Уходи! И точка..

Приостановился, и она по своему обыкновению (координация движений у нее не нарушена случаем?) врезалась в спину!

— Да что вы себе позволяете? — зашипела дикой кошкой, отскочила в сторону, оттолкнувшись от меня руками. — Угрожаете! Толкаетесь!

— Это не я толкался! Это ты не видишь, куда бежишь! Но это — ерунда. Скажи мне, девочка, ты за сумочкой случаем ко мне в комнату не заходила утром?

И даже не ответ ее меня сейчас волновал больше всего, а тот факт, как я мог не услышать ее шагов, ее присутствия? Как мог я не проснуться? Выпил-то всего ничего. Да такого вообще никогда не было, чтобы меня врасплох девица застала какая-то!

— А что, фамильные бриллианты из сейфа за картиной пропали? — невинно хлопая глазками, задыхаясь от бега, спросила она.

Откуда? Откуда про сейф? Шутит, зараза! Но… в каждой шутке…

— В мою комнату входить без моего разрешения запрещено. Поняла?

Что я там о ней вчера думал — что красивая? Что ангел она? Да она — наглая, хитрая, подлая… ведьма! Потому что отвечает без страха (а бояться должна!), потому что ходит у меня, как у себя дома (а должна сидеть тихонько, как мышка, в выделенной мною норке!), потому что сверкает своими глазищами синими, а взгляд такой невинный-невинный…

Агния

— Есть, товарищ командир! — козырнула рукой, типа, я — солдат, а он — генерал! Приостановилась немного — бежать не получалось, потому что было смешно! И чего я так себя веду с ним? Зачем подкалываю? Как-то само собой получалось — не специально.

Но и он конечно, хорош! Лосины ему мои не нравятся! А сам! Сам, вообще, полуголый бегает! На него-то тоже люди смотрят! Торсом своим накачанным сверкает… мускулами своими играет…

Бросив на меня испепеляющий взгляд, Антон побежал вперед. Я держалась сзади, но так, чтобы из виду его не терять. Я больше Радулова не боялась. Совершенно. Потому что, рано утром выйдя из дому, познакомилась с мальчишками! А дети рассказывали наперебой о своем кумире! Теперь я знала о Будде, так его называли ребята, всё! Какой он строгий, но справедливый, как дерется замечательно, как выбивает своим воспитанникам рабочие места, когда они вырастают, как ищет и на первых порах оплачивает им, едва вставшим на ноги, жилье, (особенно детдомовцев опекает, которым помочь некому), как проводит детские турниры по боксу, вкладывая в них деньги, заработанные лично на подпольных боях, какая это честь — учиться у самого Антона Радулова, как здорово им живется здесь на базе "Восток". И это было не по-детски и серьезно — квартиры, деньги, бои, работа… Это то, что занимало их умы, что тревожило ребят. А самому младшему, как я уже успела узнать, было всего-то восемь. О школе, об играх, о маме еще думать нужно! А они вот так… Но, с другой стороны, у этих мальчишек уже была цель! И они знали, как к ней идти! А еще… У них был проводник к этой цели! Один на всех.

Разве такой человек способен причинить боль? Разве его нужно опасаться? Понятно, что безобидным добрым мальчиком Антона Радулова просто язык назвать не повернется, но и бояться особенно-то мне нечего. Тот, кто любит детей, кто живет ради них, просто не способен причинить зло женщине! Сомнения в его порядочности после вчерашнего поцелуя, конечно, оставались, но хотелось верить в лучшее. Хотелось придумать ему оправдание, и я это с успехом делала!

Просто так уж получилось, что у меня практически не было выбора — нужно было спрятаться и быстро. А тут Вероника вдруг обнаружила это объявление с предложением работы няней на лето! Да еще не в Москве, да еще и за городом. Ну и сам факт того, что здесь находится школа единоборств внушал мне мысль, что я буду хорошо защищена! Так и оказалось — бойцов здесь было столько (и пусть большинство малолетние, но один Радулов чего стоит!), что авось в обиду не дадут! Главное, задержаться здесь как-то! Главное, чтобы не выставил за дверь!

Он бежал. Я, следуя за ним, невольно смотрела в спину. Тело у него, конечно, просто загляденье — все сплошь из мускулов. Интересно, а жена у Антона Радулова есть? Почему-то эта мысль легко, но неприятно кольнула сознание. И что мне до его жены? Ребенок есть, значит, и жена априори имеется! Няня только тогда зачем? И чего я о его семейном положении не посмотрела в интернете? А потому ты, моя дорогая, не посмотрела, что это тебя совершенно не касается. С другой стороны, вчера, до встречи с Радуловым, мне было, в принципе, безразлично, есть у него жена или её нет. А сегодня? Неужели от одного необъяснимого поцелуя я готова упасть к его ногам? Вот еще! Не-ет! Это просто любопытство! Обычное такое, вполне объяснимое любопытство. А мысли сами снова рвались к бегущему впереди мужчине…

Но спал-то он один! Я это точно знаю. Своими глазами видела! Никакой жены рядом не было. А еще… Забыв про правильное дыхание, ухватила ртом воздух, когда вспомнила картину, которая, перед глазами предстала в тот момент, когда вошла в его комнату.

Конечно, я бы никогда этого не сделала, если бы дверь была заперта. Но она была приоткрыта. И этот факт решил всё! Я тихонько позвала. Но Антон не откликнулся. Он лежал поперек кровати, раскинув руки, словно встал спиной к ней и упал, а потом, не пошевелившись, заснул. И был он в одних трусах. Наверное, надел их перед сном, сняв полотенце. И как не замерз только! Практически голый… И да, сгорая от стыда, я насмотрелась вдоволь! Если бы Вероника узнала об этом, то нетрудно представить, что сказала бы!

"Наша скромница залипла на мужика! Наконец-то!"

Я и бегать-то вышла из-за Будды! Веронике бы ни за что в этом не призналась, но себе-то можно! Хотелось соответствовать. Это было глупо, не имело никакого смысла, но мне почему-то захотелось быть не хуже той женщины, которую такой мужчина сделал своей женой. Уж она-то наверняка спортсменка какая-то! Хотя я, конечно, частенько бегала по утрам и без него… Но не каждый день, к своему стыду!

Все проблемы мои сейчас отошли на задний план, воспринимались, как нечто далекое, меня не касающееся, как об учебе вспоминаешь во время отдыха на море! Да, здесь, в лесу, за таким забором, мой отчим меня никогда не найдет! Главное, чтобы ребенку я понравилась. Интересное, как воспитывают своих детей такие мужчины? Есть ли разница в требованиях к своему и к чужим? И как выглядит его малыш? Похож на отца?

Радулов не оглядывался на меня, но я была уверена — он точно знает, что я бегу, не отставая, за ним. Иначе бы точно такой бешеный темп не держал! Я выдохлась уже давно. Да и бегун из меня не ахти какой! И была безумно рада, когда поняла, что дорога, по которой мы движемся на расстоянии метров сто друг от друга, сделав круг, ведет к особняку.

У ворот стояла машина. У машины прямо на асфальте в ряд выстроились штук десять плюшевых собак разных пород и размеров. А маленький мальчик в кепке с собачьими ушками, выходя из себя, усаживал последним в ряд живого, верткого, непослушного той-терьерчика со смешной челкой, заплетенной в косичку и висящей между глаз.

4 глава.

Агния

— Папочка! — закричал мальчик и кинулся навстречу Радулову. — Папочка мой!

Остановившись в отдалении я с умилением наблюдала эту сцену! Отец подхватил сына, подбросил так высоко в небо, что даже у меня от страха сердце чуть не остановилось, а мальчик запищал тоненько и счастливо, расплываясь в улыбке.

Из машины вышла невысокая очень худая пожилая женщина, одетая в светлые брюки и молодежную рубашку.

— Джексон, ко мне! — скомандовала она, сведя к переносице вытатуированные чёрные брови.

Пёс внезапно оскалил свои мелкие зубки и зарычал на игрушечную собаку, которая находилась ближе всего к нему.

— Джексон, фу! — сказала женщина.

— Джексон, фас! — крикнул одновременно с ней мальчик.

Пёс крутнул головой из стороны в сторону и вдруг рванул в сторону леса так, будто его ужалили одновременно пара-тройка пчел!

Женщина всплеснула руками и запричитала что-то о том, как "ей все это надоело". Мальчик без перехода совершенно зарыдал, вот только что спокоен был — и вдруг сразу в вой! Я с интересом перевела взгляд на его отца — он держал орущего ребенка, крепко зажмурившись и сжав челюсти, казалось, до хруста. Хм, а где же терпение, которым, на мой взгляд, обязательно должен обладать учитель, тренер?

Терпение, похоже, было не самым главным качеством Антона Радулова. Пришлось взять ситуацию в свои руки! Я шагнула поближе к мужчине, изобразила на лице самую лучезарную из своих улыбок и сказала, обращаясь к ребенку и пытаясь вклиниться в то короткое мгновение, когда мальчик набирал воздух для очередного вопля:

— Мы с тобой можем пойти в лес и поискать твою собачку!

Вопль не случился. Ребенок удивленно воззрился на меня, как если бы только что перед его глазами появилось нереальное чудо и, судя по взгляду, ждал, что я скажу дальше.

— Какой ещё лес? Девушка, вы в своём уме? Там клещи, комары и… кто его знает, что еще!

— А мы обработаемся — у меня есть специальное средство! — невозмутимо ответила я, ловя недовольный взгляд женщины, с которой, похоже, вчера договаривалась о работе.

А никто и не говорил тебе, Агния, что будет легко! Она недовольно поджала губы, явно собираясь отказать мне, но вдруг в разговор вступил Радулов:

— Анна Васильевна, вы проходите в дом, пожалуйста, мы с вами обговорим все, что касается пребывания моего сына в моем же доме. А Маша сама разберется, что делать с ребенком. Это же именно вы её сюда пригласили. Без моего, кстати, ведома.

Поддержки от него я не ожидала, но была рада, что Антон встал на мою сторону, тем более, что бабушка мальчика тут же уступила, даже не возразив ни разу. Только пойдет ли ко мне мальчик? Согласится ли? Подошла к ним, опасаясь протягивать к ребенку руки — вдруг откажется, и я буду стоять, как дурочка!

— Меня Агния зовут, — сказала для мальчика, но поймала удивленный взгляд его отца. — А тебя как?

— Алик, — с готовностью ответил он.

Та-ак! Ну хотя бы кричать он точно не будет!

— Пойдешь со мной, Алик? Там, в лесу, много всего интересного есть! Возможно, Джексон уже напал на след зайчика или белки!

По загоревшемуся взгляду, по интересу, в нём вспыхнувшему, я поняла — ребенок пойдет! Оставалось последнее — забрать его у отца. Теперь уже практически без опаски я протянула руки, а Антон протянул мне мальчика…

И мне бы просто взять его, просто схватить и идти туда, куда собиралась! Но нет же — сначала я посмотрела в глаза мужчине! А этого делать было нельзя.

Понимала ли я, размышляла ли о том, что он думает, когда на меня смотрит так странно, так задумчиво, так пристально? Мне потом, спустя некоторое время казалось, что в голове было абсолютно, стерильно пусто! Я просто стояла, как человек, которого током ударило — и больно, и смертельно опасно, и без чужой помощи не оторвешься, не избавишься от притяжения его темно-карего взгляда! И, самое главное, он точно так же стоял и смотрел на меня! Не иначе как думая, что я — сумасшедшая, раз уставилась на него, как на восьмое чудо света! И сколько бы это продолжалось, я не знаю. Меня спас недовольный голос, раздавшийся за моей спиной:

— Долго мне еще ждать? У меня приём в больнице через два часа!

Мир, поставленный на паузу, ускорился — Радулов сунул мне в руки несопротивляющегося мальчика и, не оглядываясь, зашагал вслед за женщиной. А я, усилием воли заставив себя не смотреть ему в голую спину, переключилась на Алика, мысленно поздравив себя с началом первого рабочего дня!

Антон

Из окна на кухне было хорошо видно, как во дворе в беседке девушка рисует с Аликом. Она все время что-то рассказывала, спрашивала, поясняла, улыбалась и даже иногда гладила моего сына по голове. И мне почему-то было интересно, что там такого она ему рассказывает, чем так увлекает его, что Алик не отходит от неё целый день?

К сожалению, несмотря на открытое окно, мне не было слышно — беседка далеко, пацаны орут на речке и во дворе на спортивной площадке, да еще и Игорь втирает о предстоящей поездке с Захаром на чемпионат.

— Может, раз уж у Алика теперь есть няня, ты сам с Диким съездишь? — пытается увильнуть от самого неприятного и трудного Стариков.

Речь зашла о ребенке, и это был предлог для меня — забыв о намерении больше не смотреть в сторону беседки, я невольно уставился в окно снова. И завис.

Девушка со странным именем Агния — кто такое вообще придумать мог? — увлеченно рисовала на белых листах с Аликом, а сзади к ней крался Дикий! Остановившись за её спиной, парень резким и точным движением быстро закрыл ей глаза ладонями. Она выпрямилась, испуганно замерла, уронив карандаш и схватившись тонкими длинными пальчиками за его руки.

Я ни грамма не был романтиком, но отсюда, с моего места, даже я оценил, насколько красиво они смотрятся вместе. Он — плечистый, с татухами своими, с широкими ладонями, загорелый до черноты. И она… юная, белокожая, с длинной темно-русой косой, перекинутой через плечо, в белом легком сарафанчике…

— Здорово смотрятся они. Как на картинке, — подлил масла в огонь Игорь.

И, отворачиваясь от окна, заставляя себя не смотреть больше, я еще успел заметить, как Захар склонился к её лицу сбоку, убирая свои руки, и специально при этом касаясь её волос, как она засмеялась… Молодые, красивые, очень подходят друг другу — что-то неприятное, злое, то ли зависть напоминающее, то ли беспричинный гнев, поднималось из самых глубин моего нутра.

— Давай к делу, — скомандовал Игорю, давая понять недовольным тоном, что к вопросу поведения моей няни, которая должна за ребёнком следить, а не шашни на работе крутить, я еще вернусь. — Если я уеду, пацаны будут целиком и полностью на тебе одном. Там еще одна проблемка намечается — Свят на этой неделе должен выйти. Он хочет в Москве обосноваться. Нужно жильё ему подыскать, поближе к нам, и встретить.

— Он решил, чем заниматься будет? — спросил Игорь.

— Из него слова не вытянешь. Выйдет, посидим — помозгуем.

Помолчали. Подумали.

— Что если Захар не победит… — начал Игорь то самое, что тревожило нас обоих, да, впрочем, даже пацанов тревожило.

У Дикого был последний шанс. Его возраст — на грани взрослого и молодёжного бокса. Еще месяц — и двадцать лет! И войти во взрослый спорт в звании чемпиона — это не то же самое, что просто войти во взрослый спорт без главной победы в молодежке! Следующий молодёжный чемпионат для Дикого будет закрыт. Это значит — он должен победить в этом.

— Ничего. Будем работать дальше.

— Взрослые бойцы — это не твой профиль. У тебя даже лицензии на их тренировку нет.

Я, конечно, это знал и сам. Лицензию получить я бы, теоретически, мог. Но что тогда с моими мальчишками? Игорь и Семеныч не справятся с такой толпой. Если Захар победит, любой "взрослый" тренер, даже самые лучшие из них, захочет получить себе такого подопечного, и я ему буду, по сути, не нужен! Это была моя цель! Не избавиться, нет! Дать ему шанс на великое будущее! Я тренировал мальчишек — юниоров, молодежную лигу, а взрослый спорт… Взрослый "воспитанник" был в моей карьере только один — Свят Мерцалов, и это было очень давно.

Естественно, я был обязан ехать с Захаром, чтобы лично проконтролировать бой, поддержать парня, отреагировать, в случае чего.

— Врача нашел? — я вспомнил, что Фёдор, наш бессменный доктор вот уже как лет десять, буквально вчера, после моего боя, поскользнулся на тротуаре, возвращаясь домой, и сломал руку, и точно не смог бы поехать. А Светочка — она простая медсестра, пацанам царапины зеленкой смазать, да прививку от гриппа сделать, ну и просто, положена она нам по статусу школы. По правилам медик должен присутствовать в спортшколах, подобных моей, вот он и есть у нас!

— Е-мое! Я забыл! Я объявление давал, и встреча должна была сегодня состояться! — Игорь взглянул на часы. — Час назад! Там баба какая-то звонила. Молоденькая.

— Что ж за невезение такое, — буркнул я себе под нос. — Бабы буквально окружили со всех сторон.

А громко сказал:

— Перезванивай и переноси встречу — я узнавал, заезд на завтра на вечер перенесли, еще сутки в запасе имеются.

— Если совсем тупая, не брать?

— Совсем обалдел? Бери, мой дорогой, любую! Я надеюсь, шов наложить она сумеет! Ну, массаж еще сделать… А большего нам не надо!

Игорь набрал номер докторши и, после нескольких длинных гудков, заулыбался в трубку, как будто эта баба стояла ровно перед ним!

— Вероника Юрьевна, да-да, это Игорь Стариков. Не-ет, вы не перепутали время! И даже день не перепутали! Это я не смог прийти на встречу! Вы меня извините! Я все понимаю… Да, виноват! Да, вы правы. Простите меня. А как тогда? Ка-ак? Вы шутите? А-а, вы шу-утите! Что-о? Как сами приехали? Возле дома? Да-а, сейчас выйду.

Он отключился и ошарашенно уставился на меня.

— Ты представляешь, эта… хм, докторша сказала, что я ей должен за час бессмысленного ожидания шашлыки с коньяком! И, самое главное, она приехала к нам сама! Пошли тестировать на тупость!

5 глава.

Захар

Вчера вечером мне было весело. Ну, а что? Наш Биг босс получил в подарок шлюху! Будда — правильный до мозга костей, педант и зануда, который даже курил украдкой, чтобы пацаны не заметили, — будет развлекаться с девочкой легкого поведения! Я не мог в это поверить! Представлял себе его лицо, когда Антон увидит свой "подарочек" и своим смехом перебудил половину нашей орды!

Но утром, когда девушка вышла на крыльцо в спортивной одежде и стала расспрашивать, где тут можно побегать, стало ясно — ошибочка вышла! Ночная бабочка — она на то и ночная, чтобы утром упорхнуть восвояси! И даже если предположить, что Антону ее… работа настолько понравилась, что он захотел продолжить знакомство, возникал закономерный вопрос — на хрена она заранее, выезжая на "заказ", брала с собой треники и кроссовки?

Ну, а потом, когда понял, что Агния всего-то няней приглашена для Алика, даже какое-то облегчение испытал — такие девчонки классные не должны быть проститутками! Это просто неправильно!

А девчонка была, на самом деле, потрясающая! Просто слов не было, чтобы ее описать! Наблюдая за ней, возящейся с Аликом в беседке, я даже удивлялся самому себе — как я вообще мог ее принять за проститутку? Лоханулся знатно! Тут же на лице буквально написано, да еще и большими буквами, что она — паинька, просто зайка какая-то! Вся такая милая, нежная, сладкая…

Я о бое предстоящем, который последнюю неделю мне даже снился, забыл — так хотелось ее потискать! И не удержался — а почему бы и нет, собственно? Мне сегодня, перед отъездом, всё можно! Подкрался за спиной у нее — она так увлечена рисованием с Аликом была, что даже не заметила! Закрыл глаза ладонями, стараясь не прижаться к резко выпрямившейся спинке причинным местом, чтобы не поняла сразу, как сильно она мне нравится, и прошептал на ухо:

— Попалась, зайка!

Кожа нежная, волосы клубникой пахнут, губки розовые пухлые, глаза огромные — испуганные, на пол лица распахнулись! Повернулась… и вдруг улыбнулась мне! А мне думалось, что сейчас отшивать будет! Но не-ет! То ли не привыкла к мужскому вниманию и поэтому ведет себя естественно, без ужимок и заигрываний, то ли… я ей нравлюсь! Что, конечно же, вероятнее!

— Захар! Присоединяйся к нам! Мы с Аликом сейчас будем сокровища искать!

У Алика загорелись глаза, впрочем, у меня самого, наверное, тоже! Сокровища! С такой девочкой я готов что угодно искать — даже иголку в стоге сена! Выдумщица!

— Да с радостью! Что для этого нужно?

— Для этого… А вот у нас есть кубик, фишечки и во-от такое поле с множеством тропинок! Мальчики, выбираем фишки! Тебе, Алик, какую?

Только и успели, что фишки себе выбрать, как возле ворот остановилась машина. Кто-то нетерпеливо просигналил несколько раз. И телефон Агнии тут же зазвонил. Уже направляясь к воротам, чтобы посмотреть, кто бы это мог быть, я услышал обрывок её разговора:

— Где встречать? Сюда приехала? Зачем? Работать? Ты шутишь?

Опережая меня, Агния метнулась к воротам, и первая распахнула их. Алик, а следом за ним и его смешной пес с косичкой между глаз, рванули следом за ней.

У входа была припаркована новенькая красная Kia Rio, а возле неё, оперевшись бедром о капот, стояла ослепительной красоты девушка — высокая, очень стройная, с шикарными высветленными волосами. Одета она была в коротенькую юбочку, напоминавшую своей шириной пояс и маечку на бретелях.

Агния бросилась к ней, девушки обнялись, запищали от счастья — подружка к нашей зайке приехала, что ли?

Наметанный глаз определил, что девчонки, хоть и непохожи совершенно, но как-то дополняют друг друга, каждая подчеркивает своей непохожестью красоту другой. А если так, навскидку, то обе зачетные!

— Захарка, рот закрой — ворона залетит! — бросил проходящий в сторону леса двенадцатилетний Лëха по кличке Бензак (получил её за то, что подрабатывал на заправке, когда познакомился с Буддой).