Конец времени

— Маленький человек, — сказал он. — Доктор, неужели ты думаешь, что сможешь победить крашоков?

Доктор посмотрел на него и спокойно ответил:

— Нет. Думаю, что нет. Сомневаюсь в этом. Но попробовать никогда не мешает. Попытка не пытка.

— И с тобой очень сложно. — Грелт повернулся к остальным крашокам, которых, кажется, забавляло происходящее.

— Да, — не стал отрицать Доктор. — Хорошо. — Он обошел вокруг центрального стола и уточнил. — Это оборудование для калибровки устройства вечности?

Грелт замер и резко повернулся к Доктору:

— Что ты знаешь?

— О, я просто нашел кристалл вечности, украл его у темных наследников, снова посетил Карагулу, чтобы узнать, для чего он им нужен. Прекрасная планета. Эти чрезмерно темные помещения довольно милые, вам не кажется? — Он вздохнул и кивнул, словно вспоминая. — Ах, вы же с ними встречались на Урсулонамекс, не так ли. Планета Забвение. Сейчас там довольно много того, что стоит забыть. — Его голос стал более жестоким. — Но вы об этом знаете, не так ли?

— Я прикажу убить вас, — сказал Грелт. — Но сейчас у меня есть куда более лучшая идея. — Слюна, капающая с одного из клыков, попала на обувь Доктора.

— И что же это будет? — Поинтересовался он.

— Вы будете смотреть на то, как мы победим, — сказал Грелт, кивнув на оборудование. Отсчет дошел до нуля, а машина обнадеживающе пискнула.

— Что это? — Спросил Доктор. — Разумеется, все это впечатляет, но может, наймемся чем-то еще? Мне уже надоела слюна, капающая на мои кеды.

— У нас есть расчёты, — продолжил Грелт, игнорируя Доктора. — Мы откалибруем устройство вечности, а затем активируем его. — Он повернулся к Доктору. — И ты увидишь это. Ты будешь бессильно смотреть на то, как армия крашоков станет непобедимой.

Доктор смерил командира крашоков непонятным взглядом.

— Скучно, — сказал он.

Актовый зал был огромным пространством в центре пространственного мозга. Места поднимались от центральной трибуны к краю.

На столах во внешнем кольце были встроенные компьютерные терминалы.

Гизелла была удивлена тем, сколько было в зале учителей и учеников. Они заполняли зал едва на треть. Большая их часть собралась вокруг учителей, что разглядывали экраны позади зала.

— Все это политика, — сказал Клеб. — Мы не получаем финансирования, а количество грантов уменьшается. Родители не стремятся дать свои детям лучшее образование, если это подразумевает большие деньги, что нужно вложить в него.

На этих словах мистер Гершвин и несколько учителей повернулись к Клебу и Гизелле.

— Смотрите, крашоки отступают. Вы можете посмотреть и убедиться, что их жизненные показатели перемещаются к кораблю.

— Может быть, они получили то, за чем пришли. — Сказал Клеб.

— В этом случае, Доктору не повезло, — печально сказала Каффея.

Гизелла покачала головой.

— Доктор никогда не сдается. У него может быть план Б, но он точно не сдается.

— Что еще за план Б? — спросил мистер Гершвин.

— Это значит, что первоначальный план сорвался, — сказала Гизелла. — И что, скорее всего ему нужна наша помощь.

— Здесь другой жизненный показатель, — сказала мисс Ренфрю, склонившись над экраном. — Наверное, ошибка. Человек не может иметь два сердца.

— Доктор, — сказала Гизелла. — Крашоки забирают его на борт. — Она посмотрела на Клеба и Каффею, а затем перевела взгляд на учителей. — Пришло время для нашего собственного плана Б. — Сказала она.

— А, так мы идём к комнате вечности, — вежливо сказал Доктор. — Отсюда налево.

Командир Грелт посмотрел на него. Его кибернетические глаза были расширены.

— Просто догадался, — успокоил его Доктор. Пока его план работал. Ему удалось настолько отвлечь Грелта, что его не обыскали. И он все еще был жив, и его даже вели в центр управления, что Доктор считал дополнительным бонусом. Даже лучше, что они сами ведут его туда, куда ему нужно. Теперь, когда расчеты были завершены, комната вечности была единственным местом, где Доктор мог остановить запуск устройства.

Разумеется, не все было так радужно. И к этому можно было отнести то, что его крепко держали два крашока, которые наверняка убьют его, если он попытается сбежать, или саботировать устройство. Или сделать это одновременно.

Разумеется, он уже видел устройство вечности, когда был здесь с Гизеллой, поэтому было легко притвориться, что оно его не впечатлило. Разумеется, было весьма досадно, что при устройстве было еще два охранника.

К устройству подошел еще один крашок, начав его отключение. Очевидно, он собирался заняться калибровкой.

Доктор знал, что у него только один шанс на то, чтобы сбежать. Всего одна секунда, когда он сможет вырваться. И потом еще одна, когда он сможет действовать.

Без включенного питания кристалл вечности поблек. Единственным светом в помещении было само устройство. И свет был такой, что в основных источниках света просто не было потребности. Когда устройство вечности было отключено, то комната погрузилась в темноту.

Доктор был к этому готов. Он почувствовал, как хватка на его руках ослабла, когда крашоки поняли, что они не могут видеть и начали перестраивать свое зрение в инфракрасный режим. Это займет доли секунды.

Доктор освободился и побежал. Не к выходу, но прямо к устройству вечности. Если он был прав, если ему повезет, то у него будут доли секунды до того, как он сможет сорвать активацию устройства.

Охранники быстро адаптировались к полумраку и бросились ха Доктором, быстро приближаясь к нему, пока он мчался по огромной палате. Когтистая рука схватила его за пальто. Металлические зажимы схватили его за рукав, и тот активировался свет.

Крашоки, у которых был активирован режим ночного видения, были снова ослеплены. В эту же долю секунды, Доктор метнулся в сторону сердца устройства, потянувшись к кристаллу, и почти сразу же массивная лапа отшвырнула его прочь.

Командир Грелт навис над Доктором. Его кибернетические части тускло блестели в белом свете. Он знал, что у Доктора не было времени на саботаж систем, но он хотел, чтобы на всякий случай их все равно перепроверили. Полная проверка систем должна была показать, что устройство в порядке.

— У тебя ничего не подучилось, Доктор, — просипел Грелт. — Твои планы провалились. — Он кивнул охранникам, что подняли свои бластеры. — И теперь ты умрешь.

8. Контратака

Доктор встал на ноги и уставился на бластерные стволы, что были направлены на него. Он закрыл глаза и поэтому пропустил то, что произошло дальше.

От командира Грелта послышался яростный крик. Доктор открыл один глаз и увидел, что огни снова погасли. Почти сразу же появилась яркая вспышка, а затем снова темнота. Снова вспышка и снова темнота.

— Доктор, бежим отсюда! — Крикнул Кто-то. Это была Гизелла.

Крашоки не могли адаптироваться. Если они перестраивали свое зрение на инфракрасное, то их слепил свет. Если они перестраивали его на нормальный спектр, то они не могли видеть в темноте.

Это не значило, что Доктор мог хорошо видеть окружающее, но он слышал Гизеллу и помнил, где находится дверь.

Он побежал в ту сторону, и крашоки начали стрелять, ориентируясь на звук его шагов. Но из-за пораженного зрения они не были точны, и, если не считать ошпаренной лодыжки, Доктор был невредим.

— Спасибо, что пришли, — сказал он Гизелле, сияюще улыбнувшись Клебу, Каффее и мистеру Гершвину. И они побежали.

— Порошок магния, — объяснил Клеб, когда они направились обратно в пространственный мозг.

— Что ты забрал в химической лаборатории, когда работал над своей дымовой шашкой?

— Верно, — кивнул Клеб.

— И ты еще ничего не видел, — добавила Каффея.

Послышался стук и звуки бластерного огня.

— Думаю, нам лучше спешить, — сказал Доктор. — Кажется, крашоки не слишком нам рады. Хотя их устройство вечности готово к работе.

— Они готовы его активировать? — Потрясённо спросила Гизелла.

— Как только они загрузят результаты.

— Я думаю, что знаю, как мы сможем остановить их из актового зала, — сказал Клеб.

— Сначала нам нужно дойти туда, — сказал Доктор.

— Оставь это нам, — сказала Каффея.

Они дошли до коридора, что вел к актовому залу. Крашоки догоняли их. Очевидно, побег Доктора их огорчил.

— Они поймают нас еще до того, как мы доберемся, — сказал Доктор. — Я останусь и куплю немного времени, чтобы вы могли взломать их системы.

— Я думаю, что так не пойдет, — сказал мистер Гершвин. — У нас все готово, не так ли? — Спросил он у Гизеллы, Клеба и Каффеи.

— Да, — сказала Каффея.

— Разумеется, — ответил Клеб.

— Оставь все нам, Доктор, — сказала Гизелла.

Только сейчас Доктор заметил лежащую на полу длинную веревку. Сначала он подумал о том, что она просто лежит там, но, когда он подошел ближе, то заметил фигуры детей, что прятались в дверных проемах, сжимая концы веревки. Некоторые плиты пола были удалены, так, что обнажались кабели под ними. Оставшееся пространство напоминало площадку для игры в классики.

За последним и довольно крутым поворотом было еще больше детей, за которыми присматривал профессор Априкотт. Они сжимали ведра, но Доктор не видел, что именно в них было.

Судя по звуку, крашоки были недалеко, но Доктор был почти уверен в том, что случится, когда они дойдут до веревки.

Он услышал гневные крики, и шум падающих тел, который сменился криками детей, быстро уносивших ноги. Царапающий звук и все больше бегущих ног. Это были дети, что были в районе плит, где крашоки начали падать на обнажившиеся кабели. Бластерный огонь усилился, но смех не умолк.

Доктор и остальные достигли актового зала, пропуская вперед детей. Некоторые из них сжимали пустые ведра, и профессор Априкотт выглядела весьма довольной собой. Но из действия не имели серьезных последствий за исключением того, что они очень разозлили крашоков.

— Что было в ведрах? — Спросил Доктор, когда они дошли до двери.

Профессору Априкотт пришлось отдышаться, прежде чем ответить.

— Они с кухни.

За плечом профессора Доктор увидел, как командир Грелт направляет на него бластер. Но, до того как выстрелил, он упал на пол. Словно пол не мог удержать его. Крашоки, что доходили до него, также катались, словно шары для боулинга.

— Смесь растительного масла и желе, — сказала Доктору профессор Априкотт. — Мне кажется, что это отлично сработано, не так ли?

— Я так не думаю, — сказал Доктор, отступая в сторону, чтобы пропустить вперед детей. — Это просто гениально. Но я думаю, что это настолько разозлило крашоков, что они не упокоятся, пока не перебьют всех нас. — Они закрыли двери, и Доктор активировал отвёртку, чтобы их запечатать. — Боюсь, что это не задержит их надолго, — сказал он.

Клеб работал на мониторе в конце зала. Доктор и остальные поспешили к нему.

— Если я смогу взломать системы крашоков. То я смогу создать компьютерный вирус, что повредит их данные. — Сказал Клеб. — Может, они и закончили расчеты, но ответы будут уничтожены.

— Разве они не смогут снова ими заняться? — Спросила Гизелла:

Клеб уныло кивнул:

— Но это выиграет нам несколько больше времени, что позволит саботировать их оборудование.

От двери раздался звук взрыва. Металл был помятый и побитый, словно в него впечаталось что-то тяжелое.

— Я могу и ошибаться, — сказал Доктор, — но мне кажется, что они будут здесь буквально через несколько минут.

9. Активация

— Вирус работает! — Завил Клеб.

В этот самый момент дверь слетела с петель. Сквозь дым, в зал пробралась группа крашоков.

— Мы сдаемся! — Сразу заорал Доктор. — Никого не убивайте, мы сразу же капитулируем!

Командир Грелт двинулся к центральной зоне, не сводя взгляда с детей и их учителей.

— Вы все теперь узники крашоков. — Сказал он. — Возможно, мы оставим вас в живых. Или нет. — Он быстро повернулся к Доктору и его друзьям. — Доктор, вы и ваши друзья отправятся на корабль для наказания.

— Ох, — сказал Доктор. — Для наказания? Дополнительное домашнее задание? Придется задержаться после уроков остаться без чая.

— Тише! — Зарычал Грелт. — Командир Джорак отведет вас на наш корабль. Шевелитесь!

Доктор спокойно посмотрел туда, где стоял Грелт. Гизелла, Клеб и Каффея последовали за ним. Гизелла посмотрела на мистера Гершвина и остальных учителей.