И смерклося рано.
И день суеты, кутерьмы
Тьмой ночи проглочен, безлунной, беззвездной, огромной.
как всё во вселенной, -
И радостно грезится мне,
С. 44. «Розовело небо, задыхался колокол.». «…»Парус. 1933. № 11.
Локоть к локтю туго…
Старичок моргал, посапывал, но бодренько
Двинулся за угол.
Тут-то и промчались с громом каски медные,
Тут его и сбили.
И опять помчались с ветром люди бледные,
Рев автомобилей,
С. 45. «Ты помогала мне в успехе…».
С. 46. «На сердце пусто и мертво.».
С. 47. «Я грею ледяную руку.».
С. 47. Русский художник. «…»Парус. 1933. № 11.
С. 48. Отказ.
С. 49. На балу.
Всё ввысь взлетело,
Швейцары
У вешалок, стоя, спят.
Недаром, недаром Тяжелый мой жаден взгляд…
Как страшно и грустно,
Добра и заботы свет,
Что, как ни больно,
А иного выхода нет…
С. 52. Хотелось бы.
С. 53. Почему?
С. 55. Прекрасный мир.
С. 56. Отрочество.
Мятущаяся голова,
Сожженные на свечке руки,
Самозаклятия слова, -
Смех гордеца, поднятье штанги,
Гимнастика, придя домой,
И жалостное олимпийство,
Приобретенное в тиши…
Но с прежней силой сердце жжет.
Ведь память всё в своих подвалах Равно любовно бережет.
Копия В. Перелешина – собрание Е. Витковского; редакция авто-риз. машинописи.
С. 57. «Я сегодня от скуки далек…».
С. 57. В раздумьи. Р. 1934. № 34. В
С. 58. Стихи о разлуке. Р. 1934. № 36.
С. 60. Жизнь. Р. 1934. № 38.
С. 61. Война и мир.
С. 61. Обновленье. Ч. 1934, окт. – Р. 1934. № 45. –
С. 63. «Отряхни свою внешнюю скуку.». Р. 1934. № 50.
С. 64. Твердость. Р. 1934. № 52.
С. 65. «Как мало светлых снов сбывалось!..».
И эта черная земля,
И чахлые ночами звезды,
И ветер, воющий в полях,
Бездумный, бездомный, –
С тоской: «не бывать мне в Москве», –
Я завтрак свой скромный
Жевал в низкопробном кафе.
Вдруг с улицы люмпен
Ко мне – со спины – подошел.
Жуя, мы не любим,
Чтоб нищий торчал над душой.
Достал я десятку
(В войну это два-три гроша)
И сунул, как взятку,
Чтоб освободилась душа…
Но он не отходит, –
Ночлежек дитя и трущоб, –
Гнусаво выводит:
«Пожалуйста, мистер, еще…»
Жую я закуску
И злюсь, что торчит над душой
Сей спившийся русский…
До ручки, как видно, дошел.
Я сам не без тягот
Живу – тем и жив, что не пью…
И тут я беднягу,
Всмотревшись в лицо, узнаю.
Лицо непохоже,
Одежда в пуху и в пыли,
Но это ж… Сережа
Данилов (мы вместе росли).
С тех пор лет пятнадцать
Прошло – он меня не узнал…
Как мог так сорваться?
Как скоро он рухлядью стал!..
Со свистом вздыхая,
Зачем он стоит над душой?
Зачем он в Шанхае?..
Я вздрогнул и встал и ушел.
Ушел воровато
И думал о нем целый день…
Какие утраты!
И сколько развалин-людей!..
Я думал уныло,
С неделю бродя сам не свой:
«Сережа Данилов –
Частица меня самого.
Давно ли, упрямый,
Я стал, как есенинский клен,
Опавший, и сам я,
И сам я не очень силен…
Всё видя, всё зная,
Себе мы не в силах помочь…
Вся жизнь – как сквозная,
Почти непроглядная ночь!»
Но нет! Всё это было, и – не зря!..
…В то утро (буду протокольно краток)
Сошлись в палате мы, его друзья.
Молчим и прячем от него глаза.
И он заговорил:
«Не надо пряток,
Да и от правды спрятаться нельзя…
Живем на политической помойке,
Под оккупантами, чуть не в плену.
Но я – и лежа вот на этой койке –
Настроен на московскую волну.
Конечно, танк пером не протаранишь,
И пишмашинка – жаль! – не автомат,
Но мы-то стали жить не так, как раньше,
Нам жить и дальше – Гитлер в общем смят…
Жить!» – повторил он, сам уже весь выжжен
Бессонницей, сразившею его…
Вздохнул рывком и лег, навек недвижен,
Глаза – как лед, лицо – как мел, мертво…
......
И если я что смыслю в ленинизме,
Я этот смысл, по-моему, извлек
Из этой щедрой, хоть недолгой жизни…
Мне эта смерть – опора и урок!
Когда-то виденным во сне…
И – что ни думай, ни гадай -
Авториз. машинопись –
С. 66. «Да, я бесчувственен, негибок…». Р. 1934. № 25.
С. 67. «Ничего не пропадает даром.».
С. 67. «Ничего у тебя не прошу.». Р. 1935. № 13.
С. 68. Живая муза. «…»Феникс. 1935. № 6. Печ. по
С. 69. Два поезда. «…»Р. 1935. № 6. –
С. 70. «Одно ужасное усилье.».
С. 71. Музыка.
С. 72. Ничего.
Шанхай. 1937-1946
С. 73. «Я этого ждал…».
С. 75. Встреча.
С. 77. Пианистка.
Быть может, тут гипноз иль плоти пыл?
Быть может, музыка слила их души?
Быть может, человек тут не задушен?
Нет, проще, проще, – он ее купил.