Десять ночей с бывшим

Алекс. Воспоминания

Помню, как Соня впервые вошла в мой дом. Смешная сладкая девочка, которую мне хотелось до зуда, до скрежета зубов. Она пахла чем-то сладко-молочным, как маленькая девочка, но все остальное, оооо, все остальное у нее было такое взрослое, что в ее присутствии у меня стояло аж трещало. 

Мягкие грудки, круглая попка, изгиб талии как у гитары. Руки так и просились ее полапать. Ну дура дурой, не без этого, кто в восемнадцать не дура? Я с ней не в шахматы собирался играть. Как любая дура она зато отлично повелась на тачку и понты, два купленных коктейля и заказанные прямо в институт розы. Хватило бы, наверное, и роз. Она оказалась из породы дурочек романтичных, которые тщательно скрывают, что ведутся на бабло. В первую очередь перед самими собой. 

И когда она на третье свидание, как положено, приехала ко мне в гости, ожидая увидеть квартиру в стандартной «панельке», а увидела двухэтажный дом в лесу в скандинавском стиле с огромными окнами и бассейном за раздвижными стеклянными дверями, она сделала вид, что ее это ничуть не поразило. 

Но я видел, как зажглись огоньки в ее глазах и насколько мягче она стала. И почувствовал, что она поддавалась моим поцелуям в шейку уже куда охотнее, да и сама проявляла инициативу. У маленьких шлюшек это в крови. У самца есть деньги, у самки сладкий десерт, чего ж естественнее, чем обменять одно на другое. 

Сегодня Сонечка приехала сюда с совершенно другим настроем. Всю дорогу она дичилась, отодвигалась, хотя я даже не смотрел в ее сторону, ловя жесты лишь краем глаза, чтобы глупостей не наделала. Она чуть не наделала, пару раз рыпнувшись на светофоре выскочить, но центральный замок полезная штука. На все вопросы я отвечал сначала «дома поговорим», а потом молчал. 

Выскочила у дома она из машины как пробка, как будто я прямо-таки дождаться не мог, чтобы привезти ее домой и прямо у дома изнасиловать. В машине. Я ее и первый-то раз не хотел трахать, сложившись в три погибели, хотел со всем вкусом распробовать молодое тельце. В тачке трахаются бездомные кобели и те, кому все равно, куда хер совать. 

У меня другие вкусы и за последние годы они не поменялись. 

Последние километры Соня дремала, поэтому выпрыгнув из машины, она еще не проснувшись, автоматически, двинулась по дорожке к дому и даже успела протянуть руку к панели замка, прежде чем спохватилась. Зря, кстати, я так и не убрал ее отпечатки пальцев из базы, взяла бы и открыла как нефиг делать. 

Она стушевалась, покраснела, сделала вид, что поправляет юбку, а я вовремя отвернулся, когда она бросила заинтересованный взгляд, заметил ли я?

- В бассейн сначала? - Спросил я, проводя пальцем по замку. Дверь открылась, я набрал код сигнализации и отошел, впуская Соню. 

- У меня купальника нет, - ответила она, проходя сразу в гостиную, как хозяйка, и устраиваясь на диване перед кофейным столиком. 

- Никогда в жизни ты тут купальник не носила и вдруг вспомнила? - Хохотнул я, а Сонька опять покраснела. Посмотрите, какая святая невинность!

А ведь когда в то свидание я напоил ее шампанским и поцелуями и уговорами затащил-таки в бассейн, платьице она скинула, почти не ломаясь. Тем более, что я пообещал быть в плавках и выключить свет в помещении. Да только едва она с тихим плеском спустилась в воду, как я голосом скомандовал «Свет!» и все вокруг озарилось, а ее нагота стала полностью доступна не только рукам, но и глазам. 

Ух, как она сначала кричала. А потом стонала. И глубоко дышала, откликаясь на поцелуйчики в шейку, ее эрогенную зону. Грудь она почти не давала трогать, хотя соблазнительные полушария, которые покачивались в голубой воде доводили меня почти до оргазма без всяких дополнительных мер. 

Правда, когда дошло до дела, пришлось поднажать, потому что Сонечка решила смотать удочки в самый последний момент, когда меня мог остановить уже только бульдозер. Пульс грохотал в ушах, поле зрения застилала красная пелена и все во мне рвалось в горячее влажное ее нутро. 

Натягивал ее на себя, узкую, жаркую, я как кожаную перчатку на мокрую руку, но каждое движение просто нахрен взрывало во мне огненные вулканы. Только когда в теплой воде бассейна, где я зажимал ее у бортика, вылизывая сладкую шейку и нанизывая на свой поршень, растеклись розовые разводы, я понял, почему она так верещала и отталкивала меня. 

Сейчас я смотрел на Соню, сидящую на диванчике, на то, как она сдвинула коленки и сжала бедра и понимал, что она тоже вспомнила тот день. Надо было быть умнее, конечно. Если б я знал, что она целка… может, и не было бы ничего. Я не любитель несорванных цветочков. 

Я же не совсем мудак, не мог я ей после этого купить последний «айфон» и занести в черный список? Пришлось выгуливать и делать вид, что я влюбленный дебил. 

Девочка оказалась даже умнее, чем я думал, и все могло сложиться иначе, если бы она была нормальной восемнадцатилетней шлюшкой, а не оказалась внезапно закомплексованной истеричкой!

Алекс. Забавы

Я пожал плечами и прошел за ее спиной, снимая пиджак. Отметил, как напряглась узенькая спина, сошлись лопатки, будто Соня ожидала от меня выстрела в спину.

- Хорошо, не хочешь купаться, как хочешь, - я занял место в кресле напротив нее, через стол. 

Чтобы не дергалась, идиотка. 

Она посмотрела на меня затравленным взглядом и попыталась прикрыть грудь в декольте. Если так боится, хрен ли ехала сюда? Впрочем, у нее хорошая мотивация.

Когда Давид попросил помочь его подружке пройти собеседование, я в душе не ебал, что это окажется Сонька. Он так расписывал эту свою подружку, такую горячую штучку, что узнать в ней закомплексованную мою девственницу было воистину мудрено. 

Когда Соня отважно меня «бросила», обвинив в том, что я хочу от нее ужасных, чудовищных, противозаконных вещей, она соглашалась заниматься сексом только в темноте, а выйти из дома без трусиков я не смог ее заставить, даже пообещав ей за это красненькую «Мазду». 

Сейчас передо мной сидела очень сочная девчоночка, которая знала, как подчеркнуть свою роскошную грудь, от которой у меня даже сейчас текли слюни. А когда она поправляла подол, я заметил, что под юбочкой у нее кружевная резинка чулок. Ах, зараза! Каждый раз я с боем выбивал право оттрахать ее в эротическом белье и потом она полдня дулась. Но стоило вырваться на волю, как какому-то молокососу она предлагает себя в праздничной упаковке совершенно на халяву!

Меня это знатно бесит. Какого хера она не могла быть сладкой кошечкой рядом со мной, а?

Я достал распечатанные листы стандартного теста и швырнул их на стол перед Соней. 

Она подняла первый листок и быстро пробежалась глазами. Там не было ничего страшного. Обычная солянка из школьно-университетских знаний и здравого смысла. На 95%

Остальные 5%, самые интересные, прятались среди тупых вопросов так тщательно, что не зная об этом, ни за что не найдешь. Только они и интересовали эйчаров. Ну еще немного поведение соискателя во время четырехчасового теста. И последнее, что имело значение: интервью и примеры ситуаций, с которыми надо справляться.

Подружку Давида я планировал погонять именно по самым каверзным вопросам, намекнуть на то, что интервью она пройдет только со мной, ну и… Побултыхаться в бассейне, может быть. Голенькими. 

Давид, конечно, догадывался о моих планах, но что он мог возразить? Знакомство со мной уже повышало его рейтинг. Хочет пользоваться этим преимуществом, пусть делится сладеньким. Не сотрется у нее ничего, ему больше достанется.

Но когда я понял, что подружка эта Сонечка… 

Что я оказался в той позе, в какую все время ставил других парней, «пробуя» их девочек перед тем, как отдать обратно… Что я сам, я! Я! Подготовил эту девочку для спермотоксикозного кудряша, чтобы он теперь ею пользовался… 

Я вытрахаю ей весь мозг!

Причем вовсе не своим хером! Обойдется, мелкая дрянь. 

- Садись, заполняй, - со спокойной улыбкой сказал я. 

- Алекс! - Ее глаза распахнулись как у анимешных героинь. - Но этот тест на четыре часа!

- А ты куда-то торопишься? - Ласково поинтересовался я. 

- Но будет уже поздно! А ведь это же не все?

- Не все, - кивнул я. - Но ты останешься здесь до тех пор, пока не будешь полностью готова к собеседованию.

- В смысле… - голосок Сони дрожал. - На ночь?

- На ночь, на две, на три… - я зевнул. - Если будешь спорить и тянуть время. Учти, кстати, что у меня свои дела есть. Так что в твоих интересах заняться делом, а не болтать. 

- Но я… Не предупредила никого! 

- Так позвони, - я махнул рукой. - Кстати, после этого телефон я у тебя отберу. Интернетом пользоваться во время тестирования нельзя. Допустим один короткий перерыв. Начинай. Соскучишься, приходи на кухню. Помнишь ведь, где это?

Соня обреченно кивнула, поерзала еще немного и придвинула листы к себе. 

Я усмехнулся и принялся расстегивать рубашку.

Ее взгляд тут же метнулся ко мне и замер, когда я стянул ее с плеч. 

Соня судорожно облизнула розовым язычком губки, глядя на мою грудь и живот. Да, детка, у меня новая спортивная программа. Вижу, тебе нравится. Но у тебя будет только пузатенький Давид, малышка. 

- Ты… раздеваешься? - Удивленно спросила она.

- Ну да, я у себя дома, - ответил я спокойно, откидывая рубашку и расстегивая брюки. Соня сглотнула, когда я стащил их с себя и подцепил резинку трусов. Я всегда ходил по дому голый, поэтому счета за отопление у меня были космические. Но разве это проблема? Мы ведь работаем ради жизни в комфорте.

- Совсем?! 

- Тебя что-то не устраивает? - Я поднял бровь и потянул плотные боксеры вниз. От того, как она залилась краской, хер сам залился кровью и рвался на свободу. Но девочка уже уткнулась взглядом в листы теста, и только то, как нервно она грызла кончик ручки да алая краска на щеках, выдавали ее чувства. 

Я усмехнулся и пожалел пока дурочку. Подобрал одежду и отнес ее в постирочную, так и оставшись в обтягивающих трусах. Они нисколько не скрывали мое настроение, но я решил добивать мою бывшую поэтапно. 

Пусть привыкает.

На кухне плеснул себе джина, слегка сдобрил его тоником и поднял бокал, салютуя сам себе в отражении стальной дверцы холодильника. 

Позабавимся, а? 

Первая половина теста

Когда я только начала заполнять тест, я все время вздрагивала, когда Алекс проходил мимо. Он все старался делать это за спиной, и я чувствовала его присутствие, как чувствуешь вышки электропередач с высоким напряжением. Все волоски на теле вставали дыбом и по позвоночнику разбегались горячие искры. 

Он бесил меня несказанно, и моя реакция бесило тоже до ужаса. Подумаешь, какой-то мужик в трусах ходит! Я же профессионал!

Но постепенно я втянулась, задания становились все сложнее и разнообразнее. Они не были разбиты по темам и приходилось переключаться с математики на словесные игры, а с логики на образное мышление. Мозг скрипел и перегревался, но лихорадочное возбуждение росло. Мне казалось, я мобилизовала разом все свои способности и вышла на максимальный уровень эффективности, прям как в том фильме, задействовала 100% своего мозга!

Про Алекса я в тот момент забыла, вообще обо всем забыла. Сидела, едва поднимая голову, чтобы размять шею, стучала по кнопкам калькулятора, кусала губы, рисовала схемы на листочках из блокнота, даже подобрала под себя ноги, забыв, какая короткая на мне юбка.

И очнулась только когда Алекс положил обжигающе горячую ладонь на мое бедро! Прямо на внутреннюю его поверхность, где широкая резинка чулка открывала голую кожу.

Я сама виновата, что не обратила внимание, как задрался подол, конечно. 

Но он ничего делать не стал. Просто привлек мое внимание, разом вытолкнув меня из гудящего мира раскрученной машины интеллекта. И сказал:

- Перерыв. Иди на кухню.

- Но… 

Я хотела сказать, что я совсем не устала! Могу и дальше работать. Закончу побыстрее!

Однако Алекс сгреб листочки с тестом и забрал их у меня, вынул ручку из пальцев и твердым тоном повторил:

- Иди на кухню.

Только тут я почувствовала, как затекло все тело. Выпрямилась, встала и едва не свалилась на пол. Затекли ноги. 

Алекс уже ушел, и я последовала за ним. 

Пока я делала тест, он все же надел на себя свободные спортивные штаны, сидящие на бедрах, не скрывая его загорелый торс с прорисованными мышцами. Гладкими, словно карамельными. Когда я была с ним, я с презрением смотрела на журналы в витринах: у меня дома был мужчина в гораздо лучшей форме. 

Но сейчас я опустила глаза. Мало кто из тех, кто пускает слюни на сладких красавчиков, знает на самом деле, чем оборачивается их нарциссизм в реальности. Какой жестокостью и какими извращениями. 

Он подвинул ко мне квадратную черную тарелку с изящно уложенными ломтиками авокадо, кусочками мяса, залитыми соусом и посыпанными кунжутом и россыпью крошечных помидорок. 

- Ешь. Твоему мозгу это нужно. 

Я недоуменно покосилась на него, но вдруг почувствовала такой дикий голод, что почти вырвала вилку у него из рук. И набросилась на еду, едва успев сесть на высокий табурет у стойки. 

Алекс облокотился на нее с другой стороны, разложил листы моего теста и негромким голосом начал объяснять:

- Ты очень быстро справилась с первой половиной. Но никто не будет проверять правильность ответов.

Я с удивлением подняла на него глаза, он встретил мой взгляд насмешкой.

- Все верно. Во всем тесте на первые два часа имеют значение ровно десять вопросов. Остальные потом прогонят программой, просто сходятся или нет ответы. 

- И… - я на секундочку перестала жевать.

- И на эти десять вопросов ты ответила хорошо. Однако вторая часть теста, после перерыва, содержит подвох, - Алекс потянулся, разминая мышцы плеч, и я невольно засмотрелась на то, как под кожей перекатываются мощные мускулы. Нереальные совершенно. Иногда я их трогала просто чтобы убедиться, что это не фотошоп. Какой же он сильный… 

Так, Соня! Глаза в тарелку!

Я отпила глоток воды. Алекс щелкнул кнопкой чайника.

- Во второй части в формулировках будут очень скользкие моменты, которые можно упустить, если будешь читать невнимательно. А после первой половины ты уже устала, после перерыва размякла и вероятность этого очень высока. Так что запомни. 

- Ты мне дашь сейчас этот тест?

- Нет. - Алекс отложил бумаги. - Я его дам тебе с утра, на свежую голову, чтобы ты сама увидела все эти нестыковки. 

- То есть, я останусь тут ночевать? - Все же я надеялась вернуться домой.

- Да, конечно. Не бойся… - он похабно ухмыльнулся. - Ничего между нами не будет. Или я должен сказать тебе: «Не надейся?» А? 

И он потянулся рукой к моему лицу, отводя прядь волос за ухо и глядя прямо мне в глаза. Его ледяной взгляд завораживал.