Помоги проекту - поделись книгой:
– Какой приятный сюрприз!
Николай удивлённо поднял брови, когда Оля впорхнула в его кабинет.
– Я на минутку, – улыбнулась она, присаживаясь к нему на колено. – Просто захотелось тебя увидеть.
– Петя уже звонил, – поморщился Ник. – Сильно тебе досталось?
– Ничего нового. Но ты мог бы и предупредить меня.
– Всё случилось спонтанно. Я планировал, понизить его после Нового. Но пришлось испортить твоему брату праздник. Он не оставил выхода.
Ник всегда действовал быстро и хладнокровно. Оля вспомнила, как он без лишних раздумий усыпил любимого пса, который тяжело заболел. Чтобы не мучился, сказал он. Но Оле казалось, что Ник забыл о существовании собаки уже через час после её смерти. Муж всё делал так – быстро и без сожалений. Интересно, что бы он сделал с ней, скажи она ему, что хочет развод?
– Наверное, надо было ещё год назад передать Пете часть акций, чтобы он успокоился?
– Он бы не успокоился. Петя хочет настоящей власти и обязательно начал бы вставлять палки мне в колёса. А ты же не хочешь, чтобы он разорил компанию?
Оля погладила его по щеке.
– Ты прав, как всегда. Вот у твоей жены, к счастью, никаких амбиций.
Ник хохотнул, но в глазах мелькнуло раздражение. Такое же, как в прошлом году, когда Оля подписала своё завещание, где компанию разделила между мужем и братом. В случае её смерти начнётся настоящая война.
– На самом деле я пришла не из-за Пети, – она вновь мягко погладила его по щеке. – Я придумала, где мы проведём новогодние каникулы. Помнишь тот милый отель на Барбадосе, в котором мы провели медовый месяц? Представляешь, даже наш номер свободен. В общем, я его забронировала. Ты же не против?
– Что ты. Я только “за”.
– Чудесно. Я так и знала. Это будет лучший новогодний отпуск.
Ник только улыбнулся.
Оля зашла в подъезд и направилась к лифту. Консьержка, в очках с огромными линзами, даже не повернула головы в её сторону. Она уставилась в маленький телевизор, будто боясь пропустить хоть один кадр. Оля поморщилась. Квартиру в этом доме ей подарил отец. Она пообещала себе, что после праздников продаст её.
Пока Оля ждала лифт, из телевизора несся голос Дроздова: “…В Индии макак-резус ловят очень оригинальным способом. В бутылку с узким горлом кладут банан и привязывают её к дереву. Обезьяна, увидев банан, сразу его хватает, однако вытащить лапу с зажатой в ней ягодой не может, но и отпустить добычу не хочет…”
Оля зашла в лифт и нажала на свой этаж, так и не узнав судьбу пойманной обезьяны.
Следователь, Простаков Юрий Иванович, ещё раз осмотрел труп. Женщина, с перерезанным горлом, лежала на спине в коридоре собственной квартиры. Её остекленевший взгляд был устремлён в потолок. Орудие преступления пока не нашли. Никаких следов борьбы. Только пакет с покупками валялся на полу. Судя по всему, на жертву напали сразу, как только она зашла домой. Двери шкафов были нараспашку. Скорее всего грабёж. Следователь покосился на мужа убитой. А возможно инсценировка.
На кухне всё ещё рыдала консьержка. Ничего существенного, что могло помочь в деле она не сказала. Утверждала, что посторонние в подъезд не заходили. Простаков, глядя на её заплаканные глаза, увеличенные раза в три линзами очков, вообще сомневался, что она способна хоть что-то увидеть на расстоянии пяти сантиметров.
Муж убитой сидел в гостиной на диване, уронив голову на руки. Юрий Иванович до сих пор не смог с ним поговорить. Его адвокат – скользкий тип – не подпускал никого к своему клиенту.
– Дайте ему прийти в себя.
– Вы препятствуете следствию…– начал было следователь.
– Камера, – вдруг тихо сказал муж жертвы
– Что?
– У нас в коридоре есть видеокамера, – бесцветным голосом продолжил он. – Я совсем про неё забыл… Несколько месяцев назад поставили, когда в отпуск уезжали. Она наверное ещё работает. Сохраняет в облаке…
Через несколько минут, на экране монитора, живая Ольга Владиславовна Ястребова зашла в квартиру и устало сняла туфли, повернувшись лицом к стене. В это время со стороны кухни, с зажатым в правой руке ножом, тихо вышла тёмная мужская фигура, оказавшись за спиной жертвы. Убийца быстро, левой рукой, запрокинул за подбородок голову женщины, а правой, одним точным движением, перерезал ей горло. Всё это заняло несколько секунд. Женщина скорее всего даже не поняла, что случилось.
– Ну подними же голову, ублюдок, – прошептал экрану Простаков.
– Николай Сергеевич, может вы всё-таки не будете смотреть? – пробормотал адвокат.
Белый, как его рубашка, Николай покачал головой:
– Нет. Я должен это увидеть.
Вместе они смотрели, как убийца, проверив жива ли жертва, начал быстро открывать все подряд ящики и не глядя запихивать первые попавшиеся вещи в сумку. В какой-то момент он всё-таки поднял голову, посмотрев почти в камеру.
– Бинго, – вскричал Простаков, нажав на паузу. – Простите.
Но Николай Сергеевич даже не посмотрел в его сторону, не мигая глядя в экран.
– Вы сможете его найти? – прошептал он.
– Сейчас разошлём ориентировки. Надо ещё и базу посмотреть, – он повернулся к помощникам, – Судя по тому, как орудует ножом, убийца скорее всего бывший или действующий военный. Возможно десантник. А вы его не узнаёте? – снова обратился к Николаю Сергеевичу.
– Нет. Впервые вижу.
Тут его затрясло и он снова закрыл лицо руками. Юрий Иванович неуклюже похлопал по плечу глухо рыдающего мужчину.
Николай переключил на НТВ. Как он и рассчитывал “Чрезвычайное происшествие” началось сразу с того, ради чего он вообще включил телевизор. Диктор бесстрастно глядя с экрана вещал: “…Нашумевшее в прошлом году дело раскрыто, утверждает следствие. Напомним, в середине декабря была убита дочь известного предпринимателя Волкова Владислава Евгеньевича – Ястребова Ольга Владиславовна. Она владела компанией “НеоСтрой”, оставленной ей в наследство отцом. Следствие утверждает, что именно это послужило причиной её убийства…”
Картинка сменилась и появилось знакомое лицо следователя. Тот явно чувствовал себя неуютно и немного смущался камеры.
– Нам почти сразу стала известна личность убийцы. Сложнее было найти заказчика.
– Потому что вы идиоты, – проворчала Лара, входя в спальню. – Мы же его вам почти на блюдечке преподнесли.
Она была одета лишь в рубашку Николая, застёгнутую на одну пуговицу.
– Твой капучино, любимый – подала чашку Лара и разместилась рядом на кровати.
Николай отпил кофе и погладил любовницу по обнаженной ноге. Она забрала у него пульт и выключила телевизор.
– Не жалуйся, солнышко, – улыбнулся Николай, – были бы они умнее, нам бы тяжело пришлось.
– Ерунда. Твой план был безупречен. Никто не поверит Пете, что он ни при чём.
Лара была права. Николай всё предусмотрел. От смерти Ляли, из-за её глупого завещания, выигрывал только брат; есть куча свидетелей того, как он угрожал сестре даже в день её смерти; телефон с которого Лара переписывалась с киллером нашли в его квартире и оттуда же велась переписка.Теперь осталось только дождаться суда, а потом опротестовать завещание, признав Петра недостойным наследником. Только тогда справедливость восторжествует. Только тогда Николай получит сполна за все унижения, которые он терпел много лет от этой семейки. Эта тварь хотела выбросить его, как использованный гандон. Она даже убила его ребёнка, так и не сказав ему.
– Забудь, – прошептала Лара, будто прочитав его мысли.
Она забрала у него капучино и поставила чашку на прикроватную тумбочку. А затем, скинув рубашку, прижалась к нему всем телом.
– Забудь их, – повторила Лара. – Думай только о нас.
Николай впервые за десять дней вышел на улицу. Ему пришлось немного постоять, чтобы привыкнуть к холодному свежему воздуху. Они с Ларой не могли никуда поехать на праздники, так как ему надо было изображать безутешного мужа. Ничего, в следующем году наверстают. Но, как ни странно, за последние годы это был лучший его новогодний отпуск.
Николай уже подходил к машине, как какой-то мужик, поскользнувшись, упал прямо у его ног.
– Как вы? – спросил Николай, протягивая упавшему руку.
– Жить буду. Спасибо.
Мужик ухватился за руку и медленно встал.
– Чёрт! – воскликнул Николай, разглядывая глубокую царапину на ладони.
– Ох, извините. Я наверное вас этим поцарапал, – пробормотал мужик, демонстрируя на указательном пальце дурацкое кольцо с шипами.
– Да, иди ты, – махнул Николай и сел в машину.
Мужик пожал плечами и ушёл не оглядываясь.
Он уже прошёл паспортный контроль и теперь сидел в кафе перед чашечкой эспрессо, в ожидании своего рейса. Последнее дело было закрыто. Не сказать, что блестяще. Но он был удовлетворён.
Он включил телефон и открыл новостной портал. Первой же новостью, в разделе “Происшествия”, было сообщение о смерти в автокатастрофе Ястребова Николая Сергеевича.
Он внимательно рассмотрел фотографии раскуроченного автомобиля. Жаль, что не публикуют фото трупа. Всё-таки последний объект. Он бы сохранил на память.
В статье говорилось, что по предварительным данным следствия, мужчине стало плохо за рулём и он лишился сознание, из-за чего автомобиль, потеряв управление, врезался в столб. От черепно-мозговой травмы водитель скончался на месте.
Но он знал, что при вскрытии у жертвы обнаружат обширный инфаркт миокарда. Водитель был уже мёртв, врезаясь в столб. Уж он-то для этого постарался. Не даром его прозвали в профессиональной среде Химиком. Хитрый механизм, спрятанный в кольце, выплёвывал достаточное количество ядовитой жидкости, его собственного изобретения, чтобы через десять минут тромбоциты жертвы начали слипаться, запутываясь в фибрине и закупоривая собой сосуды сердца. Тихое, изящное убийство. Никаких пистолетов или ножей. Комар носа не подточит. Безупречно.
Когда он узнал, что заказчицу убили в тот же день, когда она перечислила оплату, то профессиональная гордость ему не позволила бросить заказ. Он выполнил всё, как она хотела и когда она хотела. Сразу после новогодних праздников. Сентиментально. Он ухмыльнулся.
Ему пришлось несколько дней караулить объект у дома его любовницы. Интересно, именно из-за измены жена хотела от него избавиться? Как это пошло.
Тут на табло появилось сообщение о посадке на его рейс: BTC 2937 Москва-Барселона. Он расплатился за кофе, оставив щедрые чаевые, и направился к своему выходу.
Поделиться книгой: