Помоги проекту - поделись книгой:
– Это ты своей рожи не видел. Я думал…
– Что ты думал?
– Ты и впрямь собрался по ним стрелять?
– Я?!
– У тебя был такой вид, будто ты хочешь крови.
Джош вздрагивает. Вспоминает, как от него пятились, опускали взгляды. Все, кроме Дика Стоуни. Дик на ко́злах седьмой год, в одиночку от банды Чета Стоуни – однофамильца! – отбился. Чтоб его испугать, одной жажды крови мало.
– Теперь понял? Дошло, о чем я?
– О дерьме? Чертовой куче дерьма?!
Сердце пляшет джигу. Я был на взводе, с опозданием сознает Джош. Хотел крови? Не верится, но Сэм зря болтать не станет…
– Ты же знаешь, я такую дрянь загодя чую, – Сэм хрустит пальцами, горбится. – Как мурашки по затылку, да. И ладони потеют. Значит, вот-вот…
Сэмово чутье не раз спасало их задницы. Когда от полена по хребту, а когда и от свинцового гостинца. За минуту до дерьма – мурашки и потные ладони. Горела в Сэме такая искорка, а может, целый костерок. Джош втайне подозревал, что Сэм в свое время прикупил себе этих полезных искорок на все свободные деньги, но с вопросами к приятелю не лез. Мало ли, вдруг у Сэма бабка колдуньей была? Хотя почему «была»? Она и сейчас жива, бабка-то.
– Дерьмо, – повторяет Сэм. В его исполнении грязное слово теряет смысл и приобретает новый, куда более неприятный. – Кто-то взял лопату жидкого коровьего навоза – здоровенную такую лопату!..
– И что?
– И швырнул во всех без разбору.
– Оно уже закончилось?
Глаза Сэма делаются пустые, стеклянные, как у мертвеца. Он широко раздувает ноздри, словно и впрямь принюхивается к вони.
– А черт его разберет! Я чую, только когда начинается. Потом нюх отбивает. Что там, внизу?
– Вроде, все спокойно.
– Ну и хорошо.
Перегнувшись через перила, они смотрят вниз. Там кружатся осенние листья в пруду: шляпы, лысины, шевелюры клиентов. Расцветки на любой вкус: лен, уголь, ржавчина, соль с перцем, благородное серебро. Часть выпивох осела за столами. Другие не находят себе места. Гомон, шум, дым. Ругань. Стрекочет рулетка. Бренчит тапер.
Никто не спешит вцепиться соседу в глотку.
– Сэму нужно отлить! – лицо Грэйва расцветает прежней улыбкой. – Стереги наш стол, дружище. Мы еще не закончили войну с пивом.
– Постерегу.
– Ну и речугу ты задвинул! Я прям заслушался! В шерифы собрался?
– Иди к черту.
– Точно, в шерифы. Нет, в мэры!
– Сплюнь! Сглазишь мне всю карьеру!
– Я-то сплюну. А ты уж не забудь старого приятеля!
За их столом обнаруживается плюгавый типчик в куртке, знававшей лучшие времена. Прохвост наладился опустошить Сэмову кружку.
– Пошел вон, бездельник!
Бездельник, не пререкаясь, идет вон. Можно сказать, бежит вон. Его сменяет тахтон: ангел-хранитель выныривает из табачного облака, с деловым видом располагается на опустевшем стуле.
– Кто?!
– Мисс Шиммер?
– Чепуха! Тебя никто не видит!
– Она собиралась в меня стрелять?!
– Из шансера?!
– Она не собиралась стрелять, – Джош вспоминает разговор с Рут Шиммер. Ее слова, жесты, взгляд. – У нее руки на столе лежали. Да и зачем ей?
– Я-цель? Она не видела меня, как цель? Ты закончил мою переделку?!
– Это только она теперь не может стрелять в меня из шансера?
– Ха! Вот вам всем! От дохлого осла уши вам, а не Джошуа Редмана! А из обычного оружия?
– Что – да?!
– А даже если видела? – Джошу интересно, как мисс Шиммер управляется с сорок пятым. Но он быстро понимает, что совсем не хочет этого выяснять. – Что с того?
– Все стрелки опасны. Шансфайтеры в особенности.
Джош снова вспоминает разговор с Рут Шиммер. Увидь женщина тахтона, она бы вздрогнула? Удивилась? Осеклась посреди разговора? Нет, ничего такого не было.
– Успокойся. Она не собирается со мной стреляться. А я не собираюсь ее провоцировать.
– Ну уж нет! Ты еще помнишь, что я помощник шерифа, а не бандит?
Тахтон растворяется в табачном дыму.
В дверях объявляется Сэм. Пока он идет через салун, в мозгу Джоша проносится целый вихрь мыслей. Она собиралась в меня стрелять? Она не собиралась в меня стрелять? Она видела моего тахтона! Никто не видит моего тахтона! Неужели тахтон врет? Он никогда не врет.
Не врал раньше.
Ерунда, отвечает Джош тахтону. Слышит тот Джоша, не слышит – неважно. Ерунда, с чего это тебе бояться мисс Шиммер? Ты – призрак, тебе ничего не страшно.
Сэм вытирает тряпкой кровь с кулака.
– Что у тебя с рукой?
Сэм кривит рот:
– На улице старик Каллахан собаку избивал. Чуть не убил.
– Она его покусала?
– Кто, Душечка? Милейшая псина. Она и индейца не укусит!
– А ты что?
– Дал ему в зубы. Придурок пьяный! Слов не понимал, в драку лез.
И подводит итог:
– Сам нарвался.
Шансфайтер, думает Джош. Вот к «Белой лошади» подходит свихнувшийся шансфайтер. Такие бывают? Допустим, бывают. Встает напротив дверей, палит из шансера. Из дробовика-шансера. Чертова прорва несчастных случаев, проклятий, «черных полос». Чем там еще они стреляют? Бах! Чертова прорва, в кого попало, без разбора.
Меня тоже зацепило.
Меня зацепило, но тахтон сказал: я больше не цель.
Зубастый червячок сомнения вгрызается в душу. Прокладывает ход за ходом. Растет, жиреет. «Мне это не нравится, – говорит себе Джошуа Редман. – Будь я проклят, если мне это хоть в чем-то нравится!»
2
– Ты устала? Садись, вот кресло!
Рут стоит.
Ее с Пирсом разделяет лохань с остывшей водой, в которой Пирс принимал ванну. На полу вокруг лохани мокрые пятна. Два человека, два материка, разделенные морем.
– Эллен скучает, – отчим разводит руками. Наверное, хочет показать, как сильно скучает мать Рут. – Зовет тебя переехать к нам, осесть на одном месте. Спрашивает, когда же ты наконец остепенишься.
– Кого спрашивает? Меня?
– Господа, должно быть. Ты все равно не ответишь.
Он прав.
Рут одергивает пыльник, хотя в этом нет нужды.
– Что ты делаешь в Элмер-Крик, Пирс? И что здесь делаю я? Зачем ты попросил меня приехать?
Зачем я приехала, спрашивает Рут себя. И не знает ответа.
– Я хочу нанять тебя, девочка.
– Нанять? В каком качестве?
– А в каком качестве тебя обычно нанимают? Чем я хуже любого другого нанимателя?
Всем, хочет ответить Рут. Чем? Всем.
– Чепуха, – вместо этого говорит она. – Полная чушь.
– А если не чепуха?
– Кто-то угрожает тебе? Найми охрану. Я имею в виду обычную охрану. Вроде того стрелка, что стоит на лестнице.
– Красавчик Дэйв? Его я уже нанял. Теперь очередь за тобой.
Поделиться книгой: