Любовь и смерть на карантине

Итак, надо подождать приглашения на видеоконференцию. Во время пандемии люди приспособились к работе и жизни онлайн. Недостаток реального общения с лихвой компенсировался обилием сетевых развлечений. Фильмы, книги, концерты, мастер-классы, тренинги, занятия йогой на том же Zoom… На любой вкус.

Для Любы это оказалось очень удобно, она по характеру была затворницей, а вот Апельсинчику приходилось несладко. Кстати, как там она?

Люба нашла закладку и увидела, что подруга выложила в свой блог новую статью.

Хроники ковидного заточения: как за нами следит Большой Брат

Его зовут «Социальный мониторинг». У него нет логики и чувства юмора. Мы с мужем теперь вынуждены ходить по квартире с телефонами, а я аж с двумя! Чтобы не пропустить эсэмэску: «Вам направлен запрос на прохождение обязательной идентификации». Это унизительно.

Итак, нас вынудили подписать согласие на лечение ковида в амбулаторных условиях (мужа) и уведомление о соблюдении режима изоляции лицом, находящимся в контакте с больным ковидом (меня и дочки). Что было бы, если бы мы этого не сделали? Вплоть до уголовной ответственности. И штрафы.

Два дня нас не трогали, видимо, запрос обрабатывался. Потом пришли эсэмэски, сначала мужу, потом мне, чтобы мы скачали приложение «Социальный мониторинг». Если этого не сделать, придет штраф. На первый раз 4000. Да на двоих умножьте, получается 8000 тысяч рублей! А на троих? Накладно. Муж установил приложение без проблем, поскольку у него смартфон с операционкой Андроид. А вот мне пришлось пройти квест. Об этом я уже писала.

Итак, установили. А дальше началось! Трижды в день приходит эсэмэска: запрос на прохождение идентификации. После этого надо войти в Приложение и сделать селфи. Отправить фото и ждать, пока оно пройдет проверку. После этого можно выдохнуть на какое-то время.

Когда приходят запросы? А пес его знает. Я же говорю: у Большого Брата нет логики. Произвольно. Сегодня, к примеру, уже перевалило за полдень, а про нас словно забыли. Большой Брат с бодуна, что ли? По случаю праздников. Вчера мне пришло три запроса, последний в начале шестого, ближе к вечеру. А мужу уже после семи. Ночью нас оставляют в покое, поспать с утра тоже дают. А вот днем не удается. Либо по очереди.

Что будет, если селфи не отправить? «Клиенту» дается на это час. Потом штраф. Либо звоните в техподдержку и объясняйтесь.

По-моему, это нарушение прав человека. Тем более у меня-то тест отрицательный! Я вообще ни за что ни про что оказалась в тюрьме. С унизительной процедурой отмечаться по первому же требованию!

Из этого ковидного заточения я, видимо, выйду другим человеком. От моей лояльности и следа не осталось. Я столько абсурдного увидела за эти дни! Везде сидят попки, чиновнички, которым надо поставить галочку для отчета. Они не собираются вникать в твои проблемы и что-либо объяснять. Помогать тем более. Зато охотно собирают штрафы. Видимо, для того и придумана система «Социальный мониторинг».

Мне что, трудно дома две недели посидеть? Нет, не трудно. Но это наносит ущерб моему здоровью. Физическому и психическому. До этого я вела активный образ жизни, ходила кататься на лыжах в нашем парке. И считала себя человеком. Теперь я, как дура, кидаюсь на каждую эсэмэску: не дай бог, не отмечусь! Психика у меня точно пошатнулась. Я никогда не была зависима от гаджетов. А теперь мне эту зависимость навязали.

Как мы с мужем себя чувствуем? Физически хорошо. У него уже нет температуры, появился зверский аппетит. Но морально мы не то чтобы подавлены. Не дождетесь! Но система в нашем лице нажила заклятых врагов.

Чем мы занимаемся в заточении, я расскажу в следующих статьях. Смотрим сериалы, подборка интересная. Может, и вы что-нибудь посоветуете.

Признательна всем за внимание и комментарии, в нашем теперешнем положении поддержка необходима.

Островитяне Людмила и Сергей Ивановы.

– За что же меня Бог так наказал? – не удержалась Люба. – Мои лучшие друзья, причем оба, неадекватны… Леша! Алексей!

– Уже, – Градов вошел к ней в комнату. – Через час можете проводить совещание.

– Нет, ты почитай!

– Что, Иванова статейку в Дзене накропала?

– Ты почитай, почитай!

Он бегло пробежал глазами текст и пожал плечами:

– А чего тут непонятного? Алиби себе создает. Мол, сижу на мониторинге тихо, как мышка, отмечаюсь по первому требованию. Четко все прописано. А что Иванова анархистка, мы с тобой всегда знали. Не удивлен.

– Но она же вводит людей в заблуждение!

– Про мониторинг – чистая правда. Надо делать селфи и отсылать по запросу. Я сам один из разработчиков этого приложения. А то есть ухари, которые норовят его обойти. Нашлепать этих селфи про запас. Пришлось мозгами поскрипеть.

– Но ведь это же необходимость! Людмилу изолировали как контактера! А она в парк потащилась! Теперь начинает огород городить!

– Просто следы путает, – улыбнулся муж. – Успокойся, мы с этим разберемся. Во время совещания. Готовь тезисы.

Первое совещание на Zoom

С Ивановыми проблем не возникло, Сергей сам был айтишником. Поразмыслив, Люба назначила сбор их «оперативной группы» на шесть часов вечера. И отправила ссылку на почту обоим, и Апельсинчику, и Стасу.

Людмила подключилась без пятнадцати. Люба увидела их просторную, и все равно уютную кухню, ее подруга всегда была замечательной хозяйкой. Стиль прованс, не хай-тек какой-нибудь. Косы из красного и янтарного репчатого лука, свисающие между полками, а на них – глиняные крынки, плетеная хлебница, разделочные доски из дерева, баночки со специями… Обивка дивана в мелкий цветочек, такие же занавески. Словно и не московская квартира, а дом в сельской местности.

Сама Люба невольно застыдилась, она никогда не умела создавать домашний уют. У них с мужем был безликий модерн, в серых и пастельных тонах, чем проще, тем лучше.

– Привет, Градовы! – подмигнула ярко накрашенным глазом Людмила.

Она и на видеоконференцию умудрилась накраситься и сделать прическу!

– Я специально пораньше, – заторопилась она. – Как только узнала, что Самохвалов подключился. А вы ему доверяете?

– Что значит доверяем? – удивилась Люба. – Он бывший опер, поэтому донесет до коллег максимум полезной информации.

– Когда это он был опером? – запетушилась Людмила. – Сколько лет прошло, как мы его отцепили от нашей компании. Сольет он меня. Как пить дать, сольет.

– Статейки гнусные на Дзене писать ты не боишься, – съехидничала Люба. – Подумаешь, налетишь на штраф.

– А если дело заведут? Кстати, Самохвалов еще и тупой. Вот где он? Ты ему ссылку скинула?

– Давно.

– И чего он копается? Леша, что скажешь?

– Я потом скажу. Подождем еще минут пять.

И в это время на экране появился улыбающийся Стас:

– Всем привет, кого не слышал. И не видел. Я не один, – сразу предупредил он и отодвинулся, чтобы в кадре было видно и Марину.

– Здравствуйте, – сдержанно сказала она.

– Мой технический консультант, – пояснил Стас. – Я, честно говоря, не разбираюсь, где тут какая кнопка.

– Внизу в левом углу микрофон, – невозмутимо сказал Алексей Градов. – Если не захочешь, чтобы мы услышали твой комментарий или переговоры с женой, отключи его. Ну что, погнали? Я выполняю роль ведущего. И модератора. Все уже в курсе, что Людмила подверглась нападению неизвестного мужчины. Ей удалось вырваться, поскольку появился неожиданный свидетель. Мужчина с собакой. Второй жертве не повезло. Я выяснил, кто эта женщина.

– А ты, Леша, времени зря не терял, – уважительно сказал Сергей.

– Я же сказал: добуду любую информацию. Нам нужны вводные. Озвучиваю: потерпевшая – Анжелика Маслова, тридцать два года. Работала инструктором в фитнес-клубе…

– Фотка есть? – живо отреагировал Самохвалов.

– Да, есть. Любуйтесь.

На экране появилось фото эффектной блондинки в ярком красном топе и таких же легинсах с черными сетчатыми вставками на бедрах и голени. Глаза у девушки, а выглядела Маслова лет на двадцать пять, были небольшие и узко посаженные, скулы косые и очень уж выдающиеся, но это ее не портило. Напротив, Анжелика была барышней пикантной из-за этого вроде бы дефекта.

– Волосы крашеные, – уверенно сказала Людмила, – и по паре миллилитров филера в каждую скулу закачала. Попа тоже ненастоящая.

– Пощупать бы, – мечтательно сказал Стас, и, покосившись на жену, добавил: – Типа следственный эксперимент.

– Самохвалов, ты некрофил! – возмутилась Апельсинчик. – Она же труп!

– Шуток не понимаете? – обиделся Стас. – Я обстановку пытаюсь разрядить. А то сидите как на поминках.

– Мы расследуем попытку изнасилования и зверское убийство, – напомнила Люба. – Выражение наших лиц вполне уместное. А вот ты напрасно резвишься.

– Я бывший опер, а все менты циники, чтоб ты знала. Блондинка на фото аппетитная. Это факт.

– Крашеная! – возразила Апельсинчик. – Она не блондинка, и это тоже факт.

– Вопрос, Люся, в том, что она совершенно на тебя не похожа, – вмешался Сергей Иванов.

– И что? – резко развернулась к нему жена.

– Маньяки реагируют на типаж.

– Не всегда, – заметил Стас. – Их, маньяков, сам черт иной раз не поймет.

– А с чего вы вообще взяли, что этот человек маньяк? – задала вопрос Люба.

– А кто? – встрепенулась Людмила. – Начнем с того, что жертва – я. И мне, как жертве, всяко виднее.

– Алексей… – Самохвалов деликатно кашлянул. Учитывая звание Градова, надо бы обращаться к нему по отчеству. С другой стороны, у них не официоз. – Ее изнасиловали?

– Нет, – спокойно ответил Градов.

– Да он, может, просто не успел! – вскинулась Людмила. – Я же вам говорю: он навалился на меня и попытался раздеть!

– Иванова, не выдавай желаемое за действительное, – кисло сказал Стас.

– Я, как муж, могу принять это на свой счет, – обиделся уже Сергей. – Самохвалов, придержи язык, если не хочешь, чтобы я тебе в глаз засветил.

– Хвала Интернету! – воздел руки Стас. – Я вне досягаемости для твоих огромных кулаков.

– Давайте к делу, – сердито сказала Люба, – хватит ерничать. Леша, как ее убили?

На экране появилось другое фото, уже мертвой Масловой. Все невольно ахнули: некогда красивое лицо было малоузнаваемым. Такое ощущение, что по нему молотили бейсбольной битой.

– Тяжелым тупым предметом, – подтвердил Алексей Градов. – На месте происшествия не найден.

– Я бы точно подумал, что бейсбольной битой, – озвучил общее мнение Самохвалов. – Видел я такие раны. Зверские удары. Люся, у него с собой бита была?

– Н-нет, – поежилась Апельсинчик. На нее эти фото подействовали хуже чем на всех. – Как подумаешь, что он бы и меня так… Какой ужас!

– Хоть что-то у него было? – нажал Стас. – Чем он тебя хотел… Того… Ну, после этого… Серега, прости.

– Ничего, – кивнул Иванов. – Я ему должок верну, когда его вычислят. Вы его только сразу к следователю не ведите. Дайте и мне минут пять.

– В котором часу ее убили? – негромко спросил Стас.

– Точное время установить трудно. Тело всю ночь пролежало на сильном морозе. Ночью температура опустилась ниже двадцати градусов. Все равно что в морозильной камере. Следствие опирается в основном на показания мужа. Который утверждает, что его жена решила прогуляться в парке около девяти часов вечера.

– Прямо как я, – вздохнула Людмила. – В парке в это время никого. Только маньяк этот гуляет.

– Стоп! – поднял руку Стас. – Ты хочешь сказать, что не в первый раз его встретила в тот вечер, когда он на тебя напал?!

– Ну да. Я еще Сереже сказала: таких, как я, человек несколько. В масках и головных уборах с огромными козырьками. Чтобы, если и попасть на камеру, идентифицировать личность было невозможно. Я когда в первый раз пошла гулять, тоже видела этого парня. Высокий, в черной куртке, в бейсболке, несмотря на мороз. В черной маске и черных перчатках.

– Классика жанра, – мрачно сказал Стас. – Если бы не маньяк, я бы подумал, что мужик свою супружницу грохнул. Из ревности. Красивая. Сколько, говоришь, ему лет?

– Маслову? Сорок девять, – ответил Градов.

– Ну вот! А может, нет никакого маньяка? Взять этого Маслова и как следует потрясти.

– А у нас через неделю еще один труп будет, – сердито сказала Людмила. – Нет уж! Ловите маньячилу!

– Людмила права, – поддержала ее Люба. – Поведение этого мужчины типичное для человека с серьезными психическими отклонениями. Полиция, конечно, возьмется за Маслова и вынудит его написать чистосердечное признание. Но толку с того? Одиноким женщинам в парке по вечерам гулять небезопасно.

– И все же я бы не спешил, – вмешался Стас. – Ну, сами подумайте: ему сорок девять, она намного моложе, красотка и инструктор по фитнесу. Зачем ее понесло в парк?

– За водой. У нас родник, – напомнил Сергей Иванов.

– Была бы она пенсионеркой, я бы это принял безоговорочно. Но Маслова – молодая красивая женщина.

– А может, они поссорились? – предположила Людмила. – Что муж-то говорит? Почему эта Анжелика в парк пошла одна?

– Она же инструктор по фитнесу. Ей форму надо поддерживать, – предположила Люба. – Прогулка перед сном, чтобы сбросить лишний вес. Похоже, Маслова очень за собой следила.

– Допустим, – сердито сказал Стас. – Но, как правильно заметил Серега, они с его женой абсолютно непохожи.

– В парке темно, – напомнила Люба. – И сейчас все ходят в масках.

– Она была в маске, Алексей? – спросил Стас.

– Маска валялась рядом, в снегу, – подтвердил Градов.

– Ну, вот видите! – с торжеством сказала Людмила. – Сейчас не разберешь, красивая женщина или нет. Тем более зимой, когда все в шапках. Мороз был сильный.

– Насиловать женщин в мороз… – вздохнул Стас. – Да, это извращение.

– Я же сказал, что ее не изнасиловали, – напомнил Градов.

– Сейчас Иванова скажет, что у него просто хрен замерз, – хмыкнул Стас.

– Марина, тресни его чем-нибудь, этого пошляка, – попросила Люба. – Уверена: тебе давно уже этого хочется.

– Ай! – до сих пор молчавшая Марина и в самом деле отвесила мужу подзатыльник, сказав при этом Любе:

– Спасибо.

И снова замолчала. Самохвалов же не унялся:

– А рост? Какого роста была эта тренерша?

– Выше среднего, – ответил Градов, заглянув в свои записи.

– Вот видите, видите! А Люська маленькая! Ниже среднего!

– Стас, скажи честно: ты просто не хочешь идти в полицию, – намекнула Люба.

– Да не с чем туда пока идти, – сердито сказал Самохвалов. – Не сходится пасьянс.

– Ты хочешь сказать, что мне это все приснилось?! – взвилась Людмила.

– Хорошо, – сдался Стас. – Как он выглядел? Подробности? Цвет глаз? Особенности какие-нибудь? Ты сорвала с него маску?

– Мне не до этого было!