Покров

А вот Даша, устроившаяся в другом кресле, разительно отличалась – чёрные волосы, вишнёвая помада и яркие тени. Она всегда красилась так, будто шла не в школу, а в ночной клуб. Из-под кожаной юбки выглядывали кружева чёрных чулок.

– Садись. – Диана, не вставая, кивнула на диван.

Василиса осторожно села рядом с Олесей, всё листавшей журнал. Штору с глубокими складками золотили отблески заката. Темнело, но свет почему-то не включали. Огромная люстра с сотней висюлек тускло посвёркивала над гостиной. Камин темнел за толстым стеклом, большой плазменный телевизор над ним отражал размытые силуэты в чёрном экране. На стенах – картины с животными, на одной – репродукция гравюры Дюрера. Не то заяц, не то кролик, Василиса точно не помнила, как будто процарапанный на листе, обрамлен в хромированную раму размером метр на метр.

– Пришлось задержаться на работе? – голос Дианы прервал рассматривание обстановки.

– Да, там книги новые пришли, надо было их зарегистрировать. – Василиса сползала с кожаного дивана, но почему-то не решалась сесть повыше. Он ведь предательски заскрипит.

– А почему ты этим занимаешься, а не библиотекарша?

– Она сегодня не работает. У неё же дети. – Вроде бы Василиса видела худосочную библиотекаршу с четырьмя шумными детьми на набережной.

– А, да. Целый выводок. Они её доводят, видели, какая она вымотанная?

– Ага, – подхватила Олеся, – волосы не красит, маникюра нет, брови – вообще кошмар.

– Тебе не противно чужую работу делать? – Диана склонила голову к плечу. – Зачем ты вообще туда ходишь?

– Из-за денег? – спросила Олеся, подняв яркие чёрные брови.

– Да нет, у тебя же нормальные родители, – махнула рукой Диана. – Мама врач, да? А отец – полицейский? Да?

– Да. Я просто хочу быть независимой. – Василиса на всякий случай сцепила руки, чтобы отсутствие маникюра у неё самой не бросалось в глаза.

Олеся хотела что-то сказать, но Диана махнула на неё рукой, чуть повысив голос:

– Это нормально, я понимаю. Хорошо же, когда ты сама, на свои деньги покупаешь себе смартфон и делаешь маникюр, правильно?

У Василисы пересохло во рту. Она ведь, и правда, устроилась на работу, чтобы на Новый год подарить себе хороший смартфон, потому что её старый неудачно упал, и экран от угла до угла пересекла трещина.

– А я думаю, что девушка вообще не должна работать, – сказала Олеся, рассматривая длинные миндалевидные ногти со стразами. – Это даже как-то неприлично.

– Если ты работаешь только потому, что сама так хочешь, и сильно не напрягаешься, то нормально. – Диана снова махнула на хотевшую возразить Олесю рукой. – Почему вы сюда переехали?

– Отца перевели. – Василиса почувствовала, как спина вспотела. На эту тему даже дома старались не разговаривать.

– Ясно. И как тебе у нас?

– Хорошо, – пожала плечами Василиса. – Чистый воздух, вода, речка рядом, можно купаться.

– А магазинов нормальных нет, – заныла Олеся, – салон красоты всего один, да и то – только маникюр, ресницы, брови. И всё у этой самоучки на дому. Ни тебе нормальной эпиляции, ни ламинирования, ни шугаринга.

– Ничего, можно иногда и в Нижний съездить, – бросила Диана. – Даже лучше, не только же дома сидеть. Потом, когда школку закончишь и уедешь, в любой салон сможешь пойти.

– А вы все собираетесь отсюда уезжать? – зачем-то спросила Василиса.

– Конечно, – фыркнула Диана. – Высшее образование всё равно надо получать.

– Почему – всё равно?

– Ну, не факт, что ты потом будешь работать по специальности, правда? – Диана, вытянув руку, рассматривала свои длинные ногти пастельных цветов. – Но образование всё равно нужно. Ты вот куда хочешь поступать?

– Не знаю, на журналистику, наверное.

– А я вот пока не решила.

– А ты дело родителей не хочешь продолжать?

– Это свинарник-то? Нет, ещё чего. – Диана со смехом покачала головой. – А журналистика – это правильно, особенно когда ведёшь блог. Я, кстати, на тебя подписана.

– У тебя тоже есть блог?

– Конечно! – Диана достала из-за спины планшет и показала Василисе свой аккаунт классической фитнес-няши с двумя тысячами подписчиков. – Я тоже за здоровый образ жизни.

Василиса тут же подписалась на аккаунт Дианы и Олеси, у которой подписчиков насчитывалось в десять раз меньше.

– Ты, кстати, очень толково пишешь про солнечные батареи. – Диана пролистывала записи в планшете. – У нас здесь везде такие.

– Да, я уже заметила. Это классно и большая редкость.

– Такой совхоз, как наш, вообще большая редкость, – кивнула Диана. – Мои родители очень стараются. Новые книжки, кстати, тоже они оплатили.

Василиса одобрительно помычала.

– Ты их там все переписала? – спросила Олеся, качая согнутой ногой.

– Гаврил обещал помочь.

– Гаврил, пфф-ха! – Диана зашлась смехом, Олеся тоже расхохоталась, запрокинув голову и демонстрируя отбеленные зубы. Даже Даша, о которой Василиса уже забыла, рассмеялась. – Не обижайся, – Диана махала руками перед лицом. – Просто ты потом перепроверь, как он тебе там поможет. Он у нас дурачок.

– Ага, на пару с дурочкой Зоей, – фыркнула Олеся.

– С кем? – не сразу сориентировалась Василиса.

– Ну, Зоя, эта бледная поганка – ни макияжа, ни маникюра. Ходит всё с косичками, пучками и в дурацких платьях. – Олеся поморщилась. – У неё родители развелись и уехали, мать вообще за границей живёт. А эта Зоя здесь с бабкой осталась.

– А, да. – Василиса с трудом припомнила незаметную Зою, всё время смотревшую в пол и сидевшую на задних партах. – А они с Гаврилом пара?

– Да кто ж их разберёт, этих фриков, – Диана пожала плечами. – А тебя это волнует?

– Ну и имечко – Зоя, фу. – Олеся сделала вид, что её вырвало. Это избавило Василису от необходимости отвечать на вопрос Дианы.

– Да ладно тебе, нормальное имя. Вот у тебя классное имя. – Диана со щелчком пальцев указала на Василису. – Как в сказке, да? А тебя дома родители как называют?

Василиса только улыбнулась и покачала головой. Потому что да, дома родители звали её Васей.

– У нас здесь есть. – Диана, продолжая улыбаться, сделала паузу. – Своя сказка. Про лунного кролика.

Олеся сверкающими глазами сверлила Василису, Диана выпрямилась в кресле и немного подалась вперёд.

– Умеешь тайны хранить? – спросила Диана, понизив голос.

– Да, – решилась кивнуть Василиса, снова ощущая, как заторопился пульс.

– Я сразу поняла, что тебе можно доверять, да? – Этот вопрос обращался к Олесе, которая энергично закивала. – В общем, слушай. Это местная легенда, только секретная. В твоём музее ты ничего о ней не найдёшь, потому что её передают, как говорится, из уст в уста. Давным-давно, когда ещё даже совхоза не было, а было только Черноречье, один охотник отправился в лес.

– Здесь разрешена охота? – услышала Василиса собственный голос и тут же закрыла рот руками. В памяти мелькнул образ отца, уходившего ночью с ружьём.

– Охота? – переспросила Диана. – Не знаю. Но тогда-то все охотились, да? В общем, пошёл один охотник в лес. И ничего не мог подстрелить, ходил-ходил, ничего так и не нашёл. Забрёл куда-то в глушь, заблудился. Расстроился. И думает – как домой-то попасть? И вдруг видит – бежит кролик. И такой он был необычный и хорошенький, что охотник так и не стал в него стрелять. Но кролик не убежал, а сел рядом и оглядывается, как будто за собой зовёт. И охотник пошёл за ним. Думает – может, сможет выйти из чащи. И действительно, кролик вывел его из леса. Охотник это всем рассказал, но ему мало кто поверил. А потом один парень, из знатных, хотел жениться на бедной девушке. Но у неё же нет приданого, ему родители и запретили. Но они так любили друг друга, что решили убежать. И убежали в лес, но девушка говорит: «Ты лучше возвращайся, зачем я тебя у родителей уведу». А он такой: «Я так сильно тебя люблю и так сильно хочу жениться, вот бы у тебя было приданое!». И раз – бежит необычный кролик. Это было ночью, и он так красиво переливался при луне, что они засмотрелись. А потом вспомнили, что охотник рассказывал, и побежали следом. И что ты думаешь? Там оказался сундук с сокровищами. Они их взяли и потом поженились.

В сгустившихся сумерках казалось, что глаза Дианы и Олеси сверкали.

– И что дальше? – спросила Василиса, когда пауза затянулась.

– А дальше люди придумали, как вызывать этого кролика, чтобы он исполнял их желания. – Диана откинулась в кресле. – Все же чего-то хотят, а? Ты вот чего хочешь?

– Я? Не знаю. – Голова кружилась, шикарная гостиная Дианы как будто растворилась в осенней ночи.

– Поздно уже, тебе, наверное, пора. – Диана поднялась на ноги и потянулась, продемонстрировав великолепную подтянутую фигуру. – Пойдём, я провожу.

Василиса тоже встала, вопросительно глянув на других двух девочек.

– А они остаются у меня на ночь, их родители отпустили. – Диана почти выталкивала Василису из сумеречной гостиной. – Моих вообще все выходные не будет. Может, придёшь завтра?

– Вряд ли. – Василиса в темноте с трудом отыскала свои кеды. – Я на выходные уезжаю в Растяпинск к бабушке.

– Жаль, – протянула Диана. – Отказаться нельзя?

– Ну… – Василиса ухватилась за мелькнувшую идею. – Я попробую. Только если приеду днём, а вечером – обратно.

– Отлично! – Диана пропустила Василису вперёд и следом вышла во двор.

Василиса топала в темноте почти наугад, Диана молча шагала за её спиной, так бесшумно, будто там вообще никого не было.

У двери Диана наконец вышла вперёд, и мерзкое ощущение мурашек на спине отпустило.

– Очень хорошо, что вы сюда приехали, что ты сегодня ко мне пришла. – Белозубая улыбка Дианы светилась в темноте. – Мне очень понравилась с тобой общаться, жду тебя завтра.

Тяжёлая дверь выпустила Василису на улицу, тонувшую в ночной мгле, и затворилась за спиной. Кое-как Василиса прошла по Новой улице, не освещаемой ни одним фонарём. Тротуары здесь были на удивление ровными, но ни одной машины мимо не проехало, а заборы возвышались метра на два, так что ступать приходилось почти на ощупь.

По Прямой улице идти оказалось чуть проще – окна домов желтели или белели, хоть немного подсвечивая палисадники за невысокими заборами и тротуар. Из-под ног что-то выскочило, Василиса взвизгнула и прижалась к штакетнику ближайшего заборуа. Зверёк прыгнул ещё пару раз и остановился посреди дороги. Вроде бы пошевелил длинными ушами. Кажется, его шёрстка посвёркивала в слабых отсветах. Она блестела и переливалась, как металл, будто мех состоял сплошь из тонких иголок. Зверёк посидел пару секунд и ускакал во тьму.

Василиса отдышалась и отлипла от забора. Её визг никого не насторожил, никто не выглянул, жалюзи и занавески не колыхнулись. И правда, все окна оказались плотно зашторены – мимо какого бы дома ни пройти, ни в одно окно заглянуть не выйдет. Как и в окна таунхаусов, где жила сама Василиса.

Задыхаясь от бега (а она, оказывается, всё это время не шла, а неслась изо всех сил), Василиса влетела домой. Прислонилась к двери, пытаясь припомнить, от чего так резво улепётывала.

– Ты где была?! – мама вышла в прихожую в халате.

– У Дианы, я же говорила.

– А на телефон не судьба ответить?! Я же тебе сказала, чтобы ты до темноты домой пришла!

– Про темноту разговора не было, – пробормотала Василиса, вытаскивая смартфон. Ни одного пропущенного вызова в списке не значилось. Василиса показала маме экран.

– Иди мыть руки и ужинать, – уже спокойнее сказала мама.

– А папа дома?

– Иди, сказала. – Мама развернулась и ушла в кухню, окна которой, конечно же, оказались, плотно занавешены.

2.

Вечером Василиса поставила себе напоминание – перепроверить базу с новыми книгами в библиотеке. Ведь если Наталья Львовна начнёт придираться, обвинять её сына будет нельзя. И правда, какой-то этот Гаврил весь… нелепый, что ли. Наверное, Василиса просто не сразу разобралась, кто нормальный, а кто нет. И поначалу Гаврил ей даже понравился, но теперь вся нескляшность этого белобрысого чудика стала очевидной, особенно после появления мозга в шкатулочке.

Обдумывая план «Б», Василиса внимательно следила за часами на кухне. План «А» – просто отказаться от поездки к бабушке – можно сразу считать неудавшимся. Секундная стрелка потихоньку подползала к двенадцати. Ещё десять секунд – и всё, кастрюльку можно снимать. Идеальный завтрак «яйцо в мешочек» готов. Два больших куриных яйца совершенно одинакового размера (как любит один известный детектив) отправляются в холодную воду.

– А папа? – вяло спросила Василиса, заранее зная, что услышит в ответ.

– Он пока спит, не надо его будить. – Мама, конечно, не обманула ожиданий. После небольшой паузы, хмыкнув, добавила: – Сегодня ведь выходной, пусть поспит подольше, а?

Василиса выдавила кривую улыбку на это мамино как бы жизнерадостное восклицание. Раз уж мама так фальшивит, не нужно, наверное, её разочаровывать.

– Я тут для бабушки новые схемки распечатала, передашь? – Мама стояла спиной к дочери, устраивая яйца в деревянных хохломских подставочках, но всё равно было понятно, что она натянуто улыбается.

– Чтобы она красную шапочку связала? – пробормотала Василиса, глядя, как за окном раскачивались на осеннем ветру гибкие ветви ещё цветущих плетистых роз.

– Что за тон? – Мама со стуком поставила на стол молочник. Понятно, догадалась, что Василиса пойдёт в атаку, и изготовилась. Напала первой.

– Почему я должна ехать? – Всё-таки не стоило так сразу отказываться от плана «А».

– В тысячный раз одно и то же. – Мама закатила глаза. – Бабушке одной скучно, да и по хозяйству надо помочь.

Но Василиса тоже изготовилась и сегодня не собиралась сдаваться.

– По-моему, она прекрасно справляется, даже шустрее, чем ты. Хотя у нас всего-то таунхаус, а у неё целый домина с огородом. И потом, когда мы жили в Добромыслове, ей без меня не было особо скучно, а? Ездили раз в полгода, и нормально было, а теперь вы меня к ней на все выходные ссылаете, и так каждую неделю.

– Что тебе, собственно, не нравится? – Мама деловито заливала кипятком растворимый кофе. – Растяпинск – всё-таки город, пусть небольшой, но там столько всего интересного. Зря, что ли, туда толпы туристов едут? А здесь-то чего делать? Совхоз – он и есть совхоз. Ни тебе театра, ни кафе, ни кино.

– Зачем мы тогда переехали в эту дыру? – пожалуй, Василиса слишком резко выплюнула этот вопрос.

Мама поджала губы и шумно задышала, но потом всё-таки взяла себя в руки и стала аккуратно намазывать масло на тонкий золотистый тост.

– Я же тебе сто раз объясняла…

– Ничего ты мне не объясняла, – уже спокойнее сказала Василиса, поверх масла наваливая на свой тост ещё и рубиновое смородиновое желе.

– Ну, хорошо. Ты же знаешь, у папы на работе случилась неприятность, вот его и перевели сюда. Но начальник местной полиции – это же неплохо, правда? И для меня работа нашлась, врачи всегда нужны, нам и дом выделили, да какой. – Мама, не выпуская тоста из руки, круговым жестом описала просторную кухню (она же столовая) с высоким холодильником и гарнитуром «под дерево». – Не то, что наша квартира в Добромыслове, правда? И свой гараж, и участок.