Син- ханза засмеялся. Сагами глубоко поклонился:

- Немедленно исполню, мой господин. Что-нибудь еще?

- Неисправного оружия, того, которое наши искусники не смогли использовать. Ему этого хватит. И то сказать, зачем ему к Алмазному колесу - и с хорошим оружием? В небесных ками по дороге стрелять? И золота поменьше, не то на Седьмое небо будет тяжеловато взбираться.

Сагами вновь поклонился.

- А сейчас иди, узнай, где там твой крысиный шпион. Что-то он не торопится порадовать меня интересными новостями.

Гомпати довольно засмеялся и махнул рукой. Сагами вышел из комнаты. Левый помощник главы Средней ветви долго шагал по коридору, затем спустился по лестнице и все это время слышал смех своего господина. Иногда Сагами чудилось, что это сытый тигр довольно урчит у него за спиной.

Как опасно!

- -

Черный "Фанла" притаился в переулке через дорогу и чуть слева от таверны "Ван-ван". Еще один "Фанла" пристроился позади, в глубине переулка. Две таких же машины стояли в другом переулке, и черный "Шандай" - у дома позади таверны. Заканчивался период Летучей Мыши и в затемненных стеклах машин отражался узкий серп луны.

Где- то в городе по улицам медленно катило еще десятка три разномастных машин. Обязанностью их водителей было заметить темно-синюю "Хехду" Марахова и передать сигнал Сагами. Сеть поиска была раскинута широко и центром ее был "Ван-ван".

На эту операцию было затрачено столько сил, сколько никогда еще ранее не тратилось Средней ветвью на поиск одного человека. Никогда. Но этот случай - особый, и Ник Сагами решил помочь Изумрудной птице уронить перо ему в ладонь. Удача не приходит к ленивым и жадным.

Сагами рассматривал в бинокль широкие окна "Ван-ван". Было уже за полночь и в небольшом ресторанчике таверны не было посетителей. Ночной прислужник скучал за стойкой, рассматривая нечто невидимое Сагами - верно, книгу. Изредка в окнах мелькала фигура уборщика - таверна готовилась к завтрашнему дню.

В маленьком черном наушнике, который торчал в ухе Сагами, дважды пискнуло.

Сидящий рядом с ним в машине невысокий человек дернулся и вопросительно посмотрел на Сагами:

- Сигнал, мой господин.

Левый помощник Син-ханзы промолчал и с неудовольствием покосился на него. К чему говорить очевидное?

Его шпион в Шангасе, Нэдзуми, был своей острой мордочкой схож с неким грызуном, обретшим по капризу неба человеческие размеры и речь. С лица шпиона никогда не сходило жалобно-тоскливое выражение, будто бы он всем своим видом печалился о несправедливости судьбы. Ведь столь неудачная внешность - явная несправедливость!

Облик Нэдзуми был примечателен. Шпион запоминался любому, кто хоть раз бросил взгляд на его лицо. Казалось, что такая наружность должна мешать в его профессии, но деле все обстояло иначе. Он - лучший шпион Сагами, не зря Левая рука Син-ханзы направил его в Шангас при Водоеме. Туда, где творилось наиболее опасное для Средней ветви, как полагал Ник Сагами.

Нэдзуми приносил много важных сведений, и Сагами был им доволен. Но сегодня его лучший шпион оказался виновным в глазах Син-ханзы. По мнению главы Средней ветви он слишком поздно приехал с докладом, что нельзя было оставить без наказания. Даже Сагами не смог смягчить своего господина. И теперь Нэдзуми должен был исправить свою вину, лично убив одного из шангеров.

Янни Хокансякэ.

Однако шангер как в море утонул. Машина сен-шангера была найдена брошенной на дороге в центре Старого города. Очень странно. Сагами даже на миг засомневался - не узнал ли шангер каким-то образом об уготованной ему судьбе?

Но это невероятно.

Поэтому первый помощник Гомпати захватил с собой шпиона - пусть будет под руками, а как только Хокансякэ найдут - Нэдзуми туда и отправится. И убьет молодого сен-шангера.

Сагами мысленно покачал головой. Удачное испытание древнего оружия привело его господина в исключительное расположение духа. Ширай Гомпати уже был готов называть себя хозяином города и потому совершил очередную ошибку. Нельзя рисковать столь ценным шпионом в столь опасном деле.

Как злополучно!

В наушнике трижды пискнуло.

Затем в нем объявился тихий голос и прошептал район и направление движения. Машина Марахова возвращалась с юга. Сагами на миг нахмурился - у таревца явно были дела где-то в южных городках, а ханза не смогли проследить за ним. Впрочем, это уже не так важно. К сожалению, этот столь интересный человек сегодня умрет.

Сагами положил руку на маленькую черную коробку. На ней в свете далекого фонаря и огней вывески таверны едва заметно блестела алая четверка.

Смерть.

Сагами махнул рукой в сторону таверны "Ван-ван". Сидящий на переднем сиденье Гин-Фан шепнул в телефон пару фраз. Двери стоящего рядом "Фанла" распахнулись и четверо ханза быстро перебежали через улицу, канув во тьму небольшого сада на заднем дворе таверны. Они были одеты в одинаковые темные спортивные костюмы. Справа из переулка вышла еще одна четверка ханза в такой же одежде, и растворилась среди кустов ишивики и вишневых деревьев.

Вскоре на улице показалась темно-синяя "Хехда". Она подъехала к "Ван-ван" и остановилась.

- Масака! - Гин-Фан не удержался от восклицания.

Что- то пошло не так. Таревец не должен был появиться так быстро; ловушка для него еще не готова. Сагами сделал знак в сторону "Хехды" и Гин-Фан выскочил из машины. Пригибаясь, он двинулся вдоль забора, прячась за свисающими ветвями вишен. Дверца "Хехды" распахнулась и из машины выбрался высокий человек. Кай-ханза резко остановился.

Это был не Марахов.

Сагами тихо выругался и, достав телефон, набрал номер цан-ханзы, который руководил всеми машинами поисковой сети. Через минуту он знал ответ - таревец еще только едет в сторону таверны.

Человек тем временем зашел в "Ван-ван", но вскоре покинул его, держа в руке увесистый сверток. Видно это был один из постоянных посетителей, который заранее заказал себе ужин и теперь забрал его по дороге домой. Такое было принято среди не имеющих жен клерков больших компаний. Они часто задерживались на работе до ночи, когда обычные кафе и ресторанчики уже закрывались.

"Хехда" медленно тронулась и исчезла за поворотом.

Сагами позволил себе немного порадоваться. Его люди не выдали себя ни звуком, ни движением - спокойно ожидали сигнала. Он еще раз перезвонил цан-ханзе и узнал, что северянин в нескольких минутах от места засады.

Время тянулось невыносимо медленно. Первый раз за последний месяц Сагами испытал беспокойство - может ли случиться так, что все пойдет не по плану? Может ли этот необычный северянин противопоставить ему что-то свое, опасное и необычное? Он ведь говорил при первой встрече, что его смерть дорого обойдется убийцам…

Рокот мотора "Хехды" прервал его мысли. Машина завернула на небольшую стоянку у таверны и слегка рыкнула напоследок. Затем двигатель умолк и из машины показался таревец. Осмотрелся вокруг, сделал странное круговое движение руками, - разминал затекшие мышцы? - и вошел в таверну.

Сагами поднес к глазам бинокль. Ночной прислужник явно обрадовался гостю. Выйдя из-за стойки, он дважды поклонился и показал в сторону столиков ресторанчика. Таревец отрицательно махнул рукой и коротко ответил, кивнув на лестницу, ведущую на второй этаж. Затем они с ночным прислужником о чем-то заспорили, резко жестикулируя и явно призывая в свидетелей богов.

Ханза в нетерпении дернулся. Эти таревцы! Вместо того, чтобы спокойно подняться в свою комнату, где его ожидали отлично подготовленные боевики ханза, он разговаривает с прислугой! А он, Сагами, должен сидеть и ждать, пока северянин не соизволит угодить в расставленную ловушку и умереть с достоинством.

Как несовершенен мир!

В этот момент к "Фанла" неслышной тенью скользнул Гин-Фан. Он открыл дверцу и извиняющимся тоном прошептал:

- Господин Сагами, надо предупредить наших людей, этот северянин удивительно увертлив. Он даже умеет бегать по стенам.

- Что?! - изумлению Сагами не было предела.

- Да, мой господин. Я бесконечно виноват, что забыл сообщить о его исключительной ловкости, но…

- Кай-ханза! - лязгнул Сагами. - Человек бегает по стенам?

- Да, мой господин, он…

- Забудьте детские сказки о пауках-оборотнях, кай-ханза.

- Мой господин, я сам видел!

Несколько мгновений Сагами молчал, затем махнул рукой:

- Хорошо, сообщите людям, что в гости к ним идет гигантский паук Кумо.

К его удивлению Гин-Фан и в самом деле зашептал в телефон. В ответ послышались удивленные восклицания.

Сагами бросил взгляд на "Ван-ван" и вырвал телефон из рук кай-ханза.

- Тай-ити! Таревец идет в свою комнату.

Не успел Марахов подняться на пару ступеней, как Сагами вытащил уже свой телефон и рявкнул в него:

- Тай-ни! Готовьтесь помочь Тай-ити. Тай-сан! Вперед! Тай-ен! "Руки бога"!

Отдав приказ всем четырем командам, он вновь поднял бинокль, разглядывая таверну. Сагами, Гин-Фан и Нэдзуми считались пятой командой, Тай-го. Но Сагами не собирался сейчас лезть в "Ван-ван" - он справедливо полагал, что для этого есть рядовые ханза. Да и зачем ему туда сейчас? Он подождет, когда все будет кончено.

Из переулка вылетели четверо ханза, - люди из команды Тай-сан. Каждый из них был вооружен ниттером - игольным пистолетом. В этот раз иглы были смазаны шоковым составом. Для неудачной ситуации у каждого был и обычный пистолет - но откуда сегодня быть неудаче?

Они сделают дело быстро и хорошо.

Из другого переулка справа от таверны вывернул тяжелый "Шандай" и перегородил улицу в полусотне метров по направлению к центру. Из него выскочили боевики из Тай-ен и сноровисто расстелили "ишивику" - металлическую ленту с шипами. Затем двое из них пробежали мимо "Ван-ван" и расстелили такую же ленту поперек улицы в полусотне метров в сторону окраин. После этого люди из команды Тай-ен укрылись неподалеку от оставленных шипов. Они были вооружены тяжелыми автоматами и должны были прикрыть отход остальных команд.

Бывают и печальные случаи. Полиция или машина с боевиками дейзаку может случайно проехать мимо таверны. Тогда Тай-ен не дадут им прорваться к "Ван-ван".

В наушнике у Сагами раздался голос:

- "Ван-ван" в "Руках бога", мой господин.

- Хорошо.

Команда Тай-сан ворвалась внутрь "Ван-ван". Послышались негромкие хлопки ниттеров, затем звук ломающегося дерева. Чуть позже раздалась пара приглушенных криков, затем все утихло.

Почти сразу же откликнулась Тай-сан:

- Тай-сан, мой господин. Первый этаж удостоен внимания.

- Хорошо, оставайтесь там.

Сагами нахмурился. Почему молчат Тай-ити и Тай-ни? Он поднес к губам телефон. В этот миг наушники взорвались криками и хлопками ниттеров. Сагами прислушался, затем позвал:

- Тай-ити, Тай-ни!

- Тай-ни, господин! Тай-ити не справляются! Мы идем внутрь.

- Хорошо.

Сагами на миг задумался, затем отдал приказ:

- Тай-сан - второй этаж!

- Выполняем, мой господин!

Сагами кивнул Гин-Фану и вышел из машины. Повернулся к Нэдзуми и приказал:

- Оставайся здесь.

Набросив на глаза ночной прицел и вытащив из кармана ниттер, Сагами побежал вслед кай-ханзе, который был уже около таверны. По дороге Левый помощник Гомпати недовольно щурился - в прицеле вывеска "Ван-ван" казалась слишком яркой и резала глаза.

Пробежав по каменной дорожке, он завернул за угол. В саду стоял Гин-Фан и смотрел на окно комнаты, которой жил таревец. Окно было темно - либо северянин не успел включить свет, как на него набросились люди из Тай-ити, либо светильник разбили во время борьбы. В комнате словно открыли врата в Седьмое подземелье, которое, как всем известно, ведет к Первозданному хаосу. Из полураспахнутого окна доносились вскрики, рычание, хлопки ниттеров, удары и треск ломаемой мебели.

Двое ханза из команды Тай-ни стояли на карнизе по бокам окна, держась за стены. Еще один висел вниз головой на веревке, укрепленной на крыше таверны. В руках у него было два ниттера. Это был лучший стрелок из тех, что находились в распоряжении Сагами. Ханза осторожно заглядывал через окно в комнату, но не стрелял. Видимо, никак не мог понять, кто из беснующихся в комнате демонов свой, а кто - тот самый северянин.

Сагами пришел в ярость. Сбывались его худшие мысли - приказ Ширай Гомпати не удалось выполнить быстро и без особого шума. Он рявкнул в телефон:

- Тай-сан - третий этаж! И потом помогите Тай-ити!

Гин- Фан решил подняться наверх. Он подошел к таверне и надел перчатки со стальными когтями. В таких перчатках любой боевик должен суметь взобраться на четырехэтажный дом. Говорят, все боевики Танцоров поднимаются на самые высокие дома Кинто -к примеру, Управление полиции, - но это только слухи. Ни один ханза им не поверит. Но четыре этажа - это легко.

Кай- ханза подпрыгнул и зацепился когтями за камень стены. Подтянулся и ухватился за стену другой перчаткой.

В этот момент из окна комнаты выпал человек и обрушился прямо на Гин-Фана. Оба свалились на каменную дорожку у стены дома. У придавленного кай-ханзы вырвалось грязное ругательство, в котором тот проклинал всех богов и демонов одновременно. Сагами на миг замер, - не ослышался ли? - но тут полуоткрытое окно комнаты взорвалось дождем стекла и обломков рамы.

Темная фигура метнулась по воздуху в сторону близких деревьев.

Человек ухватился за ветви шафранного дерева и бросил себя к другому дереву - к дальней стене сада. Его тело застыло в полете, подобно медленно скользящему по ветру сухому кленовому листу. Этот долгий прыжок завораживал удивительной нереальностью.

Сагами с некоторым даже удовольствием смотрел, как летит таревец. Это было новое для него чувство - но так не вовремя. Ведь господин отдал приказ - и Левый помощник должен его исполнить.

Сагами моргнул и пришел в себя.

Еще три прыжка - и северянин уйдет! Он с трудом заставил себя поднять ниттер и прицелиться в стремительную тень. Но стрелять не пришлось.

Висящий вниз головой снайпер резко извернулся и опустошил обоймы обоих ниттеров едва ли не за секунду. Хлопки игольников слились в один длинный треск. Казалось, будто сотня людей одновременно разорвали листы плотной рисовой бумаги.

Северянин, который в этот момент прыгнул на вишню - последнюю, у самой стены сада, - врезался в нее подобно камню. Ломая ветви, пару мгновений сползал по стволу, затем руки его разжались, и он упал на землю с высоты двух человеческих ростов.

Оба ханза, что стояли по сторонам от окна, одновременно спрыгнули на землю и кинулись к человеку. Хлопки их ниттеров переплелись с проклятиями Гин-Фана. Тот только сейчас сумел встать, сбросив с себя бесчувственное тело боевика.

Сагами опустил игольник, так ни разу и не выстрелив.

Он подошел к лежащему на земле человеку. Ханза отодвинулись в сторону, но продолжали держать парализованного таревца на прицеле. Сагами достал из кармана фонарь и осмотрел лежащего. Это был Марахов.

Левый помощник Гомпати достал телефон.

- Тай-ен - свернуть "Руки бога". Тай-сан - проверить третий этаж, затем на первый и закрыть вход в таверну.

Команды откликнулись и подтвердили приказы.