Помоги проекту - поделись книгой:
– Да, вроде как нет. Хотя, постойте, вон там сидит их управляющий, сказал, что будет рад с Вами поболтать.
Риардонн поднял голову. Человек, на которого указывал Фоуи, оказался весьма пожилым мужчиной с элегантными, густыми, закрученными, седыми усами. Волосы его были коротко стрижены и спрятаны под темной клетчатой кепкой. Сам он был одет в красный сюртук и черные брюки. На ногах его были заляпанные грязью сапоги.
Риардонн покинул свое укрепленное место и направился к управляющему.
– Здравствуйте, – поприветствовал он его, подсаживаясь к нему. – Я – детектив Тоббс. С моим секретарем, Вы, должно быть, уже познакомились.
– О, детектив, – ответил собеседник как-то задумчиво, отрываясь от костра.
Его взгляд показался Тоббсу несколько затуманенным и отстраненным. Но спустя секунду мужчина оживился и даже протянул свою руку в знак приветствия. Его рука была не крупной и мозолистой, с длинным ногтем на мизинце.
– Рад с Вами познакомится, можете меня звать Уиллоу, сэр. Мистер Фоуи сказал, Вы расследуете самоубийство бедняжки Илинки. Ее поступок стал настоящим шоком для меня. Такая трагедия! Что только в голове было у этой девки, ума не приложу? – скорбно закончил мужчина.
– Уиллоу, Вы здесь управляющий?
– Управляющий слишком громко сказано. Я шпрехшталмейстер. Ну, и заведую некоторыми общими делами. Не более того.
– Я знаю, что у этого цирка нет хозяина. Вы существуете здесь, словно в общине. Не случается скандалов на фоне раздела доходов?
– Ну, скандалы бывают и в королевских дворцах. Мы-то люди простые. Юлить не стану, бывают мелкие ссоры, но ничего серьезного. Все решается внутри стаи. Так я называю наш коллектив.
– Понятно. Что Вы можете рассказать о девушке? Может кому-то она не нравилась?
– Об Илинке-то? – Уиллоу призадумался. – Да почти ничего. Прибилась к нам с месяц назад. Как и многие другие, как и я, когда-то. Ее хорошо приняли…Они с Маришкой обе с Румынии, кажется. Вот она должна была знать ее хорошо. Она была приятной девушкой, не знаю, кому она могла бы не понравится, – сказав это, он еле заметно ухмыльнулся и машинально поднял руку, чтобы потереть усы, но резко остановился.
– А что Вы скажете о Марте?
– О Марте? – удивился Уиллоу, и, кажется, даже испугался. – Ничего плохого. Только стара она стала. Когда много лет назад я пришел в цирк, она уже была старая. А сейчас даже клиентов не принимает. Я ее сам недели две не видел. Какой толк от гадалки, которая и носа не кажет миру? Что могу сказать о Марте? Если честно, для цирка она обуза. А почему Вы вдруг спросили про нее?
– Имел удовольствие с ней пообщаться.
– О! – глаза мужчины округлились – Вам очень повезло.
– Нда уж, повезло не то слово, – тихо буркнул себе под нос Риардонн.
– Что простите? – не расслышав, переспросил Уиллоу.
– Вы так смело высказываетесь. Мне казалось вы тут все, как одно целое. Друг за друга горой. Так мне говорили.
– Ох, если бы. Это личное. Вдаваться не буду. Просто есть у нас меньшинство…Основной костяк труппы. Которые несколько сторонятся остальных. Да, Вам не понять… Но я считаю, что мы все – цирковые. Мы все одна семья. Как стая волков! – мужчина так раззадорился, что даже привстал со своего места, отчего привлек к себе внимание остальных собравшихся у костра.
Риардонн пробежался по ним взглядом. Обычные, простые, ничем не примечательные люди. Хотя чего он ожидал? С другой стороны Марта и Маришка, они бросаются в глаза. Есть в них что-то, что выделяет их. И это не увечья и вычурный вид.
Тем временем неожиданно заиграла музыка, и некоторые артисты пустились в пляс. Костер горел ярко и тени, которые отбрасывали тела людей, плотным кольцом сжимали поляну. Они прыгали по повозкам в буйстве танца еще ритмичнее, чем их хозяева, и казались по-настоящему живыми.
– Так мы прощаемся с Илинкой, – продолжил Уиллоу. – Чтобы с ней не произошло, мы надеемся, что теперь она счастлива. И заметьте, никого из тех, о ком я говорил ранее, нет. Даже Маришка куда-то подевалась!
– А мы можем осмотреть вагончик, в котором жила Илинка?
Уиллоу сомневался.
– Думаю, да. Вы же представители власти! А мы, цирковые, власть уважаем! – он с трудом поднялся на ноги. – Чертова поясница. Но, надеюсь, смогу выйти на пенсию и отдохнуть. Пойдемте.
Детектив пропустил Уиллоу вперед. Теперь, когда тот стоял, Тоббс заметил вышитого волка на лацкане его сюртука.
Танцующие расступились и все трое направились к повозке, где жила девушка. Все, кто был у костра, в один миг остановились. Риардонн не стал оборачиваться. Но даже затылком он почувствовал, что цирковые провожают их недобрым взглядом.
Глава 4
– Она делила ее еще с несколькими девушками, – пояснил Уиллоу, пропуская Риардонна и Фоуи вперед себя. – Но те, пигалицы, умчались в город, к ухажерам.
Детектив осмотрелся. С виду эта повозка была чуть больше той, в которой жила Марта, но места в ней было даже меньше. Тут стояли две кровати (одна довольно широкая, вторая узкая), небольшой столик с зеркалом и два небольших сундука с вещами. В целом было чисто и довольно опрятно.
– Вы, не будете возражать, если я осмотрюсь здесь? – обратился к конферансье Тоббс.
– Эм, не уверен, что это позволительно.… Ну, сами понимаете, здесь живут молодые девушки…
– Вы сомневаетесь в моих мотивах? – удивился Риардонн.
– Нет! Что Вы! Разумеется, нет. Как Вам будет угодно.
– Вот и славно. Мистер Фоуи поможете мне?
Секретарь, до того ковырявший в носу, одобрительно махнул головой и принялся водить носом из стороны в сторону.
– Что мы хоть ищем сэр? – обратился шепотом он к своему начальнику.
– Все, что может показаться странным? Может девушка оставила какое-то послание. Предсмертную записку, может быть. Она подвергалась насилию, возможно… –он открыл первый сундук и задумался. Тот был пуст.
– Возможно, что? – поинтересовался Фоуи.
– Ничего…, – потирая лоб, Тоббс подошел ко второму сундуку.
И в том не осталось ни единой вещи.
– Говорите девушки ушли в город на встречу с кавалерами? – обратился Риардонн к Уиллоу.
–Так они мне сказали, сэр.
– Что тут происходит? – неожиданно с улицы раздался громкий мужской басистый голос. – Уиллоу, опять крысятничаешь втихаря?
– Не нарывайся, Руди, – огрызнулся шпрехшталмейстер. – Тут представители полиции, если что тебя быстро в кутузку упекут.
Риардонн выглянул наружу.
– Добрый вечер, мистер… Руди? – он попытался быть приветливым.
– Спарк.
Руди Спарк был крупным, высоким, светловолосым мужчиной средних лет с широким носом и крупным подбородком с ямкой. Несмотря на поздний весенний вечер Руди стоял в одной рубашке без рукавов, а на ногах его были темные потертые джинсы. Однако примечательным было то, что обе руки мужчины были полностью забиты узорными татуировками. Он стоял, сложа руки на груди, грозно сверкая глазами.
– Он наш местный силач, – пояснил Уиллоу. – Мужик крутого нрава. Я бы даже сказал дикого. Один из тех…
– Хорошо, спасибо за пояснение, – перебил его детектив, слезая с повозки. –Мистер Спарк, позволите перекинуться с Вами парой словечек? Мистер Фоуи заканчивайте там и спускайтесь к нам. Мистер Уиллоу, не смею Вас больше задерживать.
– Как знаете, – буркнул Уиллоу и, косясь на Руди, скрылся в царившем в округе тумане.
– Мне не о чем с Вами разговаривать, детектив. Марта должна была все Вам объяснить.
– Но она не объяснила. Не привела ни одного разумного аргумента в свою пользу. Лишь пыталась меня немного одурманить и запугать.
– Не говорите чепуху. Марта не какая-нибудь шарлатанка. И Вы это прекрасно понимаете. Но не хотите признавать.
С минуту они, молча, пристально смотрели друг другу в глаза. Где-то вдалеке ухали филины.
– Хм, значит, от Вас я тоже ничего не добьюсь? Тогда зачем Вы пришли?
– Я здесь, чтобы проводить Вас. Удостоверится, что Вы не будет больше шаркаться без спроса по нашим жилищам.
Настенные часы отбили полночь. Риардонн сидел, откинувшись, с закрытыми глазами в черном кожаном кресле в своем кабинете. Тот располагался на втором этаже здания отделения Лонгхилльской полиции и занимал бывшую кладовку, чье единственное окно выходило на глухую стену соседнего здания. Из мебели тут смогли поместиться только его стол (абсолютно свободный от разного рода бумаг и прочих документов), стол секретаря Фоуи, который подрабатывал у него на добровольных началах, и небольшой диванчик в углу, на котором он порой любил подремать.
Что-то с этим делом было не так. Шеф приказал закрыть его, если к завтрашнему утру у него не будет ни одного подозреваемого. Так, где их взять, если никто из цирковых не спешил с ним сотрудничать? Конечно, после прошедшей вылазки в лес у Риардонна появились кое-какие мыслишки, но одних домыслов мало для обвинения.
– Мистер Тоббс, тут оставили документы по вскрытию, – вошедший в кабинет Фоуи прервал его размышления. – Ничего не обычного, вроде. Хотя вот! Джеймс тут пишет, что волчанкой девушка не болела, – секретарь протянул документы своему начальнику, а сам занял место на диване.
– И с чего вдруг он это пишет? – удивился детектив, заглянув в папку. – Какое отношение к этому всему имеет волчанка?
– Ну, как же, – Фоуи почесал затылок. – Одна женщина, очевидец, сказала, что девушка шла и постоянно повторяла одно и то же слово… «волчанка». Lupus. В отчете опроса свидетелей сказано так. Вот могу зачитать…, – мужчина привстал, дотянулся рукой до бумаг, лежащих на его столе и прочистив горло начал читать: – она постоянно повторяла слово lupus…хоть и говорила тихо, я четко различила lup…
– Lup? – переспросил Риардонн. – Фоуи, принесите мне последнюю подшивку газет «Вестник Лонгхилла», будьте так любезны.
– Хорошо, мистер Тоббс.
Фоуи ушел, а детектив решил более подробно изучить данные отчета криминалиста. Как и было известно ранее, на теле девушки нашли несколько ссадин и синяков, как старых, так и новых. Кроме того, на запястьях рук были найдены следы от пеньковой веревки. Предположительно. На шее же девушки остались небольшие следы рук и неглубокий порез. Все это лишь подтвердило опасения детектива.
– И все же уверенности мало, – прошептал он, вновь откинувшись на спинку стула. – Нужно дождаться Фоуи.
И секретарь не заставил себя долго ждать. Уже через несколько минут Риардонн имел возможность тщательно изучить газетные заголовки за прошедшие полгода.
– Так и есть, – бормотал он сам себе под нос. – Так и есть… Мистер Фоуи, вызывайте экипаж. Кажется, я знаю, кто виновен в смерти девушки.
По пути к цирку Тоббс рассказал своему помощнику о своих догадках. В нескольких близлежащих городах уже были похожие случаи. За последние полгода, так или иначе, порядка девяти девушек покончили с собой. В основном, в большинстве своем это были молодые эмигрантки, вынужденные влачить свое жалкое существование. Никому не было дела до их смерти, поэтому никто придал значения тому обстоятельству, что те их них, кто знал английский утверждали, что за ними гонится волк.
– Готов поспорить, что и Илинка не извещала горожан о своей болезни, – заключил Риардонн. – Lup, скорее всего, с румынского означает волк. А кто у нас так любит волков? Все жертвы были измучены, со следами сексуального насилия, и неясным порезом на шее…
– И все они работали в цирке?
– Нет, Илинка единственная.
– Тогда возможно…
– Я знаю. Знаю, – Тоббс был раздражен собственной неуверенностью. – Но помнишь пустые сундуки? Думаю, соседки девушки попросту сбежали. Но почему? Возможно, они чего-то боялись. Или кого-то.
Оставшийся путь они ехали молча.
Экипаж привез их как можно ближе к цирковому лагерю, однако дальше ехать отказался, поэтому детективу и его секретарю вновь пришлось пробираться сквозь грязевую кашу.
Подойдя ближе, они заметили, что центр лагеря был ярко освещен, а в округе стоял приятный мясной запах. Пройдя вглубь лагеря, Тоббс и Фоуи вышли на открытую поляну, где только сегодня сидели у костра. Тот до сих пор горел, и сейчас стал просто огромен. Пламя практически поднималось до небес. У костра сидела Марта, Маришка, Руди и еще несколько незнакомых ему людей.
– О, Донни! – Маришка первая их заметила и заметно занервничала. – Что привело вас так поздно?
– Мне нужно поговорить с Уиллоу. Можешь показать, где его повозка?
– Боюсь, это сделать невозможно, – ответила за женщину Марта, которая сидела спиной к ним. – Он уже слишком далеко отсюда.
– Что? В каком смысле? – детектив сделал несколько шагов вперед, но Маришка его остановила. – Почему ты меня держишь? Да что тут, черт возьми, происходит?! Это Уиллоу? Это он причастен к смерти Илинки? Поэтому вы дали ему сбежать? Вы его покрываете?
– Ох, Донни, зря ты снова сюда вернулся, – как-то заботливо прошептала заклинательница змей.
– Репутация. Помните, детектив? Я Вам о ней говорила. Мы ее бережем. Это все, что у нас есть. Репутация и наша гордость. Мы не волки. Мы живем по закону. Своему закону. Мы не даем виновникам сбегать. Мы их наказываем, – сурово ответила ему Марта.
Только сейчас Тоббс заметил, почему костер так ярко горел. В самом центре стояло обгоревшее чучело.… Нет, это было не чучело. Это был Уиллоу. Кусочки его красного сюртука еще продолжали догорать. Риардонн хотел отпихнуть Маришку, но внезапно почувствовал слабость.
– Фоуи, – он обернулся к своему помощнику, но тот уже лежал без сознания на земле, а на нем сидел ярко-желтая змея. – Я… Вы… – язык его перестал слушаться, а разум быстро затуманился. Риардонн потерял сознание. Последнее что он видел это
Детектив проснулся в своем кабинете. Он лежал на том маленьком диване, что стоял в углу кабинета. Голова сильно болела, а в ногах все еще осталась слабость. Он кое-как добрался до своего стола. На нем лежала свежая газета Вестника. Первая новость гласила, что цирковая труппа рано утром покинула город Лонгхилл, а благодарные жители желают им всяческих успехов. Вторая же новость вызвала смятение в купе с яростью и страхом. Заголовок гласил: «Невеста для Смерти. Девушку распяли на кладбище».
Это опять случилось.
Поделиться книгой: