Тень алхимика

Чудовище с яростью бросилось на стену, и Люси прикрыла голову руками. Она лежала на спине в темноте, уверенная, что в любой момент стена может обрушиться на неё. Но вот чудовище взревело в последний раз, и Люси услышала, как топот его копыт начал удаляться. Через секунду стало совершенно тихо.

– Оно ушло? – прошептала Агата.

Оливер включил фонарик на часах, и Люси, моргая, огляделась по сторонам. Судя по старинным стенам с обшивкой из планок, они лежали в одном из потайных тоннелей Блэкфорд-Хаус. Обычно Люси не нравилось находиться в этих потайных тоннелях. Они были тёмные, узкие и странно пахли. Однако теперь она не променяла бы их даже на пляж на Багамах.

Люси повернула голову, и в затылке появилась пульсирующая боль. Она сильно ударилась о пол, но почувствовала боль только сейчас. В потайном тоннеле пахло ещё более странно, чем всегда, – чем-то вроде прокисшего молока.

Люси повернула голову в другую сторону и обнаружила, что запах исходил от Кенни. Алджернон неподвижно лежал рядом с ней, а жутковатое лицо самурая находилось так близко от Люси, что она могла бы его поцеловать.

– Фу, мерзость! – пробормотала Люси и отползла подальше. Дети с трудом поднялись на ноги. Люси с облегчением вздохнула. Они были все вместе и не пострадали.

– Мне следовало догадаться, – сказала Агата, отряхивая с себя пыль. – Это не просто какое-то чудовище, а Минотавр.

– Минотавр? – переспросил Оливер. – Как в Древней Греции?

– Точнее, на Крите. Насколько я помню, боги решили за что-то наказать царя Крита, и его жена произвела на свет Минотавра. Царь построил лабиринт, чтобы спрятать своего сына. В нём Минотавр мог жить, но не мог оттуда сбежать.

– То есть это была тюрьма? – спросила Люси.

– Или дом, в зависимости от вашей точки зрения. Лабиринт защищал самого Минотавра, но он также защищал от него всех остальных. – Агата огляделась по сторонам. – Мне следовало бы сразу догадаться. Блэкфорд-Хаус превратился в лабиринт. И в конце концов какой лабиринт без Минотавра? Они должны быть связаны!

Алджернон крепко прижал к себе Кенни и начал шумно дышать. Он был напуган. Они все были напуганы. Где-то поблизости скрывался Минотавр, а Блэкфорд-Хаус превращался в его дом. Люси собственными глазами видела, как на чердаке вырастал лабиринт!

– Минуточку, – сказала Люси, потому что до неё вдруг стало доходить. – Думаешь, Минотавр делает то же, что пытался сделать Эдгар Блэкфорд? То есть превращает дом в место, где он мог бы жить? Только вместо того, чтобы изменять его снаружи, Минотавр меняет его изнутри.

– Думаю, это возможно, – ответила Агата, и Алджернон принялся жестикулировать. – Алджернон говорит, что лабиринт, по-видимому, мешает Минотавру так же, как и нам. Совершенно ясно, что он тоже восприимчивый, как и сам дом, так что, возможно, Блэкфорд-Хаус создаёт этот лабиринт в качестве тюрьмы для Минотавра. Как в мифе.

Оливер поправил очки и огляделся по сторонам.

– Но если Блэкфорд-Хаус может превратиться в лабиринт, – начал он, – то почему он не сделал этого раньше? Когда Эдгар Блэкфорд пытался захватить дом?

Алджернон пожал плечами и сделал жест рукой.

– Эдгар Блэкфорд не был Минотавром, – перевела Агата. – Возможно, чудовище слишком сильное, и Блэкфорд-Хаус не может его изгнать. Поэтому он делает совершенно противоположное. Он пытается заключить его в темницу.

Дети задумались, и по телу Люси пробежала дрожь. Если Блэкфорд-Хаус превращался в тюрьму для Минотавра, то это означало, что он превращался в тюрьму и для них.

В этот момент в коридоре рядом с чердаком послышался громкий скрип. Оливер направил туда фонарик, и Люси обнаружила, что стена, загородившая их от Минотавра, была сделана из солнечного камня. Скрип доносился изнутри.

Агата прижала ладонь к стене.

– Стена вибрирует. Я это чувствую!

Люси дотронулась до стены. Агата ошибалась. Стена не просто вибрировала, она дрожала, как папин старый электрический генератор, но только бесшумно.

Оливер с трудом сглотнул.

– Нам надо выбраться отсюда, пока эта стена не изменилась, – сказал он.

– Так точно! – ответил из темноты голос, и дети подпрыгнули на месте. Оливер навёл на стену свой фонарик, и Люси увидела, как внизу в темноте сверкнул глаз.

– Фенниш! – Люси взвизгнула от радости и подхватила крысёнка на руки. – Как же я по тебе соскучилась!

Люси обняла и поцеловала его. Фенниш был тёплым, и Люси чувствовала, как бьётся его сердце.

– Как ты нас нашёл?

– У страха сильный запах, – спокойно ответил Фенниш, и Агата прижала к себе брата. Близнецы выглядели напуганными, и Люси невольно хихикнула. Она так привыкла к говорящим животным, что совершенно забыла, что другим это могло показаться странным.

Люси представила близнецам Кодзимам Фенниша, а потом Оливер спросил у него, что происходит. Крысёнок хрипло вздохнул и спрыгнул на пол.

– Зло снова пытается завладеть Блэкфорд-Хаус, – ответил он, подходя к тёмному тоннелю. – Но только на этот раз изнутри.

– Значит, я была права! – воскликнула Люси. – Минотавр строит для себя дом!

– Скорее, нечто строит дом для Минотавра. В Блэкфорд-Хаус появилась чёрная магия. Я видел её собственными глазами: ползучая темнота, заражающая всё, к чему прикоснётся. Она превращает дом в лабиринт, а предметы внутри… Даже не знаю, во что они превращаются.

– Лошадка-качалка, – вспомнила Люси. – Она ожила, когда до неё дотронулось изображение Эдгара Блэкфорда!

– Значит, ты тоже это видела, – ответил Фенниш, и все кивнули, кроме Алджернона, который снова принялся жестикулировать.

– Алджернон спрашивает, не может ли это быть какой-то сложной системой защиты, – перевела Агата. – Допустим, Минотавр принёс сюда чёрную магию, а Блэкфорд-Хаус теперь пытается заточить его в темницу? В конце концов лабиринт нас спас.

Фенниш покачал головой.

– Лабиринт вас не спас. Это был дом. Блэкфорд-Хаус прилагает все силы, чтобы избавиться от чёрной магии и защитить нас. Но теперь, когда часы остановились, боюсь, лабиринт побеждает.

– Ну конечно, – пробормотал Оливер. – Чердак на самом верху дома…

– Какое он имеет к этому отношение? – спросила Люси.

– На естествознании нам говорили, что дерево умирает с верхушки. Возможно, с Блэкфорд-Хаус то же самое. – Оливер направил свет фонарика на стену из солнечного камня. – Поэтому лабиринт полностью захватил чердак, кроме этой стены. Блэкфорд-Хаус умирает с крыши, а значит, его магия там слабее всего.

Фенниш задумался.

– Тогда нам надо идти вниз.

– Фенниш, ты не знаешь, где Торстен? – внезапно спросила Люси. – Мы слышали его голос. Кажется, он ранен!

Фенниш собирался было ответить, но тут в тоннеле раздался громкий треск, похожий на треск дерева. Дети испуганно огляделись, и Оливер направил фонарик на стену из солнечного света. Люси ахнула.

Посреди стены, вдоль линии стыка каменных блоков змеилась длинная трещина. А с одной стороны трещины кирпичи прямо на глазах у Люси превращались в те же самые блоки, что они видели на чердаке. Блоки лабиринта!

– Видите? – воскликнула Агата. – Мистер Фенниш прав. Чёрная магия захватывает дом!

– Блэкфорд-Хаус пытается остановить своё превращение в лабиринт, – сказал Фенниш, вглядываясь в темноту. – Но чёрная магия слишком сильна.

В солнечном камне появилась вторая трещина, на месте кирпичей возникли блоки лабиринта, а потом потайной тоннель начал грохотать и трястись. На пол посыпалась штукатурка и дощатые планки, раздался ужасающий треск, и стены начали сближаться.

– Бежим! – крикнул Фенниш, бросаясь в тоннель. Оливер поспешил за ним, освещая путь своими часами. Близнецы старались не отставать. Люси бежала последней. Вскоре она почувствовала за спиной порыв ветра, и тоннель с грохотом сомкнулся в темноте. Люси не осмеливалась оглянуться. Она была так напугана, что едва могла дышать.

– Быстрее! – кричал Фенниш. Люси видела, как он нёсся впереди, и фонарик Оливера освещал только его хвост. Пол вздыбился и задрожал, треск стал оглушительным, и тёмный тоннель продолжил сужаться.

Агата кричала Алджернону, чтобы он бежал быстрее, и вскоре Люси в темноте потеряла их из виду. Тоннель круто свернул в сторону и стал таким узким, что она застряла!

Люси закричала от ужаса, уверенная, что её вот-вот раздавит, но Алджернон схватил её за руку и вытащил наружу. Вместе они побежали вниз по крутому откосу. Люси смутно отметила, что здесь тоннель был шире, но только когда пол снова стал ровным, она поняла, что треск и хруст прекратились.

Однако все продолжали бежать, пока Фенниш не привёл их к потайной двери в книжном шкафу, за которой двумя месяцами ранее Люси пряталась от мистера Куигли. Свет падал в дырку от пули, выпущенную в неё стариком.

Фенниш нажал на потайной рычаг, книжный шкаф раскрылся, и дети оказались в библиотеке. Там их уже ждали Меридиан и Торстен. В комнате было тепло и светло – повсюду горели факелы, а в камине ревело пламя, но Люси даже не успела перевести дух.

– Торстен! – крикнула она и бросилась к нему. Собачка лежала в большом кожаном кресле. Она стонала и тяжело дышала. Шея Торстена была в крови, а глаза закрыты. Рядом стояла обеспокоенная Меридиан.

– Мисс Люси, – прохрипел Торстен, приоткрыв глаз. – Как я рад увидеть тебя в последний раз…

– Что произошло? – спросила Люси. Она положила ладонь на лоб Торстену. Собачку лихорадило, и она вся дрожала.

– Его ранило чудовище, – ответила Меридиан.

– Но это ещё не всё, – добавил Фенниш, подбежав к раздвижным дверям библиотеки. – Чёрная магия заразила и его тоже. Так же, как заразила дом.

Фенниш распахнул двери. На месте гостиной появилась ещё одна комната, залитая светом факелов, от которой ответвлялись коридоры. А на месте десятифутовых окон над диваном с бархатными подушками теперь находился вход в огромный коридор.

Люси застонала, но сейчас ей надо было беспокоиться о другом. Она должна была помочь Торстену!

– Мазь из солнечного камня! – выпалила Люси и бросилась к склянкам в книжном шкафу. Если только удастся найти мазь, она сможет вылечить Торстена, как вылечила Фенниша, когда он сбежал от Гарра.

Люси застыла на месте и отругала себя за глупость. Они использовали всю мазь два месяца назад, чтобы победить Эдгара Блэкфорда.

Люси закричала от досады. Но Алджернон посадил Кенни на диван, подошёл к столику для химических опытов и принялся листать дневник Роджера Блэкфорда.

Он быстро нашёл то, что искал, и вытащил из шкафа химикаты. Зазвенели банки и стаканы, что-то зашипело, и прежде чем Люси успела понять, что происходит, Алджернон приготовил целую банку столярного клея. Люси сразу поняла это из-за запаха. К тому же на одной из использованных им склянок была надпись «Пыль тёмного дерева».

– Нет, нам нужна мазь из солнечного камня! – крикнула Люси, но Алджернон подбежал к Торстену и начал намазывать его рану клеем. Собачка дёргалась и стонала, а потом над шеей Торстена поднялись тонкие завитки ярко-фиолетовых искр, и его рана начала закрываться.

Все вскрикнули от удивления. Через несколько секунд искры исчезли, и на их месте остался тонкий лиловый шрам. Алджернон снял галстук-бабочку и забинтовал им шею Торстена. Собачка раскрыла глаза и уселась на кресле, высунув язык и махая хвостом.

– Так намного лучше, – сказал Торстен и лизнул Алджернона в щёку. Алджернон улыбнулся и закрыл банку со столярным клеем крышкой. Дети с изумлением переглянулись, а потом Люси упала на колени и подхватила Торстена на руки. Он облизал ей лицо.

– Спасибо, Алджернон! – воскликнула Люси. – Но откуда ты узнал, что это сработает?

Алджернон принялся жестикулировать и указал на дневник Роджера Блэкфорда.

– Похоже, не только я одна сегодня встала рано, – с улыбкой ответила Агата. Алджернон поднял большие пальцы вверх, а Меридиан принялась тереться о ногу Люси.

– Я так рада тебя видеть. – Люси погладила кошку по голове. – А где остальные? Где Реджинальд и Несси?

Меридиан и Фенниш тревожно переглянулись.

– Реджинальд и Несси исчезли после того, как мы тебя спасли, – ответила Меридиан. – А остальные… В последний раз, когда мы их видели, чудовище загнало их в часовую комнату.

– К счастью, мне удалось сбежать, – объяснил Торстен. – Я пытался помочь остальным. Но это плохо закончилось.

– Когда я вас нашёл, я как раз искал часы, – продолжал Фенниш. – Но потайные тоннели или то, что от них осталось, тоже превратились в лабиринт.

У Люси сжалось сердце. Бедные животные! Живы ли они? Или же их постигла та же участь, что и мисс Грейвс?

– Мы ещё не представились, – сказала Агата, подходя к Торстену и Меридиан. – Меня зовут Агата Кодзима, а это мой брат Алджернон. Никто из вас случайно не видел, что произошло в часах? Мисс Грейвс не могла случайно включить механизм и освободить Минотавра?

Люси посмотрела на Оливера. Она чувствовала витавшее в воздухе напряжение.

– Рыжеволосая леди что-то сделала, – ответила Меридиан. – Прежде чем она закричала, я слышала звон металла. – Оливер застонал и обхватил голову руками. – Но точно знает один только Темпус. Когда это произошло, он был в часовой комнате. Он остался там вместе с остальными.

– Но той рыжеволосой леди там не было, – добавил Торстен. – В этом я совершенно уверен.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Агата.

– То, что и сказал, мисс. После того как мы заманили его в засаду, чудовище швырнуло меня и остальных в часовую комнату. Я метался по ней, стараясь скрыться от него, а затем мне удалось сбежать. И там не было ни следа рыжеволосой леди.

Внутри у Люси всё перевернулось. Бедная мисс Грейвс, наверное, чудовище съело её, решила она, но тут Алджернон подал Агате какой-то знак.

– Ты прав, Элджи, – сказала Агата. – Мисс Грейвс может быть жива!

– Погоди… что ты сказал? – удивилась Люси.

– Потайная комната, – объяснила Агата. – Когда мисс Грейвс освободила Минотавра, она могла скрыться внутри! Мы должны вернуться к часам. Мисс Грейвс по-прежнему может быть в потайной комнате!

– В потайной комнате? – переспросил Фенниш, но Агата уже зашагала к выходу. Внезапно раздвижные двери захлопнулись, и дом заскрипел и застонал, словно от боли. Агата изо всех сил пыталась открыть двери, но они были заперты. Торстен залаял на портрет Блэкфордов над камином.

У Люси замерло сердце.

Расплывчатое чёрное пятно, которое когда-то было младенцем Эдгаром Блэкфордом, стало больше. И как и Эдгар-тень в спальне, оно пыталось выбраться из картины!

– Чёрная магия! – воскликнула Меридиан. – Блэкфорд-Хаус пытается её остановить!

Пятно поднялось на несколько дюймов над холстом, а потом шлёпнулось назад и принялось крутиться и вертеться в руках Абигайль Блэкфорд. Люси не могла поверить своим глазам. Абигайль Блэкфорд пыталась сдержать пятно на картине. В следующее мгновение пятно вытянулось так сильно, что стоявшая на каминной полке ваза упала и разбилась о камин. Дети отпрянули, но тут Роджер Блэкфорд вытянул руки из картины и схватил пятно. Картина тряслась и гремела о стену.

Дети и животные выбрались из окон в коридор. Люси была последней, и как только она оказалась снаружи, за спиной у неё тут же возникла огромная стена из солнечного камня, заблокировавшая библиотеку.

У Люси бешено билось сердце, потому что всё происходило слишком быстро. Но одно она знала наверняка: им надо было вернуться к часам, чтобы спасти мисс Грейвс и остальных животных!

И тут из библиотеки послышался приглушённый грохот, и все вздрогнули. Меридиан бросилась к стене и прислушалась. Тишина, потом звон разбитого стекла и рычание. По телу Люси побежали мурашки. Пятно, изображавшее младенца Эдгара, сбежало из картины, тут же поняла она. В следующее мгновение оно начало колотить по стене из солнечного камня.

Вдоль стыка каменных блоков в центре стены побежали трещины, и Меридиан отскочила. Чёрные кирпичи из солнечного камня вдоль трещины превратились в сероватые глыбы лабиринта.