Жена по договору

— Почему же он тогда так наседает на отца?

— Видимо, дело важное для всего бизнеса. Я попробую что-нибудь узнать и помочь вам.

— Спасибо, — улыбнулась я ему. — Узнай всё, что сможешь. А я пока поговорю с Джейсоном. Пока ничего не понимаю…

— Мне с тобой пойти? — спросил Дастин.

— Ты знаешь, я сама. Это всё же семейное дело. Мы потом обсудим то, что нам удалось узнать, хорошо?

Дастин кивнул и, поцеловав меня на прощание, уехал. А я поднялась в кабинет Джейсона. Выглядел он убитым. Расстраивался, что лишился работы и теперь не сможет оплачивать кредит за этот дом. Да, теперь будет очень тяжело. Я сама в поиске работы, сестра ещё учится в школе, а мама по состоянию здоровья не работает уже лет пять. Нашим кормильцем был Джейсон, а теперь он лишился заработка. Мне нужно как можно скорее найти работу с хорошей оплатой, иначе нам всем придётся очень туго…

Это дело я не намерена оставлять просто так. И у меня уже есть кое-какой план.

2

— Я готова, мистер Донован! — обратилась я к молодому брюнету, когда вышла из комнаты для прислуги, разглаживая белый фартук платья горничной.

Чувствовала себя крайне неуютно. Чёрт, как же неудобно! Почему обязательно, прежде чем помыть пол, надо надевать ЭТО? Какой-то костюмчик для утех, только не столь откровенный.

Высокий мужчина, одетый к выходу в деловой костюм с иголочки, окинул меня оценивающим взглядом, и мне показалось, разглядывал меня дольше, чем принято правилами приличия. Лицо его не выдавало ровно никаких эмоций, лишь появились искристые огоньки, мелькнувшие в глубине голубых глаз. Спустя миг он моргнул, и огоньки исчезли, вернув на место абсолютно ровный взгляд.

— Что ж… Лиза, — сказал он, вглядевшись в бейдж на чёрном платье. — Идёмте, я покажу фронт работ. Очень жаль, что сегодня Элеонора не смогла выполнить свои обязанности. Но я надеюсь, её замена умеет вытирать пыль и мыть пол, как положено?

— Не беспокойтесь, мистер Донован. Всё будет на высшем уровне, — успокоила я его.

— Очень надеюсь. И имейте в виду — я не плачу за халтуру.

— Конечно-конечно, — закивала я головой, словно китайский болванчик.

Мужчина двинулся к неприметной комнате в конце коридора. Открыл дверь и обратился ко мне:

— Итак, тряпки, швабры и прочее вы берёте здесь и…

— Понятно, — вклинилась я, чтобы показать, что понимаю.

Мужчина нахмурился и замолчал. Ему не понравилось, что я перебила его. Небрежно захлопнув дверь, Мэтт Донован направился к лестнице царственной походкой. Клянусь, когда семенила следом, сама себе показалась ущербной — так грациозно он вышагивал. Я так не умею!

Поднимаясь по лестнице, он продолжил:

— В доме два этажа. Хотелось бы, чтобы оба они были убраны одинаково хорошо, а не так, что на первом — чисто, а на втором вы вдруг устали. Элеонора убирала всё сама. Коттедж не такой уж и большой.

— Ясно, — ответила я, уныло оглядывая помещение.

Каждый, кто хоть раз мыл пол, знает, что при уборке даже трёхкомнатная квартирка чудесным образом превращается в необъятный замок! Я пришла вовсе не за этим, но вылизать все этажи мне всё же придётся, чтобы не вызвать подозрений.

А дом и вправду довольно милый и не очень большой, но за счёт удачной планировки и грамотно подобранной мебели казалось, что здесь довольно просторно и светло. И даже по обстановке совершенно ясно, что здесь живёт истинный педант. Не люблю таких мужчин — для них всё, что не по графику — сущий ужас. Даже на любовь у него, наверное, запланированное время! А ещё очевидно, что у этого педанта нет спутницы жизни — женских вещей в доме видно не было.

Мэтт остановился недалеко от лестницы. С этой точки было видно все двери коридора, расходящегося на два крыла.

— Там спальни, комнаты для гостей, ванные комнаты, — показывал он рукой направление комнат. — В моём кабинете, пожалуйста, не убирайтесь — ничего личного, но ВАМ я не доверяю. Остальные помещения можете вымыть. Не забывайте, что дом оборудован камерами, а ваши данные есть в агентстве.

Подготовился. Ну, ничего, я тоже готовилась к появлению в твоём доме, Мэтт Донован!

— Вам всё ясно?

— Предельно.

— Замечательно. Более не располагаю временем проводить вам экскурсию — разберётесь сами. Ещё раз напоминаю: если меня результат не устроит — ваши услуги не будут оплачены. Когда закончите, просто захлопните входную дверь. Она закроется сама. Только не забывайте свои вещи — без меня вам не зайти назад. Всего доброго!

Мужчина, не оборачиваясь, спустился по ступенькам и хлопнул дверью. Конечно, что на нас смотреть-то, мы разве достойны, обычные горничные? Такие люди для него — мусор. Высокомерный тип, как мне и говорили.

Так. Ну, пора. Пора сделать то, для чего я сюда явилась, и зачем я, имея высшее образование и диплом международного уровня, устроилась в агентство уборки помещений. В то самое, которым пользовался Мэтт Донован, которого я считала своим врагом номер один, хотя мужчина пока об этом не догадывался. Он не знал обо мне ничего, а я о нём — гораздо больше, чем он может себе представить…

Выждала какое-то время — вдруг вернётся? Потом на цыпочках прошла прямо в кабинет. Начну с него. Что-то нужное я обязательно здесь найду. Это последний шанс спасти отца, который уже находился под следствием как главный подозреваемый и сейчас был под домашним арестом с подпиской о невыезде. Пока ещё его причастность не доказана, и у меня есть возможность доказать его невиновность. И главные улики были на руках у Мэтта.

Я знала, что одна здесь, но всё равно кралась, будто львица за косулей. Я заранее успела выяснить, что камеры пишут только снаружи и в его кабинете. К коттеджу я шла в кепке с козырьком, за которым не видно лица, особенно если опустить голову. А перед входом в кабинет — повязала на лицо платок на манер ковбоев Дикого Запада, который оставил лишь глаза, скрыв остальную часть лица. Приоткрыв дверь, я заглянула внутрь, будто бы хозяин дома вдруг мог вернуться и зайти через окно второго этажа. Но в комнате, конечно, никого не оказалось.

Я ступала по мягкому паласу, приближаясь к камере, попутно снимая с себя фартук. Накинула белую ткань на глазок и со спокойной душой стянула с лица платок, оставив его висеть на шее. Мой взгляд нацелился на дорогой письменный стол. Я принялась обследовать его, но, к моему разочарованию, почти все его отделы были закрыты на ключ. Лишь на самом столе сиротливо лежали несколько листов с текстом, скрепленные меж собой скобой степлера.

Взяла бумаги в руки и принялась их изучать. Сердце ёкнуло, когда среди строчек заметила имя отца. Это был отчёт по финансам. Полной картины всей ситуации он, конечно, не давал, но поразмыслить было над чем. Эти документы были каплей в море, и меня даже посетило горькое чувство досады — неужели я зря так рискую? Конечно, такой человек, как Мэтт, спрячет важные бумаги, он не станет их бросать на столе. И почему я об этом не подумала, пока не залезла в самое пекло?

— Нашла что-нибудь интересное, Лиза? — раздался за моей спиной низкий мужской голос.

* * *

Я дёрнулась как от разряда тока. Ужас пробежал волной по всему телу от корней волос до мизинцев на ногах. Меня поймали с поличным!

Я стояла спиной к двери и слишком увлеклась чтением, чтобы услышать внезапно вернувшегося хозяина. Даже находясь спиной к нему, я точно знала — это Донован. В конце концов, больше и некому.

Осторожно обернулась. Мужчина медленно закрыл дверь. Однако, я не услышала характерного щелчка замка. Можно сбежать, если каким-то чудом добегу до выхода мимо поймавшего меня в ловушку обладателя дома. Мэтт расставил длинные ноги на ширине плеч, сложил руки на груди и устремил острый взгляд на меня, загородив собой дверь.

— Так я и думал, что с тобой что-то не так, Лиза, — это имя он произнёс особенно язвительно.

Хорошо, что оно не моё!

— Ты — шпионка! — продолжил говорить мужчина. — А ещё — воровка. Хотела украсть эти документы, да? Что ж, тебе не повезло. Я уже вызвал полицию. Ну, рассказывай, пока едут копы, что ты искала? Ты думаешь, я такой идиот, что буду хранить нечто важное в кабинете, куда может зайти прислуга?

Я как застыла возле стола, так и стояла, нервно кусая губы. Мозг генерировал сотню идей в минуту, но никакая из них не подходила мне, и я отбрасывала их одну за одной. Только сейчас до меня вдруг дошло — идея залезть в его кабинет, на самом деле, не самая умная. Ничего я важного не нашла, а в тюрьму он меня посадит. А когда поймёт повод и чья я дочь — посодействует, чтобы моё пребывание там было максимально длительным. Я действовала от отчаяния, придя сюда и решив рискнуть. Глупый, неоправданный риск…

Теперь я это понимаю, но уже поздно. Я хотела сфотографировать на телефон те документы, что найду, и положить на место. Он бы и не заметил, что в них кто-то копался. Но случилось то, чего я боялась больше всего — что Донован вернётся, а я не услышу!

— Я жду. Мне очень любопытно, что этот хорошенький носик забыл в моём столе? — Мэтт сверлил меня отнюдь не доброжелательным взглядом. — Ты не похожа на уборщицу.

Ещё немного, и во мне появятся дымящиеся дырки! Чувствовала себя бараном перед закланием и упорно молчала. Интересно, программа пыток предусмотрена или мы молча подождём тут полицейских, с которыми я поеду весело кататься до ближайшего участка? И это будет моя последняя поездка в ближайшие лет пять. Точно не скажу, какой срок предусмотрен для таких бумажных воровок-неудачниц, как я.

Злой мужчина нахмурился ещё сильнее и начал делать шаги в мою сторону. Я попыталась обойти его, но потерпела фиаско — Мэтт ловко поймал меня за руки и придавил к столу, крепко стискивая мои запястья. Я поморщилась от боли и прекратила попытки вырваться.

Думай, «Лиза», думай.

— Далеко собралась? Я пока не готов тебя отпустить, извини. Придётся задержаться.

Он говорил вежливо, на первый взгляд. Но судя по тону голоса, ставшего железным, и ситуации в целом, красавчик просто издевался над пойманной жертвой. Котик поймал птичку, обломал ей крылышки, а теперь играет с ней — ведь далеко она уже не улетит… Не знаю, почему ему захотелось поиграть с воровкой, но мне это было на руку, у меня было самое ценное — время.

Одной рукой Донован поднял вверх мой подбородок и посмотрел в глаза.

— Говори, — потребовал он ответа.

Его прикосновения меня пугали и будоражили. Я попыталась высвободить своё лицо, но мужчина не давал мне отвернуться.

Он стоял вплотную, прижимая меня к столу своим телом. Меня дурманил запах резкого чужого парфюма и мешал думать. Ну, и ещё злющий взгляд люто холодных глаз выбивал ковбоя из седла! Я хранила молчание, не в силах оторвать взгляд от нереально красивого мужского лица с пробивающейся щетиной. Меня начало потряхивать.

— Ты не собираешься мне ничего объяснять, — подытожил Мэтт нашу «беседу». — Что ж, надеюсь, полицейские разговорят тебя лучше, чем я.

— Не отдавайте меня полиции, — выпалила вдруг я.

— Почему же? — в глазах моего палача заиграло любопытство.

— Я могу быть… полезной.

Вот чёрт… Ну, почему из меня лезут именно эти слова? Чем я могу быть полезной — реально, что ли, полы ему вымыть бесплатно?!

— Чем? — поднял он брови.

Логичный вопрос. Только я не знала — чем…

— Я расскажу вам всё. Может быть, мы как-нибудь договоримся? Чтобы вы забыли об этом инциденте.

— У тебя есть какие-то конкретные предложения?

Я снова закусила губу, перебирая варианты в голове. И некоторые мне даже показались не такими уж нелепыми, но мужчина расценил моё молчание по-своему.

— Ну, хорошо, я согласен. Ты мне тоже нравишься.

Уставилась на него, как на кретина. Чего?! В смысле — “тоже”? Это он о чём?

Не успела я задать никаких вопросов, как меня прижали к себе уже совершенно иначе. Я смотрела на мужскую руку, которая опустилась мне на бедро и ощутимо сжала. Глаза, полные шока, вернула на мужчину и обнаружила, что его взгляд полностью изменился. Он казался ещё более тяжёлым, а цвет радужки стал глубоким и густым. Мэтт опустил глаза на мои опухшие от закусывания губы. Только я хотела было сказать, что хотела предложить вовсе не это, как Мэтт заметил движение моих губ и приник к ним своими. Я задергалась в попытках освободиться. Но сзади меня подпирал мощный стол, а спереди прижимал своими лапами не менее мощный и здоровый мужик.

Вот блин… Эй, мужик, я не это имела в виду!!

3

Вдруг меня осенила мысль, что пока мы стоим, и он не отволок меня на диван, я ведь могу вспомнить один приём, которому меня учил папа и говорил, чтобы я использовала его в свою защиту против мужчин только в крайнем случае. Сейчас самый что ни на есть крайний случай! Главное, попасть с первого раза.

Я немного выждала и даже сделала вид, что отвечаю на поцелуй, чтобы усыпить бдительность неожиданно похотливого самца, чем вызвала его удивление. Мэтт сначала глянул на меня, и я изобразила подобие улыбки, а потом с удвоенным рвением потянулся к моим губам опять.

— Ах ты, зараза! — заорал мужчина, складываясь пополам и выпуская меня из рук.

Да, получить в пах очень больно! Кто бы спорил?

Я выбежала из комнаты, пока он не очухался. Всё самое важное на всякий случай у меня при себе — кошелёк и телефон. С вещами придётся попрощаться и бежать прямо в платье горничной в надежде поймать такси. Понятия не имею, что я буду делать потом, сейчас главное — удрать от него куда подальше!

О, чудо — выбежала за дверь дома и увидела приближающуюся жёлтую заветную машину с шашкой! Выскочила на дорогу, преграждая путь такси. Авто, взвизгнув тормозами, резко остановилось. Открыла дверь и запрыгнула в салон. На меня тут же обрушился поток ругани несчастного водителя, которому не повезло встретиться со мной в это утро.

— Твою бабушку, куда ты прёшь, овца?! Я тебя чуть не убил! Потом сидеть ещё из-за тебя.

О да, про «сидеть», дяденька, вы очень в тему!

— Да-да, я овца и всё такое! Поехали, пожалуйста! Прошу вас! — я, заламывая руки, слёзно смотрела на мужчину.

Того, видимо, тронули мои слёзы, и он чертыхаясь завёл машину и поехал вперёд.

Лишь когда я оказалась в своей маленькой съемной квартирке, я осознала всю тяжесть и глупость своего поступка… Хорошо хоть додумалась не светить своим именем в агентстве — моих настоящих данных ему не найти. За соблазнительный гонорар милая администратор согласилась написать несуществующие имя и фамилию, услышав сказку о муже, который запрещает мне работать, а мне так срочно нужны деньги. Повезло — я действовала на дурака, но девчонка оказалась алчной до денег. И если бы всё прошло, как я задумала — никто бы ничего и не узнал.

* * *

Я — метиска.

Моя мать — тёплое солнышко из Японии, поэтому в моём лице присутствуют милые и тонкие азиатские черты, заставляющие обращать на себя внимание. Папа — русский, наградивший меня светло-зелёными глазами и непростым характером. К сожалению, папа рано ушёл от нас с мамой на небеса. Мы переживали. Но Бог дал маме ещё одного мужчину, а мне — отца. Мой отчим, хотя я зову его папой, англичанин, и благодаря ему мы живём в Лондоне, в одном из лучших районов.

Джейсон — очень хороший человек. Он любит маму.

Они такие разные! Для меня до сих пор удивительно, как два таких полярных человека, начиная с внешности и заканчивая мировоззрением, полюбили друг друга и у них появился общий ребёнок — моя сестра Кирстен. Однако, Джейсон считает и меня своей дочерью, хотя мой характер им всем порой выносить непросто.

Благодаря моему родному папе во мне целая страна противоречий! Тепло и оптимизм мамы смешивается с нордическим, прагматичным характером отца, и вот вам я — мисс Непредсказуемость! Я и сама не знаю, как в иной раз отреагирую на ситуацию — то ли плакать начну, как ранимый ребёнок, то ли анализировать и искать решение.

Когда мы узнали, что Джейсону грозит тюрьма — места себе не находили. Особенно мама — ведь она уже не сможет без него! Ему предъявлено обвинение в предоставлении информации компании-конкуренту. Отец заведовал базами клиентов, и именно их умудрились слить главному конкуренту папиной компании — «Донован-Индастриз». Той самой, которая принадлежала семье Мэтта Донована, и у которого я побывала в гостях.

За разглашение коммерческой тайны, как и во многих организациях, предусмотрен огромный штраф. Таких денег у нас нет, несмотря на довольно неплохое финансовое положение. Если штраф не уплачен — значит, заключение под стражу и реальный срок. Узнать правду можно было только одним способом — проникнуть в компанию Мэтта и потихоньку разнюхивать. И у меня была такая возможность — им требовался переводчик с японского и русского языков. Спасибо Джейсону — училась я в одном из лучших университетов Лондона, к тому же мама сама носитель японского языка и с детства учила ему и меня, а папа — русскому, который я не забросила после его смерти.

Не так давно я подала своё резюме в «Донован-Индастриз». Мне перезвонили через несколько дней и пригласили на собеседование. Оно должно было состояться уже послезавтра. Фамилия у меня другая, не такая, как у Джейсона, с мамой они отношения не оформили — поэтому связать меня с ним юридически никак нельзя, и я не боялась устраиваться туда на работу.

Почему я не испугалась перед этим залезть в бумаги? Всё просто — Мэтт Донован не работает в главном офисе. Он руководитель другого филиала компании и работает в совершенно ином направлении, и в управлении главным офисом практически не участвует, да и бывает там очень редко. Но делом моего отца отчего-то занимается именно он! Уж не знаю, что за заморочки у учредителей этой чудесной компании. Маловероятно, что встретившись в здании со мной, он бы узнал во мне девушку, что однажды приходила мыть его пол! Персонал подобного уровня для него точно такой же несуществующий, как пыль на его дорогом паркете. Даже если и узнает меня — что такого? Я была временно безработная! Разве это криминал — помыть полы за деньги?

И всё бы ничего, если бы мне удалось уйти из его дома незамеченной. Теперь я сама запустила бомбу замедленного действия, попавшись на глаза Мэтту, да ещё — Бог ты мой! — ударила его в самое драгоценное! Я даже боюсь представить, что же будет, когда эта бомба всё-таки рванёт!

Но на собеседование я всё же решила идти — и место хорошее, и информацию можно получить. Шанс встретить Донована нос к носу ничтожно мал даже спустя год работы там, а если и встретимся, и он вдруг вспомнит меня — сделаю вид, что он обознался. Улик против меня нет — камеры записали лишь девушку со скрытым лицом.

Докажите теперь, мистер Донован, что это я была!

* * *

МЭТТ

— Ни фига себе! — сказал я, когда отдышался и боль отступила.

Вот это удар — ещё и коленом с первого раза попала, будто делает это каждый день!

Ну и штучка! Нужно навести справки, кто она? Необходимо понять, что она искала, работает на себя или на кого-то ещё? Пересмотрю записи с камер, когда вернусь домой. Сейчас у меня нет времени на это, меня ждут на работе, но я обязательно выберу время, а ещё заеду в агентство, что предоставило мне Лизу. Похоже, мне придётся отказаться от их услуг после произошедшего, даже несмотря на то, что вопросов к Элеоноре за все три года её работы у меня в доме не возникало. Чёртова девчонка! Теперь придётся искать себе другой персонал для уборки.