Помоги проекту - поделись книгой:
Ну и пришло время заняться главной рекой континента Сангарой, раз ей случилось протекать через мои земли, ибо тут тоже были проблемы (а я очень удивился бы не будь их там)…
Купцы стали жаловаться на появившихся на реке разбойников. Сначала они брали небольшую плату за помощь в проходе через перекаты, потом стали брать долю товара, ну а теперь начали просто грабить. Я приказал на речной мануфактуре в Мече, построить эскадру бронекатеров, защищенных броней скоростных судов, несущих спарку «мясорубок» и платунг десанта. Я назвал новую структуру «Речной жандармерией» и подчинил штабу Округа. Дворянская молодежь из всех столиц дружно ломанулась в новую структуру, причем девушки тоже. Учитывая, что система обязательной службы дворянства, действовала пока только у метисов, а это была вельми полезная подвижка, Школу «Речная броня» я открыл именно в Мече, а заодно я решил расширить Военные школы в Мече и объявить туда набор со всего Округа, но условия выпуска сохранить местные, распространив их на Армию Округа. А Речной флот, я решил интегрировать во все водные магистрали округа, ибо дело это хорошее. И еще я наконец решился и добавил своим супругам возможность накладывать Заклятие верности во время присяги, которую они частенько принимали у молодых офицеров и новых частей.
Информация к размышлениям
Заклятие верности, вовсе не является аналогом рабского подчинения, а просто накладывает запрет на причинение вреда внесенного в заклинание объекта. Объектом может быть как живое существо, так и неодушевленный предмет. Заклятие может накладывать Маг уровня Красного Магистра, либо инициированные им субъекты обладающие магией. Королева и Княгиня, в данном случае обладают различными уровнями наследственной магии.
В горах находящихся на территории Округа «Лукаш» (так он теперь официально называется) нашлось немало полезных ископаемых, которые были обнаружены моим «Горным бюро». Эту структуру я создал несколько огорчив Группен-хирд-мастеров официальных гномьих структур, и огорчил тем, что набрал туда гномов-изгоев. Я присвоил им звания Мастер-майоров, чем весьма потрафил их самолюбию и создал структуру из двух отделов: Горно-разведывательного и горно-добывающего. Учредительное собрание, на котором была попытка создания Совета Бюро, вылилось в драку с массовым выдиранием бород, посему я прекратил попытки создания традиционного для гномов псевдо-самоуправления и подчинил бюро своему штабу на прямую, вернее свежее созданному Экономическому управлению оного, (ну чем я, блин, хуже графа Аракчеева, гения Российского артиллерийского порядка, который эффективно курировал, и артиллерию, и ее производство).
Ну а учитывая то что бородатые гении создали линию переработки руды в концентрат, не имеющую аналогов на континенте, то все металлоплавильные мастерские (кроме мануфактур метисов естественно), выстроились в очередь, за данным продуктом.
И тут, когда все стало более-менее налаживаться пошли новости…
Во первых обе мои супруги, как говориться понесли, а во вторых пришло сообщение от моего погранца Иванова, который обустраивал заставы в районе перевалов. В Морее, при проходе очередного штрека, гномерами был обнаружен огромный подземный зал, с непонятными механизмами, откуда уходят многочисленные тоннели запечатанные бронезаслонками запертыми с той стороны, причем у механизмов рабочий вид и в зале есть следы присутствия персонала, судя по инструментам Хомо. Ликтор-Майор Иванов, по быстрому перебросил туда мангруппу с «мясорубками» и пробросил туда провод от ближайшего телеграфа (добившись уважения у гнома-телеграфиста, скрутив его при попытке начать драку).
Ну что же, дело интересное и известно опять же со времен Гомера, что когда в положении Пенелопа (причем обе), Одиссею не лишним будет съездить в командировку. В служебную.
Глава двадцать седьмая,
в которой приключения становятся подземными
Зал поражал всем. Высотой сводов, мягким освещением льющимся из огромных, толи грибов, толи светильников торчащих их стен и висевших на своде. Стальные, скорее ворота, нежели двери, с устрашающе огромными заклепками, ряды верстаков со знакомыми и незнакомыми механизмами, по крайней мере токарный и фрезерный станки я узнал. Было еще два непонятных стапеля, с толи полу собранными, толи полу разобранными, механизмами напоминающими горно-проходческие комбайны. Под потолками висели тельферы и козловые краны.
Помещение было настолько огромным, что «Малышъ», «Мул» и «Борзая» спокойно туда въехали и даже вписались в проходы между станками (спасибо гномерам, которые традиционно делал коридоры и штреки широкими, как резервы будущего жилья. Короче, целое подземное царство. Повернувшись у Ликтор-майору я спросил, а почему вы товарищ майор (товарищ майор я сказал по русски) рещили что тут были именно Хомо, на что Иванов сделал приглашающий жест, подвел меня к чему-то напоминающему карусельный станок и открыл дверцу, фундаментального хоз-шкафчика вмонтированного в тумбу станка. Там на полке стояла бутылка с остатками какой то жидкости и три ГРАНЕНЫХ! стакана. — «Жидкость пахнет спиртным», опередив мой вопрос ответил пограничник. Я не поленился, взял бутылку и вытащил торчащую деревянную затычку обмотанную тряпицей и сразу же вокруг шибануло ядренейшей сивухой. Дегустировать я не решился, хотя судя потому, как передернуло Иванова, он был смелее меня.
И тут раздался жуткий скрежет и скрип, это стали открываться центральные ворота, «Малышъ» стоял как раз напротив них и его башня, шевельнувшись нацелила стволы, на возможную угрозу, и эта угроза появилась…
Была когда-то реклама про «День жестянщика» и там был в меру поддатый механисьон в комбезе и вязанной шапочке. Вот именно такой персонж и вышел из приоткрытой створки ворот. Равнодушно окинув взглядом технику и солдат он направился прямо к нам с Ивановым, а вернее к станку с заветным шкафчиком. Я шепотом отдал команду — «Не трогать!».
Проходя мимо нас он проворчал со странным акцентом, типа чего мол приперлись так рано, ведь ремонтники освободятся только после завтра. После чего подошел к другой тумбе, открыл такую же дверцу и достал из нее такую же, но только непочатую бутылку и сунув ее в карман комбинезона, пошел назад. Я остановил жестом, сержанта уже готовившегося задержать работягу и достав из кармана своего комбеза бронеходчика фляжку с келимасом обратился к нему с четким предложением, а не хочет ли мол уважаемый мастер, вместо бормотухи, вкусить благородного напитка, на что моментально был получен утвердительный ответ, а дальше, да с помощью профессионала (Ликтор-майора Иванова), дело пошло со всем прилежанием, ведь как сказал капитан Клосс, допрос лучше всего проводить при совместном распитии спиртных напитков. Мастер Николаб, был очень здоров пить, плюс ему было абсолютно на все наплевать, кроме грядущей переборки главного редуктора «Большого Червя», так назывались горно-проходческие комбайна на стапелях. Между тостами, Николоб рассказывал всевозможные истории, и охотно отвлекался на вопросы по персоналиям и событиям, им упоминаемым. И картина вырисовывалась такая…
Некий «Метрострой» строил в своей столице секретную линию метро и в момент некоего катаклизма, большой кусок подземелья оказался в этом Мире и измерении. В лакуну попали: часть секретной линии метро, часть военной подземной базы, резервный государственный продовольственный склад, резервные механические мастерские метростроевцев, где мы сейчас находились, две смена строителей и механиков (был пересменок), кусок обычной линии с двумя поездами забитыми пассажирами, непонятная госконтора которая почему то находилась под землей, запасное правительственное штабное бомбоубежище и подвалы Столичного музыкального театра, где находились запасные гримуборные в которых как раз находились номинантки фестиваля женских музыкальных коллективов.
Начальник смены и полковник с базы, стали осуществлять общее руководство, с элементами диктатуры, народ подчинился, хотя и не без мелких эксцессов, штаб был практически подземным городом с четырьмя артезианскими станциями, две из которых работали, двумя электростанциями с автономными источниками питания, продовольственный склад рассчитанный на годовое обеспечение десяти тысяч человек, да у вояк осталась солидная часть складов. Так что уже пол года, силами двух «Больших Червей», попаданцы рыли тоннель наружу, но все шло очень медленно и черви все время ломались, но польза была в том, что в рабочем штреке все время работали сборные бригады, как из штатских, так и из военных. А у вояк было несколько разоруженных бронетранспортеров, на которых возили отвал и которые тоже все время ломались, но судя по тому что он видит, вояки нашли что-то новенькое, и выпив еще стопарик (келимас из наших личных запасов подносили постоянно) механисьен задремал. Особенно мне понравился его рассказ об организованном тут театре, который нам явно пригодится в моей столице.
Ну что же, надо выходить на местное командование, но тут, как по заказу проявилось и оное.
Те, кто служил в армии, наверняка знают такой тип старших офицеров, которые будучи даже в комбинезоне без знаков различия, все равно излучают флер полковничьих погон, как там у АБС — «И в плавках генерал-полковник Туур был орлом». Это я к тому, что это был действительно полковник и звали его Тур. Сначала он устроил всем разнос по поводу того, что технику пригнали на ремонт вне графика, потом осознав что тут что-то не так, сходу врубился в ситуацию и с благодарностью приняв добрую стоку келимаса, стал рассказывать свое видение ситуации. С одной стороны имелась некоторая стабильность… В поселении был порядок, склады ломились от продуктов, артезианские скважины давали достаточно воды, вертикаль власти была установлена, персонал секретного города признал старшинство полковника, технарям-метростроевцам все вообще было похрену, был бы паек и работал бы самогонный аппарат, штатские из вагонов метро были построены и приведены в чувство, и даже странная подземная Контора, живущая в набитом непонятным оборудованием автономном отсеке Города, соблюдала благожелательный нейтралитет.
Не стану лицемерить и признаюсь, что полковника Тура, я сразу же взял под контроль Заклятием Преданности и посему он выдал мне главную тайну Подземелья. Секретная контора в подземном городе называлась Филиалом Службы Спецсвязи (хотя была больше самой этой службы), занималась прослушиванием правительственных помещений, а в подвале театра, часть которого была вырвана из естественной среды вместе с соседями, был оперативный отдел ФСС, который должен был реагировать на экстремальные ситуации выявленные с помощью прослушки. И это помещение параллельно с куском было перенесено в одну из пещер в отрогах имеющую выход на поверхность, и телефоны находящиеся там оказались соединены с Городом.
И пока метростроевцы рыли тоннель, Служба Спецсвязи проводила агентурное внедрение в Союз Королевств, тем более спецсредств у них хватало, так как вместе с ними перенеся и базовый спецсклад Конторы.
И как я понял, реальным диктатором и властителем подземного города был господин К, руководитель той самой спецуры, причем он всех подмял и подчинил, исключительно по телефону. Уважаю профессионала.
Но полковник Тур, еще кое чем порадовал… В одном из обрезанных катаклизмов тоннелей, внезапно открылось продолжение ветки, но в какую-то другую систему и оттуда по патрулю, пошедшему на разведку открыли огонь, причем явно предупредительный. В этой ситуации полковника больше всего расстраивало, что: «У этих самок помоечной дворняжки, изнасилованных ящерицей (так образно он называл штабных интендантов) хватило ума забить один из складов туалетной бумагой, но вот в арсенале нет ни одного пулемета, а по уставу Боевого Легиона, вести наступательные действия без пулеметов, ну никак нельзя. Но тут подземелье сильно тряхнуло, замигал свет и ситуация еще раз изменилась. Через час выяснилось, что один из «Червяков» вышел на поверхность, а пробой в другую систему наглухо закрылся гранитным массивом.
Ну что же, вот и еще одно княжество вырисовывается и я потребовал связать меня с господином К.
Глава двадцать восьмая,
в которой мы едем кататься на метро
Господин К, оказался точной копией папы Мюллера в исполнении артиста Броневого. Помимо потрясающей харизмы и глубокого профессионализма, у него были даже кое какие магические задатки, где-то на «восьмушку», но первое, что он сделал при встрече со мной, это наложить на меня слабенькое заклятие подчинения, но столкнувшись с моим мощным обратным посылом, щелкнул каблуками, боднул головой и сказал: «Я и мои люди, в вашем распоряжении Магистр.
Заместителя директора ФСС по Оперативной работе, звали господин Кугель. Проведя все нужные магические процедуры, я назначил его начальником нового департамента Округа, который я не изобретая бицикла назвал ФСС и одновременно назначил его наместником нового княжества, которое я опять же не заморачиваясь назвал «Метро» (на Оркском диалекте Имперского языка, Метро означало «Горное гнездо». Я очертил границы нового княжества, так чтобы туда попали и выход на поверхность, и лакуна ФСС и приступил к ревизии своих новых владений.
Новое хозяйство было весьма интересным, и новости и новации буквально штабелировались. Ну, во-первых, очень порадовали склады как статские, так и военные… Начальник арсенала перемигнувшись с Кугелем, преподнес моим ронинам, меня же сопровождавшим, пистолет-пулеметы очень похожие на старые Беретты (преподнес естественно с БК), причем все время ел глазами мою кобуру с парабеллумом, который я таки достал и патроны в Береттах оказались аналогичными, только с другим клеймом. На складах, кроме консервов, огнестрела и туалетной бумаги, был солидный запас бензина и солярки, были даже мини-заводы горючего (так что мой Додж теперь с горючкой). Очень меня заинтересовала бездонная пропасть ограничивающая подземный город с одной из сторон, местные использовали ее как канализацию и свалку в одном флаконе. А тупик на месте предыдущего пробоя, оказался вообще с сюрпризом…
Каменная стена была мороком и тоннель спокойно продолжался дальше, ну и я не смог пройти мимо.
Вагоны здешнего метро были ностальгически один в один, как в старом Московском имени Кагановича[23], и ремонтно-строительная техника, была на их базе, так что подземный Бе-По имени Лазаря Кагановича составился достаточно просто… контрольная платформа со шпалами, платформа с «Быком», два местных полицейских броневагена с десантом, платформа с «Борзой», две мотриссы для тяги. Я легкими пассами рук, уничтожил морок и сказал историческое слово — «Поехали!».
Тоннель был самым обычным метровским, если не считать частых вытяжек в стенах и сводах, забранных густыми вычурными решетками, но вот тюбинги были один в один. А вот первая же станция была некой смесью стилей винтажа-ярмарки и стимпанка. Огромный зал с множеством перронов и дебаркадеров, разноцветные составы из вагонов самых причудливых моделей и расцветок, которые пребывали, убывали и стояли во всевозможных комбинациях. И что бросалось в глаза, так это то, что поезда были «запряжены» в симпатичные паровозики (чуть бвло не скзал из Ромашково), у которых из труб вместо угольного дыма попыхивал легкий парок. На перронах ряды лавочек, торговых павильончиков и киосков, и кишащая вокруг них разноцветная толпа покупателей представлявшая абсолютное смешение рас, народностей и типажей.
Я приказал по громкой связи оставаться на местах, сохранять спокойствие и без приказа огня не открывать, вылез на броню «Малыша» и стал обозревать окрестности, дослав на всякий случай патрон в ствол своего ППШ. На меня, да и на наш поезд, что интересно, никто не обращал внимания, но это было не очень долго. Сначала ко мне обратился странный тип в желто-красной клетчатой тройке, в катонье (видимо из французской соломки) и тремя глазами на жуликоватой мордочке левантийского купца. Он сходу предложил мне партию контрацептивов, на что я ответил фразой из старого анекдота, мол простите, но у нас уже одна такая есть. Потом подскакал самый натуральный кентавр и поинтересовался, не продадим ли мы пулемет РПД-44. Ну а далее предложения и вопросы посыпались потоком, тут были и торговцы едой и напитками, художники предлагающие купить свои шедевры и тут же вас нарисовать, разносчики всего на свете, и лоточники с абсолютно феерическим ассортиментом и.т.д. Короче, смесь Рижского рынка, с Измайловским вернисажем и Парижской блошкой. Пришлось отдать команду, десанту высадиться и создать оцепление. Местные кстати очень четко и дисциплинированно отреагировали на людей в форме и с оружием.
Но тут появился еще один персонаж, Волхв в темносиней рясе. Он лениво махнул рукой и торговцы порскнули в сторону, как воробьи от кошки, а потом вообще все вокруг застыло, кроме на с ним.
«Рад приветствовать Красного магистра из двух других Миров» — произнес волхв слегка поклонившись.
«Взаимно» — ответил я, на всякий случай ставя защитный энергетический кокон, (причем я сделал это абсолютно на автомате даже и не зная раньше за собой такой возможности).
Волхв откинул назад капюшон, поднял обе руки в защитном жесте и произнес, улыбнувшись:
«Опасность исходит вовсе не от меня магистр, а от ситуации со смешением Миров на этой планете. Ваши маги сейчас работают над локализацией точек катаклизмов, и вы им уже помогли и еще раз поможете. В Большом Нейтрализаторе не хватает одного важного фрагмента, и находится он в вашем Мире в Ледяной пустоши, но карта и пропуск туда хранятся в Запретных пещерах в ваших горах. Вот Горный компас и удачи вам Красный магистр, а этот Мир покиньте как можно скорее, ибо через самое короткое время он запечатается навсегда» — с этими словами он протянул мне нечто вроде шикарных старинных карманных часов.
Вокзал снова зашумел, а я отдал приказ к посадке и даче заднего хода, то есть приступить к срочной эвакуации. Как только замыкающая состав контрольная платформа вкатилась в знакомый тоннель, все вокруг дрогнуло, замигал свет и путь в Метро-2 оказался перекрыт, но на этот раз не мороком, а реальным камнем.
В обустройстве нового княжества «Метро», первую скрипку стали играть гномы. Они сразу предложили Кугелю Супер-бартер, но все уперлось в меры обмена, вернее в общую единицу расчета. У подземщиков были в ходу бумажные деньги и чеки, у гномов золотые. Я дабы нивелировать конфликт, предложил им, как условную единицу обмена банку тушенки, продукт известный и имеющийся в наличии у обоих сторон. Первое на что гномы положили глаз, это были два «Больших Червя», тех самых подземных комбайнов стоящих в ремонтном зале. У метростроевцев было еще три таких агрегата, два на ходу и один законсервированный. Те два что стояли в зале, были в глубоком ремонте и именно их первыми и старался Кугель всучить гномам. Еще гномы широко раскатали свои бороды в сторону движков, дизель-электрических станций и насосов. Тут как раз подъехал мой премьер (как я его называю) Тайный Советник Пагус и сходу включился в торг и только я обрадовался, что отвлекся от этой рутины, как показался сам Камергер магистр Ревв, и иже с ним Мастер Кедра, волхв Теттемир. Я сразу уловил флюиды тревоги излучаемые ими и сложив два и два, не удержался от хулиганства… Вместо приветствия я сразу в лоб спросил:
«Ну что, опять проблемы в Большом Нейтрализаторе?» — чем вогнал сановных гостей в полный когнитивный диссонанс.
Я рассказал им про Синего Волхва, а они мне про Артефакт-нейтрализатор, который должен заблокировать межмировые каналы, которые пошли в разнос и могут попросту разорвать планету. Большой Нейтрализатор собрали, но оказалось, что один из модулей, это просто муляж, в Имперских архивах нашли намек на место пребывания нужной детали и тут во время подоспела моя информация. Теперь вопрос был в том, где же эти самые Запретные пещеры. Я жестом фокусника, достающего зайца из пустого цилиндра, достал из кармана комбинезона бронеходчика (моей любимой одежде в походах) Горный компас и услышал слева и сзади себя звук массового падения, обернувшись я увидел несколько сановных гномов стоящих на коленях.
Оказывается, данный раритет, является секретным персонажем из древних гномьих легенд и мой авторитет у гномов взмыл до горных вершин. Новая делегация была от свободных хирдов, которые тоже жаждали припасть к источнику новых технологий, на что я, воспользовавшись моментом заявил следующее: «К технологиям и высоко-технологическим товарам будут иметь доступ только хирды, вассальные Округу Лукаш!». Короче, мой Округ резко округлился и разросся, так как все Железнодорожные хирды оказались отныне под моей рукой. Их представители, кстати, оказались тут по поводу возможного вассалитета, а то уж слишком сильно на них стал двить Союз Королевств. Так что теперь, как владелец Горного компаса, я отныне являюсь Генеральным Хирд-Советником. Переговоры с Кугелем пошли после этого гораздо живее. Гномы в обмен на два нерабочих комбайна, технологические карты к ним и аренду ряда единиц техники, (для копирования), строили для княжества наружный город на поверхности и проводили сюда железную дорогу. Остальное решалось в рабочем порядке.
А я, определив направление к Запретным пещерам, начал формировать экспедицию.
Глава двадцать девятая,
в которой рассказывается о Запретных пещерах
Во главу решения проблемы с поисками Запретных пещер, я поставил два «Больших Червя», долго вспоминал где я их видел раньше и вспомнил, старую статью и прошлой жизни про германские и советские проекты Субтеррин, даже радиопостановку слушал на эту тему, под названием «Последний Рейд Боевого Крота».
Гномы и метростроевцы, после трех часов галдежа и хватания за грудки, определились с технологией строительства тоннеля, а вернее тоннелей. Решили вести две нитки параллельно, так как гномы пригнали сюда и свой горнопроходческий комбайн. Больше всего споров вызвала система отвала переработанного грунта… У метростроевцев были механизированные универсальные транспортировщики, плюс транспортеры с базы, плюс у гномов проявились две экспериментальных гусеничных транспортных платформы. Для боевого сопровождения были выделены: ала морпехов, малый хирд топорников и взвод военной полиции. Короче по сережке от каждой сестры.
Горный Компас был весьма своеобразным девайсом, например если я смотря на его циферблат прищуривался, то вспыхивал виртуальный дисплей (который видел только я) на котором высвечивалась карта окрестных подземелий, в меняющемся масштабе. Объекты на карте, обозначались значками типа рун, которые, когда я в них вглядывался представлялись в аудио диапазоне, который так же слышал только я, а когда я про себя подумал, так где же эта гребанная Запретная пещера, то на дисплее радостно запульсировала пурпурная стрелка с тремя девятками и значком локтя (как я понял это было расстояние), был там еще и индекс уровня, на фоне знака угла, показывавший судя по всему глубину. А я, наигравшись с компасом, выдал горнякам точную засечку и нарисовал кроки. Мне очень понравилась схема залежей полезных ископаемых, выявленных в округе, но вельми огорчил ряд бегущих алых цифр в верхней части виртуального экрана, как я понял из прозвучавшего пояснения, это был так сказать срок годности компаса. У меня судя по сопоставлению этих цифр с реальным временем, было еще максимум две неделе. Ну что же, должны успеть.
Комбайны поочередно, (в разнице пол часа) и параллельно (в полусотне десятков шагов друг от друга), врезались в скалистую стену, судя по компасу, сразу за камнем шли известняки и компас не соврал. Через пару часов, я понял, что гномы и метростроевцы соревнуются. Это было видно по азарту, с которым вывозилась и разгружался отвальная порода. Но гонки пришлось временно прервать, ибо на пути гномов, судя по карте проявилась какая-то пустотная аномалия, по форме нечто вроде песочных часов вытянутых в сторону конечной точки нашего маршрута, я сообщил им об этом, а метростроевцам приказал остановиться…
Когда «Червь» обрушив последнюю преграду сдал назад и в бок, перед нами предстало какое-то странное помещение, многоугольной изломанной формы. Из стен, под разными углами торчали вычурные кронштейны, на кронштейнах висели круглые клетки с таки ми же вычурными узорами, напомнившие мне вентиляционные решетки в Метро-2.
В клетках находились всевозможные костяки от узнаваемых, до и вовсе невероятных. Меня поразил скелет существа, похожего на многолапого краба с черепами по периметру на всех клешнях и вдруг этот костяной монстр зашевелился, раздался какой-то странный скрежещущий звон, на клетках стали спорадически открываться и оттуда стали с треском выпрыгивать обитатели этой кунсткамеры. К счастью экспедиционная группа уже частично втянулась в пещеру, да и мой любимый ППШ был у меня на ремне, так что отпор мы дать смогли достойный, дело нашлось и СКСам, и Хеклерам и Лабрисам. Скелетроны были без магической защиты, так что покосили мы их знатно, двухсотых у нас не было, но раненых хватало и волхв, и его помощник бросились обихаживать страждущих.
У противника было неплохое холодное оружие и в пещере у стены виднелись какие-то лари, но более доскональный осмотр поля боя я возложил на охрану транспортеров и приказал осторожно продолжить проходку перемычки.
За пройденной перемычкой оказалась анфилада больших пещер тянущаяся далеко вперед, скелеты там тоже были, но в виде следов какой-то давней битвы, тут сошлись в бою хомо и какие-то двуххордовые с вытянутыми черепами, оружие у них тоже было только холодное и прекрасной сохранности. Больше странностей и приключений по дороге не было.
Запретные пещеры оказались самым обычным природным пещерным комплексом, если не считать центрального зала. Он был явно обработан рукой хомо, причем талантливой и явно не одной и видимо и без механизации тут не обошлось. Стены были покрытыми барельефами с явно мифологическими сценам, но меня интересовала карта моих будущих приключений (она же пропуск). В зале не было никакой мебели, кроме огромной мраморной скульптуры в центре, изображавшей волхва с лицом закрытым капюшоном сидящих в кресле за «небольшим» столиком (столик был высотой в два моих роста). По бокам этого сооружения стояли каменные же Кедр и Мэллорн.
В зале со мной был только волхв Теттемир, все входы сюда перекрыли по моему приказу постами, Мастер Кедра был в полном восторге, ибо эта скульптура была Отцом Волхвом из легенд. Все время, что мы с ним ходили по залу пытаясь найти какой-нибудь тайник, он восхищался этой находкой и рассуждал о том, как бы не повредив доставить ее в столицу Протектората.
А когда я спросил, какое отношение к Отцу Волхву имеет эльфийский Мэллорн, Теттемир пояснил, что по легенде, Высокой Супругой Отца Волхва была эльфийская принцесса, которую заколдовала мачеха и которая посему была невидима. И вспомнил, что если это истинный монумент Отца, то в глазницы у него вставлены огромные изумруды.
Что меня расстроило, так это то, что в главном зале отключился компас. При произношении про себя слов «Запретная пещера» точка на карте высвечивалась в главном зале, но как только я входил в зал, дисплей гас. И тут меня осенило и обругав себя весьма неуважительными фразами, я ринулся к выходу из зала. Как только компас включился, я стал менять масштаб на дисплее и увеличив изображение с радостью увидел, что точка пульсирует непосредственно на каменном столе.
Рявкнув хирд-сержанту, что бы срочно изыскал лестницу в пару моих ростов, я вернулся в зал и успокаивающе кивнул волхву (тому который не из камня).
На столе лежал мраморный же лист, на котором заиграл гранями небольшой кристалл, а передо мной внезапно вспыхнул дисплей с изображением задней крышки компаса и мерцающим на ней изображением этого кристалла. Я всегда хорошо понимал намеки и посему достал компас и приложил к его задней крышке кристалл, который мигнув как бы в ней растворился, а на дисплее появилась карта полярной области и мерцающей точке на ней, которая и была Ледяной пустошью (я не забыл заглянуть под мраморный капюшон и обнаружил там те самые глаза-изумруды.
Я снял посты и объявил привал и подготовку к обратному маршу. Когда в пещеру потянулись любопытные, то гномы ринулись осматривать скульптурную группу и хирд-мастер сказал мне, что в постаменте есть транспортная система и все это можно не разбирая вытащить наружу. На что я дал добро на любые работы в этом направлении, а конечной точкой маршрута транспортировки, назначил столицу своего Округа (решив про себя, что Протекторат перебьется). Ведь то что в бою взято, то свято.
Глава тридцатая,
в которой начинается Ледяной рейд
В столице меня с нетерпением ждал Артур, мой главный по казино, он доложил об успешной работе своих заведений и обратился с нижайшей просьбой о расширении сети казино, на что получил милостивое соизволение. Округ расширялся и деньги казне требовались все время. Плюс ко всему с Протекторатом, который наконец заключил перемирие с Королевствами и накапливал силы для окончания оного, был заключен Государственный Альянс, исходя из которого, Округ берет на себя все вопросы своей обороны и экономики, и в замен не платит налоги, кроме торговых. ВПК работал на полную, управляющий аппарат функционировал, из заговоров был один, да и тот мелкий, (причем треть участников были внедренными агентами), ну а чиновники воровали в меру и с большой опаской, ибо мои Ликторы блюли интересы державы.
А я готовил Ледяной рейд. В полярную область где находилась нужная нам Ледяная пустошь вела железнодорожная ветка от порта Дальний на Сангаре, находящемся кстати под контролем метисов, а, следовательно, теперь и под моим. Я приказал готовить в Мече караван и стал, как уже стало привычным формировать экспедиционную группу. Состав группы я не стал усложнять и туда вошли: Моя старая ала, ала СМЕРШевцев с приданой ЗПУ, ала Морпехов, по техническому и боевому хирду гномов, отряд гоблинов из королевской гвардии, ну ала моих ронинов усиленная бывшими наемниками полукровками. Мелона и Лалителла страдали от того что я не беру их с собой, но беременность, даже и хорошо протекающая, не повод для военных походов.
Флотилия «Аврора» (ну схохмил я, и ох жалко, что кроме меня, и попаданцев никто не оценит), в штатном кильватере шла по Сангаре, встречные суда уважительно уступали фарватер, тем более, что впереди каравана шли бронекатера «Речной жандармерии».
Гномы устроили от Дальнего железнодорожную ветку к Белому отрогу, где у них были копи совместные с эльфами по добыче горной слюды и горного хрусталя. Эльфы осуществляли помощь в охране копей и конвоев, ибо кто то запустил слух, что гномы на самом деле добывают там изумруды и всевозможные криминальные элементы и просто авантюристы, периодически нападали на грузы с Белого отрога. Эльфы были очень заинтересованы в поставках горного хрусталя, для каких-то своих внутренних потребностей и посему эльфы принимали активное участие в охране и сопровождении.
Так что, когда в Дальнем я увидел на причале Лорда Эллануэля, я почти не удивился. Лорд как выяснилось направлялся инспектировать копи в Белых отрогах и попросил разрешения к нам присоединиться.
До копей мы добирались двое суток, ну а дальше, наш путь вел, судя по показаниям Горного компаса, вдоль по ущелью пронзающему горы и переходящим в распадок перед ледяными массивами, там и начиналась Ледяная пустошь. Эллануэль предложил нам проводников из охраны копий, которые будучи в патрулях хорошо знали дальние окрестности, было ясно, что это в первую очередь соглядатаи, но я не стал отказываться (Заклятие Верности всегда при мне).
Чем дальше мы продвигались по ущелью, тем холоднее становилось. Хорошо, что я предусмотрительно озаботился теплым обмундированием, да и колонна наша было полностью моторизованной, за бронеходами тянулись блиндированные гусеничные прицепы, короче был сухопутный бронепоезд.
Ущелье упиралось в ледяную стену, за которой судя по картинке на дисплее, открывался свежий разлом (еще вчера его не было) и доходил этот разлом до точки мерцающей на карте. Дело оставалось за тем, как попасть за перемычку, но тут опять пригодилась предусмотрительность при сборах в поход. У вояк и метростроевцев на складах была взрывчатка и полезные аксессуары к оной, были в их штатах также взрывники и саперы, сборную команду которых я включил в экспедицию.
Как в свое время экспромтировал лейтенант Акимов, прежде чем снести стену, за которой прятались прислужники империализма…
Бронеходы выстроились широкой дугой носом по фронту изготовив бортовое оружие. За ними, ощетинившись амбразурами, расположились бортами к перемычке прицепы десанта, грузовые прицепы заняли место в дальнем тылу.
Перемычка рухнула после четвертой закладки и сразу началось…
Сначала, из образовавшегося проема в нашу сторону рванула стая ледяных пауков, когда пауки кончились, на нас пошли в атаку ледяные воины с булавами. Один из них смог добраться до фланговой «Борзой» и умудрился снести с нее прожектор и оставить на ее броне, хоть и маленькую, но тем не менее вмятину. Потом поперло что-то вовсе невообразимое, типа ледяного батискафа на слоновьих лапах, этот монстр метал ледяные стрелы, сбил гусянку и ленивец одному «Быку» и только сосредоточенным огнем всех башен был уничтожен. Мы уже было обрадовались наступившей тишине, как из проема вылетел самый натуральный птеродактель, причем вроде даже и не ледяной, и тут после небольшой паузу сработала ЗПУ из НКВД, пулеметчикам было пофигу, что Юнкерс, что летающий ящер, так как приказ гласил, уничтожать воздушные цели и прорывы противника через первую линию. Так что через какую-то минуту командир расчета доложил, что цель уничтожена. Больше противодействия не наблюдалось и я дал команду вперед. Бронеходы выстроились в кабанью голову с «Мулом» впереди и вошли в Ледяную пустошь.
Место конечно было интересное… Четкими шахматными рядами по всей ледяной долине стояли снежные яранги, но посередине была одна большая, занимавшая аж четыре клетки и именно на нее указывал компас. Кстати, когда я оказался на территории Ледяной пустоши, цифры вверху дисплея как взбесились, а потом выдали ряд девяток и успокоились.
В главной яранге все внутри напоминало дворец Снежной королевы, но изящная мебель была не изо льда. Планировка была, а ля Студия. Мебель определяла функциональность каждого места, где-то гостиная, где-то столовая, где-то кабинет, а посредине выделялось нечто под роскошным балдахином, причем в памяти почему-то вертелось слово альков.
Учитывая, что огонек на карте мигал именно на алькове, я поправил автомат у себя на груди и смело двинулся вперед. Воображение почему-то рисовало передо мной то ли Снежную королеву на троне, то ли Спящую красавицу на ложе, но Фрейд на этот раз подвел… Под балдахином стоял самый обычный сейф, только очень большой. Ну что же, надо звать гномов…
Гномы возились с сейфом уже третий час и без каких-либо продвижений. Они сразу определили его, как древне-эльфийскую работу. Я спросил у волхва, а стоит ли привлечь эльфов-проводников но тот отклонил, так как по его мнению толк с них вряд ли будет, а вот лишняя информация им ни к чему, и я с ним согласился, и принял свое решение. Я решил погрузить сейф на прицеп, и отправить в Протекторат, а там уж точно придумают как его вскрыть. На том и порешили.
Глава тридцать первая,
в которой появляется принцесса эльфов
Мастер Кедра подошел ко мне сильно нервничая, и я уловил даже некоторые флюиды вины. Я почти догадался что последует и оказался прав…
— «Магистр»- смущённо произнес волхв — «У меня остался последний разовый портал и мы не можем рисковать Большим Нейтрализатором, так что сейф я хочу переправить в Протекторат прямо сейчас, я думаю вы меня поймете. Если хотите, то с частью своих людей, вы можете перейти со мной»
— «Без проблем»- ответил я — «Забирайте. Я выполнил все, что от меня требовалось, но в качестве премии, я заберу давешнюю статую к себе в столицу, есть там у меня одна подходящая площадь. И естественно я не оставлю своих людей».
На том и порешили. Сейф погрузили на маленькую платформу, что нашлась в запасе у ремонтников и протолкнули ее бронеходом в вспыхнувший изумрудный овал портала, где уже исчезли волхв с помощниками. Я не был на них в обиде, тем более, что волхв не соврал мне, когда говорил о последнем экземпляре портала. И со скульптурой я слукавил, ибо гномы и метростроевцы, согласно моему приказу, уже начали ее транспортировку в Броне-Лукаш.
Мы не спеша приступили к сборам, в которые вошла подчистка трофеев с поля битвы и небольшой шмон в ярангах (я решил побаловать своих жен местной изящной мебелью, это конечно не мандарины солеными огурцами, но должно благотворно подействовать на настроение двух дам, находящихся в интересном положении), яранги кстати оказались построены не из снега. А из чего-то вроде весьма прочного пенобетона.
Колонна, в уже привычной схеме, тронулась в обратный путь и начала было втягиваться в ледяное ущелье, как вдруг все кругом затряслось и в паре сотен шагов прямо по курсу, произошел массовый обвал, льда и камня, забивший проход до самого верха. Я приказал срочно разворачиваться и уходить на полной скорости и очень вовремя, так как обвалы преследовали наши машины буквально по пятам.
Мы успели вернуться на «Площадь Яранг» до полного аллес-капута пришедшего ущелью, и тут на дисплее компаса замигал новый проход, там после землетрясения будто бы раздвинулись скалы, открывающие проход в длинное ущелье, выводящее почти к району копей от которых мы начинали свой путь в Ледяную пустошь.
Я поиграл на компасе масштабами и обнаружил где-то посередке ущелья объект напоминающий поселение, но деваться было некуда, тем более отголоски землетрясения еще продолжались.
Объект представший перед нами представлял достаточно обширный поселок, застроенный ярангами, но в отличие от прошлой застройки достаточно разнящихся по форме и размерам. Ущелье, по которому мы следовали, упиралось в широкую главную улицу, пронзавшую этот поселок насквозь. Въезд в поселок венчали огромные открытые ворота, рядом было что-то вроде сторожки, но оттуда никто не вышел на лязг наших гусениц.
Эта улица пересекала в середине поселка в большую площадь на которой стояло два двухэтажных здания сложенных из толстенных бревен, окруженных двумя полумесяцами сугробов. На зданиях имелись своеобразные вывески. На одном были изображены две довольных собачьих морды и пара винтажных кружек с откидными крышками, на другом дюжина бутылок, на фоне которых лежит спящая собака.
Сугробы несли двойную функциональность… у левого полумесяца аккуратными группами дисциплинированно сидели собачки, и похожи они были и на хаски, и на малемутов одновременно, но были раза в два покрупней, между группами собачек стояли всевозможные нарты причём достаточно красиво сконструированные и несущие черты индивидуальности, как мастера, так и хозяина. А вот на правом полумесяцы присутствовали все оттенки собачий и не только собачей мочи. Туда периодически подходил кто-либо из собачек «попудрить носик», а иногда и из зданий выходили здоровенные коренастые фигуры в мехах, которые также подходили к этим сугробом явно по малой нужде. Что было особенно интересно на нашу колонну, которая приглушив обороты движков, уже третий десяток миллерсов стояла на площади никто не обращал никакого внимания, причем на улице за всю дорогу мы не увидели ни одного прохожего, интересное местечко короче. Я, сидя на башне «Малыша» раздумывал что делать, то ли вылезти на привал и посетить эти заведения или плюнуть и ехать дальше. Но вдруг сам собой включился виртуальный дисплей компаса и шагах в трехстах впереди замигал на карте красный пульсирующий огонек и я отдал сразу две команды: флажковому — к бою, а командирам машин и мехводам — вперед, старым добрым танковым жестом правой руки[24].
На выезде из поселка наблюдалось странное зрелище… Посредине дороги стояла самая натуральная кадка с зеленым деревом, перед ней пребывала в постоянном движении некая серебристая фигура с двумя клинками в руках, а ее окружали черные силуэты с явно враждебными намерениями. Мы сыграли роль «конницы из за холмов», турельные «мясорубки» срезали крайних злодеев, а я с десантом провел победоносную атаку избавившую прекрасную незнакомку от докучливых приставал. Оборону у дерева держала светлая эльфийка, ослепительно красивая даже для эльфийки. Она элегантно очистила клинки друг об друга и подарила мне ослепительную, словно солнце улыбку и в голове у меня, зазвучал мелодичный голос:
«И долго же вас пришлось дожидаться Красный Магистр и вообще это явное неуважение к даме, и уж тем более к принцессе. Сначала освободили меня из магического узилища, а потом оставили в одиночестве, отбиваться от каких-то хамов».
Сказать, что я обалдел это значит ничего не сказать, а эльфийская принцесса Иримэ (я откуда-то знал, как ее зовут) подошла ко мне невообразимо летящей походкой и внезапно впилась мне в губы огненным поцелуем (а ведь у меня две жены и обе в положении, мелькнула у меня мысль и сразу куда-то испарилась).
Принцесса Иримэ, еще во времена Большой Магической войны, была заточена силами зла в Мраморный кристалл в месте со своим Мэллорном, и из данного плена, по древнему пророчеству ее мог освободить только Красный Магистр из двух Миров, сдвинувший с места два камня Судьбы в артефакториях. И когда она проснулась и вышла из магического плена, то во первых поняла, что ее рыцарь явился, а во вторых на последних остатках магической энергии, открыла линейный портал, через который попала прямо сюда и нарвалась на банду Черных рудокопов. А этот поселок был ее ленным владением и Ледоны (так называлось племя Ледяных гномов) обитавшие тут были ее подданными и добывали тут драгоценные камни, которые частью шли на экспорт через контрабандистов, а частью складировались в подземельях, где эльфы из ее рода создали целый подземный экологический микрокосм. Черные копатели кстати, были местными бродячими гопниками и традиционно устраивали засады за околицей в надежде поживиться алмазами, а Ледоны традиционно их били, это мы нарушили обычай и покрошили их в песи и хусары. А то что Ледоны не обращали на нас внимание, так этому виной их характер и плюс периодические цветные и объемные миражи на улицах Белой горы (так назывался этот поселок). Это все она рассказала мне позднее, в нашем подземном дворце, почему в нашем, спросите вы, так потому что пришлось опять жениться, ибо во первых пророчество, а во вторых алмазные копи в приданном, тут и сам Паратов в свое время не удержался, хотя у него и куш был меньше, золотые прииски. А если честно, то что вспыхнуло между нами это было сильнее любого приданного, ну а жены я думаю, меня поймут (надеюсь).
Глава тридцать вторая,
в которой говорится о делах столичных
На второй день, после отправки нашего эшелона, на каждой станции и полустанке нас стали встречать почетные караулы эльфов, на одном полустанке их было аж два, причем один из них потребовал отдать ему подло похищенный Мэллорн, а второй вступился за мою попранную честь и попытался уничтожить первый, я будучи раздраженный тем, что меня отрывают от невесты, хотел уже применить «мясорубки», но на перрон вышла принцесса Иримэ и приказала прекратить безобразия, и безобразия, что характерно прекратились. Оба караула преклонили колена, а наглец требовавший у меня любимую кадку моей невесты, протянул мне рукояткой вперед свой кинжал, явно намекая на то, что бы я перерезал ему горло исторгнувшее оскорбившие меня звуки.
Когда мы прибыли на полустанок Белый отрог, меня там уже ждала целая куча шифрованных телеграмм из обеих столицы:
Камергер сообщил что сейф открыли и артефакт достали и уже употребили по назначению и посему Большой Нейтрализатор запущен, и с меж мировыми прыжками и катаклизмами покончено, по крайней мере лет на пятьсот, а открывался сейф моим компасом, вернее его аналогом бывшим в секретном запаснике Академии Совета. Я испытал некоторое смущение, тем что пропустил очевидное, и ведь Синий волхв называл слово Ключ. Да, типичные хохмочки волхвов.
Поделиться книгой: