можно скорее.
— Не больно? — спрашиваю, осторожно вытирая кровь.
Внутренне содрогаюсь, но Андрею хоть бы что. Он тянет свободную руку к бутылке и делает несколько больших глотков. Наверное, в качестве обезболивающего.
— Тебя как зовут?
Только сейчас понимаю всю абсурдность ситуации. Пока мы находимся друг перед другом полуобнаженными, он даже не знает моего имени.
— Нина.
— Продолжай, Нина.
Я полностью обрабатываю рану и прикрываю её чистой тканью. Тряпку бы прогладить горячим паром, потому что у меня есть сомнения насчёт её стерильности, но сомневаюсь, что где-то в этой квартире есть утюг.
Поделиться книгой: