Помоги проекту - поделись книгой:
Издание Московской штаб-квартиры Международной ассоциации «Детектив и Политика» (МАДПР)
Почетный президент, основатель МАДПР Юлиан СЕМЕНОВ
Главный редактор Артем БОРОВИК
Зам. главного редактора Евгения СТОЯНОВСКАЯ
Редакционный совет: Алесь АДАМОВИЧ, писатель (Беларусь) Чабуа АМИРЭДЖИБИ, писатель (Грузия) Карл Арне БЛОМ, писатель (Швеция) Лаура ГРИМАЛЬДИ, писатель (Италия) Павел ГУСЕВ, журналист (Россия) Хуан МАДРИД, писатель (Испания) Ян МАРТЕНСОН, писатель, зам. генерального секретаря ООН (Швеция) Андреу МАРТИН, писатель (Испания) Раймонд ПАУЛС, композитор (Латвия) Иржи ПРОХАЗКА, писатель (Чехо-Словакия) Роджер САЙМОН, писатель (США) Олжас СУЛЕЙМЕНОВ, поэт (Казахстан) Микаэл ТАРИВЕРДИЕВ, композитор (Россия) Александр ЭЙДИНОВ, издатель (Россия)
Издается с 1989 года
ББК 94.3
Д38
Ответственный за выпуск Н.Б.Мордвинцева
Редактор СЛ.Морозов
Художники А.Д.Бегак, В.Г.Прохоров
Художественный редактор А.И.Хисиминдинов
Младший редактор Е.Б.Тарасова
Корректоры Л.П.Агафонова, Л.В.Устинова
Технический редактор Л.А.Крюкова
Технолог С.Г.Володина
Наборщики Т.В.Благова, Р.Е.Орешенкова
Сдано в набор 28.12.91. Подписано в печать 28.02.92. Формат издания 84x108/32. Бумага газетная 50 г/м. Гарнитура универе. Офсетная печать.
Усл. печ. л. 13.44. Уч. — изд. л. 17,2.
Тираж 200 000 экз. (2-й завод 100 001–200 000 экз.) Заказ № 657. Изд. № 8998.
Издательство «Новости»
107082, Москва, Б.Почтовая ул., 7
Московская штаб-квартира МАДПР
103786, Москва, Зубовский б-р, 4
Типография Издательства «Новости»
107005, Москва, ул. Ф.Энгельса, 46
В случае обнаружения полиграфического брака просьба обращаться в типографию Издательства «Новости»
Детектив и политика. — Вып. 1. — М.: Изд-во «Новости», 1992. — 256 с.
ISSN 0235—6686
© Составление, перевод, оформление. Московская штаб-квартира Международной ассоциации «Детектив и Политика» (МАДПР) Издательство «Новости», 1992
СОСТАВ ПРЕСТУПЛЕНИЯ
Дэн Робертс
ПОСТАВЬ НА КАРТУ ЖИЗНЬ
@ Dan Roberts, 1989.
© Татьяна Воронкина, Олег Кокорин, перевод с венгерского, 1992.
Дэн Робертс — псевдоним творческого содружества Эвы Букор и Габриэллы Хорват. Публикуемый роман является их дебютом в литературе, для обеих соавторов писательская деятельность пока что не стала основным профессиональным занятием: Э.Букор работает ассистентом в одной из будапештских клиник, а Г.Хорват — преподаватель в школе.
Вовсе не собираюсь хвастаться, но до сих пор девицы легкого поведения в нашем городе не слишком-то наживались на мне. Впрочем, и они со своей стороны ничуть не способствовали процветанию моего бизнеса, так что мы были квиты. Вплоть до настоящего момента.
А в данный момент… Не требовалось особой мудрости и житейского опыта, чтобы догадаться о ремесле дамочки, сидящей напротив меня. Тут и десятилетний ребенок сообразил бы. Бабенка была что надо. Если бы только не ядовито-пунцовая помада, излишне толстый слой косметики, чересчур короткая юбка и подчеркнуто зазывная походка… И все же она была хороша, черт побери, и сама сознавала это, явно принадлежа к той породе женщин, что упиваются вниманием окружающих. Она уселась, закинув ногу на ногу, чтобы короткая юбчонка вздернулась еще выше, и предоставила мне возможность любоваться ее прелестями. И я не замедлил воспользоваться этой возможностью.
— В сущности, разница между моей и вашей профессией не так уж и велика, — промурлыкала она. Ее голос можно было бы назвать не лишенным приятности, если бы не раздражающе плаксивая интонация. Продолжая любоваться ее безукоризненно вылепленными бедрами, я простил ей плаксивость. Спорить с ней я не стал. Какой дурак станет спорить с женщиной, если она к тому же твой клиент. А что касается специфики профессии, то я знал по крайней мере одно существенное различие между нами: в данный момент эта особа была единственным человеком, вознамерившимся прибегнуть к моим услугам. Поэтому, оторвав взгляд от ее безукоризненных форм, я подвинул к себе блокнот. Правда, на столе передо мной стоял магнитофон, а в ящике стола был запрятан еще один, приводимый в действие нажатием педали, но я предпочитал делать записи в блокноте — это внушало клиентам доверие. Подобным трюкам я научился у одного чикагского ловкача, который проводил в Сиэтле недельные курсы повышения квалификации для частных детективов. Обучение влетело мне в копеечку, но затраты окупились, несмотря на то что под конец курса я допер: этот субчик сроду не занимался сыском. Но у меня к нему претензий не было. Он давал очень дельные советы, и к ним следовало прислушиваться, коль скоро самозваному инструктору запросто удалось обвести вокруг пальца не один десяток опытных профессионалов.
— Вы еще не сказали, мисс, чем я могу быть вам полезен, — напомнил я красотке.
— Ах, да… — Похоже было, что она слегка нервничает. Возможно, ее смущала необходимость прибегать к словам, поскольку в обычных случаях красноречиво говорили сами за себя ее соблазнительные формы. — Как бы это поточнее выразиться… Ну да вы ведь знаете, как оно бывает… — Дамочка выразительно умолкла, предоставляя мне самому догадываться, «как оно бывает». Я бы, может, и догадался, если бы имел хоть малейшее представление, о чем идет речь. Но, имей я в тот момент хоть малейшее представление, во что она хочет меня втянуть, я бы с воплем убежал от нее как от зачумленной.
— Конечно, знаю, — преспокойно заверил я ее. — Пожалуй, начните сначала. — Шаблоны — весьма удобная штука, вроде кабинетных кресел: плюхнулся и сиди себе, не надо ерзать, устраиваясь поудобнее. — Да вы располагайтесь без стеснения.
Она набрала полную грудь воздуха, как ныряльщик перед прыжком в глубину.
— Меня хотят убить!
Наверное, выражение лица у меня было идиотское. От удивления челюсть отвисла, а рука, которой я тянулся почесать макушку, застыла в воздухе.
— Должен ли я понимать так, что…
— А как еще, черт возьми, можно это понимать?
Девица явно находилась на грани истерики. У чикагского инструктора был верный рецепт и для этого случая: увесистая оплеуха — и эффект гарантирован. Но мне не хотелось прибегать к такому способу. Если бы в приемной дожидались еще сорок девять клиентов, тогда бы куда ни шло… Я решил избрать иную тактику.
— Для начала давайте уточним: кто же собирается вас убить?
— Не знаю я, как его зовут.
— Ага…
На мгновение мы оба умолкли, словно два борца, подстерегающих каждое движение друг друга. Я сдался первым, должно быть, потому, что она была молода и хороша собой и на ней было навешано столько золотых побрякушек, что даже троим частным сыщикам вроде меня хватило бы покрыть все долги и еще осталось бы на пропой души.
— С чего вы взяли, будто вас хотят убить?
— Знаю, и все тут! — вспылила она.
На этот случай у меня припасен под столом резиновый валик. Исподтишка, не привлекая внимания почтенного клиента, опускаешь руку и изо всей силы стискиваешь тугую резину. Способ безотказный, рекомендую с чистой совестью. Неоднократно в аналогичных ситуациях я удерживался от того, чтобы не свернуть шею ближнему, лишь благодаря резиновой трубке и собственной предусмотрительности. Этот трюк я позаимствовал не у чикагского инструктора, а у своей третьей жены, которая до того, как стать моей супругой, работала секретаршей у одного писателя. Писатель был хоть и знаменитый, но с большим приветом, и находчивая секретарша всегда держала под рукой кусок рогожи. Когда она чувствовала, что дошла до белого каления и готова вцепиться в физиономию мэтра своими длинными, острыми ногтями, она с остервенением впивалась в рогожу и при этом очаровательно улыбалась работодателю. Затем она вышла за меня замуж, и рогожа ей стала без надобности. Тогда-то я и пристрастился к резиновому шлангу.
— Чего же вы от меня хотите? — поинтересовался я уже более холодным тоном.
— Чтобы вы защитили меня. Неужели неясно?
— Можете описать злоумышленника?
— Вплоть до особых примет, — хихикнула она.
Я тоже ухмыльнулся, представив, как обхожу городские бани, отыскивая злодея по указанным ею приметам.
— Он невысокого роста, примерно так метр шестьдесят, щуплый, но с брюшком, как все любители пива, волосы светлые, вьющиеся. Зовут Сэмми, фамилии не знаю.
— Ясно. — Я записал все, что она сказала, хотя смысла тут не было: такой минимум информации я запросто способен запомнить. — Вы, очевидно, желаете, чтобы за вами повсюду ходил телохранитель? В таком случае, пожалуй, мне одному не справиться. Если вы много разгуливаете по городу, то мне понадобятся один-два сменщика.
— Я вовсе не желаю, чтобы вы ходили за мной по пятам, — холодно возразила она. — Поймайте этого мерзавца и вправьте ему мозги как следует.
Под столом я тискал резиновый шланг, как в бытность свою подростком — грушу для измерения мышечной силы в луна-парке на окраине города. Силомером заправляла рыжая девчонка, неизменно награждавшая победителя поцелуем в щеку. Надо ли говорить, что на хилость мускулов парни нашего городка не жаловались.
— Как вам будет угодно, — учтиво сказал я. — Ну а что касается расходов…
Клиентка тотчас изобразила дежурную обольстительную улыбку и вновь положила ногу на ногу, поменяв их местами. Голубые глаза ее засияли преданно и нежно.
— О, с таким славным парнем наверняка легко будет поладить!
Искушение было велико, однако мысль о тонюсенькой чековой книжке не позволила моему сердцу смягчиться.
— Шестьдесят долларов в день плюс текущие расходы, — небрежно бросил я, словно речь шла о сущем пустяке.
Улыбка ее увяла, лицо сделалось жестким, точно камень.
— Какие еще «текущие расходы»? — спросила она. Господи, я и не предполагал, что женский голос может хлестнуть, как бичом. — И во что они могут вылиться?
— Заправка бензином, телефонные переговоры, — перечислил я, — иной раз приходится платить за нужную информацию… Впрочем, вы получите подробный отчет.
Она секунду-другую колебалась, и ее хорошенькая головка словно бы сделалась прозрачной. Мне казалось, что я вижу, как вращаются зубчатые колесики за ее упрямым, глупым лобиком. Я даже пожалел ее: должно быть, она и впрямь попала в беду.
— Ладно, договорились, — наконец уронила она. — Вы только поймайте его.
Она заполнила чек и сообщила еще кое-какие второстепенные подробности вроде того, что Сэмми, кажется, не курит, а она сама ночи напролет проводит в салоне Лу, затем до обеда отсыпается и во второй половине дня занимается своими делами: посещает модистку, парикмахера, косметолога, гуляет по городу, разглядывает витрины и предоставляет мужчинам возможность любоваться ею. «Зачем?» — задал я кретинский вопрос. «Вдруг да удастся завязать порядочное знакомство», — улыбнулась она. Ясное дело, мог бы и сам додуматься: девица охотится за каким-нибудь владельцем яхты или другим толстосумом в надежде всего лишь подороже продать себя.
Клиентка ушла, и я распахнул окно, чтобы из комнаты выветрился запах ее духов. Интересно, что даже самый приятный аромат в определенной концентрации действует как нестерпимая вонь. Владелец фирмы, производящей те наверняка безумно дорогие духи, которыми опрыскала себя девица, мог бы подать на нее в суд за подрыв коммерческой репутации. Запах не желал выветриваться, но хотя бы смешался с бензиновой гарью и теплым соленым дыханием моря.
Мне не нужно было объяснять, что такое салон Лу. Я уже упоминал, что не посещаю подобные заведения, однако салон Лу считался местной достопримечательностью, и меня удивило, как это школьников не водят туда на экскурсии. Если мне не изменяет память, то за годы моей практики не меньше десятка мужей, которых я выслеживал по поручению ревнивых жен, торили тропу к сей обители утех. Я не знал, что и думать по поводу этого странного поручения. Девица — ее звали Мэри Харрис — не показалась мне мнительной или чокнутой. Если она утверждает, что садовый гномик по имени Сэмми покушается на ее жизнь, значит, так оно и есть. Отчего бы ей не обратиться по этому поводу в полицию, я выяснять у нее не стал. По достижении определенного возраста человек предпочитает не выставлять себя на посмешище. Но я столь же хорошо понимал, что с таким описанием примет далеко не уйдешь. Если мне крупно повезет, то этого субъекта опознают в одном из превеликого множества баров в окрестностях салона Лу. Подчеркиваю: если крупно повезет. Но, будь я таким везунчиком, я бы не торчал в занюханной конторе на Дэвон-стрит и не подряжался бы на такую пакостную, дурно пахнущую работенку.
Я подошел к допотопному сейфу в углу кабинета — там на нижней полке у меня хранилось оружие. Не сказать, чтобы много: частному детективу нет нужды иметь целый арсенал, да и вообще причин таскать с собой оружие у него не больше, чем у любого другого служащего. Но в данном случае… После некоторых колебаний я извлек из сейфа пистолет сорок пятого калибра. Погода стояла жаркая, а такую здоровенную пушку можно было спрятать лишь под пиджаком. Но если у этого Сэмми серьезные намерения, оружие может пригодиться.
Было около шести вечера, когда в старом, исцарапанном различными надписями лифте я спустился вниз и вышел на Дэвон-стрит. Послеполуденный зной застрял меж убогих, обшарпанных домов, словно в пространстве над всей этой жалкой частью города вдруг испортилась природная вентиляция. Я зашел в кабачок Микки и занял свое привычное место. Микки взглянул на меня и сочувственно покачал головой.
— Предстоит изрядно попотеть? — спросил он, кивая на мой пиджак и угадываемое под ним оружие.
— Да, придется поработать.
— Что тебе подать?
— Несколько галлонов кофе, яичницу с беконом, земляничный пудинг, затем еще чашечку кофейку, и на этом, пожалуй, покончим. Ну, и заверни мне с собой чего-нибудь перекусить, чтобы я за ночь не отдал концы с голодухи.
Микки вытер руки о фартук и принялся за дело. Всякий раз, получив заказ от клиента, Микки вытирал передником руки, словно они были грязные, хотя грязными они никогда не бывали. Он был славный парень. Не знай я, что ему еще нет сорока, я бы принял его за пятидесятилетнего: отяжелевший, расплывшийся усталый человек с поредевшей шевелюрой. Но держался он молодцом: проворно сновал от стойки бара к тесной кухоньке и обратно, а однажды, когда к нему в заведение вломились двое ребят, напичканных наркотиками, оказалось, что старина Микки не робкого десятка, и охотничье ружье тоже на месте — спрятано под стойкой бара, только руку опустить. К стряпне его также нельзя было придраться, а кофе он готовил прямо-таки превосходно. Если бы только не этот его неуемный интерес к работе сыщика и тайнам расследования… Я наблюдал, как он хлопочет, выполняя мой заказ. Не очень-то мне хотелось отправляться на охоту за мерзавцем Сэмми. А может, Микки прав и «романтика» жизни детектива мне как раз по душе.
Я расправился с яичницей, запил ее кофе и сунул в портфель термос и сверток с бутербродами, приготовленными Микки. Предлога задерживаться тут дольше не было. Я расплатился за услуги — сумма была невелика, но если в ближайшее время не разжиться деньгами, то мне не потянуть и таких расходов, — и двинулся к выходу.
— Эй, Дэн! — окликнул меня из-за стойки Микки.
Остановившись у порога, я обернулся.
— Если подвернется интересное дельце, не забудь рассказать потом, старина. — Он заговорщицки подмигнул.
Я пожал плечами.
— Думаешь, у меня не жизнь, а сплошные приключения? — Я захлопнул за собой дверь и направился к своей машине. Это был видавший виды «форд» выпуска трехлетней давности, а то, чем он отличался от прочих своих собратьев, надежно скрывалось от посторонних глаз капотом. Если какой-нибудь частный детектив вздумает втирать вам очки, уверяя, будто пользуется специальным автомобилем, советую поднять хвастуна на смех. Носиться на бешеной скорости приходится очень редко, чтобы не сказать — никогда, зато, если тачка приметная, тебя засекут в два счета. Допустим, выходит из дома тип, за которым тебе предстоит установить слежку, и, естественно, ахает при виде твоей машины — шикарного спортивного автомобиля европейской марки. «Вот это да! — с завистью думает он. — Наверное, дорогое удовольствие. Хотя мне бы такая колымага тоже не помешала. Уж тогда та блондиночка не устояла бы…» Примерно такая цепочка мыслей возникнет у любого нормального человека. Ну а затем — стоит ему увидеть этот шикарный автомобиль на другом конце города, скажем, у дома своей приятельницы, куда из элементарной предосторожности он и без того входит с оглядкой, и привет, сыщик, считай, ты накрылся.
Собрав всю силу воли, я забрался в машину. Будь в салоне небольшой бассейн, еще куда ни шло. А так парилка внутри получилась отменная. Должно быть, при схожих обстоятельствах финны изобрели сауну… Салон Лу находился милях в пяти отсюда. Я проехал через Бэй-Лейн, где расположен причал и Яхт-клуб для не самых богатых яхтсменов; вход в клуб стерегут вооруженные охранники в белой униформе. Истинные богачи посещают клуб «Эмеральд». Там стражи у входа вы не увидите. Клуб этот находится в Эмеральд-Бэй, куда посторонним наведываться не рекомендуется. Я сбавил скорость. На этом участке пути цыпочек больше, чем на птицеферме в Кентукки, и, признаться, выглядят они аппетитнее. По-моему, это место вполне подошло бы для психологических тестов: тот, кто силой воли удержится, чтобы не пялиться по сторонам, а будет смотреть прямо перед собой на дорогу, может подаваться в космонавты. Если, конечно, он не гомик. Ну и, конечно, если не женщина.
Прибавив скорость, я подъехал к Бланке. Во времена моего детства это был небольшой рыбацкий поселок, теперь же к самым его границам подступил кубинский квартал. Ничего не имею против кубинцев, но два года назад здесь в меня выпустили две обоймы, решив, что я полицейский. А у меня даже пистолета при себе не было, я мчал в поисках укрытия и петлял как заяц, надеясь, что стрелок не умеет целиться. Но целиться он умел: тому, кто с тридцати метров на пятый раз сбивает антенну летящей на полной скорости машины, умения не занимать.
О квартале, где находится салон Лу, нет нужды распространяться. Стоит чужаку откуда бы то ни было — если только не с Луны — очутиться здесь, и все ему покажется знакомым. До сих пор мне не доводилось бывать в городе, где я не встретил бы квартал, аналогичный этому, — разумеется, сдобренный местным колоритом, пошикарнее или победнее, выставленный напоказ или целомудренно задвинутый на задворки, но такое место вы найдете всюду, где живут люди, разделенные природой на два разных пола. От салона только что отъехала машина, и я тотчас занял освободившееся место. Отыскать стоянку в этом квартале нетрудно, хотя движение тут весьма оживленное, зато, правда, никто подолгу и не задерживается. Однако возможность расположиться прямо напротив входа была слишком выигрышной, чтобы ею пренебречь. Конечно, если бы обладать даром провидения…
Последующие два часа ушли у меня на шатание по базам. Для многих людей это не работа, а цель жизни и единственная радость. Не будь у меня иных забот, кроме как опрокинуть стаканчик-другой, обсудить в тесной компании предполагаемые результаты матча «Янки» — «Торнадо» да поиграть в гляделки с какой-либо одинокой посетительницей из числа приличных дам, пожалуй, и я находил бы в этом занятии свои положительные стороны. Но у меня с этим делом обстоит иначе. Начать с того, что в большинстве злачных мест меня раскусывают с первого взгляда: шпик, он и есть шпик. Какой прок объяснять, что я вот уже пять лет как уволился из полиции и теперь сам себе хозяин; видимо, профессия наложила на меня отпечаток. Здоровенный бугай ростом более шести футов и в 208 фунтов весом, в жару не снимающий пиджак, может быть только полицейским и никем другим. Преступники в этом городе одеваются куда как лучше. Везде я заказываю одно и то же — виски со льдом и содовой, — чтобы «не ершить», и половину оставляю недопитым. Десяток «хайболов» будет фигурировать в списке текущих расходов, представленном Мэри Харрис; то-то удивится моя клиентка, чего ради частный сыщик вздумал вдруг накачиваться спиртным, к тому же за ее счет.
Поделиться книгой: