атастрофа — Тревога! Что делать против намеренного разрушения единства человека и природы?

Буржуазная идеология XIX столетия игнорировала значение природы в общественном труде. Маркс критиковал тогда ведущего буржуазного экономиста Адама Смита:

«После того как особые формы реального труда: земледелие, мануфактура, судоходство, торговля и т. д. поочередно объявлялись истинными источниками богатства, Адам Смит провозгласил труд вообще и притом в его общественной совокупности, как разделение труда, единственным источником материального богатства, или потребительных стоимостей. В то время как здесь он совершенно упускает из вида элемент природы, последний преследует его в сфере чисто общественного богатства, в сфере меновой стоимости» («К критике политической экономии», К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 13, с. 45).

Буржуазная идеология разжалует природу и преувеличивает возможности труда, развязывая его от его естественных предпосылок. Буржуазия присвоила себе как частную собственность природу качестве источника богатства и всё больше преобразовала природные ресурсы в товары.

Маркс и Энгельс критикуют Готскую программу

В 1875 г. состоялся объединяющий съезд тогда ещё революционной социал-демократической партии и основанного Фердинандом Лассалем Всеобщего немецкого рабочего союза (ВНРС) в Готе. Вильгельм Либкнехт отвечал в решающей мере за проект программы новой партии, так называемой Готской программы.

Незадолго до съезда социал-демократическая печать опубликовала проект программы. Маркс и Энгельс, пребывавшие в английской ссылке, увидели текст только таким образом. Фридрих Энгельс сразу написал Августу Бебелю:

«Программа эта такова, что в случае, если она будет принята, Маркс и я никогда не согласимся примкнуть к основанной на таком фундаменте новой партии» («Письмо А. Бебелю», 18-28 марта 1875 г., К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 19, с. 6).

С середины апреля по середину мая 1875 г. Карл Маркс сочинил научную полемику против проекта программы, скромно назвав её «замечаниями к программе Германской рабочей партии». Под заглавием «Критика Готской программы» этот текст позже стал одним из важнейших и самых распространённых сочинений марксизма-ленинизма в коммунистическом движении.

Этот проект программы Маркс называет «чудовищным покушением на распространённое в партийных массах понимание», «преступным легкомыслием» и «бессовестностью» («Критика Готской программы», К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 19, с. 25).

Наряду с утверждением, по которому труд был источником всего богатства, он критикует «бессмыслицу» называть все другие классы «лишь одной реакционной массой» в отношении к рабочему классу (с. 21). Он полемизирует против замена пролетарского интернационализма мягкими словами о «международном братстве народов» (с. 22). В заимствовании «железного закона заработной платы» Лассаля Маркс видит «поистине возмутительный шаг назад» (с. 24). Он разоблачает требование «учреждения производительных товариществ с государственной помощью под демократическим контролем трудящегося народа» как капитуляцию ввиду необходимого «процесса революционного преобразования общества» (с. 25) и чистый оппортунизм, которым партия идёт «вспять от точки зрения классового движения к точке зрения сектантского движения» (с. 26). Он бичует оппортунизм постулировать «свободное государство», вместо того чтобы стремиться к «революционной диктатуре пролетариата» (с. 27) в качестве государства социалистического переходного периода. Энгельс позже прибавляет дальнейшую принципиальную критику Маркса того, что в Готской программе вообще не идёт речь об обращении с профсоюзами. Они подлинная «классовая организация пролетариата», в котором пролетариат «ведёт свою повседневную борьбу с капиталом», и которая «является для него школой» («Письмо А. Бебелю», 18—28 марта 1875 г. К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 19, с. 4).

Было принципиальной ошибкой, что Вильгельм Либкнехт сделал критику Маркса и Энгельса секретным документом, утаивая её от съезда партии. Маркс догадался об этой уловке. 5 мая 1875 он написал:

«Здесь явно стремились сорвать всякую критику и не дать опомниться собственной партии» («Письмо В. Браке», К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 19, с. 12).

Без всяких околичностей Маркс выразил свою центральную критику относительно единства человека и природы:

«Труд не есть источник всякого богатства. Природа в такой же мере источник потребительных стоимостей (а из них-то ведь и состоит вещественное богатство!), как и труд, который сам есть лишь проявление одной из сил природы, человеческой рабочей силы. ‹…› Поскольку человек заранее относится к природе, этому первоисточнику всех средств и предметов труда, как собственник, обращается с ней как с принадлежащей ему вещью, постольку его труд становится источником потребительных стоимостей, а следовательно, и богатства» («Критика Готской программы», К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 19, с. 13).

Мотивом утверждения, что труд источник всего богатства, Маркс считает увековечение капиталистических отношений эксплуатации:

«У буржуа есть очень серьёзные основания приписывать труду сверхъестественную творческую силу, так как именно из естественной обусловленности труда вытекает, что человек, не обладающий никакой другой собственности, кроме своей рабочей силы, во всяком общественном и культурном состоянии вынужден быть рабом других людей, завладевшим материальными условиями труда. Только с их разрешения может он работать, стало быть, только с их разрешения — жить» (там же).

Интерес капиталистов к природе ограничивается функцией её как средства производства для «эксплуатации земли в целях производства или добывающей промышленности», как Маркс пишет в III томе «Капитала» (К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 25, ч. II, с. 335). Это означает: эксплуатацию Земли с целью умножения капитала добычей и обработкой сырья.

Политическая экономика марксизма-ленинизма, напротив, рассматривает труд и природу как основополагающее единство. Соответственно Маркс считает общественное производство существенным отношением человека к природе:

«Чтобы производить, люди вступают в определённые связи и отношения, и только в рамках этих общественных связей и отношений существует их отношение к природе[9], имеет место производство» («Наёмный труд и капитал», К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 6, с. 441).

Сочинение «Критика Готской программы» содержит путеводные позиции по всем существенным вопросам программы коммунистов. Сверх того, оно отличается особенной исторической заслугой, делая диалектическое единство человека и природы программной основой марксизма.

Опираясь на «Экономическо-философские рукописи» Маркса 1844 года, Маркс и Энгельс углубили эту базовую марксистскую позицию в сочинении «Капитал», прежде всего в III томе.

Мелкобуржуазное обхождение руководства СДПГ с критикой

Вильгельм Либкнехт и руководство немецкой социал-демократии оказали ожесточённое сопротивление основным позициям Маркса и Энгельса. Не называя их по имени, но недвусмысленно обращаясь по адресу Маркса и Энгельса, Вильгельм Либкнехт демагогически настоял на своём неправильном взгляде в своей программной речи на партсъезде 1890 года в Галле-на-Зале, т. е. через 15 лет после «Критики Готской программы». Он сказал:

«Говорилось: труд не является единственным источником общественного богатства, а также природа помогает создать его ‹…› Тот, кто это сказал — и этот ошибочный взгляд повторно появлялся — только ‹…› повторил то, что пошлая буржуазная национальная экономика уже давно высказала. ‹…› Итак, мы всегда возвращаемся к труду как источнику всего богатства» (Protokoll über die Verhandlungen des Parteitages der Sozialdemokratischen Partei Deutschlands («Протокол договоров съезда Социал-демократической партии Германии»), сс. 160—161).

Для наглого извращения фактов он прежде всего использовал обстоятельство, что делегаты не знали авторов критики. Он трусливо полемизировал против взглядов Маркса и Энгельса как «пошлой буржуазной национальной экономики», не смея назвать критиков по имени.

На съезде было принято решение о разработке новой партийной программы. Ввиду прений о программе Фридрих Энгельс считал необходимым, чтоб наконец-то всё рабочее движение познакомилось с «Критикой Готской программы» Карла Маркса[10]. Вследствие его неумолимой инициативы и вопреки всему сопротивлению руководства социал-демократии, в 1891 г. это сочинение в конце концов было опубликовано в журнале «Neue Zeit», т. е. 16 лет спустя после своего появления. Воздействие было поражающим! В письме Полю Лафаргу от 10 февраля 1891 Фридрих Энгельс написал:

«Статья Маркса вызвала сильный гнев в Правлении партии и горячее одобрение в самой партии» (К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 38, с. 21).

В итоге явно ожесточённой дискуссии в СДПГ положение «Труд есть источником всего богатства» не попало в Эрфуртскую программу 1891 года. Поэтому Энгельс смог положительно оценить проект этой программы:

«Нынешний проект весьма выгодно отличается от прежней программы. Сильные остатки отжившей традиции — как специфически лассальянской, так и вульгарно-социалистической — в основном устранены, в теоретическом отношении проект в целом составлен на основе современной науки, что даёт возможность обсуждать его на этой основе» («К критике проекта социал-демократической программы 1891 года», К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 22, с. 229).

Однако самокритическая обработка зажима революционных позиций относительно единства человека и природы осталась табу в социал-демократии. Напротив, Август Бебель даже спустя много лет ещё оправдывал объединение со сторонниками Лассаля на основе оппортунистической Готской программы, разжигая оговорки против Маркса и Энгельса. В 1910 г. он написал в своей биографии:

«Видимо, было нелегко сговариваться с двумя стариками в Лондоне. То, что нам слыло умным расчётом и ловкой тактикой, они считали слабостью и безответственной уступчивостью, ведь в конце концов факт объединения был главным» (August Bebel, Aus meinem Leben («Из моей жизни»), часть вторая, с. 279).

1.5 Общая недооценка вопроса окружающей среды в рабочем движении

Несомненно, международное рабочее движение в прошлом недопустимо недооценивало вопрос окружающей среды. Эта критика касается не только реформистского рабочего движения, хотя ошибка эта имеет там свои политические и мировоззренческие корни.

В конце XIX века СДПГ ещё была революционна. Но зажим революционных позиций, отказ в самокритичной переработке и беспринципность уже отражали оппортунизм, возникший с империализмомом и массированно проникавший в рабочее движение. С отказом от позиций Маркса о единстве человека и природы началось далеко идущее вытеснение вопроса окружающей среды из рабочего движения.

В начале I Мировой войны в 1914 г. ревизионистское вырождение социал-демократии стало явным. СДПГ стала буржуазной рабочее партией, и вытеснение вопроса окружающей среды стало одной из основ реформизма. Тем самым, лишь последовательным развитием этого было то, что во всей программатике социал-демократии вплоть до Годесбергской программы 1959 г. о теме окружающей среды не упомянуто ни словом.

По указке реформистской социал-демократии немецкие профсоюзы также надолго полностью «забыли» вопрос окружающей среды.

Зажим критики Маркса со стороны руководства социал-демократии, несомненно, оставил глубокие мировоззренческие следы. Утверждение, что труд — «источник всякого богатства», стало доктриной реформизма. 30 апреля 2011 г. председатель СДПГ Зигмар Габриель и председатель ОНП (Объединения немецких профсоюзов) Михаэль Зоммер написали совместную гостевую статью для Frankfurter Allgemeine Zeitung на день 1 Мая:

«Рабочее движение с самого начала боролось за почтение труда как источника всякого богатства и всей культуры» (www.spd.de от 30 апреля 2011 г.).

Также в своих начальных годах революционная СЕПГ после ревизионистской измены пошла назад к позициям реформизма:

«Также при коммунизме, как и при любом другом общественном строе, труд остаётся источником всех стоимостей» (Weltall, Erde, Mensch («Вселенная, Земля, человек»), 19-е обработанное издание, 1971, издательство Verlag Neues Leben, Берлин, с. 495).

Этот тезис до сегодняшнего дня действует как экономистское влияние и пренебрежение вопросом окружающей среды и в международном марксистско-ленинском и рабочем движении.

Спор о диалектике природы

В июне 1876 г., непосредственно после спора о «Готской программе», Фридрих Энгельс продолжал заниматься вопросом окружающей среды. В почти 200 отдельных текстах он, в договорённости и соответствии с Карлом Марксом, углубил вопрос основного единства человека и природы.

Только в 1925 г. эти статьи опубликовали в виде книги — в социалистическом Советском Союзе на немецком и русском языках под заглавием «Диалектика природы». В оценке сочинения в серии теоретических статей Коминтерна «Под знаменем марксизма» автор А. Тимирязев[11] обосновано возмутился пренебрежением этим сочинением со стороны руководства немецкой социал-демократии:

«Если брать в руку этот ‹…› том, то не знают, надо ли больше дивиться блестящей работе издателя или возмущаться о долголетней задержке такого настолько необыкновенно ценного наследственного сочинения» (Unter dem Banner des Marxismus, 1 год выпуска, март 1925 — январь 1926, с. 459, переводы из немецкого издания).

Но замечательно, что эта оценка в меньшей степени относилась к принципиальным мировоззренческим вопросам материалистической диалектики, чем к рассуждениям Энгельса о физике, к их очень далеко идущему совпадению с новейшими познаниями науки. Так, Тимирязев написал:

«Не боясь преувеличения, наверно, можно сказать, что эту выдающуюся книгу, которую тов. Рязанов освободил от пыли 30 лет хранения в социал-демократических архивах, все марксистские естествоиспытатели будут читать всё снова» (выделено автором).

Ограничение значения этой книги её естественнонаучными высказываниями в сути было недооценкой диалектико-материалистического метода.

Ни в программах КПГ от 1918, 1922 и 1930 гг., ни в выступлениях и статьях Эрнста Тельманна, ни в призыве ЦК КПГ к новому строительству партии 1945 г. не содержались программные высказывания о вопросе окружающей среды, о диалектическом единстве человека и природы.

Оценивая обращение с вопросом окружающей среды в партиях старого коммунистического движения, конечно, надо учитывать, что в те годы случались разве только региональные экологические катастрофы, но не было глобального экологического кризиса и что экологическое сознание в целом было слабо развито в обществе.

Вопрос единства человека и природы, однако, не есть вопрос, относящийся к данному времени, но есть принципиальный вопрос марксизма. Общая мировоззренческая недооценка его являлась противоположностью Ленину, всегда обращавшемуся с единством человека и природы как с основополагающим моментом. В своих философских сочинениях он даже характеризовал его как линию раздела между материализмом и идеализмом:

«…не природа, не человечество сообразуется с принципами, а, наоборот, принципы верны лишь постольку, поскольку они соответствуют природе и истории. Таково единственно материалистическое воззрения на предмет, ‹…› Но сейчас речь идёт у нас ‹…› о противоположности материализма идеализму, о различии двух основных линий в философии» («Материализм и эмпириокритицизм», Ленин, ПСС, т. 18, с. 35).

После ревизионистского вырождения большой части старого коммунистического движения, начиная с 1960-х годов, образовались новые марксистско-ленинские партии, которые сначала оправданно концентрировались на принципиальной защите марксизма-ленинизма против ревизионизма и на партийном строительстве. Но они тоже были под влиянием пренебрежения экологическим вопросом в старом коммунистическом и рабочем движении.

В изданном в 1972 г. «Объявлении основных положений Коммунистического союза рабочих Германии» (КСРГ; нем. KABD), организации-предшественника МЛПГ, вопрос окружающей среды тоже ещё не рассматривается. Вилли Диккут, однако, в публикациях партии подвергал критике применение лозунга, что труд — источник всякого богатства. И МЛПГ также критиковала обращение с вопросом окружающей среды в мелкобуржуазном экологическом движении. Однако недооценка экологического вопроса была подвергнута принципиальной критике только лишь при идеологической, политической и организационной подготовке учреждения партии.

С момента учреждения партии в 1982 г. МЛПГ в своей основной программе, как и в программе борьбы, заняла принципиально прaвильную позицию. В основной программе говорилось:

«Научный прогресс использования природы и её законов вследствие закона максимизации прибыли, направленного только на непосредственный эффект, приводит к безудержной хищнической эксплуатации окружающей природной среды. Деформация и отравление воздуха, воды и почвы принимает всё более угрожающие человеку, животным и растениям размеры» (с. 7).

В программе борьбы, принятой на учредительном съезде партии, говорилось:

«10. Действенная защита окружающей среды и усиленный контроль над промышленными загрязнителями — материальная ответственность ответственных лиц за все возникшие повреждения!» (с. 27).

С тех пор разрешение вопроса окружающей среды завоевало надлежащее место в идеолого-политической линии МЛПГ, прежде всего отталкиваясь от вышедшего в 1984 г. 23-го номера партийного теоретического журнала «REVOLUTIONÄRER WEG», озаглавленного «Кризисы и классовая борьба» («Krisen und Klassenkampf»). Также учтены новые явления и существенные изменения в мировой империалистической системе.

В практике партийной работы, однако, скрытая недооценка вопроса окружающей среды ещё долго продолжала действовать. Неослабное оттеснение на задний план базового мировоззренческого вопроса единства человека и природы, безусловно, надо полностью преодолеть.

По ходу своей интернационалистской работы МЛПГ также наткнулась на продолжительное пренебрежение экологическим вопросом в международном марксистско-ленинском и рабочем движении. Совместно с некоторыми другими партиями она усердно старалась ставить вопрос окружающей среды на повестку дня Международной конференции марксистско-ленинских партий и организаций (МКМЛПО). Это почти 20 лет постоянно отклонялось либо откладывалось другими участниками по разным причинам.

Только лишь на X Международной конференции в 2010 г. участники основательно обсудили эту тему и затем приняли путеводную резолюцию «Вопрос окружающей среды и задачи марксистов-ленинцев». Там говорится:

«Международная конференция отмечает, что имелись упущения со стороны марксистско-ленинского и рабочего движения по вопросу окружающей среды. ‹…› Поэтому марксистско-ленинские партии и организации ответственны за то, чтобы подхватить вопрос в мировом масштабе и строить сопротивление империалистическим планам разрушения окружающей среды. Необходимо совместить классовую борьбу с борьбой против разрушения окружающей среды, зная, что только разгром империалистической капиталистической системы и замещение её новым обществом будет окончательным решением этой проблемы» (выделено автором).

II. Капитализм и разрушение окружающей среды

II.1 Подрыв естественных жизненных основ и рабочей силы

Своими действиями человек творчески воздействует на природу. При этом случаются в т. ч. непредвиденные и ненамеренные последствия. Фридрих Энгельс писал об этом:

«Не будем, однако, слишком обольщаться нашими победами над природой. За каждую такую победу она нам мстит. Каждая из этих побед имеет, правда, в первую очередь те последствия, на которые мы рассчитывали, но во вторую и третью очередь совсем другие, непредвиденные последствия, которые очень часто уничтожают значение первых» («Диалектика природы», К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 20, сс. 495—496).

Производительные и деструктивные силы капитализма

В докапиталистических обществах хищническая эксплуатация окружающей природной среды основывалась на низком уровне производительных сил и естествознания. В эпоху феодализма человек воздействовал на природную окружающую среду посредством относительно ещё ограниченных производственных средств и методов, основывавшихся на ремесленном производстве и мелкокрестьянском хозяйстве. Более серьёзные вмешательства, такие как вырубка лесов в Центральной Европе для получения пахотных площадей, были локально ограничены, или биосфера могла их вновь уравновесить.

Только с переходом от ремесленного производства (при феодализме) к преимущественно промышленному крупному производству при капитализме обмен веществ между человеком и природой существенно изменился и добился преобладающего влияния на биосферу. Производительность человеческого труда скачкообразно возвысилась. Новый уровень труда, науки и техники сделал возможными всесторонние, глубокие вмешательства в природу.

Изобретение и применение паровой машины подгоняло массовое промышленное производство. С 1700 по 1850 гг. выпуск стали и железа вырос в сорок раз с 300 000 тонн до 12 млн тонн.

С промышленным использованием ископаемого топлива количество наличной энергии скачкообразно возросло. Глобальная добыча угля увеличилась с 10 млн тонн в 1800 г. до 760 млн тонн в 1900-м, т. е. в 76 раз. Производство и воспроизводство непосредственной человеческой жизни, таким образом, получили новый размер. Тем самым также объём обмена веществ между человеком и природой, как и потребление естественных ресурсов, умножились в несколько раз.

Массовая концентрация заводских рабочих в горнодобывающей, текстильной, сталелитейной и машиностроительной промышленности повлекла за собой возникновение и быстрый рост городов. В 1800 г. только 3 % людей жили в городах, а в 1900 г.— уже 14 %. Урбанизация человечества ускорилась с развитием индустриализации и стала зачинателем общественного прогресса в капиталистическом обществе.

Основой удвоения мирового населения с 1700 по 1850 год в первую очередь было удвоение площади пахотных земель. Только затем начинающееся применение искусственных минеральных удобрений плюс механизация и индустриализация сельского хозяйства умножили урожаи и увеличили выпуск пищевых продуктов.

Железные дороги и суда обеспечили глобальный транспорт товаров. Улицы, каналы, рельсы, мосты и электрические провода опоясали страны. Использование электрического телеграфа и телефона революционизировало коммуникацию. Новые научные познания и успехи промышленного производства с быстротой молнии распространялись по всему миру.

Исторически прогрессивный процесс быстрого развития производительных сил и общественной жизни при капитализме основывался на всё более обширной эксплуатации рабочей силы наёмных рабочих и природы, равно как и на внедрении буржуазного семейного строя. Это было связано с растущим подрывом естественных жизненных основ человечества.

• Образованное в течение миллионов лет и не возобновляемое сырьё, такое как уголь и нефть, было сожжено, углерод был транспортирован из литосферы в атмосферу. Увеличенный выброс углекислого газа вызвал процесс потепления на Земле. Однако до середины XX столетия он протекал без существенных отрицательных последствий для мирового климата.

• Всё более интенсивное капиталистическое сельское хозяйство вредило пахотным землям в растущей мере. Расширение застройки привело к занятию всё больших площадей почвы. Всё это причиняло ущерб традиционным экосистемам.

• Отходы, отработанные газы и сточные воды отравляли почву, воздух и воду, вредили растениям, животным и человеку.

• В то время как на селе и дальше царила культурная отсталость, возникновение крупных городов чувствительно вредило естественному обмену веществ между человеком и природой. Карл Маркс написал об этом в своём главном сочинении «Капитал»:

«Капиталистическое производство, постоянно увеличивая перевес городского населения, которое это производство скопляет в крупных центрах, накопляет тем самым, с одной стороны, историческую силу движения общества вперёд, а с другой стороны, препятствует обмену веществ между человеком и землёй, т. е. возвращению почве её составных частей, использованных человеком в форме средств питания и одежды, т. е. нарушает вечное естественное условие постоянного плодородия почвы. Тем самым оно разрушает одновременно физическое здоровье городских рабочих и духовную жизнь сельских рабочих» («Капитал», К. Маркс и Ф. Энгельс, т. 23, с. 514).

• Прежде всего именно в рабочих кварталах распространялись горькая нужда, бедность и нищета, равно как и губительные болезни, такие как туберкулёз, холера, тиф, рахит. Причинами этого были жестокая эксплуатация рабочей силы пролетариев, их жён и детей, стеснённые и негигиеничные жилищные условия и недостаточное питание.

Обращение с природой при капитализме свободной конкуренции Маркс характеризовал как подрыв человека и природы:

«Капиталистическое производство, следовательно, развивает технику и комбинацию общественного процесса производства лишь таким путём, что оно подрывает в то же самое время источники всякого богатства: землю и рабочего» (там же, с. 515, выделено автором).

Отчуждение от природы при капитализме

Обмен веществ между человеком и природой в основном осуществляется трудом. Он — естественное условие человеческой жизни в общем, в нём состоит суть человека. Но при капитализме Земля и рабочая сила человека беспощадно эксплуатируются. Маркс писал об этом:

«…Овладевая двумя первичными созидателями богатства, рабочей силой и землёй, капитал приобретает способность расширения, позволяющую ему вывести элементы своего накопления за границы, определяемые, казалось бы, его собственной величиной…» (там же, с. 617).

Рабочий производит не для удовлетворения своих жизненных потребностей, но для потребностей капитала. Это отчуждает его от трудового процесса и от продукта его труда. Этот отчуждённый характер труда в то же время отчуждает человека от природы:

«…отношение рабочего к продукту труда, как к предмету чуждому и над ним властвующему. ‹…› есть вместе с тем отношение к чувственному внешнему миру, к предметам природы, как к миру чуждому, ему враждебно противостоящему» («Экономическо-философские рукописи 1844 года», К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 42, с. 91).

Капиталистический способ производства мало считается с последствиями для человека и природы. Избежание хищнической обработки, отравления и деформации природы в принципе было возможным при капитализме, но они были постоянным сопутствующим явлением.

Способ мышления капиталистов, подстёгиваемый жаждой наживы, стремится к непосредственно ожидаемым результатам, прежде всего к повышению прибыли. При капиталистических условиях даже передовые производительные силы всё больше направляются в качестве деструктивных сил против человека и природы. Отчуждение рабочих от природы становится материальной основой чуждого собственному классу буржуазного мировоззрения. Оно влияет на способ мышления рабочего класса и выражается в пренебрежении природой и необдуманной хищнической обработке её.

Как единственно революционный класс и решающая производительная сила, пролетариат способен преодолеть такой упадочнический способ мышления, революционным образом победить капитал и сознательно применить науку и технику в интересах единства человека и природы при социализме/коммунизме.

«Кажется, что, по мере того как человечество подчиняет себе природу, человек становится рабом других людей либо же рабом своей собственной подлости. ‹…› Одни партии сетуют на это; другие хотят избавиться от современной техники, чтобы тем самым избавиться от современных конфликтов; ‹…› Мы знаем, что новые силы общества для того чтобы действовать надлежащим образом, нуждаются лишь в одном: ими должны овладеть новые люди, и эти новые люди — рабочие» (Карл Маркс, «Речь на юбилее „The People’s Рарег“», К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. 12, с. 4).

Современный антикоммунизм в экологическом вопросе

Не случайно современный антикоммунизм именно в последнее время усиленно нападает на мировоззренческие основы марксизма насчёт единства человека и природы.

Ещё в 1983 г., по поводу 100-й годовщины смерти Карла Маркса, вспыхнул так называемый «научный спор о Марксе и вопросе природы» между профессором экономики Гансом Иммлером и философом Вольфдитрихом Шмид-Коварциком. Ввиду ренессанса учений Маркса в связи с усиленной критикой капитализма их книга была переиздана в 2011 г.

В предисловии книги авторы уверяют в своём согласии с тем, что дальнейшее развитие человечества зависит от «решения „вопроса природы“» (Hans Immler, Wolfdietrich Schmied-Kowarzik, «Marx und die Naturfrage» («Маркс и вопрос природы»), с. 7).

Оба знают, что капиталистическое общество (его нейтрально по отношению к классам описывают «подгоняемым стоимостью промышленным обществом») угрожает жизненной основе человечества. И всё-таки оба — и в интимной общности, и каждый по-своему — искажают революционную позицию марксизма по единству человека и природы.

Шмид-Коварцик хочет обрести своё лицо в качестве защитника Маркса. Но его интересует только «философский мыслитель», потому что Маркс, по его мнению, не пригоден для практического решения экологического вопроса.

Иммлер, напротив, играет роль открыто атакующего противника. Он утверждает, «что теория Маркса скорее препятствует решению, вероятно, самой серьёзной проблемы, определяющей будущее человечества. ‹…› Остаются абсолютные и разорительно воздействующие ошибки марксистской теории, по которой только труд человека оценивается силой, производящей стоимость, а с природой, тем самым, обращаются как с силой, не производящей стоимости» (там же, сс. 9—10).