Идеальный донор

Мальчишка обернулся и прошептал:

– Подыграй мне!

И сам бросился к стражникам с криком:

– Дяденьки, спасите! На моего брата напала бешеная собака! Ему почти руку отгрызли!

Стражники даже не дернулись, лишь глянули на нас: два мальчишки из Серого района не заслуживали особого внимания. Скучающий маг лениво встал, потянулся и спросил:

– Ну что тут у вас? Чего шумим, порядок нарушаем?

– Господин маг, помогите, брата укусила бешеная собака! Он же теперь тоже взбесится и превратится в псину! – продолжал надрывать горло Старший Брат. Я жалобно поскуливал за его спиной, придерживая руку.

– Не говори ерунды, не превратится он в собаку. А ты уверен, что та псина была бешеная? Может, просто голодная, – также лениво проговорил маг. Его плечи были закрыты, но на коротком плаще с левой стороны было вышито число тридцать два.

– Точно бешеная, господин маг. У нее из пасти шла пена, и глаза такие странные. А еще от нее другие собаки убегали, – яростно жестикулировал мальчишка, пытаясь впечатлить мага.

– Хмм, да, бешеная. Если у вас нет денег для больницы в Синем, то твой брат скоро умрет, – бесстрастно произнес маг.

– Но вы же маг! Вылечите моего брата! Вы же все можете! – упал на колени Старший Брат и схватил мага за ноги. – Не оставляйте меня сиротой. Он у меня один на всем белом свете.

Даже я уже готов был разрыдаться от неподдельного отчаяния своего проводника. Что-то в сердце екнуло от его слов, ведь я остался совсем один после смерти мамы, и талантливая игра мальчишки ударила по самому больному месту. Я столько времени старался не думать об этом, но сейчас я не выдержал и заплакал по-настоящему, только не от иллюзорной боли, а от настоящей, таящейся внутри меня.

– Отцепись! – взревел маг, отшатываясь от цепких ручонок Старшего Брата. – Не смей прикасаться ко мне! Эй, а вы чего смотрите? – крикнул он рассевшимся стражникам.

– Так это же всего лишь мальчишки. Господин маг, несомненно, справится с такой угрозой, – насмешливо сказал лысый пожилой стражник. – А то, может, и правда поможете?

– Да не могу я, – взвизгнул маг, еще дальше отодвигаясь от Старшего Брата. – Бешенство – это вам не насморк вылечить, для этого нужно на медицинском факультете обучаться. А у меня специальность другая.

– Ах да, господин маг, вы же только сообщения можете посылать, – продолжал насмехаться лысый стражник.

В это время Старший Брат снова подскочил к магу и, заливаясь соплями и слезами, стал делать вид, что вот-вот начнет целовать ему обувь, маг попятился, но споткнулся и упал на дорогу. Это окончательно взбесило его, он отшвырнул мальчишку, вскочил и заорал на стражников:

– Выкиньте этих поганцев!

– Куда? Они жители этого района и могут ходить тут где угодно, – резонно возразил лысый стражник.

– Куда подальше! – маг на секунду задумался. – В Черный район! Да, выкиньте их за ворота!

– Господин маг, – медленно и тихо сказал стражник, – это всего лишь отчаявшиеся дети. Зачем их на смерть отправлять?

– Да им все равно не жить! Покусанный через пару дней сам взбесится и будет нападать на людей. А младшему без него не выжить. Выкидывайте уже, иначе я доложу, что вы, сволочи, допустили нападение на мага! – заорал маг.

Молодые стражники нерешительно поднялись и направились к нам, но неохотно, давая возможность одуматься и сбежать. И я бы сбежал. Черный район! Это же верная смерть! Старший Брат же вылетит туда вместе со мной, о чем он вообще думает?

Я вдруг почувствовал, что все силы разом ушли из меня, колени подкосились, и я упал на землю. Один из стражников осторожно подхватил меня за правый локоть и потащил к воротам, рядом визжал и вырывался Старший Брат. Тягучий скрип петель, резко обрывающаяся дорога, толчок в спину – и мы лежим уже с другой стороны. В Черном районе.

Как только ворота захлопнулись, рыдания мальчишки сменились смехом. Он катался по земле и безостановочно хохотал:

– Выкинули! Ой, не могу! Они и вправду выкинули нас… Идиоты! Прямо за ворота, ха!

Я с трудом поднялся на ноги, подошел к пацану и сильно встряхнул его за плечи:

– Эй ты, успокойся! Это и был твой план – попасть в Черный район? Какого Дна ты сделал? Зачем?

Старший Брат просмеялся и серьезно посмотрел мне в глаза:

– Семерка, ты не представляешь, как тебе повезло.

Я медленно осмотрелся. Даже не знаю, что я представлял при словах «Черный район», наверное, ожидал увидеть преддверие Дна Пропасти: камни, полуразвалившиеся халупы, скрюченные и изуродованные тела людей, детишек с огромными пустыми глазами и выпученными животами. Но передо мной была обычная улица: вымощенная дорога, небольшие аккуратные каменные домики, вот только людей видно не было. Но что-то было не так.

Еще раз оглядевшись, я понял, в чем причина моего беспокойства: из некоторых домиков выходили столбы дыма – небольшие, но все же.

– Старший, тут что, везде пожары? Мы должны помочь?

– Пожары? – недоуменно спросил мальчишка. – Нет никаких пожаров. С чего ты взял?

– Сам посмотри – из домов идет дым.

Он снова рассмеялся:

– Нет, в этих домах просто готовят еду, – увидев мое озадаченное лицо, он продолжил, – на дровах.

– Не понимаю, – сказал я. Мама всегда готовила на огненном камне, да и все наши соседи тоже. Это особый вид камня, добываемый где-то далеко на севере. При подпитке Ки он вырабатывает тепло или даже жар, все зависит от обработки и предназначения. Существует огромное количество типов и применений огненных камней: от приготовления пищи и обогрева домов до миниатюрных пластинок для сушки обуви. Неужели у местных нет даже их?

– Мда, совсем домашний мальчик, – покачал головой Старший Брат. – В Черном районе нет торговли, нет продавцов, а значит, нет и огненных камней, к которым ты так привык. Все здешние жители живут на полном самообеспечении: сами добывают еду, сами шьют одежду. Раз огненных камней в округе нет, приходится готовить на дровах.

Продолжая рассказывать, мой проводник неторопливо шел по улице. Ему явно нравилось просвещать глупого собеседника.

– Понимаешь или нет? В Лесу мужчины валят деревья, потом разрубают их на небольшие кусочки и приносят домой. Дома в специально отведенном месте эти дрова поджигают, от них идет огонь и жар, на котором и готовят пищу.

– Но это же опасно! Можно поджечь дом или сжечь руки! – воскликнул я.

– А ты не суй туда руки, и все будет хорошо, – легкомысленно ответил Старший Брат.

– А где берут продукты для еды? – спросил я. Я был настолько голоден, что ощущал, как кишки внутри скручиваются в тугой рулет.

– В Лесу, конечно.

– В Лесу?

И только сейчас до меня дошло, про какой Лес говорил Старший Брат. Про тот самый, который находится прямо за городской стеной. Тот самый, с дикими животными и опасными растениями, без дорог и людей, без домов и ручной магии.

– Ты про Лес за городом? С магическими зверями?

– Конечно. Как будто есть какой-то другой Лес, – пожал плечами пацан. – А ты думаешь, почему в Черном районе умирает так много людей? В Сером я слышал слухи про каннибалов, преступников и всякое такое, да только брехня все это. Настоящие преступники сюда не попадают, гораздо выгоднее поставить их на выкачку Ки – знаешь, когда из человека ежедневно выкачивают столько энергии, сколько он успевает восстановить. Нет, сюда сбрасывают тех, кто не может принести пользу Белому району: больных, нищих, с низким талантом, хотя ты, конечно, всех переплюнул семеркой.

– А зачем вообще было создавать Черный район? Только как человеческий отстойник?

– Ну, я же всего не знаю, – Старший Брат почесал в затылке, – слышал, что раньше бывали случаи, когда животные вдруг сходили с ума и принимались атаковать город. Даже стена не помогала, ведь там были и летающие звери, и подземные. Вот и решили создать дополнительную зону между Лесом и людьми, но чтобы она не простаивала пустой, стали выбрасывать сюда неугодных людей. Или, скорее, построили еще одну стену и переместили жителей за нее. Поэтому тут остались и домики, и дороги.

– И давно ты тут живешь? В Черном районе?

– У меня год назад умер отец. Ничего необычного – пытаясь прокормить меня и сестренку, перестарался и сжег слишком много Ки на работе. Какое-то время мы пытались побираться, я подрабатывал, где мог. Я ведь тоже, – мальчишка горько усмехнулся, – не особо талантлив, всего лишь одиннадцать набрал.

– Но ты же мог ходить в школу?

– Я и ходил, а вот сестренка не доросла, ей всего шесть было. Я сначала растягивал школьное пособие на двоих, но мне постоянно так хотелось есть, что иногда я не доносил еду до дома. Потом плюнул на школу, пошел работать, но поверь мне, одиннадцать немногим лучше, чем семь, особенно если эти цифры на плече мальчишки. В общем, умерла сестренка. После ее смерти меня и подобрали – примерно как я тебя. Так что сейчас я отдаю долг.

– Я так понимаю, что есть какие-то тайные проходы между районами, верно? – вдруг осенило меня. – Тогда зачем нужно было вытаскивать меня вот так?

– О, это, – протянул Старший Брат. – Конечно, проще было бы провести тебя тайком, но ты же хочешь вернуться обратно?

– Пока не знаю, там я умирал с голоду. И сейчас, кстати, тоже умираю, – грустно улыбнулся я.

– Смотри, – мальчишка пропустил намек мимо ушей, – тебя там разыскивают. Если не найдут, то подумают, что ты куда-то временно спрятался, а значит, поиск будет продолжаться, хоть и не так активно. А сейчас, после очередной неудачи, они начнут потрошить свою стражу и услышат удивительную историю о том, как пацана твоего возраста и с твоей внешностью выкинули в Черный район, и да, его талант разглядеть не смогли из-за жуткой раны на руке. К какому выводу они придут? Верно, что ты по ошибке или специально попал в Черный район, а значит, тебя уже незачем искать в Сером или Синем районах. Не знаю, насколько ты им нужен и зачем, но сильно сомневаюсь, что ради тебя они пошлют солдат сюда. И самое главное – ты сможешь вернуться обратно, в Серый район. Не сразу, конечно, но сможешь.

– А если бы у меня не было денег? – угрюмо сказал я, прикидывая масштаб и продуманность моего спасения.

– Я бы тебя все равно вытащил, но без татуировки. А вот, кстати, и пришли.

Глава 4

Небольшой домик из серого рубленого камня, крыша из розовой запеченной глины, каменный забор в половину моего роста, отделяющий миниатюрный дворик от улицы. Большая часть двора была завалена кусками дерева.

На мой вопросительный взгляд Старший Брат ответил:

– А это и есть те самые дрова, на которых тут готовят. И могу сказать, что еда, приготовленная на живом огне, отличается от той, что на огненном камне. Есть какой-то особый привкус.

Я только сглотнул слюну. Чтобы перебить урчащий желудок, я взглянул на иллюзорную рану на плече:

– Старший, а эта иллюзия долго еще будет видна? Может, снять ее как-то?

– Не беспокойся, мастеру это не помешает. А вообще через час-два она исчезнет, если не подпитать ее Ки.

Увидев мое недоумение, проводник хлопнул себя по лбу:

– Я забыл, что ты не учился в школе. Самое сложное – это создать какую-то магию, по-научному – задать импульс. В зависимости от вложенной энергии, результат волшебства может быть бесконечен или ограничен во времени, но если ты захочешь продлить его эффект, то хватит и небольшого вложения Ки для подпитки – тогда магия будет действовать до конца энергии. Так что если хочешь, то можешь вкинуть немного Ки в иллюзию и ходить с рваной рукой хоть до конца жизни.

Тут лицо мальчишки резко посерьёзнело:

– Слушай, мастер – очень строгий человек. Лучше бы тебе помалкивать и соглашаться со всем, что он тебе предложит. Учти, кроме него сделать такую татуировку никто не сможет. Также у него сдашь Ки в качестве оплаты. Не пытайся скрыть какие-то доли, выдай все, что сможешь, сам понимаешь, мы в тебя вложились прилично, так что те дохлые единицы Ки не смогут окупить наши старания. Потом, когда закончите, выходи сюда, я буду ждать. Уж так и быть, даже угощу едой на дровах, – тут Старший Брат подмигнул.

После такой речи я внезапно застеснялся. Как меня бесила эта черта характера! Стесняться могут богатые, успешные люди, но нищему стесняться вообще нельзя. Нищий должен быть готов ко всему: к пинкам, к грязи, к унижению, к неожиданным подачкам… Но я стеснялся. Стеснялся своего таланта, бедного дома, отсутствия отца, сейчас же стеснялся войти в дом к человеку, который способен вытащить меня из той ямы, куда я сам себя же и затолкал.

Сжав кулаки, я толкнул дверь и вошел в дом.

Пустая комната. Ни коврика, ни стула, ни коробок на полу. Вторая дверь была полуоткрыта. Оттуда пахло дымом и огнем, потрескивали дрова, к дыму примешивался аромат чего-то вкусного, что я когда-то пробовал, но уже успел забыть.

– Дым – это всего лишь еда. Не пожар, – для себя тихонечко повторил я и шагнул внутрь.

В левом углу комнаты большими камнями был отгорожен кусок пространства, там плясали оранжево-красные плети огня, ласково обнимая железный котел, в котором что-то бурлило. Дым ниткой вытекал в отверстие в крыше. Иногда отдельное облачко пыталось выйти за пределы каменной границы, но незримая стена не давала ему пройти, и его затягивало в то же самое отверстие. В центре комнаты стоял грубовато сработанный деревянный стол.

А за ним сидел весьма примечательный мужчина. Рост его я определить не мог, но и без этого было понятно, что такой точно не затеряется в толпе. Длинные черные волосы, заплетенные в косу до пояса, красивые, даже утонченные черты лица, обезображенные глубоким шрамом, тянущимся от внешнего угла правого глаза до левого кончика рта, темно-коричневые глаза. Словно потомственный аристократ из Белого района спустился к обычным смертным.

Я растерялся и не сразу догадался поклониться ему. Опустив голову, я переживал, не рассердился ли мастер из-за моей нерасторопности и стоит ли мне упасть на колени перед ним.

– Надо же, действительно, семерка, – услышал я его низкий бархатный голос, но все же не решился поднять голову. – И чем такой малыш мог заинтересовать Мин Чиня? Не расскажешь мне?

Я продолжал стоять, склонившись, и не говорил ни слова. Я не знал, что ему ответить. Правду? Тогда какой смысл был во всех моих попытках сбежать. Соврать? Но я чувствовал, что этот человек с первого звука сможет распознать мою ложь.

Тут мастер засмеялся, и от этих звуков по спине пробежали мурашки. Это определенно был неординарный человек.

– Не бойся, малыш. Пусть твои тайны останутся твоими. Мы сами решили помочь тебе и назначили оплату, поэтому не считай себя обязанным. Садись, я сделаю тебе обещанную татуировку.

Я медленно выпрямился и сел на указанный стул. На столе уже лежали инструменты: иголки разной длины, от одного до пяти сантиметров, тушь разных оттенков, несколько чистых кусочков ткани. Мужчина взял меня за левое запястье, устроил руку, как ему было удобно, и пристально посмотрел мне в глаза:

– Малыш, будет больно. Иногда очень больно. И все это только для того, чтобы сделать ничего не значащую картинку на плече, которая не сможет обмануть примитивную магическую проверку. Ты согласен на это?

Пересохшими губами я прошептал:

– А у меня есть выбор?

Мастер улыбнулся краешком рта:

– Конечно. Ты можешь остаться жить в Черном районе, ходить с мужчинами в Лес, добывать мясо и дрова. Не думаю, что ты сможешь продержаться больше пары лет с твоим талантом и телосложением, но обещаю, это будет достойная и интересная жизнь.

Другой вариант – вернуться к воротам Серого района и сказать, что ты и есть та самая семерка, которую ищет мэр. Тебя быстро вытащат и отведут в Белый район. Что будет дальше – не знаю, но думаю, что ты можешь представить себе продолжение.

Третий вариант – пристроиться к каравану торговцев. Тебя могут убить, могут продать, как раба, а могут сжалиться и обучить торговому делу.

Четвертый – тайком вернуться в Серый район без поддельной печати и попытаться выжить так, как ты делал это раньше.

Пятый – пойти в лес, найти какой-нибудь магический реликт, увеличить свою силу, обучиться в другом городе на великого мага, а потом вернуться сюда и стереть этот город с лица земли.

Как видишь, вариантов существует бесконечное множество, и на каждом пути тебя ждут свои сложности и свои решения. Татуировка – это не выбор, это лишь средство, облегчающее тебе дорогу, да и то лишь на некоторых путях. Поэтому ты должен выбрать, куда хочешь пойти.

Я молчал. Мастер говорил слишком сложные вещи. Как я могу выбирать свой путь? Разве он не был предопределен в тот момент, когда магическая печать коснулась моего плеча? Разве не семерка решала за меня? За меня и мою маму.

– Что ж, видимо, ты сейчас не готов выбрать. Тогда позволь немного облегчить тебе дорогу. Возьми эту палочку в рот. Когда будет очень больно, сожми ее зубами, только не отдергивай руку. Магическая печать довольно сложна и располагается на разных уровнях кожи и плоти, поэтому чтобы моя татуировка не отличалась от нее, мне придется протыкать твою кожу как чуть-чуть, так и довольно глубоко. Готов?

И первая игла вошла под кожу.

* * *

Мастер закончил пытку только через пять часов. Целых пять часов я сжимал зубами горьковатую палочку, раздергав ее на волокна и пропитав ее соком всю глотку. Пару раз меня стошнило желчью от голода и противного вкуса. Мастер же только подставил котелок, дал глотнуть воды и продолжил втыкать иглы.

– Теперь готово. Принимай работу, – с довольным видом произнес он.